Призрак.

      Следующее утро началось для Томиоки с назойливого, дребезжащего звонка будильника. Его глаза медленно, нехотя распахнулись, и впереди показался серый, мрачный потолок. Гию сел, несколько рассеяно осматриваясь по сторонам, вяло потянулся рукой и отключил телефон. Наступила тишина. Он поежился - ощущения того, что он хоть сколько-то поспал, не было. Глаза все еще слипались, тело ощущалось ватным, а вдобавок к этому, почему-то, еще и страшно болела шея.       Томиока повращал головой, и от этого ближе к затылку и в правом плече громко хрустнуло. Он поморщился. Того, как именно наступил сон, Гию тоже не помнил, но мог предположить, что скорее всего, как и обычно, он попросту отключился, сидя в телефоне до самого позднего часа. Вот, даже верхнюю одежду забыл с себя снять...       Поднявшись с кровати, все еще сонный, раздраженный Томиока отправился заниматься утренней рутиной. Он бы с удовольствием лег снова и поспал бы еще пару часов, но скоро ему предстояло выезжать на работу, так что свои желания оставалось засунуть куда поглубже.       На завтрак у него была только пара бутербродов с сыром и стакан воды - холодильник пустовал, а продукты ему только предстояло купить сегодня после работы. Боже, как же Гию уже ненавидел мысль о том, что домой ему сегодня придется вернуться еще позднее, чем хотелось бы...       Покончив с трапезой, Томиока вернулся в спальню, включил электронный утюг и погладил рубашку с галстуком. Потом он одел их вместе с своим деловым костюмом и встал перед зеркалом, чтобы оценить, как именно он выглядит. Из зеркала на него уставился тощий, несколько нездорово выглядящий человек, одетый в серый пиджак и брюки, с черными волосами, собранными сзади в неряшливый хвост(Гию хотел бы записаться к парихмахеру, но короткие стрижки ему совершенно не шли - его череп был странной, несколько вытянутой формы, и стоило только подстричь волосы, как это становилось заметно). На лице своем Томиока подметил щетину, которую уже стоило бы, по правде сказать, сбрить. "Надо будет не забыть купить и пену для бритья, когда поеду за продуктами." -подумал он.       Собравшись, Гию поехал на работу. Встал он рано, и еще не было даже семи утра. Дороги совершенно пустовали, и только его одинокая, БУшная Хонда нарушала стоявшую на них тишину. Ощущение это было любопытным. Дома совершенно один, на дороге один, на работе...А что работа? Работа тоже - одиночество. Томиока работал бухгалтером - копался в бумагах, писал отчеты по прибыли и расходам, проводил какую-то аналитику, и все это имея в напарниках только свой компьютер и кабинет-ячейку три на три метра. Какое-либо общение с коллегами являлось исключительной редкостью. Чтобы работать над каким-либо совместным проектом или документом, им не нужно было говорить друг другу и слова - каждому заранее выдавали инструкции, все знали свои задачи, и вся деятельность как правило велась также из своих кабинетов, просто на общем сервере.       Дорога заняла довольно немало времени, и в конце концов, даже несмотря на то, что Гию выехал рано, на работу он прибыл с опозданием на минуту или две. Ни с кем не здороваясь и стараясь не привлекать внимание, он прошел в свой кабинет и принялся за дело. Сегодня снова предстояло разбирать многочисленные отчеты о платежах от бессчисленных клиентов. По правде сказать, Томиока уже даже не помнил, чем именно компания, в которой он работал, занимается. Кажется, это была какая-то страховая компания, и довольно большая, судя по тому, что ему приходилось каждый день заполнять отчеты по клиентам, а рядом располагалось еще не меньше двух дюжин других кабинетов, в которых, скорее всего, такие же специалисты как он занимались все теми же бумагами...       День пошел примерно также, как и обычно: цифры, имена, строки и графы закружились перед его глазами, превращаясь в чудной, непредсказуемый орнамент. Процесс этот был мучительно долгим и нудным, и Гию не получал от него совершенно никакого удовольствия. Напротив, это было весьма мучительно - многие часы подряд, почти без движения сидеть за компьютером и сосредоточенно заниматься одним и тем же, совершенно нудным, безвкусным, неблагодарным ремеслом. Он искренне ненавидел свою работу, но, на свое горе, не знал как заработать на хлеб по другому.       От этого Томиока работал, спустя рукава - особо не заморачиваясь тем, чтобы перепроверять себя на ошибки(хотя, наиболее вероятно, они совершались, и весьма часто), и каждые пять минут проверял, сколько там времени еще осталось до обеда. Словно от этого оно могло пойти хоть сколько-нибудь быстрее...Гию понимал, что не могло, но это уже давно вошло в его привычку. Все время ждать, когда же наконец всему придет конец. Сначала первой половине дня, потом, после перерыва - остатку смены, еще немногим позже - всей остальной рабочей неделе, после которой можно наконец вернуться домой и со спокойной душой прокрастинировать все выходные...       Томиока и сам особо не помнил, почему он выбрал именно это направление в университете. Родители настояли на том, чтобы он шел или на финансы, или на науку. Видимо, единственные два светлых будущих для сына в их глазах были или на пути великого ученого, или великого секретаря. Гию университет, как и школу, окончил с отличием, но стоило лишь только получить настоящую работу, и она ему почти тут же опротивела. Это попросту ощущалось...не его.       Наконец, на часах показалось заветное 12.00, а значит можно было вставать и идти на обед. Оставив компьютер, Томиока вышел из комнаты и ссутулой походкой отправился в столовую. Там, по своему обыкновению, он направился к самой дальней кофе-машине. Следующие полчаса в планы входило только стоять здесь, медленно посасывать горячий, горький американо, время от времени вдыхая глубоко через рот чтобы охладить обожженные десна и нёбо, да посматривать в окно. Потом - вернуться в кабинет и усердно дожидаться окончания рабочего дня...       Однако, судьба неожиданно решила распорядиться иначе. Стоило лишь только Гию налить себе кофе в бумажный стаканчик, как сзади послышались тяжелые, частые шаги, а затем кто-то хлопнул его по плечу. -Здорова, Гию! Как жизнь?       Томиока обернулся. Перед ним возвышался широкоплечий, не менее шести с половиной футов ростом здоровяк с огненно-рыжими волосами, белозубой, голливудской улыбкой и взглядом едва не светящимся от счастья. Ну конечно, Рэнгоку. Кто же еще это мог быть? Этого парня Гию знал давно - учились вместе в универе, но ни друзьями, ни даже приятелями они не были. За все четыре курса они перекинулись от силы парой слов. Теперь же, когда они волей случая оказались на одной работе, Кеджиро во время любого обеда подходил к своему угрюмому коллеге и интересовался, как именно у него обстоят дела. Иногда у Томиоки складывалось ощущение, что рыжий попросту старался быть другом для всех и каждого, в том числе и для него. Впрочем, он сильно сомневался, что Ренгоку и впрямь испытывает к нему симпатию. По крайней мере, не было у него видно очевидных на то причин. -Нормально. -Гию пожал плечами и сделал долгий, задумчивый глоток американо. -...как сам? -Просто прекрасно! -радостно оскалился Кеджиро. -Я почти закончил с отчетами тех страховок, что были куплены на сотрудников Армакорпс за этот месяц. Вообще, это даже интересно, многие из них даже не живут в нашем штате, но при этом...       Томиока слушал его вполуха. В голове стоял какой-то зыбкий, устойчивый туман, и сконцетрироваться на чем-либо с каждой секундой становилось все сложнее и сложнее. Несмотря на то, что глаза его смотрели вперед, на Рэнгоку, они видели как бы сквозь него, словно рыжий был всего лишь назойливым, шумным фоном. На минуту или две сознание Гию перестало существовать в этом мире. Осталось лишь его тело - безвольная, неподвижная статуя из мяса, способная лишь поглощать идущие на нее звуки, но никак не реагировать на них... -Эм...Гию..? -внезапно, интонация Кеджиро как-то поменялась. -Ты...в порядке? -А? -Томиока вздрогнул и выпал из своего ступора. -Да, все нормально. А что? -Да так. -почему-то, лицо Рэнгоку значительно побледнело, а в глазах его появилось явное волнение, даже испуг. -...У тебя вся шея в синяках. -Что? -невольно, Гию приложил руку к шее. Не будь это произнесено столь серьезным тоном, и он бы точно принял это за дурную шутку. -О чем ты говоришь? -Ты в зеркало себя видел? У тебя гематомы на горле, и большие. -осторожно продолжил Кеджиро. -Как это...вообще получилось..?       Ничего не отвечая, Томиока достал из кармана телефон и включил фронтальную камеру. Глаза его слегка расширились от удивления - в самом деле, на его шее виднелись отчетливые, темно-синие следы, словно несколько часов назад что-то ее со страшной силой сдавило. В замешательстве, Гию поспешно вздернул воротник и сделал несколько шагов назад. Находка его очень сильно смутила. -Прошу прощения...Мне...мне нужно вернуться в кабинет, у меня еще есть...незаконченные бумаги. -пробормотал он, допил кофе одним большим глотком и быстрым шагом удалился из столовой, упреждая любые последующие вопросы со стороны Рэнгоку. Снова оказавшись у себя, Томиока снял пиджак, расстегнул верхние пуговицы рубашки и встал перед зеркалом.       Однако, синяки никуда не делись. Ни ему, ни Кеджиро не почудилось - шея Гию выглядела так, словно его то ли кто-то, то ли что-то душило. Некоторое время он с изумлением их разглядывал, пытаясь понять, откуда именно они все-таки могли появиться, но на ум так ничего и не пришло. Он точно не дрался ни с кем вчера, да и...Вот черт. Точно. Что же об этом подумал Рэнгоку? Что Томиока пытался покончить с собой, и от этого остались следы? Гию попытался представить себя, болтающимся в петле, но от этой мысли его тут же передернуло. Нет уж. Убивать себя он точно не был намерен, да и вряд ли бы ему хватило духу, даже если бы он захотел...       Но откуда все-таки появились синяки..?       Так и не придумав всему этому объяснения, Гию в конце концов сел за компьютер и продолжил работать. В конце концов, все равно у него не было никаких способов узнать, как именно это получилось, так что стоять и рассматривать свою шею было бы лишь пустой тратой времени. Лучше уж заняться работой, и так дел невпроворот, все эти бумаги нужно успеть завершить за два дня, прежде чем придут новые...       И тем не менее, время от времени он посматривал в зеркало, на свою шею, точно проверяя, на месте ли все еще гематомы. Те, в свою очередь, никуда уходить не спешили...       Наконец, рабочий день закончился. Выключив компьютер, Томиока вышел из своего кабинета, и, стараясь не задерживаться, чтобы вновь не столкнуться с Рэнгоку, быстрым шагом покинул офис. Затем он нашел на парковке свой автомобиль, сел в него и поехал в ближайший супермаркет. Ему все еще нужно было закупиться продуктами...       После конца рабочего дня движение было довольно сильным, но к тому моменту, как Гию закончил с покупками и наконец поехал домой, на дороге не осталось ни души. Вокруг была лишь ночь - солнце уже село, и темноту разгоняли разве что фары да фонари. Томиока ехал в тишине - ему не хотелось включать никакой музыки. И так сегодняшний день был довольно шумным (в супермаркете была целая толпа народу, и повсюду стоял гам, а на работе по ушам все время водил наждачкой шум работающего компьютера), и его мозгу нужно было хотя бы немного отдохнуть. В багажнике лежала пара пластиковых пакетов, наполненных консервами, лапшой быстрого приготовления, йогуртами и замороженной пиццей. Где-то там же лежал и флакон с пеной для бритья, благо, он не забыл ее купить...       Дома Гию оказался совсем поздно. На часах стояло целых десять вечера. Оставалось разве что поужинать, принять душ и лечь спать, а с завтрашним утром - снова на работу...Хорошая схема. Надежная. Работает, как швейцарские часы. Никогда не выходит погрешности, ошибки в том, чтобы осталось хоть пара свободных часов. Интересно, где же оно, это самое свободное время у всех этих инфлуэнсеров из тиктока? Как они его берут? Может, продают душу дьяволу, чтобы у них появился начать шанс заниматься тем, что хочется, а не тем, что необходимо?       Или, может, наоборот, никто из них ее и не продавал за золотую кле...кресло в офисе..?       Двигаясь медленно, точно сомнабула, Томиока заглушил двигатель, вышел из машины, взял пакеты и вошел в дом. Отнеся продукты на кухню, он отправился в спальню и переоделся из костюма в футболку и шорты, после чего поужинал йогуртом и печеньем, которое не стал ничем запивать, а сьел так, как было - сухим. Готовить ему было лень.       После этого он принял душ. Холодные, тонкие струи воды точно бессчисленные иглы били по его худому телу. Гию очень долго стоял под напором, позволяя ему бить себя. Приятная прохлада помогала заполнить пространство вокруг, и даже несколько расслабиться. Не то чтобы от этого обычная боль в плечах и шее куда-то ушла, но как минимум ее заглушило.       Он мог бы простоять в душе еще очень долго, но потом Томиока вспомнил, какой может из-за этого выйти счет за воду в конце месяца, и неохотно вылез из кабинки. Облегчение ушло, осталось только раздражение и желание наконец-то лечь спать, и не просыпаться вплоть до того, пока будильник не начнет долбить по ушам. Однако, пока что ложиться еще было нельзя - оставалось побриться.       Встав перед раковиной, Гию включил горячую воду, достал бритву и пену для бритья, купленную в супермаркете, и принялся за дело. Уже вскоре все его лицо было покрыто мыльной, белой пленкой, а лезвие в его руках осторожно делало движения вверх и вниз, срезая успевшую нарасти за последние несколько дней щетину. Поднять бритву к лицу, плавно убрать еще один участок пены, опустить вниз, сполоснуть лезвие горячей водой. Методичный процесс, неторопливый. Нужно быть крайне осторожным, иначе точно порежешься. А этого допускать никак нельзя, явиться на работу непрезентабельным - неприемлемо...       Томиока с вялым интересом наблюдал, как его кожа вновь появляется на свет из под белой пленки, чистая от волос и немного влажная. Пожалуй, его лицо, являвшееся довольно привлекательным, было одним из очень немногих, если не единственным его достоинством. Хотя как, его...Скажешь то же. Скорее генов, и пока не совсем минувшей молодости. Гию было всего 23 года, метаболизм все еще работал быстро, но подожди пять лет - и привет жир, привет лишний вес, проблемы с пищеварением, привет морщины и черт те знает что еще...       Внезапно, вырывая его из потока мыслей, дверь в ванную закрылась с таким оглушительным хлопком, точно кто-то с яростью пытался разнести ее с ноги. Вздрогнув, Томиока обернулся. Бритва застыла на полпути, на лице его все еще оставалось немало пены. Он прислушался, но ничего уловить не смог. Неужели это сквозняк так плотно ее закрыл? Дверь была довольно массивной, даже если бы захлопнулась сама по себе, то это бы произвело немало шума...       И тем не менее, почему-то Гию не мог избавиться от давящего, тяжелого чувства, что за ним кто-то наблюдает. Вдруг стало как-то неспокойно на душе, появилось какое-то волнение, ладони вспотели...Да и воздух, кажется, стал немногим холоднее. Что-то точно было не так...Но что именно?       Глубоко выдохнув, Томиока все же решил, что наверное, ему все просто показалось. Он уже даже собирался продолжить бриться, но стоило лишь повернуться к зеркалу, и по его спине пробежал холод, а лезвие едва не выпало из руки.       В отражении, прямо за его спиной стояла девушка с мертвенно бледным лицом, в черной одежде и водорослями в волосах. В голове тут же мелькнуло воспоминание о вчерашнем вечере - она же стоит в коридоре, он встает с кровати, но на него бросаются и тут же начинают...Душить! Точно! Так вот откуда были синяки на шее?!       Гию панически обернулся, ожидая увидеть ее прямо перед собой, но в ванной кроме него самого никого не оказалось. Тогда он снова медленно, осторожно вернулся взглядом к зеркалу. Она все еще была там. Взгляд незнакомки был холодным, пристальным, даже с некой толикой отвращения, словно она смотрела на какое-то уродливое, вредоносное насекомое, а не человека. Томиока почувствовал, как по его спине бежит дрожь. Вчера, перед тем, как она его атаковала, ее глаза смотрели точно также...Один в один.       Вдруг, она наконец сдвинулась, подавшись вперед и тем самым сокращая дистанцию между собой и Гию. Парень замер, не смея пошевелить и мускулом. Ощущение было такое, словно он стоит на мине, и малейшее движение приведет к ее детонации. Всепоглощающее чувство страха захлестнуло его, отнимая малейшую волю попытаться хоть что-то предпринять...Как вкопанный, Томиока просто стоял и смотрел за тем, что же будет происходить в отражении зеркала.       Меж тем, незнакомка подошла вплотную. Каким-то образом, даже несмотря на то, что по комплекции она выглядела значительно меньше, чем Гию, ее фигура возвышалась над ним почти на целую голову. Как это у нее получалось..? Неужели, у нее были настолько длинные ноги? Или...она как-то парила над землей? Что вообще происходит, черт возьми?!       Ее рука вытянулась вперед и легла на запястье Томиоки. Прикосновение снова было холодным и мокрым, от него несло гнилью. Пальцы девушки обвились вокруг его пальцев, и через секунду Гию почувствовал, как его руку, все еще сжимающую бритву, тащат наверх, прямиком...Прямиком к его лицу.       Он с ужасом наблюдал, как она тащит его за запястье и заставляет приставить лезвие к щеке. Хватка у нее была железная, и даже если бы Гию захотел, то все равно не смог бы вырваться. Таинственная незнакомка была во много раз сильнее его...       Бритву практически вжало в его скулу, и в следующую секунду Томиока почувствовал, как ее с нажимом тащат вниз. Сбритая пена отошла едва ли не вместе с кожей - там, где прошло лезвие, остался отчетливый красный след. На секунду незнакомка остановилась, точно чтобы приглядеться и оценить результат, а затем, также крепко сжимая его руку, затолкнула ее под все еще идущую из крана воду, смыть пену.       Гию обычно смывал пену кипятком, но теперь под ним оказались его собственные пальцы. Жгучая боль пронзила его руку, и он едва от нее не заорал, но каким-то чудом все же сдержался. Нет, нельзя - вдруг понял он. Если он закричит, то все может стать только хуже...Пока он стоит вот так, неподвижно, то эта садистка, этот...этот дьявол, выглядящий как юная девушка, продолжит свое дело медленно, неторопливо. Сопротивление может его только спровоцировать.       Тем временем, она наконец выдернула его руку из под кипятка, и снова приставила лезвие к его лицу. Все повторилось - бритва с силой, мучительно неторопливо пошла вниз, снимая пену...Томиока увидел, как на его лице остается длинный, ярко-красный порез, и тут же начинает сочиться кровью, но боли не почувствовал - всплеск адреналина все замаскировал.       Однако, внезапно, его мучительница не остановилась. Лезвие продолжило идти дальше, спустилось на его подбородок, перебралось на горло, а затем остановилось точно напротив его сонной артерии. Гию в ужасе перевел взгляд на девушку. На ее губах играла злобная, мрачная улыбка, а глаза смотрели с чистой ненавистью...       Вдруг, давление возросло, и Томиока почувствовал, как бритва начинает распарывать кожу на его шее. Терпеть такое было уже выше его сил. Несмотря на весь свой страх перед тем, что могло последовать, если бы он пошевелился, Гию не мог попросту дать перерезать себе горло. Это же верная смерть, никакая скорая не успеет, дом стоит далеко за городом...Собравшись со всеми силами, он рванулся в сторону, пытаясь вырваться из ее железной хватки.       Несмотря на то, что Томиока был уверен, что незнакомка сможет легко его удержать, неожиданно его отпустило. Пролетев по инерции, он врезался в дверь, выбил ее своим телом и тяжело грохнулся на пол в коридоре. Приземлившись на живот, Гию тут же перевернулся, ожидая преследования, новой атаки, но...В ванной никого не оказалось. Никакой девушки там не было. Он был совершенно один. С ним были только окровавленная бритва, порез на лице, обоженная под кипятком рука, висящее над раковиной зеркало...И целая лужа черной, будто болотной воды на полу, в которой отчетливо можно было рассмотреть кусочки водорослей и тины, точно это было доказательство тому, что все-таки секунду назад здесь присутствовало что-то иное. -Черт возьми...Да что же тут происходит?! -взвыл Гию.