Фестиваль Основания и всё остальное

На старых часах с маятником пробило шесть. Рутине закончила расставлять новую партию книг по магии на полку. Она ещё раз протёрла корешки влажной тряпкой, чтобы не осталось пыли. Она вернулась к столу, её взгляд зацепился за журнал, где она оставляла пометки о том, кто и когда взял или вернул книгу. Ранние сумерки уже заглядывали в окно, зашторенное лёгким кружевом. Рутине потушила лампу. Сегодня её рабочий день прошёл как обычно, а это значит, что можно было сбросить маску и подумать о более важных вещах. С минуты на минуту должна явиться Ирис. Они поговорят о чём-нибудь незначительном, а потом медленно пройдут по улице к жилищу Ирис, где соберутся на бал — так сказал отец Клематис. Теневые воины не должны будут встречаться все вместе до начала бала, чтобы избежать обнаружения. Никто же не заподозрит двух подружек, которые просто возвращаются домой вместе? — Приветики, а вот и я. Колокольчик на двери тихо звякнул, оповещая о появлении посетительницы. Ирис не спеша прошла к столу, почти не стуча маленькими каблуками. Она сделала простодушное выражение лица, подходящее к её роли. — Сегодня ты не задержалась? — Да, никаких срочных дел не было. — Значит, я вовремя. Дорогая библиотекарша, не позволите ли скромной подруге-официантке проводить вас до дома? Ирис улыбнулась и то ли шутливо, то ли кокетливо протянула Рутине руку. Это был лишь фарс, сплошная ложь — однако Рутине отчего-то вздрогнула, когда её холодная маленькая рука коснулась тёплой руки Ирис. На пальцах обеих — мозоли от обращения с оружием. Рутине одёрнула себя: теневые воины никогда не должны ставить ничего выше миссии и приказов командира. Всё остальное было лишь прикрытием и не более. — У меня в винной лавке тоже ничего необычного. Несколько дней назад мы получили поставки урожая этого года с Юга. Помнишь, я тебе говорила? — продолжила весело щебетать Ирис, когда Рутине закрыла дверь библиотеки на ключ до завтра. — Продажи идут хорошо. Я жду не дождусь, когда мне выплатят зарплату. Я присмотрела себе новое платье в ателье за углом, оно просто очаровательное. Мне нравится фасон, хотя, может быть, оно меня полнит. Как ты думаешь, Рутине, стоит ли мне его надевать на сегодняшний вечер? — Я, честно говоря, не знаю. — Ты такая унылая! Даже поболтать не о чем с тобой. — Ирис наигранно надула губы. — Я не разбираюсь в моде, ты же знаешь. Сумерки опустились на столицу Империи, однако город и не думал засыпать. Повсюду ярко светили магические фонари и окна многоэтажных роскошных зданий. Люди спешили туда-сюда, повозки стучали колёсами по мостовой — они не были запряжены лошадьми, а двигались на силе заклинания. На одной из скамеек в тени притаилась парочка: парень создал цветок и вручил его девушке. Она благодарно посмотрела на него и что-то прошептала. Кто-то мог бы назвать магию прекрасной. Командир Лёве хотел её уничтожить. Для самой Рутине это всё не имело никакого значения. Для неё вообще ничего не должно было иметь значения — ни тихая работа библиотекарши, ни добрые улыбки посетителей, ни рука Ирис в её руке. Рутине — теневой воин, и она не может позволить себе ничего лишнего. — Пусть ты и не разбираешься в моде, но я всё-таки попрошу тебя оценить мой сегодняшний образ. Заодно оценю платье, которое выбрала ты. Мне даже интересно, что наша скучная Рутине считает красивым. — Я просто купила первое попавшееся в магазине, и всё. — невозмутимо ответила она. — Ты как всегда в своём репертуаре! — Ирис хихикнула приложила руку ко рту. — Однако я всё-таки попрошу тебя его примерить, прежде чем отправлю в мусорный бак. Я выберу тебе что-нибудь из моего гардероба: у нас примерно похожие размеры. Сегодняшним вечером ты должна выглядеть просто неотразимо. — Мне кажется, что ты переигрываешь. Какая разница как я буду выглядеть? Мы идём на задание, а не веселиться. — Не будь такой серьёзной и скучной. Когда как не сейчас нам нарядиться? Ирис посмотрела на Рутине, и та увидела в этом взгляде что-то большее, чем притворство. Это было не просто кокетство, не образ простодушной официантки, а словно тоска по тому, чего у них никогда не было. Рутине промолчала, открывая входную дверь невзрачного здания. Она снимала каморку на втором этаже отеля, что вполне ложилось на образ, будто она приехавшая из глубинки девушка из бедной семьи. Её жилище имело довольно скромное убранство и кому-то вполне могло показаться нежилым. На окнах не висели занавески, лишь тяжёлые шторы, чтобы можно было скрываться от посторонних глаз. Каких-либо растений тоже не наблюдалось, ведь Рутине считала уход за ними лишними и ненужными хлопотами. Вещи стояли словно не на своих местах, однако нигде не наблюдалось беспорядка. — Я, пожалуй, не буду проходить. Возьми своё платье и пойдём ко мне. — сказала Ирис, сквозь полутьму коридора заглядывая в недра каморки. Рутине скоро возвратилась со свёртком. Они молча проследовали дальше по улице к жилищу Ирис. Её комната в хламе, в беспорядке, но не в творческом, а в страшном и запущенном. Вещи валялись не на своих местах, как будто месяц назад сюда ворвались с обыском и перевернули всё вверх дном. Рутине прикрыла за собой дверь комнаты, а Ирис осталась ждать. Вскоре она появилась, и Ирис подавила вздох удивления. Рутине была в облегающем чёрном платье до пола с длинными рукавами, наглухо застёгнутом под шеей. Бархатная ткань казалась изящной и буквально струилась по фигуре. — Если честно, я сильно недооценила твой вкус в одежде. Ты явно выбирала это платье, а не взяла первое попавшееся. — Зачем эта лесть? — Это не лесть. Ты действительно выглядишь неотразимо, моя дорогая Рутине. — Это ни к чему. Рутине запуталась. Что из всех её слов притворство, а что правда? Ирис называла её скучной, но делала комплименты. Она притворялась её подругой, но лишь по заданию. Она тоже была сиротой Северной войны, но больше ничего их не связывало. Или связывало? Рутине ведь почти ничего не знала об Ирис, как и та о ней. Теневые воины — это не люди, а тени, безмолвные и верные слову командира. Им не подобает иметь собственные интересы и личную жизнь. Даже если бы Рутине и захотела, она не знала как. Она не умела стильно одеваться, танцевать, рисовать, петь, громко смеяться, гадать на картах, вышивать, плести венки и много всего ещё, что умели и делали девушки её возраста. Наверное, она никогда бы не смогла научиться. — Жаль, конечно, что в таком нельзя нормально сражаться. - продолжила Ирис таким тоном, будто разговаривала о мирных повседневных вещах. — Я порву длинный подол, чтобы было больше свободы ногам. Всё равно оно больше ни для чего не будет нужно. — А я в складках своего спрячу иглы. — Ирис… Мы ведь можем с тобой умереть сегодняшней ночью, правда? — вдруг ни с того ни с сего тихо проговорила Рутине. — Кто знает, кто знает. Мы всегда можем расстаться навсегда, Рутине. У нас с тобой всё неправильно. Такие уж мы — танцевать не умеем, платья рвём. — сказала Ирис и улыбнулась с искусственным весельем. — Давай помогу застегнуть. Ирис быстро и незаметно — настоящий теневой воин — оказалась за спиной Рутине и наклонилась к ней, обдав её шею горячим дыханием. Кожа Рутине покрылась мурашками. Она замерла. Ирис нежно погладила кончиками пальцев её плечи и перебралась к шее. — Ты всегда неотразима. — прошептала Ирис, и в её голосе было столько нерастраченной нежности, что Рутине забыла как дышать. Ирис так же внезапно отстранилась и вернула себе прежнее выражение лица. У Рутине промелькнула внезапная мысль — это не притворство.