Дочь ветра (том первый)

В Медусельде царила ночь, и пламя факелов дрожало на ветру, словно само сердце Рохана. Стены золотого чертога, некогда полные песен и радости, теперь отражали лишь шёпот печали. На троне сидел король Теоден, но взгляд его был пуст, голос угас, а руки, державшие меч и судьбу королевства, дрожали, словно в оковах невидимого врага. Эорель, его дочь, смотрела на отца и чувствовала, как внутри неё рвётся что-то важное и живое. Она знала: это не старость, не усталость, а ядовитая сеть, сотканная чужой волей. — Мы не можем больше ждать, — её слова прозвучали, как удар грома в тишине. — Отец тает на глазах, и Рохан гибнет вместе с ним! Теодред, сжав челюсти, шагнул ближе. — Ты думаешь, мы этого не видим? Но у нас — война. Орки топчут наши земли. Мы должны держать строй, а не гоняться за призраками надежды. Эомер, в чьих глазах горел огонь, резко вмешался: — Это не надежда, а яд! Я вижу, чья рука стоит за этим. Грима. Змея, что шипит возле трона! Но я клянусь, сестра, если б не воля короля, я давно бы всадил меч ему в горло. — Грима… — эхом повторила Эорель, и больно стало от того, что слова брата были правдой. — Но пока он рядом, отец умирает. Из тени шагнула Эовен, молчавшая всё это время. Её лицо было бледным, словно высеченным из мрамора. — Я каждый день с ним, — сказала она тихо. — Я вижу, как Грима крадёт его разум и силу. Но он не позволит мне уйти. Никто не позволит. Эорель посмотрела на сестру, а затем на братьев — и в её глазах блеснула решимость. — Тогда я уйду сама. — Нет! — резко возразил Теодред. — Ты не сможешь одна. Это безумие. Эомер шагнул к ней, и его голос прозвучал мягче, но в нём чувствовалась тревога: — Эорель, я прошу тебя. Не поддавайся гневу. Мы найдём способ, но не так. — Способ? — её губы дрогнули в горькой усмешке. — Пока вы ищете, Рохан истечёт кровью.

***

Ночь обняла Эдорас. Ветер нёс запах полей и далёкой битвы, а звёзды, словно глаза предков, смотрели с небес. В этот час, когда стража устало боролась со сном, тёмная фигура в плаще тихо вывела коня из конюшни. Эорель остановилась на миг, глядя на Медусельд, и прошептала: — Простите меня, братья… прости, сестра. Но я не стану ждать, пока Рохан падёт во тьму. Она ударила коня пятками, и тот сорвался с места. Под копытами стлалась трава, ветер свистел в ушах, а сердце билось в такт скачке. Её путь лежал в Ривендейл — туда, где хранятся древние тайны и, возможно, ответ, способный вернуть Рохану его короля.