Дорога в огонь

Наконец-то плоды моих трудов обрели сколько-нибудь осязаемую форму. Кракатук работает как часы. Иногда мне кажется, что, выходя на улицы бурлящего жизнью города, я действительно слышу тиканье, как в древних моделях этого устройства. А по ночам поселение затихает, и обрушившаяся тишина пробивает полночь. От звука молчаливых курантов звенит в ушах, но это, кажется, никого кроме меня не затрагивает. ...А утром всё повторяется вновь. Тик-так, тик-так. Собрание в зале совете (Первая Звёздная Башня, этаж 5, помещение 2). Тик-так. Снаряжение очередной экспедиции на ночную сторону планеты. Тик-так. Еженедельный отчёт Адмиралтейству. Тик-так. От этого хочется бежать, бежать сломя голову и не разбирая дороги. Я к такой жизни не был готов. Для сражений я создан - для этого нет. Слишком многое я потерял на этой планете. Вчера вечером, как всегда, выходил на набережную. У меня было несколько теорий, почему это называется набережной, но я постоянно забывал спросить об этом архитектора. Наверное, всё-же потому, что никто не хотел присваивать чуть ли не единственному в городе месту, предназначенному для прогулок, гордый титул “продолговатой бетонированной площадки на краю огненного разлома”. С набережной открывается прекрасный вид на Дорогу в Огонь. В последнее время лишь здесь я мог почувствовать, что действительно живу, дышу и существую. Всё остальное спутывается в памяти словно клубок огненных нитей, и только я тяну одну, выравниваю его из обожжённых ладоней. Приходя на набережную, я зову. Тихо, почти шёпотом, боясь, что мои слова услышит кто ни-будь кроме той, кому они предназначены. Она слышит всегда, и всегда на мой зов является. Чёрт. Я словно переживаю вчерашний вечер вновь. Я зову, и оборачиваюсь на звук лёгких, как у кошки шагов. “Гизела”, - киваю я. “Командор”, - отвечает она с ехидной улыбкой. Манеру советника говорить со старшими по званию в издевательском тоне я возненавидел с самой первой встречи. Впрочем, тогда я возненавидел всего советника. Я не знал, что буду так скучать. Наклоняю голову на бок, невольно залюбовавшись окружавшим нойту ореолом электрически-синих огней. Сделав несколько шагов вперёд, убираю выбившуюся из причёски женщины чёрную прядь, коснувшись кончиками пальцев холодной щеки. Холодной, как льды Верхнего Мира. Гизела смеётся. Такое с ней случается не часто. “Наверное, удачно провела эксперимент”, - решаю я, и она тут же подтверждает мои мысли, начав восторженно описывать “прекрасную в своей хтонической эфирности” саламандру, которую она обнаружит через 5 часов 32 минуты. Похваставшись успехами на научном поприще, обхватывает мою шею руками. Тонкие губы растягиваются в ухмылке. “Смотришь так, словно призрака увидел. Их существование пока не доказано.” Я не отвечаю, лишь опускаю голову и вдыхаю мятно-лавандовый аромат волос цвета воронова крыла. Цветочный шампунь... Советник такая девочка-девочка, право же. Каким я был дураком, когда ценил её лишь в качестве отменно выполняющего свои обязанности специалиста. “Без тебя совершенно не то”, - сокрушённо пробормотал я, когда молчание начало давить. “Так уж не то?” Опять этот тон. “Азриэль, что было, то было. Нельзя цепляться за прошлое вечно.” В теле растекается странная пустота. Я чувствую, как её щупальца пробивают грудную клетку, рассекаясь на нити поднимаются по плечам и мягко опутывают шею. С каждым мгновением становится всё труднее ловить ртом воздух, а в глазах прыгают бесформенные тёмные пятна. “Командор, слышишь? Прошло уже слишком много лет.” Нойта поднимает на меня пьянящие глаза, в которых огонь сплетался в диком танце с электрическими разрядами. Призрачная фигура медленно теряет очертания, тень плаща взвивается за её спиной подобием крыльев. “Отпусти. Жить меж двух миров - не твоя работа. Моя.” Небо над Кракатуком осветила паутина молний. Внезапные бури на этой планете не были редкостью, так что, наверное, никто и не обратит особого внимания. Раскаты грома стихли. Я остался стоять на набережной в одиночестве, пронзаемый стрелами жестокого осеннего ветра. Как-то так. Это последняя запись в моём дневнике. Не знаю, кому и зачем я это надиктовываю. Наверное, мне просто нужно высказаться. Вроде-бы, этот метод даже используют на Земле психотерапевты. Сегодня всё кончится. История Люциферазы, которую мы знаем, началась у Дороги в Огонь. Так пускай же моя в ней закончится. Я выбираю Верхний Мир.

Cоветник Нансен числится пропавшим без вести в ходе исследования электромагнитных феноменов планеты.

Мэр-командор Шеклтон погиб в ходе рутинного перехода через Дорогу в Огонь на Ночную сторону планеты, не оставив наследников.