Зелёный букет Клематиса «Пикси».

Седрик не мог поверить, что его милого Гарри нет в живых. Он до сих пор помнил, как его Поттер телепортировался на его место и прыгнул в луч, и таким образом умер... Люди думают, что это был магический выброс, ведь иначе не могли описать, как он выбрался. Когда на его глазах возродился Волан-де-Морт, то он увидел Гарри с его родителями, его отец ему сказал: «– Седрик, я тебя благодарю, что ты попытался спасти моего сына, но ты сделал всё возможное». А его мать просто улыбнулась ему, а Гарри... Он сказал: « – Седрик... Я люблю тебя, но, пожалуйста, похорони моё тело рядом с родителями и скажи Сириусу Блэку с Римусом Люпином, что я их любил, а друзьям моим скажи, что я их ценил... Спасибо, Седрик!» Всё, пышка свет, и он с телом Гарри Поттера, он видел его зелёные мёртвые глаза... Его не посадили в Азкабан, потому что его проверили и даже его в памяти посмотрели, а потом показали в суде. Но лучше бы он был в Азкабане, тогда бы он там умер и... Встретился бы с его Гарри. Он слышал, как плакали все его друзья, даже Драко Малфой пришёл, Сириус с Римусом плакали так громко... Даже профессор Снейп несколько месяцев никому отработки не ставил, и даже баллы не высчитывал... А потом он увидел каких-то магглов возле его могилы. Оказалось, что это его родственники... Впрочем, ему уже всё равно, близнецы Уизли тоже не шутили, а какой-то домовик тоже приходил на похороны. Потом Волан-де-Морта убил Дамблдор. Но он хотел умереть и встретиться с Гарри. Вдруг он нашёл письмо, и там было написано: «Дорогому, Седрику Диггори Если ты получил это письмо, значит я мёртв. Но не вини себя в этом, пожалуйста! Я знал, что должен умереть когда-нибудь... Думаю, сейчас ты злишься на меня. Но, надеюсь, у тебя всё в порядке. Кстати, мои любимые цветы — это Клематис «Пикси», можешь их поставить на моей могиле и каждый год их менять. Седрик, знай, что я люблю тебя! И... Пожалуйста, не вини себя! » . От твоего Гарри Он поставил зелёный букет Клематиса «Пикси» на могилу и прочитал надпись. «Все когда-то умирают, но это не значит, что мы должны умирать вслед за родными.»