Это желание вызывает позор.

И опять наступило утро. Дождь заглушил все мысли разом. В роскошной квартире холодно и некомфортно, но ничего, привыкнуть в мёрзлом октябре можно. За окном люди, как серая масса, спешат на работу. Капли льются, словно из ведра грёз. Всегда так... Грустно. Паристон стоял в ванной комнате и смотрел в зеркало, оперевшись руками об раковину. Худое тело, бледная кожа. И вот снова, снова нужно надевать маску хитрого и непредсказуемого Зодиака. Он—крыса. Хилл смотрел на свои глаза. Взгляд должен играть свою привычную роль. Роль радости и коварства. Всё в одном флаконе, никак иначе. На тонком безымянном пальце кольцо. Кольцо, которое напоминает то странное желание и проигрыш другого. Теперь Паристон муж... Муж Джина Фрикса. Да, у них был спор по пьяне. Джин проиграл, а Хилл загадал желание. Несмотря на слабость и алкоголь в организме, желание было трезвым. Он соединил свою жизнь с жизнью личного коллеги, врага. Но это нужно держать в секрете. Нет вопросов—нет проблем. Верно? Дождь не прекратился. Слякоть отвратительна, много луж и грязи. Паристон шёл на работу. Захотелось идти пешком, воздухом хоть подышит. Улица, погода, люди, да в принципе всё... Всё раньше приветливо встречало Хилла, а теперь наоборот загоняют в рамки тревоги. Нужно опять сидеть в душном кабинете. Кабинет, бумаги, совещания, споры и так по кругу. Неудивительно, рутина никогда не уходит из режима занятых людей. Все эти провокации Паристона и разные планы нужны для внимания. Нет, не то чтобы для внимания, нужно как-то разрядить нудную атмосферу. Нужно создать немного веселья в своей скучной жизни. Паристон пришел в Ассоциацию и медленно поплёлся в кабинет. Но рядом с постом стажёра, Паристон увидел Джина. Мужчина тяжело вздохнул. На пальце своего мужа, если можно так выразиться, не было кольца. Не удивительно. Джин гнал на Хилла, мол он спровоцировал, всё по пьяни! Все для него бессмысленно и позорно. А когда к Паристону подходили с вопросом об обручальном кольце, то крыса смело отвечал: «я женат на прекрасном человеке! И души в нём не чаю...» Романы и любовь для всех это антоним к Паристону. В прочем неважно. Но вся эта боль, что Хилл страдает и пытается это скрыть, естественно храниться под маской безумного гения и председателя. Шли недели. Паристон тихо тухнул, как огонёк на свечке. И так, лёжа в ванне, Зодиак понял. Нужно что-то делать, нужно поговорить с Джином. Рассказать, что он чувствует, почему именно это желание, которое вызывает стыд.