Хокаге

Наруто недоволен. Почему-то сейчас он, вдруг, задумывается и понимает, что живёт не так как хотел. Ну как… Хокаге-то он стал, уже почти четыре года назад. И планировал, что на этой должности он сможет вершить великие дела, спасать людей. А в итоге вершит только какую-то бумажную волокиту, да спасает свой стол от разрушения под грузом бумаг. Нет, всё конечно, в целом, неплохо. Царит мир без войн, жизнь стабильна, деревня работает — как часы, новые поколения подрастают и перенимают опыт старших. Только — какой в этом толк, если он не видит, как растут его собственные дети; не знает, чем увлекается его сын, что интересно его дочери, чего хочет его жена… чем живёт его семья, которую он видит всё реже. Конечно, у них есть всё, они даже вполне обеспечены… Всем, кроме его внимания. И никакой клон дома не заменит им его. Боруто так вообще уже научился его выявлять за минуту. Чаще, правда, ударом в живот. И это пацан ещё сдерживается, а так-то силы у него достаточно. Или это потому что сам Наруто — всегда уставший и мечтающий поспать. И на работе его тоже никакой клон не заменит. Получается, всем нужен оригинал… А самому оригиналу нужен отдых, желательно двадцатичетырёхчасовой непрерывный сон. Но что он может сделать против этого?! Его миссия — защищать деревню, и кроме бумажек, по правде говоря, они решают много вопросов. И он, честно, боится, что если хоть на день, на час ослабит контроль, то может случиться — что угодно, повторится трагедия или случится новая. Он вообще долго не мог доверить Шикамару даже какую-то мелочь… Ну да, советник — советует. Советует, как распределить бюджет, какие миссии согласовать, какие предложения согласовать, а какие отклонить. А ночами Наруто сам читал отчёты о миссиях, проверках, дозорах. Потом только стал немного делегировать что-то, потому что времени не хватало ни на что. Сам Наруто понимает злость Боруто. Его резкие слова, колкие взгляды. Хочется быть для него, как и раньше — отцом, которого он любил. А получается быть только выросшим мальчишкой с ПТСР, недолюбленным и боящимся всё потерять. Да, он ощущает свои ошибки, каждый раз заходя домой, когда все уже спят; каждый раз, когда решает, что проведёт на работе ещё одну ночь; каждый раз, когда видит глаза Химавари — она не говорит, улыбается, но всё равно ждёт его и хочет провести с ним время. Но он не может остановиться, давит тревога, что если он остановится — то все решат, что он слабый, никчёмный, не заслуживающий титул. Но слабость на самом деле это то, что он слишком редко бывает дома, редко бывает рядом со своей настоящей семьёй. Он знает это, но не может ничего с этим поделать.