Кулинария по-демонски

Вообще-то говоря, Кроули не умел готовить не потому, что хорошо в его теле работали только ноги, а потому, что попросту в этом не нуждался. Иногда он даже отпускал шутки на эту тему, мол, вниз я скатился явно не за чревоугодие. На каждый подобный раз Азирафаэль лишь косился на него с небольшой долей осуждения, а Кроули беззастенчиво улыбался — ничего не мог с собой поделать, уж больно ему нравилось изменение в выражении лица ангела при подобном юморе. Однако в каждой шутке есть доля правды, и эта уж точно не была исключением — Кроули редко составлял компанию Азирафаэлю, когда дело доходило до трапезы. Сходить в театр? Конечно, ткни в любое место на глобусе, там и сходим. Хочешь весь день читать? Нет проблем, ангел, подай плед, я вздремну, пока ты занят. Можно ли включить классику в машине вместо квин? Допустим, но тогда скорость я точно не снижу. Заказать для себя что-то в «Ритце» помимо вина? Нет уж, увольте, на какой петиции мне вывести свою завёрнутую J? Единственное, что Кроули воспринимал из человеческой пищи (помимо вина и кофе, разумеется) — это сладости. Он обнаружил в себе тягу к сахару веке этак в семнадцатом, когда по очередной хотелке одного конкретного ангела забирал кексы из какой-то новороченной пекарни. У самого Азирафаэля, видите ли, были дела (не то чтобы у Кроули был выбор в тот день). А потом он так поистине очаровательно похлопал глазами и предложил Кроули угоститься, что отказаться было просто невозможно. С тех пор Кроули довольно часто пробовал десерты, которые брал себе ангел. Без фанатизма и наглости — маленькими кусочками он распробовал уже все любимые лакомства Азирафаэля. Кроули благополучно пропустил момент, когда его друг стал заказывать на полпорции больше — на случай, если Кроули не ограничится только одним укусом. Впрочем, чтобы ад не подумал ничего дурного о подобных слабостях, Кроули заливал это сахарное безобразие литром вина и шестью эспрессо. Так, на всякий случай. Короче говоря, он не был большим фанатом человеческой пищи. Соответственно, необходимость готовить что-то для себя у него отпадала, и его умения заканчивались на распределении алкоголя по бокалам и соблюдении четких пропорций для любимого какао ангела. В какой-то степени это было смешно, ведь оба своих умения он применял исключительно для Азирафаэля. Гораздо менее смешно Кроули было сейчас в посудном магазине. Потому что он, Сатана бы, блять, побрал эту готовку, вообще ни в цербера ногой, как печь блинчики. Никакого посыла со стороны Азирафаэля не было. Да что там, даже намёка! Просто Кроули знал, что ангел любит блинчики. А Кроули любит его. Поэтому всё сложилось само собой. Возможности достать их из-за границы у Кроули не было — в последний раз за частое использование чудес не по делу Вельзевул так нагрузила его работой, что он не видел Азирафаэля шесть лет. Больше рисковать не хотелось. — Сковорода-гриль, сотейник, антипригарная… — бормотал Кроули, пробегаясь глазами по этикеткам. — Вот дерьмо. Вам что, нельзя было придумать одну сковороду на все блюда? — Он зло зыркнул на стоящую рядом девушку. Та, резко передумав о покупке новой кастрюли, поспешно ретировалась. — По-любому адская придумка. Не могли ангелы до такого идиотизма додуматься. Вот уроды парнокопытные… Он протянул руку к ближайшей ему сковороде, когда его внезапно прервал удивленный голос: — Кроули? В этот момент у него сыграло два сценария в голове, причем оба параллельно друг другу: в первом он берет эту самую сковороду и наотмашь бьёт ей по той твари, которая его узнала, а во втором он просто оборачивается и крестится в обратном направлении, чтобы это не был кто-то из так называемых «своих». Кроули выбрал второй вариант и обернулся настолько резко, что едва не снёс всю полку несчастных сковородок прямо на ангела перед ним. Тот, сжимая в руках какую-то коробку, окинул его заинтересованным взглядом. — О, — облегчению Кроули не было предела. — Хэй. — Неожиданно, дорогой. Не думал, что ты готовишь. — Ещё чего не хватало, — фыркнул Кроули. — Я царапаю антипригарное покрытие, — ляпнул он первое, что пришло в голову. Впрочем, такая выдумка вполне удовлетворила до ужаса стереотипного Азирафаэля: — А, — он понимающе кивнул. — Да. Ты же демон. — Нет, Мать Тереза, — буркнул Кроули. Он поспешил сменить тему: — А ты, я гляжу, решил сделать из книжного кафе? На кой ляд тебе сервиз, ангел? Азирафаэль легко переключился, тут же растянув губы в довольной улыбке. Он погладил коробку и гордо заявил: — Хочу проводить чайные церемонии. Я как-то изучал это в Китае… Решил начать с простых чашечек. Шикарные. Ты только посмотри, какая роспись! Тонкая работа. Я думаю позвать ту чудесную продавщицу пластинок из соседней лавки. О, а ещё тот господин! Помнишь, мы с ним… Кроули мысленно возликовал. Идея с блинчиками пришла ему вовремя. «Совершенным ангелам — совершенные блинчики», — твердо решил демон. Он повернулся к сковородкам и взял ту, на которую изначально и был нацелен. Она как раз оказалась блинной. Отлично. — И я подумал, что… — Я подойду позже. Азирафаэль замолчал на несколько секунд, обдумывая услышанное. Он машинально отступил назад, пропуская прогуливающуюся по посудному пару подростков. — Ты разве не в книжный? — с плохо скрываемой грустью спросил он. — Нам нужно… — Сначала к себе, — обрубил Кроули, вчитываясь в этикетку на сковородке. Что-то про температурный режим и сталь… А разве здесь не должна быть инструкция к пользованию или — банально, но все же — рецепт блинов? «Чёртовы демоны со своими приколами», — снова мысленно выругался Кроули. Азирафаэль непонимающе нахмурился. — Тогда почему ты говоришь, что не пойдешь в книжный, если ты собираешься в книжный? Кроули на секунду даже перестал думать, медленно вскидывая брови всё выше, пока его очки не сползли на кончик носа, являя миру изумлённый взгляд. Азирафаэль выглядел по-детски обиженным и сердитым — словно мысль о том, что он понесёт какой-то свой непостижимый сервиз в книжный без Кроули разрушает всю суть намеченного чаепития. — Я говорю о квартире, — медленно уточнил Кроули. — Потом я приду в книжный и сделаем то, что ты просишь. Лицо Азирафаэля разгладилось, он просиял. Хотя просто так отставать не спешил: — Ты меня не слушал. — Я тебя слышал. –Тогда откуда ты знаешь, о чем я тебя просил? — Какая разница о чем? — раздражённо отозвался Кроули. — Сказал же, что сделаю. Азирафаэль счастливо улыбнулся. Кроули вернул очки на законное место. — Но я могу тебя подбросить. — Занимайся своими делами, дорогой, — Азирафаэль активно помотал головой, не прекращая тепло ему улыбаться. — Приедешь, когда будешь свободен. Кроули механически кивнул и быстро зашагал к кассе. Блины Азирафаэлю понравились. Что, впрочем, было неудивительно — Кроули наплел ему что-то про курьера у дверей книжного, якобы в прошлый раз он получил от демона и теперь боится заходить к странной парочке, предварительно не прочитав наизусть «Отче Наш» сорок семь раз. — Чудесно! — Глаза Азирафаэля восторженно сияли. — Попробуй, Кроули. Кроули с некоторой опаской сомкнул губы на протянутой Азирафаэлем вилке. Не то чтобы очень хорошо… Чудесные блинчики Франции явно нравились ангелу больше. — Пойдёт, — сдержанно кивнул он, взглядом чуть не испепелив мужчину, который случайно задел его плечом. Кроули не любил лишних людей в книжном, но Азирафаэль выглядел счастливым, поэтому приходилось терпеть. Азирафаэль, заметив перемену в настроении друга, с готовностью протянул ему термос, который все это время держал в руках. — Двадцать эспрессо. Решил утроить твою обычную порцию. Я знаю, как ты не любишь, когда здесь суетно. Кроули бросил на него полный благодарности взгляд через очки и принял термос, сразу же делая несколько больших глотков. Он едва сдержал смешок, когда увидел, как мимо пронеслась воодушевленная Мэгги, сжимая в руках чашку, расписанную в золото — как раз из нового сервиза Азирафаэля… Книжный был словно живой: люди в нем мельтешили из стороны в сторону, поочередно отпивая из чашек (и, судя по их количеству, без чуда тут не обошлось). — Я думал, чайная церемония — более спокойное занятие. — Кроули прислонился плечом к одному из книжных стеллажей, рядом с которым они с ангелом и стояли, наблюдая за остальными. — Ты пропустил часть, в которой была чайная церемония, — укоризненно произнес Азирафаэль. — Теперь это просто чайная вечеринка. — Чайная вечеринка? — насмешливо переспросил Кроули. — Очень популярное сейчас течение среди молодёжи. — Молодёжь вусмерть напивается, но точно не чаем, ангел. — Это твоя сторона так считает, — стоял на своём Азирафаэль. — Блины остынут, — напомнил Кроули. Азирафаэль, действительно спохватившись, закинул в рот ещё одну порцию блинчиков. Из общей толпы людей выделилась Нина. Она явно держала курс в другую сторону, но, заметив хозяев мероприятия, сменила маршрут. — О, мистер-шесть-эспрессо-в-чашке, добрый вечер. Кроули молча поднял термос в качестве приветствия. Нина с какой-то хитрой улыбкой покосилась на тарелку в руках ангела. — С какого раза ты умудрился? Кроули судорожно закашлялся, внезапно подавившись кофе. Азирафаэль услужливо похлопал его по спине. Две пары глаз уставились на Нину. Жёлтые — испуганно, голубые — с небольшой долей осуждения. — Ты тащил такую огромную пирамиду из сковородок, я видела из окна кофейни. Я даже не думала, что в руках может столько уместиться. — Дорогая моя, — внезапно вмешался Азирафаэль, — вас, кажется, искала Мэгги. Для Нины это было убедительным аргументом, и она счастливо упорхнула на поиски возлюбленной. Азирафаэль и Кроули продолжили наблюдать за толпой, только в этот раз старались лишний раз не смотреть друг на друга. — Блинчики бесподобны, — спустя какое-то время произнес ангел. — Нина сморозила чушь, — беззлобно огрызнулся Кроули. — Я знаю. Просто сказал. «Сразу понял», — решил демон, спрятав идиотскую улыбку за термосом, который почти опустел. Впрочем, о том, сколько сковородок он сжёг перед этим результатом и почему Лондон стоял полтора часа без электричества ангелу знать необязательно. Ведь он наверняка и так в курсе.