Любовь котов

--- Исаги вошёл в душевую, аккуратно опустил Наги и Бачиру в ванну и включил тёплую воду. Наги, как ни странно, просто растянулся и блаженно прикрыл глаза. А вот Бачира сразу напрягся: уши прижались, глаза расширились, лапы судорожно вцепились Исаги в руку. — Ай… тихо, тихо, — поморщился Йоичи. — Бачира, это всего лишь вода. Когти царапнули кожу, горячо заныло. Исаги медленно, терпеливо разжал его лапки — по одному коготку, мягко, чтобы не напугать сильнее. — Смотри, — он провёл ладонью под струёй и улыбнулся. — Тёплая. Я рядом. Бачира жалобно мяукнул, но взгляд потихоньку потеплел; он дрожал, однако уже не рвался прочь. Наги в это время лениво перевёл глаза на них, зевнул и снова расслабился. — Вот так, умницы, — шептал Исаги, намыливая шерсть. — Быстро управимся. Спустя 40 минут Исаги вышел из ванной с двумя тёплыми, мокрыми «плюшками» в полотенцах — один виновато моргал (Бачира), второй едва не уснул на руках (Наги) он зашел с ними в комнату персонала. Он усадил их на стол для расчесывания, включил фен и взялся за расчёску. — Фууу, ветер! — Бачира зажмурился и сдвинул уши. — Потерпи, — усмехнулся Исаги. — Будешь пушистый и красивый, как всегда. — Я и так красивый, — сонно сообщил Наги и кивнул сам себе. С Бачирой всё пошло быстро: подсох, встряхнулся, минутка расчёски — и готов. А вот Наги… шерсть густая, мягкая, как облако, и бесконечная. — У тебя там запасная шуба? — пробормотал Исаги, проводя расчёской. — Честно, будто два Наги в одном. — Три, — поправил Наги и закрыл глаза. Ещё через несколько минут Наконец всё высушено. Исаги резко вспомнил разбитый горшок. — Чёрт, цветок… — Он быстро собрал осколки, выкинул, протёр землю, сменил тряпку, покормил котов — и вернулся к стойке. Перерыв кончился. Феликс, наконец, оторвался от телефона, нехотя натянул фартук и встал рядом. — Ну что, «звезда», — тихо сказал Исаги, выравнивая стопку стаканов, — попробуем сегодня без дворецкого? — Посмотрим, — Феликс лениво фыркнул. — Если клиенты будут посговорчивые. Гостей пришло много. Работа завертелась: звон посуды, шипение молочной пены, звонкий смех за столиками. Исаги двигался чётко и быстро; Феликс, хоть и с видом «мне всё надоело», тем не менее держал темп. Спустя 4 часа Кафе почти опустело. Исаги уже потянулся к табличке «Закрыто», как дверь распахнулась — вбежала девушка. Бледная, запыхавшаяся, глаза испуганно бегают. — Пожалуйста… закройте дверь… на замок, — выдохнула она, хватая воздух. — Конечно, — спокойно сказал Исаги, щёлкнул замком и подвёл её к ближайшему столу. — Сядьте. Воды? — Д-да… спасибо. Исаги принёс стакан. Девушка сделала пару глотков, пальцы всё ещё дрожали. Феликс цыкнул и поднялся. — Мне пора, — буркнул он, потянув ручку двери. — Подождите! — девушка вцепилась в рукав. — Не открывайте, прошу! — Сядь, — тихо, но очень твёрдо сказал Исаги, глядя на Феликса. Тот фыркнул, но сел. Секунду помолчал, сложил руки на груди. — Расскажите, что случилось, — мягко обратился Исаги к девушке. — Вы в безопасности. Мы рядом. Девушка кивнула, выровняла дыхание. — Я шла после работы, — начала она. — Улица пустая… И вдруг в тени — фигура. Человек в капюшоне и толстовке. Я увидела блеск… нож. Он пошёл ко мне. Я побежала, он — за мной. Она перевела дух. — Я заметила ваше кафе и забежала сюда. Пожалуйста, не открывайте. Он там. Я уверена. Исаги почувствовал, как в животе стянулась холодная пружина. "Нож. Погоня. Так, без паники. Сначала — безопасность" подумал исаги. — Понял, — он кивнул. — Дверь закрыта. Окна мы не открываем. Если увидите его, скажите сразу. Он перевёл взгляд на Феликса: — Возьми телефон. Если что — звоним в полицию. — Уже держу, — коротко ответил Феликс, не ерничая впервые за день. И в эту секунду по двери глухо ударили. Раз, другой. — Он здесь, — прошептала девушка и прижала ладони к губам. У Исаги по спине побежали мурашки, но голос остался ровным: — Всё нормально. Мы вместе. Никто не откроет. Он незаметно переместился так, чтобы закрывать собой девушку, и нащупал взглядом ближайший тяжёлый предмет за стойкой — на всякий случай. — Феликс, держи линию открытой, — тихо сказал он. — Если удар повторится — звони. Снаружи снова что-то ударило по двери. В помещении стало так тихо, что слышно было, как тикают часы над кофемолкой. — все будет хорошо-шепнул Исаги, больше для девушки, чем для себя. И в этот момент снаружи раздался новый, ещё более резкий удар. (продолжение следует) ---