Волчья кровь

Хисон провёл их в просторную гостиную, где длинный журнальный столик был заставлен тарелками с едой и стаканчиками напитков. Он указал рукой в сторону диванов и стульев. «Джентельмены, пожалуйста, угощайтесь, пока я осматриваю счастливую пару в своём кабинете». Он прошёл в другую сторону комнаты и открыл высокие двустворчатые двери, затем повернулся и пригласил Джегёна и Дана войти. Кабинет был огромным, заставленным столами, книжными полками и странными механизмами, некоторые из которых были выше Джу. Стены были увешаны диаграммами, картинами и всевозможными скульптурами. Несмотря на обилие предметов, всё было аккуратно расставлено по всему помещению, оставляя в центре уютную зону отдыха с диваном, двумя креслами и журнальным столиком. «хотите чаю?» — спросил Хисон, указывая на чайник и чашки на журнальном столике. «Нет», — хрипло ответил Джэ. Он взглянул на Дана, изогнув бровь. Дан покачал головой. «Всё в порядке, спасибо». Хисон кивнул. «Прежде чем ты сядешь, Дан, не мог бы ты подойти сюда на минутку?» Он подошёл к краю зоны отдыха, где на белом кафельном полу красным мелом был нарисован замысловатый круговой узор. Дан взглянул на Джегёна, который кивнул и неохотно убрал руку с его плеч. Затем альфе пришла в голову какая-то мысль, и он с подозрением посмотрел на Хисона. «Ни один из этих тестов не болезненный, верно?» Хисон прижал руку к груди, лицо его исказилось от ужаса. «Думаешь, я причиню боль этому маленькому ангелочку? Конечно, нет». Он тепло улыбнулся Дану. «Во время тестов боли не будет, обещаю. Ты можешь почувствовать лёгкое покалывание, но просто говори, если что-то покажется тебе неприятным, хорошо?» «Хорошо», — ответил Дан, обрадованный тем, что Джегён высказал свои предыдущие опасения по поводу тестов. Он приблизился к круговому узору на полу, а Джэ последовал за ним. Хисон указал на центр узора. «Постойка здесь секунду, пожалуйста. Нет, не ты». Он махнул Гёну рукой. «Ты будешь мешать чтению, если будешь стоять так близко». Джегён заворчал, но медленно отступил назад. Дан нерешительно ступил на место, указанное Хисоном. Он вздрогнул, когда красные линии на мгновение засветились, но не почувствовал ничего, кроме лёгкого дуновения ветерка вокруг лодыжек.  Хисон провёл ряд других тестов, смысл которых Дан совершенно не понимал. Некоторые из них были связаны со странными устройствами, разбросанными по комнате, а другой тест был совсем простым: он держал в руке мутный белый камень и наблюдал, как тот краснеет, магическим образом впитывая небольшое количество его крови. «Идеально», — похвалил Хисон, выхватив камень из руки и положив его в чашу вместе с другими камнями разных форм и цветов. Он повернулся и улыбнулся. «Теперь можешь сесть рядом со своим альфой». Дан и Джегён сели на диван так близко, что бедро Джегёна упиралось в бедро Дана. Джу снова сплел их руки. Хисон опустился в кресло напротив них, налил себе чашку чая, скрестил ноги и откинулся на спинку стула. «Итак, Дан, расскажи мне немного о себе. Ты состоял в клане до встречи с Джегёном?» Дан напрягся при слове «клан». Рука Джегёна сжала его чуть крепче. Он кивнул, сглотнув. «Да, был. Я был от господина… а, то есть…» Он нервно взглянул на Джегён, а затем снова на Хисона. «Я был из ковена Квона». Хисон изогнул бровь, обменявшись коротким взглядом с Джегён. «А когда тебя обратили?» «Меня не обращали, — ответил Дан. — Я рождённый вампир». Хисон и Джегён удивленно посмотрели на него. Хисон заметил шок Джегён. «Ты не знал?» Джегён пристально посмотрел на Дана, и его пронзительный чёрный взгляд заставил Дана сжаться в комочек. «Если подумать, ты же упомянул, что всю жизнь был вампиром». Дан старался не ёрзать под пристальным вниманием этих двух мужчин. Он знал, что прирождённые вампиры — редкость, но всё равно это пристальное внимание было неприятным. «Ты знаешь своих родителей?» — спросил Хисон. Сердце Дана сжалось, и он покачал головой. «Я никогда не видел ни отца, ни мать. Квон сказал…» У него заболело горло, когда он сглотнул. «Квон сказал, что они не подходят для ковена. Я не знаю, что с ними случилось». Лицо Хисона было добрым, голос мягким. «Тебе никто о них не рассказывал?» «Нет…» Дан опустил взгляд, его грудь была полна эмоций, которые он годами скрывал глубоко. Рука Джегёна выскользнула из его руки и обняла его за талию, притягивая к себе. «Давай пойдём дальше?» — сказал он Хисёну голосом, опасным образом близким к рычанию. Хисон кивнул. «Хорошо. Сколько тебе лет, Дан?» "Двадцать девять." Хисон промычал: «Ты когда-нибудь замечал в себе что-то, отличающее тебя от других вампиров?» Дан на мгновение задумался. «Ну, мне не очень нравится пить человеческую кровь». Хисон наклонил голову, на его лице отражалось крайнее любопытство. «м?» Дан кивнул. «Другие вампиры моего ковена, похоже, любят пить из людей гораздо больше, чем я. Некоторым из них даже нравится причинять боль, пока они питаются…» Он замолчал, чувствуя, как его губы задрожали, затем судорожно вздохнул и продолжил. «Особенно Квон. Ему нравится видеть, как мы причиняем людям боль, но я это просто ненавижу, и…» У него перехватило горло, когда в голове пронеслись ужасные воспоминания. «…Меня за это часто наказывали». Громовой рык вырвался из груди Джегёна. Плечи Дана дрожали, но он не сопротивлялся, когда альфа обнял его обеими руками и прижал голову к подбородку. «Конченный псих», — выплюнул Джегён над его головой. «Я его блядь убью». Хисон наклонился вперёд, его лицо стало серьёзным. «Эти люди, которыми Квон заставляет тебя питаться. Откуда они берутся?» Дан нахмурился, представив себе опечаленные лица множества пленённых людей, которых он видел в ковене. «Думаю, они в основном бездомные. Я нечасто хожу на охоту, но когда выхожу, вижу, как другие охотники просто… забирают людей». Хисон и Джегён посмотрели друг на друга с отвращением и шоком. Дан перевел взгляд с одного на другого, и у него перехватило дыхание. «Что случилось?» Хисон погладил подбородок, его бледные брови сдвинулись. «Если то, что ты говоришь, правда, то Квон грубо нарушает несколько межвидовых соглашений». «Какого хрена он мог провернуть такое дерьмо прямо у всех под носом?» — яростно потребовала Джэ. «Это, должно быть, незаконное принуждение», — сказал Хисон, смягчённо взглянув на Дана. «Он ведь практикует принуждение со своими рабами, не так ли?» Дан вздрогнул и вцепился в рубашку Джегёна. «Он… да..». «И я предполагаю, что он использует это, чтобы заставить тебя никому не рассказывать о его действиях?» Дан мог только кивнуть, его челюсть дрожала от мысли о том, как его насильно подчинят воле лидера ковена. Квон много раз применял к нему принуждение, заставляя делать то, о чём он предпочёл бы забыть. Джегён в замешательстве перевел взгляд с одного на другого. «Но как Дан может нам об этом рассказать, если его заставили молчать?» Хисон посмотрел на Дана, с любопытством изогнув бровь, ожидая ответа. Дан закусил губу. «Я всегда сопротивлялся этому больше. Наверное, потому, что я просто ненавижу то, что он заставляет нас делать, но ему всегда приходилось прилагать больше усилий, чтобы сделать это». Грудь Джу наполнилась гордостью. Он погладил Дана по волосам, поцеловав его в макушку. «Это просто ахуенно. Продолжай в том же духе Дан». Хисон лукаво им улыбнулся. «Думаю, у твоего сопротивления ему, есть ещё одна причина», — сказал он, ставя чашку на стол и вставая со своего места. «Думаешь?» — спросил Дан, с любопытством наблюдая, как колдун пересек комнату, чтобы заглянуть в чашу, куда он положил камень, впитавший кровь Дана. После того, как он мгновение изучал камни, его глаза загорелись, а улыбка стала шире. «Точно так и думал! Боже мой, это довольно…» Он прикрыл рот рукой, выглядя совершенно ошеломлённым. «Выкладывай! Что там??» — рявкнул Чжэкён. «Что ты нашёл?» Хисон быстро вернулся в гостиную, не сводя с Дана сияющих глаз. «Я кое-что узнал о твоих родителях». Грудь Дана дрогнула, а глаза расширились. «Мои мать и отец?» Хисон покачал головой, его улыбка была поистине восторженной. «Нет, Дан. Твои отцы … Ты родился от вампира и омеги-оборотня».