След Взрыва

Они провели с Ёсико ещё около часа в её палате в лечебном крыле «Плюс-Ультра», пока её не начало клонить в сон от переутомления. Врач их же агентства мягко, но твёрдо попросил дать пациентке отдохнуть. Прощание было наполнено не грустью, а уверенностью — они знали, где она, и знали, что увидятся завтра. Они вышли не на улицу чужой больницы, а в знакомый, сверкающий чистотой главный атриум штаб-квартиры. И едва они сделали несколько шагов от дверей медицинского блока, как на них обрушился контролируемый шквал. Это были не уличные папарацци, а аккредитованные корреспонденты, которые дежурили в пресс-зоне агентства, и несколько сотрудников из других отделов, которые, услышав новость, не смогли сдержать эмоций. -Динамит! Правда ли, что Астра в сознании и уже в стенах агентства? — Деку! Как она выглядит? Она узнала вас? — Это часть программы «Возвращения»? Их окружали не крики, а взволнованные, профессиональные вопросы. И сегодня, в этот день, даже Бакуго не огрызнулся. Киришима повернулся к небольшой толпе, его лицо, ещё мокрое от слёз, сияло самой широкой и искренней улыбкой. — ДА! — сказал он громко и чётко, чтобы слышали все. — Она с нами! Она слабая, но она УЛЫБАЛАСЬ! И она уже здесь, дома! Он не сдерживал новых слёз, и они текли по его щекам — слёзы облегчения и гордости за свою команду и своё агентство. Изуку, всё ещё взволнованный, кивал, вытирая лицо рукавом своего геройского костюма. — Астра… её воля невероятная! Это лучший пример для всех нас! Программа восстановления уже началась, и мы сделаем всё, чтобы она вернулась в строй! Все взгляды и диктофон обратились к Бакуго. Он стоял, засунув руки в карманы, его брови были нахмурены, но на лице не было привычной злобы. Была глубокая, вымотанная усталость и странное, непривычное спокойствие. — Динамит! Ваши слова? — спросил ближайший репортёр. Бакуго медленно поднял взгляд. Он обвёл взглядом знакомые стены атриума, сверкающий логотип «Плюс-Ультра», потом снова посмотрел в сторону медицинского крыла и выдохнул одно-единственное слово, которое в контексте этого места и этого дня значило всё. — Работает. В этом слове не было раздражения. Было признание. Признание эффективности системы, в которой они состоят. Признание того, что их общие усилия — его, команды, врачей агентства — дали результат. Он не стал ничего больше говорить, грубо, но без злобы пройдя сквозь небольшой круг людей по направлению к лифтам. Его не пытались остановить. Этого короткого, ёмкого слова и сияющих лиц его напарников было достаточно. Вечером того же дня по новостным каналам появилось краткое сообщение: «Герой Астра, участник программы восстановления агентства, стабильно вышла из комы и переведена в активную фазу реабилитации». К сообщению прилагалось официальное фото — те самые кадры с террасы лечебного сада. А трое друзей, закончив все отчёты по миссии, молча поднялись на крышу штаб-квартиры. Они не говорили ни слова. Просто смотрели на огни своего города, который они защищали. Их товарищ, их Астра, была не просто жива. Она была под лучшей в мире защитой, в их же крепости. И теперь их общая работа — вернуть её в строй — входила в официальное, чёткое русло.