Сингулярность

Нил начал думать, что он не так хорош в эмоционально невовлеченных сексуальных отношениях, как он думал. Это было разумное предположение. Нил был эмоционально равнодушен ко всем остальным отношениям, которые у него были в детстве. Не было причин, по которым его сосед по комнате, ставший его другом с привилегиями, должен был стать исключением из этого правила. — Тяжёлое расставание, да? — спросил Мэтт, передавая Нилу пиво. Он не пил, но любил держать бутылку на вечеринках. Из-за этого люди перестали предлагать ему выпить. — Мы не встречались, — напомнил ему Нил. — Ага, — не убеждённо отвечает Мэтт. Нил бросает на него холодный взгляд, и Мэтт поднимает руки, сдаваясь. — Как скажешь, приятель. Нил нахмурился. Он не понимал почему Мэтт считает его своим "другом". Они посещали один и тот же репетиторский курс английского языка – единственный общий предмет, который они изучали, будучи студентами совершенно разных специальностей. Нил учился на первом курсе математики и дополнительной специализации по статистике, а Мэтт – на третьем курсе по управлению бизнесом. Нил предполагал, что их общение прекратится после окончания семестрового группового проекта. Но каким то образом этого не случилось. Нил прислоняется к стене. Музыка эхом разносилась по маленькому университетскому общежитию. Двенадцать комнат на этом этаже делили одну большую гостиную и маленькую кухню, которым никто не пользовался, разве что для того, чтобы случайно поджечь брауни с травкой или попкорн. Он бывал здесь всего пару раз; жил через пару домов, вместе с другими неудачниками-первокурсниками, проигравшими в лотерею —отдельные комнаты. Когда полгода назад Нил переехал сюда, делить комнату с незнакомцем было для него пугающей перспективой. Когда Нилу было одиннадцать, он и его мать переехали через всю страну и официально сменили имена после затянувшегося и мучительного процесса ареста над отцом. С тех пор они жили только в квартире, настолько узкой, что, расставив руки, можно было дотянуться до обеих стен. Именно их консультант, назначенный службой безопасности, убедила его мать разрешить ему поступить в университет. Её состояние значительно улучшилось с тех пор, как его отцу впервые предъявили обвинение, но она всё ещё была подвержена приступам крайней степени паранойи и тревожности. Ему приходилось писать ей несколько сообщений в день, и обычно он звонил ей вечером, когда возвращался в общежитие, чтобы успокоить её и сказать, что он жив. Его соседу по комнате сразу не понравились привычки Нила в использовании телефона. Ну, на самом деле, это было несправедливо. Предположить, что Эндрю не понравились привычки Нила в использовании телефона, означало бы предположить, что в первый месяц Нил ему хоть чем-то нравился. ** — Привет, — сказал Нил, когда его сосед наконец приехал, почти через восемь часов после его заселения. Его руки были скользкими от пота, а живот болел от беспокойства. Эндрю Миньярд — Нил знал его имя по списку распределения комнат — бросил на него пустой взгляд, когда загрузил большой чемодан в угол левой части комнаты. — Я.. — Стоп, — сказал Эндрю. — Я тебе не друг. Мы не будем общаться. Если пересечёшь мою сторону комнаты, я тебя зарежу. Если тронешь хоть что-нибудь из моих вещей, я сломаю тебе руки. Понял? Нил уставился на него. Эндрю Миньярд, облачённый в чёрное, ростом всего в пять футов, смотрел в ответ с безразличием. Нил, наверное, заподозрил бы шутку, но в выражении лица Эндрю не было и намёка на шутку. Нил кивнул, откидываясь на спинку кровати. — Хорошо. Это вызвало крошечную трещину в обороне Эндрю, мелькнуло удивление. Он пожал плечами и начал распаковывать чемодан, развешивая вещи в крошечный шкаф на своей стороне комнаты. Нил откинулся на кровать, достал телефон и воткнул в уши наушники. Эндрю бросил на него пару подозрительных взглядов, но больше ничего. Это было прекрасно. Нил вырос в окружении насилия. Он знал, как с этим справляться. Помощник куратора чуть не заболтал его до смерти. Нил содрогнулся при мысли о том, что было бы если бы его сосед по комнате оказался таким же болтливым. А вот подростоком-убийцей Нил справится. Они будут игнорировать друг друга, и семестр продолжится, а когда Нил перейдёт на второй курс, ему гарантированно предоставят отдельную комнату как старшекурснику, и ему больше никогда не придётся беспокоиться о соседях. *** — Эй, красавчик, — сказала Элисон, выглядывая из-за угла кухни и обнимая Нила за шею. Нил нахмурился в недоумении. Друзья Мэтта, как ни странно, приняли его, но привычка Элисон обвиваться вокруг Нила, словно кошка, была исключительно странной. Она ухмыльнулась, глядя на него сверху вниз, и поиграла бровями. — Слышала, монстр тебя бросил, — сказала она. Нил нахмурился. — Кто теперь это не знает? — Хм, — сказала Элисон. — Я бы выбрала вариант "примерно никто". — Это фантастика, — проворчал Нил. — Кто тебе конкретно это рассказал? Ни он, ни Эндрю не были теми, кто рекламирует свои отношения, остальные узнали об этом только из-за его надоедливого куратора. Поскольку стены были сделаны практически из картона, тот узнал почти все секреты.  — Леди никогда не раскрывает свои источники, — сказал Элисон. — Кроме того, не думай, что я верю твоей игре в скромника. Если бы я тебе рассказала, к утру они, вероятно, уже были бы мертвы. Казалось, ей нравилась эта мысль – во всяком случае, кровожадность Нила. Она не собиралась отказываться от сплетен и позволять ему разобраться со ними. Нил нахмурился и быстро отпил пиво, и тут же об этом пожалел. Отвратительно. Девушка Мэтта и пара их друзей танцевали в гостиной, развязынные и задорные. Весенние каникулы формально должны были начаться только через два дня, но завтрашние занятия отменили из-за важного спортивного мероприятия — футбола, пренебрежительно подумал Нил, — поэтому все начали рано. Элисон ткнула палец в его щеку. Нил дёрнулся, сердито глядя на неё. Это было довольно сложно, ведь она всё ещё держала его в захвате. — Что? — спросил он. — Бедная тыковка, — сказала она, потираясь щекой о его волосы. Нил отстранился и потянулся, чтобы открыть ей глаз большим и указательным пальцами. — Ты под кайфом? — спросил он, осматривая её расширенный зрачок. Элисон отмахнулась от его руки. — Ой, тише. Я пытаюсь проявить сочувствие. — Ты пытаешься заставить меня рассказать тебе подробности, — сказал Нил. — Ты же знаешь что этого не произойдёт. — Паршивый мальчишка, — проворчала Элисон, но не стала отрицать. Нил терпел её пьяные поглаживания ещё около минуты, отпив ещё один глоток пива. Это было не так противно, как в первый раз. — Всё в порядке, — сказала она. — Я знаю много хороших парней. Или несколько плохих, раз уж они похоже, в твоём вкусе. Мы быстро найдём тебе кого-нибудь нового. Я хорошая сваха. — Не думаю, что мне интересны парни такого типа которые ты знаешь, — сказал Нил. — Не будь таким предвзятым, — сказала Элисон. — Ты не знаешь, что теряешь. Перепихон — это как раз то, что поможет тебе забыть о расставании. — Мы не расстались, — сказал Нил, но с каждым разом его слова звучали все менее убедительно. В конце концов, единственной причиной, по которой он вообще оказался на этой дурацкой вечеринке, было то, что он не хотел возвращаться в свою комнату. Потому что Эндрю будет там. ** Нил сразу же взял телефон, как только он зазвонил, – привычка, выработавшаяся у него в детстве, когда его мать была чрезмерно опекающей. Он поднёс телефон к уху, поднимаясь по трём пролётам лестницы, чтобы попасть в общежитие; лифт не работал последние шесть дней. Это была не его мать. — Нил, — сказал Эндрю, и хотя Нил слышал его всего несколько раз, его голос невозможно было спутать ни с кем другим. Нил оторвал телефон от уха, долго смотрел на него, а потом снова приложил. — Откуда у тебя мой номер? — Мне его дал PA. — Ники? Я не знал, что ты с ним разговариваешь. — Он мой двоюродный брат, — раздраженно сказал Эндрю. — Не заходи в общежитие в течение следующего часа. — Что? — спросил Нил. — Зачем? Мне через четыре часа нужно сдать тест по математике. — Тогда воспользуйся библиотекой, гений. Нил стиснул зубы. — Зачем тебе комната? — Для секса. Нил замер посреди лестницы. — Ладно, — сказал он, потому что меньше всего ему хотелось застать соседа по комнате с какой-то девчонкой. — Но ты у меня в долгу. — В следующий раз, когда ты приведешь к нам в комнату девушку, я обязательно уеду из штата, — сказал Эндрю и повесил трубку. — Фу, — сказал Нил, уставившись в телефон. К счастью, тест по математике был онлайн, так что это не будет такой уж проблемой, но учебник лежал в комнате, в общежитии. Нилу придётся воспользоваться онлайн-версией, которая выглядела так, будто её писал младенец. Он прислонился к перилам и открыл журнал вызовов, нажав на последний неизвестный номер. Не лезь в мою кровать – написал он, просто чтобы не показаться невежливым. Эндрю отправил в ответ эмодзи со средним пальцем, что было одновременно по-детски, и жалко. Нил закатил глаза, сохраняя номер Эндрю в телефоне. Вряд ли у Нила в ближайшее время будет «горячее свидание», но он мог бы придумать пару плюсов в том, что сосед по комнате будет у него в долгу. *** — Оставь его в покое, Элисон, — сказала Рене, проскальзывая с другой стороны к Нилу. Она улыбнулась ему, одетая в рубашку на пуговицах и жилет, галстук-бабочка и юбка словно были позаимствованны из пятидесятых. Она выглядела очень чудаковато и мило, и Нил был почти уверен, что она — самый опасный человек в этой комнате. — Как дела, Нил? — спросила Рене, отпивая газировку. — Всё в порядке, — раздраженно сказал Нил. — Почему люди постоянно спрашивают меня об этом? — Это твоё первое расставание! — сказала Элисон. — Все бывают расстроены после первого разрыва! — Кто сказал, что это мой первый опыт? — проворчал Нил. Элисон замерла, подозрительно прищуриваясь. — Неужели? Нил долго молчал, а потом вздохнул. — Да, всё в порядке. Но это не разрыв, потому что мы не встречались. — Но вы же были друзьями, — заметила Рене. — Это, должно быть, немного обидно. Нил пожал плечами. — Я знал на что иду. — Конечно, — сказала Элисон. — Вот почему ты впервые за всё время пьёшь? — Я не пью, — раздраженно сказал Нил. — Ага, — сказала Элисон. — Сколько пива у тебя там осталось, приятель? — Она всё ещё полна… Нил замолчал, взглянув на бутылку. Он мог бы поклясться, что сделал всего пару глотков, но добрая половина напитка была уже выпита. — Я здесь уже больше часа, — сказал Нил, отставляя напиток. — По сути, это ещё ничего. Элисон шумно вздохнула, положив подбородок ему на макушку. — И что ты вообще нашёл в этом парне? — Он не так уж и плох, — сказала Рене. Нил нахмурился. — Я забыл, что вы дружите, — сказал он. У него, по сути, было всего две социальные группы: его команда экси-активистов, куда входил Эндрю, и друзья Мэтта. Тот факт, что эти две группы пересекались, всё еще несколько сбивало его с толку. Большинство друзей Мэтта знали Эндрю. Но только Рене действительно с ним разговаривала. — Мы с Эндрю дружим ещё со школы, — сказала Рене. Она на мгновение замолчала. — Признаюсь, я была разочарована, что всё не сложилось. Вы хорошо подходили друг другу. — Мы просто тусовались, — сказал Нил смущённо. — Ничего особенного. Рене улыбнулась: — Ты не знаешь Эндрю так, как я. Нил опустил взгляд,крутя пивом. Он думал, что знает Эндрю. Жизнь в одной комнате площадью в пятьдесят квадратных футов могла бы сотворить такое с каждым, но дело было не только в этом. Эндрю понимал его так, как никто другой. ** В спальне пахло сигаретным дымом. Нил замер в дверях, глядя на Эндрю. Он сидел на подоконнике с сигаретой в зубах, мельком взглянув на Нила, прежде чем снова отвернуться. Несмотря на отсутствие реакции, Нил знал, что тот ждёт, что он поднимет шум. Он взглянул на пожарную сигнализацию. Эндрю натянул на неё презерватив, так что Нилу не нужно было беспокоиться о том, что он активируется. Он бросил рюкзак рядом со столом и плюхнулся в кресло. Он открыл телефон,ему всё ещё нравилась тактильная клавиатура, хотя раскладушки вышли из моды пару лет назад. Телефон-раскладушка был подарком на выпускной от его кураторши из WitSec Роберты. Он набрал номер матери и поднёс телефон к уху. Запах дыма окутывал его. Мать бросила курить пару лет назад и ограничиваясь только одной, а когда курила, обычно запирала дверь чтобы защитить его от табачного дыма. Несмотря на это, запах вызвал волну ностальгии. Пахло домом. — Нил, — поприветствовала его мать дребезжащим голосом в трубке. — Привет, мам, — сказал он. — Там солнечно? — Здесь ясное небо. — Хм, — сказал Нил. — У меня экзамены. Последний — шестнадцатого. — Я попрошу Робби забронировать для тебя рейс домой. — Спасибо, — сказал Нил, потирая лоб. Мать больше ничего не сказала, и они долго сидели по разные стороны провода, просто слушая дыхание друг друга. — Мне нужно сделать домашнее задание, — наконец сказал Нил. — Хорошо, — сказала его мать. — Я позвоню тебе завтра. — Оставайся в безопасности. — Ты тоже, — сказал Нил, и разговор закончился. Он наклонился вперёд, положив голову на стол. — Всё ещё солнечно? — с насмешкой процитировал Эндрю. — Что это должно значить? Нил попытался бросить на него сердитый взгляд, но он был слишком усталым, чтобы вложить в него хоть каплю злости. Это означало, что Нил был в безопасности, и никто не раскрыл его личность, и да, он повторял это в каждом телефонном звонке. Старые привычки. Спустя семь лет даже мать Нила признала, что за ними больше никто не охотится всерьез, но это не означало, что она готова полностью потерять бдительность. Нил закрыл глаза, мечтая о сне. Промежуточные экзамены убьют его быстрее чем гипотетические гангстеры. — У тебя есть ещё ? — спросил Нил. Эндрю долго и равнодушно разглядывал его, затем вытащил из кармана пачку сигарет и бросил его Нилу. Тот поймал его, высыпал одну пачку себе в руку и обнаружил внутри зажигалку. Дым обжег лёгкие, и ему пришлось сдержать кашель. Он перевёл дыхание и закрыл лицо рукой, прижав сигарету к щеке. Минуту он просто дышал, наслаждаясь редким мгновением тишины. — Ты зря тратишь сигарету, — сказал Эндрю, туша свой о подоконник. От неё остался небольшой след, последняя струйка дыма взмыла в воздух словно танцуя, прежде чем угаснуть. — Расскажи мне что-нибудь, чего я не знаю, — зевнул Нил, прежде чем потушить сигарету о подошву ботинка. Он спрятал остатки в карман и неохотно достал ноутбук, чтобы поработать над заданием по английскому. Он с нетерпением ждал, когда наконец закончит с обязательными зачётами по искусству и наконец-то оставит эссе позади. Он работал уже минут пять, когда заметил, что Эндрю пялится на него. Он взглянул на него, приподняв бровь. Эндрю едва заметно стиснул челюсти, затем с шумом поднялся с подоконника. Он на мгновение замер за спиной Нила, глядя на его эссе. — Проблемы? — спросил Нил, слишком уставший, чтобы быть тактичным. Эндрю пренебрежительно фыркнул, но не стал вдаваться в подробности, и Нил игнорировал его до конца вечера. Может быть, в этом и была проблема. ** Нил поднёс пиво ко рту и успел сделать всего два глотка, прежде чем оно закончилось. Он нахмурился, наклонив бутылку набок. — Хочешь еще? — спросила Элисон. — Возможно, ему достаточно, — сказала Рене, взглянув на Нила. — Тссс, тише. Две банки пива его не убьют. Рене бросила на неё укоризненный взгляд. Элисон поджала губы и откинула волосы. — Обещаю, я прослежу за ним после этого, хорошо? Рене выглядела недовольной, но повернулась и вопросительно посмотрела на него. — Нил? Нил покатал бутылку между ладонями. — Ты хочешь сказать, что у меня есть право голоса?— сухо спросил он. Элисон выглядела обиженной. — Ты думал, что я собираюсь насильно залить алкоголь тебе в глотку ? Нил посмотрел на горлышко бутылки. Он никогда раньше по-настоящему не напивался — две вечеринки, которые он посетил в старшей школе, были короткими и скучными, в основном потому, что он звонил матери в течение часа, чтобы та его забрала. Элисон восприняла его молчание как согласие и фыркнула. — Рада знать, что ты такого высокого мнения обо мне. Так хочешь выпить или нет? Нил оглядел комнату. Время близилось к полуночи, и примерно половина гостей вечеринки переместилась в университетский бар; Мэтт танцевал со своей девушкой в ​​гостиной, а ещё несколько человек толпились на кухне и в столовой, но народу было немного. — Конечно, — сказал он, протягивая Элисон пустую бутылку. Она швырнула её в сторону мусорного ведра, и он поморщился, услышав хруст стекла о пластиковый контейнер. Элисон щёлкнула пальцами кому-то на кухне. — Ты, — сказала она. — Принеси два хороших крафтовых пива в холодильнике. Нет, не чёртовы пильзнеры… — Встревоженный первокурсник подбежал с парой бутылок пива и вложил их в руку Элисон. — Наконец-то, — сказала она, хотя обмен репликами занял всего секунд двадцать. — Пойдем сядем, мне надоело торчать у стены словно задумчивый юноша-герой восьмидесятых. Она не стала ждать его ответа, ухватив Нила за руку и плюхнувшись на диван лицом к центру. Мэтт заметил Нила и помахал, дёрнув Дэн за рубашку, чтобы привлечь её внимание. Увидев их троих на диване, она улыбнулась и подвела Мэтта за руку. Уличные фонари освещали окно позади них тускло-оранжевым светом. Дэн плюхнулась на диван и сняла туфли, потирая ступни. — Не понимаю, как ты это делаешь, Элли, — сказала она. — Меня тошнит от алкоголя уже через часа два. — Годы тренировок, дорогая, — протянула Элисон, затем ухмыльнулась и помахала держа в руке пиво. — Подожди секунду, — сказал Дэн, указывая на Нила. — Ты пьёшь? Ты же вообще никогда не пьёшь. Нил напрягся, когда все взгляды снова устремились на него. Он отвернулся, нахмурившись. — Может, поэтому, — пробормотал он. Он ненавидел, когда они обращали на него внимание, когда он отступал от привычного распорядка. — Это всего лишь пиво. — Чувак, — сказал Мэтт. — Тебе Эндрю очень нравится, да? — Не все дело в Эндрю! — резко ответил Нил. Остальные замерли, глядя на него, словно на дикого зверя. Он тяжело выдохнул через нос, уставившись на ковёр. — Ладно, — пробормотал он. — Может, дело не в Эндрю. Просто… Оставь это, ладно? Элисон протянула руку, чтобы утешающе погладить его по голове, но он отдернул голову и прислонился к противоположному подлокотнику дивана. Он отпил пиво, едва почувствовав его вкус. Рука Рене скользнула в его руку. Она слегка сжала её, прежде чем убрать, возможно, почувствовав, что Нил не позволит ей долго проявлять сочувствие. Нил отвёл взгляд, позволяя ей перевести разговор в более безопасное русло, и вместо этого уставился на свою бутылку пива. Он сделал еще один глоток. **** Нил забарабанил в дверь их комнаты. — Эндрю, если ты там, у тебя тридцать секунд, чтобы одеться, прежде чем я войду. У меня экзамен через полчаса, и мне всё равно, даже если ты там голый, мать твою… Дверь распахнулась прежде, чем он успел ее открыть и ворваться. Нил отступил на шаг, когда высокий, темноволосый, и почти голый по пояс парень уперся локтем в дверной косяк, приподняв брови. Нил нахмурился и наклонился в сторону, чтобы выглянуть за парня. Эндрю сидел за столом в комнате, к счастью, уже полностью одетый. — Отлично, — сказал он. — Можно войти? Парень в дверях рассмеялся: — Ух ты, горячий но ворчливый, да? — Роланд, уйди, — сказал Эндрю, и в его голосе послышалась скука, словно он уже устал от всего этого разговора. Парень Роланд закатил глаза и опустил руку, потянувшись назад, чтобы схватить рубашку, висевшую на стуле Эндрю. — Ты такой красноречивый, Эндрю. Нил протиснулся мимо него, пока тот натягивал рубашку. — Тебе нужно предупредить меня как минимум за полчаса, прежде чем ты займёшь комнату, — сказал он Эндрю, начиная рыться в столе. — Это было не совсем преднамеренно, — с улыбкой сказал Роланд. — Тогда в следующий раз иди к себе домой, — резко ответил Нил. — Я живу за пределами кампуса. — Ещё лучше, — пробормотал Нил, наконец найдя калькулятор в нижнем ящике стола, который… как он там вообще оказался? Обычно он носил его в рюкзаке. — Роланд, — сказал Эндрю, и хотя интонация его голоса не изменилась, Роланд ясно услышал в нём предостережение. — Увидимся, придурок, — сказал он, исчезая из крошечной комнаты общежития. Нил достал с полки свои записи по статистике и плюхнулся в кресло. У него уже была готова карточка размером три на пять, но он был так занят вчерашним промежуточным экзаменом по химии, что почти не готовился к сегодняшнему, за исключением сорока пяти минут вчера вечером, пока Эндрю силой не выключил свет. Эндрю оставил его в покое минут на пять, прежде чем нарушил молчание: — Это будет проблемой? Нил моргнул, его мысли путались в уравнениях, и он повернулся к Эндрю. Взгляд того был жёстким, почти оборонительным. Нил нахмурился, вспоминая последние несколько минут, пытаясь понять, что так взволновало Эндрю. — Ты имеешь в виду… что ты с кем-то встречаешься? — неуверенно спросил он. Это было единственное, что могло заставить Эндрю выглядеть таким напряжённым. Эндрю слегка дернул челюстью, что подтвердило теорию Нила. Нил расслабился, покачав головой. — Нет, всё нормально. Я тоже не думаю, что я натурал. — Тебе нравятся парни? — спросил Эндрю. Нил пожал плечами. — Не знаю. Я как-то не особо об этом задумывался. Эндрю скептически поднял бровь, а Нил закатил глаза. — Мне нужно готовиться к промежуточным экзаменам, — сказал он. — Допрос не может подождать? Эндрю бросил на него холодный взгляд и встал со стола. — Если передумаешь, дай мне знать, — сказал он. Нил недоумённо моргнул. Эндрю пристально посмотрел на него. Внезапно Нил понял, и отшатнулся. — Что? Эндрю глубоко вздохнул, словно само существование Нила его невероятно раздражало. Нил уставился на него, совершенно растерянный. — Я думал, ты меня ненавидишь, — сказал он. — До смерти ненавижу, — сказал Эндрю. — Но это не значит, что я бы тебе не отсосал. — О , — сказал Нил. — Э-э. Эндрю схватил пальто. — Приму это как отказ, — сказал он. Он распахнул дверь и исчез, прежде чем Нил успел вставить хоть слово. Нил снова посмотрел на свои статистические записи. Наверное, ему стоило бы пойти за Эндрю и вытянуть из него ответы, но сейчас у него определённо не было времени на это. Возможно, это не будет проблемой подумал он, –просматривая записи, которые он смутно помнил. Эндрю никогда раньше не высказывал своего интереса, и он не казался человеком, который станет возражать против отказа. Нил разберется с этим позже. ** Свет слегка мерцал, словно в один миг, мог затухнуть. Нил отпил газировку которую принесла Рене, и поморщился. Он был слишком обезвожен, чтобы переварить приторно-сладкий вкус. Все остальные наконец-то покинули вечеринку; их осталось всего пятеро. Шестеро, если считать бывшего соседа Мэтта, Сета, который отключился у дверях ванной. Кто-то услужливо накрыл его одеялом, чтобы ему было комфортнее. — Почему Эндрю? — вдруг спросил Мэтт в тишине. Раньше он бы рассердился на них из-за их назойливости, но теперь он был слишком сонным, чтобы раздражаться. Он запрокинул голову и уставился в потолок, представляя себе пристальный взгляд Эндрю. Как тот наблюдал за Нилом, не отрываясь ни на секунду. Нил никогда не встречал человека с такой сосредоточенностью, и уж точно сосредоточенного на нём. — Рядом с ним просто… легко, — сказал Нил. — Рядом со всеми остальными я словно… словно играю какую-то роль. Но мне не нужно себя сдерживать рядом с ним. Неважно, что я говорю, его это не заденет. Я могу просто… быть. — Тебе не нужно ограничивать себя в нашем присутствии, — нахмурившись, сказал Мэтт. Нил коротко и безрадостно рассмеялся: — Да, я это знаю. Мэтт выдохнул, выпрямляясь. — Хочешь знать, почему я никогда не ношу короткие рукава? — спросил он. Нил нахмурился, когда Мэтт заправил рукав, открыв руки. Маленькие, перекрывающие друг друга тёмные линии покрывали его предплечье, сгущаясь ниже локтевого сгиба. Нил смотрел на него, слишком удивлённый, чтобы быть тактичным. — В детстве я жил с отцом, — сказал Мэтт. — Он брал меня на всякие „деловые вечеринки“ и уговаривал меня попробовать наркотики. Наверное, думал, что мне это не помешает. Только когда я слег с передозировкой на третьем курсе, мама узнала об этом и положила меня в реабилитационный центр. Он опустил рукав. — Никто из нас не «нормальный», Нил. Элисон чуть не умерла от анорексии, потому что родители хотели, чтобы она стала моделью. — Элисон подняла бокал в ироничном тосте с ухмылкой на губах. — Рене торговала наркотиками и провела шесть месяцев в колонии для несовершеннолетних. Дэн… — Он помедлил, взглянув на неё. Она улыбнулась, обняв его за плечо. — Я стала стриптизершей в шестнадцать, чтобы оплачивать счета, — сказала она с видом человека, который не стыдится этого. Лицо Мэтта растаяло, он смотрел на неё с бесконечным восхищением. Нил отвёл взгляд. Их лёгкая близость казалась ему чуждой, словно он смотрел на что-то сквозь кривое зеркало, на что-то нереальное. Он никогда не встречал никого, кто любил бы друг друга так открыто и очевидно, как Мэтт и Дэн; его мать после своего неудачного первого брака никогда не проявляла интереса к свиданиям.  Он отпил пива, откинул голову на спинку дивана и закрыл глаза. В нём взыграло какое-то фаталистическое любопытство. — У моего отца была комната в подвале, где он убивал людей, — сказал он. — Иногда он заставлял меня смотреть. Тишина. Он держал глаза закрытыми, не смея взглянуть. Он знал, что увидит: никто никогда не был готов столкнуться с тем, что пережил Нил. По крайней мере, до Эндрю. Недаром он так и не завёл друзей в школе. Нил вызывал у людей дискомфорт, даже когда пытался скрыть своё детство. В нём было слишком много острых углов, и он не мог их сгладить, даже если бы попытался.   Наконец Элисон рассмеялась, и этот короткий смешок заставил Нила поднять голову. Она покачала головой. — Ты же не пренебрегаешь трагической предысторией, да, малыш? — ухмыльнулась она. — Я не ребенок, — тихо сказал он. — Нет, ты такой, — сказала она, подперев голову рукой. — Тебе, возможно, пришлось пережить больше дерьма, чем большинству взрослых, но ты всё ещё крошечный восемнадцатилетний юноша, который, вероятно, никогда в жизни не видел достойного примера для подражания. — Она улыбнулась, наклонив в его сторону пиво. — Тебе здесь самое место, малыш, — сказала она, и впервые в жизни Нил не знал, что сказать. *** Кевин сорвал с него шлем и потряс им перед лицом Нила. — Ты вообще слушаешь? — рявкнул он. — Я тебе три недели говорил, что твой пас снизу слабый, но, по-моему, ты даже не пытаешься это исправить. — Это же любительская лига, Кевин, — сказал Нил, отталкивая тяжёлый шлем. Остальные члены команды неловко отвернулись. — Некоторым из нас нужно время, чтобы учиться. — То, что ты называешь учебой это просмотр трёх игр экси подряд вчера вечером? — спросил Эндрю, проходя мимо них к выходу на корт. Нил нахмурился. — Ты на прошлой неделе посмотрел целый сезон „Мыслить как преступник“, так что не тебе меня судить. Эндрю пренебрежительно пожал плечами и пошёл за водой. В общественном корте, где они тренировались, не было денег на полностью крытый корт для игры в экси, поэтому здесь не было плексигласовой стены. Кевин, выросший в одном из самых престижных кортов страны, постоянно жаловался, что им приходится портить игру, чтобы избежать рикошетов, характерных для профессиональных игр. Нил оттолкнул Кевина. — Мне нужно идти, — сказал он, игнорируя протесты Кевина. Нил любил экси и обычно был рад провести несколько часов с Кевином после того, как остальные уходили. Учитывая,что близился конец семестра , у него не было выдержки терпеть поведение Кевина. Возможно, ему также следовало посвятить сегодняшнее время учебе, а не сидеть и сожалеть о решении поступить в университет, уставившись в книгу по-английскому, которую он должен был прочитать. Нил проигнорировал возмущения Кевина и направился в раздевалку, убрав ракетку в арендованное командой место в шкафчике для экипировки. Меньше чем через месяц он отправится домой на зимние каникулы, где две недели будет только он и его мама. Рождество они не праздновали, но он был готов к тишине и покою; все его знакомые, казалось, были оскорблены отсутствием его праздничного настроения. Он вошёл в мужскую раздевалку и нашёл свою сумку с вещами в углу. Засунув одежду под мышку, он протиснулся сквозь толпу, в одну из кабинок. Кабинка была узкой, но ему удалось переодеться без особых проблем. Привычка. Он отнес свое снаряжение обратно в раздевалку. — Слишком хорош, чтобы переодеваться вместе с нами, Джостен? Нил поднял взгляд. Один из парней, Джонатан, ухмылялся ему. Его тон был поддразнивающим, но не злым, поэтому Нил выдавил из себя фальшивый смешок, пытаясь увернуться от него. Джонатан схватил его за голову, взъерошив волосы. Нил вздрогнул, пытаясь вырваться, но Джонатан лишь рассмеялся. Остальные рассредоточились, образовав вокруг них круг, наблюдая. — Давай, Нил, пни его по яйцам! — крикнул кто-то. Джонатан явно считал что это смешно, потому что попытался схватить Нила за талию и поднять, всё ещё думая, что они занимаются шутливой борьбой. Нил извивался, пытаясь вырваться, но не мог. Дыхание стало прерывистым. Лёгкие сжались. Он пытался напомнить себе, что Джонатан всего лишь играет, но в голове невольно всплывали воспоминания о более грубых руках. Когда Джонатан сжал ворот его рубашки, он инстинктивно рванулся вперёд, почти ослеплённый паникой. Его кулак с грохотом ударил Джонатана в челюсть. Боль пронзила запястье, и он дёрнулся назад, ощущая не только звук рвущейся ткани. Он отшатнулся назад, сжимая в руках остатки футболки. Джонатан выругался, прикрывая челюсть рукой. Издевательства полностью прекратились. Нил собрался с духом и посмотрел вниз. Его рубашка порвалась вдоль горла, распахнувшись. Изуродованная кожа ожогового шрама была видна всем. — Боже, Нил прости ,я просто дурачился... Джонатан резко оборвал себя, и когда Нил поднял взгляд, то понял, почему. Эндрю встал между ними. Он ничего не сказал и не поднял руки, но сила его присутствия заставила Джонатана сделать шаг назад. Он скользнул взглядом через плечо Эндрю, чтобы посмотреть на Нила. Нил сглотнул и прикрыл плечо рубашкой. Глаза Джонатана расширились, рука опустилась. Ярко выраженный красный след обозначал место, где завтра у него будет ужасный синяк, но то, что он увидел на лице Нила, развеяло его гнев, как дым. — Чёрт, прости, — сказал он. — Я не хотел… — Всё в порядке, — выдавил из себя Нил. Он огляделся, остальные замерли ожидая, что будет дальше. Нил подтянул рубашку повыше, словно это могло изменить то, что они видели, и протиснулся мимо парней к своей сумке. Они расступились перед ним, словно вода, глядя на него чем-то вроде жалости или ужаса в глазах. Нил накинул куртку и застёгнул её до подбородка. Он не стал упаковывать вещи как следует, а просто со всей возможной скоростью запихнул всё в сумку. Спина покалывала от их взглядов, но он не остановился, выбегая из раздевалки, используя сумку с вещами как буфер между собой и остальными. Воздух снаружи царапал кожу. Он вдохнул, позволяя холоду пронзить лёгкие. Руки всё ещё дрожали от адреналина, и он сунул их под мышки, сворачивая на дорогу к университету. Обычно он садился на автобус, но половина команды тоже; сейчас ему не хотелось с ними возиться. Он шёл уже минут пять, когда рядом с ним остановилась элегантная чёрная машина. Он оглянулся и продолжил идти, пригнув голову, чтобы дышать в куртку. Стекло тихонько опустилось. — Садись, — сказал Эндрю. Нил остановился, заглядывая в машину. Эндрю сидел за рулём со скучающим видом,как и всегда. Машина остановилась рядом с Нилом, по-видимому, не обращая внимания на то, что это не парковочная полоса. — Ну так что? — спросил Эндрю, когда стало очевидно, что Нил не собирается двигаться. Нил моргнул, заставляя себя сосредоточиться. — Всё в порядке… — Просто садись в машину, Нил. Нил долго смотрел на него. Эндрю больше не спорил. Он просто ждал, словно знал, что капитуляция Нила неизбежна. Нил стиснул зубы и аккуратно уложил сумку с вещами на заднее сиденье. Едва он закрыл пассажирскую дверь,как Эндрю резко тронулся с места, вливаясь в поток машин, не обращая внимания на ограничения скорости. Нил вцепился в дверную ручку и постарался, чтобы голос звучал ровно. — Как такой парень, как ты, вообще может позволить себе такую ​​машину? Эндрю искоса взглянул на Нила. — Такой парень, как я? — Мы живем в одной и той же дыре, Эндрю. Эндрю хмыкнул: — Страховка жизни моей матери покрыла стоимость машины. — И ты ничего не отложил на университет? — недоверчиво спросил Нил. Будь у него такие деньги, он бы ни за что не жил в убогом университетском общежитии. Эндрю фыркнул, но не ответил на это обвинение. — Не собираешься выразить соболезнования? — Не похоже, чтобы ты был особенно расстроен, — сказал Нил, крепче сжав дверную ручку, когда Эндрю сделал особенно резкий поворот. Эндрю долго молчал. Когда они выехали на главную дорогу, ведущую к университету, его рука легла на руль, и он плавно и привычно переключил рычаг переключения передач. Машина взревела, инерция прижала Нила к сиденью, когда они набрали скорость. — Лучшее, что сделала эта женщина, — умерла, — наконец сказал Эндрю. Тембр его голоса не изменился, но Нил осознал его твёрдость. Он сдержался и не потрогал шрам от ожога на плече. — Мой отец провел в тюрьме семь лет, — сказал он. Эндрю взглянул на него и наблюдал за ним так долго, что Нилу захотелось заставить его внимание вернуться на дорогу, где они уже ехали примерно на двадцать миль быстрее допустимой скорости. Наконец, он кивнул в знак согласия. Соболезнований он также не выразил. Всю оставшуюся дорогу обратно в университет они не разговаривали. *** — Тебе не обязательно провожать меня домой, — сказал Нил, засунув руки в карманы толстовки. — Я выпил всего две банки пива. — Знаю, — с улыбкой сказала Рене. — Вообще-то, я хотела поговорить с тобой. Нил с любопытством посмотрел на неё. Рене заставила его инстинкты насторожиться ещё в первый день знакомства, но только сегодня вечером он получил подтверждение своим подозрениям. Рене указала вперёд, туда, где через ручей был перекинут небольшой каменный пешеходный мостик. Она повела его по тропинке и остановилась, прислонившись к перилам. Нил последовал к её примеру. Рене склонила голову, глядя на небо. Горстка звёзд, словно крошечные отверстия, усеивала небо, сияя сквозь красноватый смог. — Ты хотела поговорить? — спросил Нил после того, как она слишком долго молчала. — Я пытаюсь подобрать нужные слова, — сказала она. — Ты же слышал, что Мэтт сказал обо мне раньше. Я… не хочу, чтобы это было связано со мной. Я не пытаюсь играть в игру, кому пришлось хуже. То, что ты пережил,несомненно чудовищно, и я не хочу это преуменьшать. — Но? Рене печально улыбнулась. — Ты сказал, что отец заставлял тебя смотреть, как он убивает. А я… я сама убивала. Нил пристально посмотрел на неё. Она сплела пальцы, разглядывая свои руки. — Дважды, — сказала она. — Дважды, к тому времени, как мне исполнилось пятнадцать, я была напрямую ответственна за смерть человека. И то, и другое, думаю, не было такой уж большой потерей. Я больше сожалею о том, что со мной случилось из-за их убийства, чем о том, что они мертвы. — Прости, — сказал Нил, сам не понимая, почему. Печаль в её глазах, казалось, требовала какого-то ответа. — Нет, — сказала она. — Не совсем. Я над этим работаю. Но я сказала это не для того, чтобы просить вашего сочувствия. Я говорю это, потому что понимаю. Остальные — хорошие, замечательные люди, и они любят меня. И во мне есть тьма, которую они никогда не смогут, и, надеюсь, никогда не поймут. Эндрю — вот что для меня значит. — О, — сказал Нил. Он посмотрел вниз, на сверкающую и журчащую под ними воду. Рене понимала это лучше, чем Нил мог себе представить; она знала, каково это — иметь часть себя, которую нужно скрыть ради безопасности других; она знала облегчение, когда эта часть тебя видна. Нил сглотнул. — Спасибо, что рассказала. — Спасибо за доверие, — сказала она. — Знаю, это было нелегко. У меня сложилось впечатление, что поначалу я тебе не очень понравилась. Она улыбалась, и это смягчило сказанные ею слова, но Нил всё равно чувствовал себя обязанным снова извиниться. Она отмахнулась от него. — Я так рада, что Мэтт тебя нашёл, — сказала она. — Знаешь, ты мог бы быть с нами. Если бы захотел. Нил снова отвёл взгляд. — Кажется, я почти не могу поверить, что мы вообще встретились. — Думаешь? — спросила она. Нил нахмурился. — Что это значит? Она подняла одно плечо. — Думаю, мы нашли друг друга. Те из нас, кто… перестроил себя. — Ты думаешь, Мэтт решил стать моим партнером по английскому, потому что считал меня сломленным? Рене рассмеялась. — Не так прямолинейно. Нас просто… тянет к друг другу. Я не могу это выразить словами, но мы не принимаем осознанные решения. Наши души узнают друг друга. Нил скептически посмотрел на неё, и она улыбнулась ему, очаровательно сморщив нос. — Но есть и менее эзотерическое объяснение. Эндрю рассказал мне о тебе. После всего, что она сказала за последние пять минут, это озадачило его больше. — Да, правда? — спросил он. — Но это, должно быть, было… на первой учебной неделе. Они с Мэттом разделились на пары для семестрового проекта на первом же уроке. Рене кивнула, оттолкнувшись от перил и указав на тропинку перед ними. До общежития оставалось совсем немного, но они не спешили, а просто шли. — Эндрю рассказал мне о тебе на второй день, — сказала она. — Он сразу тебя узнал. Что ты такой же, как мы. Сказал, что грозился отрезать тебе руки, а ты даже глазом не моргнул. Нил не мог сдержать смеха. — Я слышал угрозы и похуже, — сказал он. Рене фыркнула. — В общем, я велела остальным следить за тобой, потому что мне было любопытно, что же в тебе привлекло внимание Эндрю. И… ну, как только остальные тебя увидели, они решили оставить тебя. — Почему? — спросил Нил. Никто раньше не хотел видеть его рядом. Рене остановилась у его двери, всё ещё улыбаясь своей бесконечно терпеливой улыбкой. — Я же тебе говорила, Нил, — сказала она. — Нас тянет к друг другу. Думаю, нам изначально суждено было быть друзьями. — Ты очень странный человек, Рене, — сказал Нил. — Спасибо, — сказала она. — А теперь иди в свою комнату. Я бы хотела вернуться домой и пораньше лечь спать. Нил рассмеялся. Алкоголь ударил ему в голову. — Спокойной ночи, Рене, — сказал он, проводя брелоком по электронному замку. — Спокойной ночи, Нил. *** Телефон выскользнул из рук Нила, когда звонок оборвался. Он упал на пол, но почти не почувствовал удара. Его чемодан лежал открытым на земле перед ним, и несколько вещей уже были беспорядочно брошены внутрь. Его дыхание стало медленным и поверхностным. Грудь едва двигалась, воздух не достигал лёгких. Зрение по краям побелело, сузилось. Время исчезло, пока он изо всех сил пытался удержать последние хлипкие нити реальности. — Нил. Нил резко поднял голову, тяжело дыша. Эндрю опустился перед ним на колени в узком промежутке между их кроватями, отодвинув чемодан в сторону. Нил понятия не имел, как долго он звал его по имени,хотел сказать что-то,но не мог выдавить ни слова,паника охватывала его. — Нил, посмотри на меня, — сказал Эндрю, и Нил поднял глаза, чтобы встретиться с ним взглядом. Взгляд того был спокойным, почти безразличным, но он ни разу не отвёл взгляда от Нила,и протянул руку скользнув ею по затылку Нила. Он задохнулся, закрыл глаза и прикусил внутреннюю сторону щеки. Эндрю опустил его голову, и Нил качнулся вперёд, уткнувшись лбом в твёрдое плечо Эндрю. Эндрю на мгновение напрягся, словно от неожиданности, но его хватка не ослабла. Его хватка не позволяла Нилу вырваться. — Если не будешь дышать, потеряешь сознание, — сказал Эндрю, сжимая пальцами шею Нила. Нил попытался резко сказать что знает это, но не смог вдохнуть достаточно воздуха. Его пальцы сжались по бокам. Напряжение постепенно спало из его мышц. Он не осознавал, что снова начал дышать, пока не стиснул зубы и не услышал хрип, вырывающийся из горла. Он медленно восстанавливал дыхание, погружаясь в ощущение тёплой руки Эндрю на своей коже. Тело ныло, словно он только что пробежал марафон. Он повернул голову и вдохнул. От Эндрю пахло стиральным порошком и лосьоном после бритья, свежим и бодрящим. Рубашка была влажной там, где лицо Нила было прижато к его плечу. Нил подождал ещё минуту, пытаясь впитать чувство безопасности и спокойствия, прежде чем наконец подняться. Эндрю отпустил его, откинувшись назад на пятки. Нил провёл пальцами по волосам, не в силах смотреть ему в глаза. Эндрю внимательно посмотрел на него, прежде чем встать. Его колени громко хрустнули, и Нил задумался, как долго он так стоял. Надо бы проверить время на телефоне, но сил на это не было. Он откинулся назад и прислонился к стене, подтянув одно колено к груди. Эндрю сидел напротив него на кровати, копируя его позу. Несколько минут они молчали. Нил видел, что Эндрю следит за ним, чтобы тот не впал в панику, но не мог найти слов, чтобы сказать ему, чтобы он прекратил это делать. Он даже не знал, хочет ли он этого. Нил нашёл телефон в узле одеяла и повертел его в руках. Эндрю не спрашивал; он никогда не спрашивал. В последние несколько недель они стали проводить больше времени друг с другом, и хотя Нил не был уверен, что их можно было бы назвать друзьями, но Эндрю теперь подвозил Нила с каждой тренировки экси и реже выходил из комнаты по вечерам. Иногда они даже разговаривали, когда свет гас, и темнота скрывала их слова от внешнего мира. — Нашли одну из… коллег моего отца, — сказал Нил, всё ещё не глядя на Эндрю. — Она была всего в получасе езды от того места, где мы живём с мамой. — Она шла за тобой, — сказал Эндрю. Нил устало кивнул. — Мама так думает. Ей не следовало… ей никак не следовало знать, где мы. Он долго молчал. Его воспоминания о Лоле Малкольм были далекими, но ни одно из них не было приятным. — Мама захочет, чтобы мы переехали, — сказал он. — Если Лола смогла нас найти, то и другие смогут. Она захочет, чтобы мы снова исчезли. — Вы находитесь под защитой свидетелей. Нил полагал, что сам виноват, выдавая Эндрю столько тайн об отце за последние несколько недель; в конце концов, Эндрю пришлось сложить все воедино. Ему следовало всё отрицать. Мать убьёт его, если узнает, что он всё рассказал, да и Робби тоже будет недовольна. Но он просто кивнул. — С одиннадцати лет, — сказал он. Он поправил одеяло, закрыв глаза. — Возможно, мне не разрешат вернуться в следующем семестре. Придётся переехать на другой конец страны. — Это то, чего ты хочешь? — Дело не в том, чего я хочу, — сказал Нил. — Когда речь идёт о нашей безопасности, я не могу принимать решения. — Ты совершеннолетний, — сказал Эндрю. — Они не могут заставить тебя пойти, если ты не хочешь. Нил усмехнулся. Его мать ни за что не допустила бы, чтобы он принял такое опасное решение. — Ты хочешь уйти? — спросил Эндрю. — Это разумный поступок. Одного упоминания Лолы было достаточно, чтобы Нил впал в один из самых худших кризисов за последние годы. Новый город, новое имя; возможно, это даст им ещё несколько лет относительного спокойствия. — Это ли то, чего ты хочешь? Нил замолчал. Под опекой Робби им с матерью стало гораздо лучше. Мать перестала его бить с тех пор, как они попали под программу защиты свидетелей, и даже голос на него почти не поднимала. Они никогда не станут нормальной парой мать-сын, но их отношения уже не были настолько тесно переплетены, что Нил чувствовал бы себя её изношенным продолжением. Тем не менее, последние несколько месяцев стали для Нила лучшими, когда он смог начать ощущать себя Нилом Джостеном без постоянного контроля матери. Жизнь, которую он построил, была маленькой и немного простой, но всё ещё хрупкой. Но он пока не хотел от неё отказываться. Мысль об уходе разрывала ему грудь, словно её разрезали ножом. Его молчание было достаточным ответом для Эндрю. — Ты можешь либо дать им отпор, либо провести остаток жизни в бегах. Выбор за тобой, — сказал он. — А если они не послушают? — тихо спросил Нил. Эндрю пожал плечами, отталкиваясь от кровати. На столе у ​​него стоял небольшой электрический чайник, и он включил его, достав баночку растворимого кофе. Нил наблюдал, как он разливал кофе по двум кружкам и наливал в одну из них щедрую порцию ореховых сливок. Вода медленно закипала, и её журчание нарастало, заполняя воздух белым шумом. Нил не знал, стоит ли ему последовать совету Эндрю. Робби и его мать уступили его желанию поступить в университет, но всё ещё видели в нём ребёнка. Нил не удивился бы, если бы узнал что Робби приставила к нему людей чтобы следить за ним.На самом деле, он бы удивился ещё больше, если бы она так не сделала. Эндрю разлил кипячёную воду по двум чашкам и протянул Нилу несладкую. — Если ты ничего не скажешь, — сказал он, — ты никогда и не узнаешь. Нил уставился на него. Эндрю не двигался, непреклонный, как камень. Выражение его лица по-прежнему выражало нарочитое безразличие, но у Нила сложилось впечатление, что он простоял бы так весь день, если бы пришлось. Нил опустил взгляд и принял кружку. Тонкая пенка окаймляла чёрную поверхность кофе, и Нил смотрел на неё и думал о том как сказать матери что он никуда не уйдёт. *** Нилу потребовалось две попытки, чтобы открыть дверь. Он толкнул её, вошёл и закрыл за собой дверь. Он видел смутные очертания тело Эндрю под одеялом и выключил свет, чтобы не беспокоить его. По пути он наткнулся на стул у стола и осторожно поставил его обратно под стол. — Нил, — проворчал Эндрю.   Эндрю разговаривал с ним впервые почти за две недели молчания. Он помахал рукой в ​​знак извинения, снимая свитер. — Извини, — сказал он. — Спи и дальше. — Ты пьян? Нил на мгновение задумался. Голова всё ещё немного кружилась, но уже почти прошла. — Кажется, немного пьян, — сказал он. — Я выпил всего две банки. — Отлично, — пробормотал Эндрю, и в его голосе прозвучало несвойственное ему раздражение.— Спокойной ночи. — Ммм, — сказал Нил. Он сбросил джинсы на пол и забрался на кровать в футболке и боксерах. Он перевернулся на бок, наблюдая за очертанием Эндрю в тёмной комнате.— Знаешь, тебе не обязательно меня избегать. Эндрю всё ещё лежал в постели, но Нил каким-то образом заметил, что он совершенно неподвижен. — Что? — Я всё понял, — сказал Нил. — Я нарушил правило. Впредь буду осторожнее. Эндрю долго молчал, а Нил пожал плечами, закрыв глаза. Он уже почти задремал, когда Эндрю снова заговорил. — Какое правило? — спросил он. Нил затуманенно моргнул. Лицо Эндрю было в тени, и Нил не мог его разглядеть. — Ты мне нравишься, — сказал он. Это было так легко. Просто вырвалось наружу, облегчённое алкоголем и поздней ночью. Нил, наверное, будет злиться на себя утром, но он лишь плотнее зарылся в одеяло и, устраиваясь поудобнее, вздохнул. — Я знаю, что ты не занимаешься отношениями, — пробормотал он. — Я это переживу. Эндрю не произнес больше ни слова, и Нил позволил сну поглотить себя. ** — Ты здесь, — сказал Эндрю. Нил поднял взгляд от того места, где распаковывал чемодан. Эндрю стоял в дверном проёме, прислонившись к косяку. Рядом с ним не было чемодана, поэтому Нил решил, что тот уже давно вернулся. — Не говори так удивлённо, — сказал Нил, отворачиваясь к чемодану и скрывая улыбку. Рождественские каникулы не стали тем мирным отдыхом, на которое он надеялся. Крики, последовавшие за заявлением Нила о желании остаться в университете, были худшим из всех, что он когда-либо переживал с матерью. Вдохнуть знакомый, слегка затхлый запах общежития было поразительным облегчением. Скромные пожитки, оставленные им, встретили его тонким слоем пыли. Сегодня вечером в общежитии Мэтта была вечеринка; Нил не знал, хочет ли он вообще туда идти, но всё равно было приятно получить приглашение. Он закончил выгружать одежду из ящиков под кроватью и засунул чемодан в узкую щель. Он встал, хрустнув спиной, и повернулся к Эндрю, который всё ещё наблюдал за ним. Эндрю ничего не сказал, но Нилу показалось, что он увидел в его глазах что-то удовлетворённое. Или, может быть, он просто выдавал желаемое за действительное. — Кевин говорит, что тренировки экси начнутся только через неделю, — сказал он. — Мы собирались пойти на корт и провести несколько тренировок. Хочешь присоединиться? Эндрю сморщил нос в лёгком выражении отвращения и выскочил из дверного проёма, захлопнув за собой дверь. Нил ухмыльнулся. Эндрю, может, и не выставлял это напоказ, но он не был бы в команде, если бы ему это не нравилось. — Я восприму это как отказ, — сказал Нил. — Есть дела поважнее? Эндрю бросил на него злобный взгляд, садясь на подоконник. Нил оперся бедром о стол, наблюдая за ним. Эндрю подстригся перед перерывом: волосы были короткими по вискам и длинными и взъерошенными на макушке. Он вытряхнул сигарету, похлопал по карманам куртки в поисках зажигалки. Нил пожевал внутреннюю часть рта. — Эй, Эндрю? Эндрю оглянулся на него. Нил постучал пальцем по тыльной стороне скрещенных рук. У него было много времени, чтобы подумать над вопросами Эндрю на перемене. О том, чего он на самом деле хотел. — Ты помнишь, что ты мне сказал в октябре? — спросил он. Эндрю поднял бровь, зажав сигарету между губами и щелкая зажигалку. Нил почти улыбнулся. — Насчёт того, что если я решу, что мне нравятся парни, — пояснил он. Рука Эндрю замерла на пол пути к сигарете. Крохотный огонёк погас, но Эндрю долго не двигался. Когда же он шевельнулся, то лишь опустил руку, так и не зажег сигарету. — Я помню, — сказал он. — Я думал об этом, — сказал Нил. Он всё ещё не считал, что его интересуют парни как таковые. Он никогда по-настоящему ни к кому не испытывал интереса,пока не встретил Эндрю. Он был исключением из всех правил Нила. Эндрю положил сигарету на подоконник. — Что ты хочешь сказать, Нил? — Я говорю, что мне это интересно, — сказал Нил. — По крайней мере, если тебе это всё ещё интересно. Эндрю пошевелился. Он всё ещё сидел на подоконнике, но теперь смотрел прямо на Нила. Его взгляд искал на его лице ложь. — Есть правила, — сказал он. — Хорошо, — ответил Нил. — Какие правила? Выражение лица Эндрю было непроницаемым. — Ты не можешь прикасаться ко мне, пока я не разрешу, — сказал он. — И мы не будем это афишировать. Нил пожал плечами. Это было легко. — Что-нибудь ещё? — Я не завожу отношений, — сказал Эндрю. — Если ты ищешь парня, то это не ко мне. Нилу не нужен был парень. Ему был нужен Эндрю. — Хорошо, — сказал он. Воцарилась тишина. Эндрю вцепился рукой в ​​подоконник, его глаза всё ещё не отрывались от Нила. Нил никогда в жизни не чувствовал себя одновременно таким беззащитным и таким воодушевлённым. — Ну так что? — спросил он, подстрекая. Эндрю оттолкнулся от подоконника, и Нил почти затаил дыхание, когда он пересек короткое пространство и встал перед ним. — Да или нет? — спросил он. — Да, — сказал Нил, опуская руки и наклоняясь вперёд. Любопытство и нервы искрили в его жилах, словно электричество. Эндрю остановил его, приложив руку к груди и взглянув на руки Нила. Нил понял намёк и сунул руки в задние карманы, чтобы не мешать. Когда он это сделал, Эндрю схватил его за подбородок, наклонив голову к себе. Он постоял, давая Нилу время отступить. Нил подождал мгновение, пока не потерял терпение, и наклонил голову вперёд, приблизив свои губы к губам Эндрю на расстояние сантиметра. Эндрю преодолел последнее расстояние. Его губы обжигали губы Нила. Он целовался с головокружительной страстью, его губы были жадными и пытливыми. Нил потерял всякое представление о времени, когда Эндрю приблизился к нему, хватая за талию. Вибрация телефона заставила их обоих вздрогнуть. Нил пошарил, вытаскивая телефон из-под кучи мусора на столе. — Кевин здесь,— сказал он на удивление ровным тоном, учитывая тот факт, что он все еще слышал биение своего сердца в ушах. — Скажи ему подождать, — сказал Эндрю. Нил фыркнул, засовывая телефон в задний карман. — Последнее предложение пойти с нами на тренировку, — сказал он. Эндрю с отвращением фыркнул и оттолкнул Нила. Нил сдержал улыбку и вытащил из-под стола сумку с вещами. — Увидимся позже, — сказал он. Эндрю не ответил, но ему и не нужно было отвечать: Нил всё ещё чувствовал тепло его рук на коже, и с какой-то непривычной лёгкостью он направился к выходу. Этот семестр уже складывался гораздо лучше предыдущего. **** На следующее утро Нил проснулся от тихого шуршанья. Он застонал, широко раскрыв глаза от льющегося из окна света. Голова у него была туманной, но он списал это на то, что лёг спать в три часа ночи, а не на два выпитых пива. Эндрю бросил на него быстрый взгляд, прежде чем снять пижаму. Нил приподнялся и нащупал будильник. Он недоумённо уставился на него. Было семь тридцать утра. Не было смысла вставать так рано в день, когда не было занятий. Нил наблюдал, как Эндрю натянул на голову тёмно-синий свитер, который он не узнал. Чувство дискомфорта усилилось, когда Эндрю обернулся и взглянул на Нила. — Проблема? — спросил он. — Ага, — сказал Нил, его инстинкты обострились. — Какого хрена ты делаешь в моей комнате? — Я живу здесь. — Эндрю живет здесь, — поправил Нил. Парень, который мог быть только братом-близнецом Эндрю, Аароном, удивлённо моргнул. — Ну, это было быстро, — сказал он, словно про себя. Он с любопытством посмотрел на Нила. — Откуда ты знаешь? Нил сел прямо, всё ещё напряжённый. — Эндрю никогда не встаёт раньше десяти, если только не придётся, — сказал он. — К тому же, вы не так уж похожи. — Большинство людей так не думают. — Я не такой, как большинство, — резко ответил Нил. — Ты не ответил на мой вопрос. Что ты делаешь в моей комнате? Аарон пожал плечами. — Эндрю вчера сказал мне, что мы менямся комнатами. Нил сердито выдохнул. Конечно. Он знал, что Эндрю его избегает, но всё равно было мелочно даже не предупредить его. Он вскипел от злости, бросив на Аарона враждебный взгляд. — Меня это радует не больше, чем тебя, — резко бросил Аарон, засовывая бумажник в карман. — Я не хотел перевозить всё своё барахло посреди семестра, но Эндрю не принимает отказов. Что-то в глубине души Нила яростно возражало против этого заявления, но он подавил желание спорить. Это казалось слишком откровенным. Словно признание того, сколько времени он потратил на изучение Эндрю. Аарон замер, держась за дверную ручку. Он снова взглянул на Нила, и раздражение на его лице немного смягчилось, уступив место более расчётливому выражению. Он долго смотрел на Нила. — Полагаю, теперь я понял, — сказал он. — Я бы тоже не хотел делить комнату с парнем, который помешан на мне. Нил недоуменно моргнул. Ему потребовалось почти пять секунд, чтобы вспомнить своё вчерашнее признание. Он вспыхнул от ужаса. Было плохо уже то, что он сказал это вслух: "Ты мне нравишься", как какой-то двенадцатилетний мальчишка,который впервые влюбился, но сказать это не тому брату… — Я не расскажу ему об этом, — лениво ответил Аарон. — Не то чтобы это имело значение. — Мне всё равно, что ты ему скажешь, — выплюнул Нил. — Убирайся. Аарон пожал плечами и вышел из комнаты. Нил зарылся руками в одеяло, зажмурив глаза. Было ещё слишком рано для такого ужасного дня. Он сбросил одеяло, прекрасно понимая, что больше не заснёт, и сунул ноги в кроссовки. Бег вряд ли принесёт ему облегчение, но сейчас он точно не мог оставаться здесь. *** Нил скрестил ноги, разглядывая кучу химических уравнений на бумаге. Он вернулся с рождественских каникул всего две недели назад и уже начал отставать. Дверь с грохотом открылась и закрылась. Нил, не поднимая глаз, сделал неопределённый жест приветствия. Эндрю бросил сумку на кровать, а Нил нацарапал ещё один набор молекул в своём домашнем задании. Рука, зарывшаяся ему в волосы, заставила его остановиться, и он позволил Эндрю мягко потянуть его за голову, чтобы поднять на него взгляд. Эндрю стоял рядом, опираясь бедром на подлокотник кресла. Нил почти улыбнулся, наблюдая, как пристальный взгляд Эндрю скользнул по его лицу к губам. Их расписания в этом семестре, казалось, никогда не совпадали; несмотря на то, что они буквально жили в одной комнате, Нил почти не видел Эндрю когда тот либо не спал,либо не был на занятиях. Он чуть выше поднял голову, приглашая, и Эндрю наклонился ему навстречу. Первое прикосновение губ было лёгким, но Эндрю быстро наклонился, крепко прижавшись губами к губам Нила, словно пытаясь компенсировать нежность первого поцелуя. Нил ответил тем же, тяжело выдохнув. Он откинулся назад и позволил Эндрю прижать себя к стулу, приоткрыл губы, позволяя языку Эндрю скользнуть внутрь. Рука Эндрю скользнула вниз по его голове, обхватила челюсть, затем опустилась ниже, скользнув вниз по груди Нила в несомненном предложении. — Нил, — пробормотал он. — Да или нет? Нил снова поцеловал Эндрю, чтобы выиграть время, и чуть не забыл о вопросе, когда язык Эндрю скользнул по его собственному. Он прикусил губу, когда тот попытался отстраниться. — Нил, — предупредил Эндрю. Нил недовольно замычал, запрокинув голову, чтобы лучше видеть лицо Эндрю. Его зрачки были широко раскрыты, губы покраснели и стали мягкими от поцелуев. Наверное, ему нужно было сделать домашнее задание. Это было уже не важно. — Да, — сказал он, потому что Эндрю парил в паре сантиметров от его лица, а Нил не мог сдержаться. Он попытался встать и подойти к кровати, но Эндрю толкнул его обратно, обойдя стул Нила спереди и уперевшись коленом в сиденье. Нил вздохнул, его глаза широко раскрылись, когда Эндрю сел ему на колени, вцепившись одной рукой в ​​спинку кресла. Руки Нила поднялись, пальцы растопырились, и Эндрю схватил их и прижал к подлокотникам. Он устроился поудобнее, опершись коленями на несколько дюймов выше бёдер Нила. — Все еще да? — спросил Эндрю. — Блядь, — пробормотал Нил, всё ещё не в силах прийти в себя от того, что Эндрю сидит у него на коленях . Пальцы Эндрю схватили его за подбородок, приподняв голову. — Нил, — сказал он. — Да, — выдохнул Нил. — Да, Эндрю. Он определенно провалит химию. Но это стоило того. **** Нил старался не находиться в одной комнате с Аароном большую часть весенних каникул. Это было настолько невыносимо неловко, что он почти жалел, что не уехал домой на неделю; он принял решение остаться до того, как Эндрю порвал с ним,тогда его главной заботой всё ещё было избежать встречи с матерью, которая всё ещё была с ним холодна. К тому времени, как занятия возобновились, ему уже надоело целыми днями мотаться из спортзала в общую комнату, а затем в столовую. Уроки были приятным развлечением, но у него заканчивались силы, необходимые для пребывания в общественных местах. В среду после перерыва он наконец сдался и сразу после ужина вернулся в общежитие, вместо того чтобы засиживаться в учебных классах до десяти. Аарон, естественно, был там. Он был гораздо более прилежным, чем Эндрю. Нил почти никогда не видел, чтобы Эндрю открывал учебники, тогда как стол Аарона был постоянно завален конспектами и открытыми справочниками. Нил закрыл за собой дверь. Шум заставил Аарона поднять глаза. На его лице мелькнуло удивление, но он быстро сдержался. Нил подумал, не привык ли он к тому, что по вечерам имеет эксклюзивный доступ в общежитие. Нил остановился на полпути к кровати, заметив что-то под ней.О, Аарон очень быстро освоился. Он вынул бюстгальтер из-под кровати. — Это твоё? — спросил он. Аарон покраснел, вырвал бюстгальтер с его рук и спрятал его в рюкзак. — Это бюстгальтер моей девушки, — пробормотал он. — У тебя есть девушка? — спросил Нил. Он вроде как предполагал, что Аарону тоже нравятся парни, судя по его близнецу. — Почему ты так удивлен? — резко спросил Аарон. — Потому что твоё искромётное остроумие так очаровательно, — сказал Нил. — Как вообще кто-то может забыть свой бюстгальтер? Разве она не заметила что на ней нет бюстгальтера когда уходила? Аарон покраснел ещё сильнее, но его лицо осталось непреклонным. — Должно быть, оно выпало из её сумки для чирлидинга, — сказал он. — Ух ты, заполучил чирлидершу, — сказал Нил. — У тебя есть какая-то тайная личность, которую я не видел, или тебе пришлось её самой придумывать? — Это очень мило со стороны парня, который помешан на Эндрю, — резко сказал Аарон. — „Одержимость“ — это, пожалуй, перебор, — сказал Нил, падая на матрас. — Эндрю просто разыгрывает из себя королеву драмы. Лицо Аарона выражало скепсис, но Нил проигнорировал его. Он надел наушники и включил музыку, решив не обращать внимание на Аарона до конца вечера. Этот план столкнулся с серьезным препятствием, когда менее чем через десять минут спустя Аарон отодвинул свой стул, разглядывая Нила, слегка нахмурившись. Нил выдержал этот пристальный взгляд секунд тридцать, прежде чем не выдержал. Он приподнялся на локтях. — Проблемы? — спросил он. — И что вообще, ты нашёл в Эндрю? — спросил Аарон. Нил уставился на него. — Ты правда не можешь придумать ни одной причины, по которой Эндрю может кому-то нравиться? Боже, теперь я понимаю, почему у вас такие паршивые отношения. — Он это рассказал? — спросил Аарон. Он снова покраснел. — О нас, я имею в виду. — Ему это и не нужно было, — сказал Нил. — Он ненавидит людей, но он поступил в университет и поселился в общежитии с незнакомцем, вместо того чтобы просто жить с тобой. Это говорит само за себя. — Ну да, — пробормотал Аарон. — Он меня ненавидит. Нил пососал внутреннюю сторону щеки, разглядывая Аарона. — Я так не думаю. — Что ты знаешь? Нил пожал плечами. — Я просто очень внимательный, вот и всё. — Не знаю, заметил ли ты, но Эндрю — тот еще придурок. — Не знаю, заметил ли ты, но я тот еще придурок, — парировал Нил.  Аарон фыркнул, и у Нила невольно приподнялись уголок рта. Он отвернулся, чтобы не видеть Аарона, и снова откинулся на матрас. Аарон вернулся к учёбе, но Нил никак не мог выбросить из головы его вопрос. Мэтт задал почти то же самое на вечеринке, и это не давало ему покоя. Аарон был близнецом Эндрю. Он знал, что у них не всё было гладко; Эндрю рассказывал ему что-то об их трудном детстве. И всё же это его беспокоило. — Он уравновешен, — сказал Нил. Он не отрывал взгляда от потолка, но почувствовал, как внимание Аарона вернулось к нему. — Весь остальной мир, может быть в хаосе, но Эндрю он как… неподвижная скала. Он не движется по миру; мир движется вокруг него. Нервы сдали, и он замолчал. Он ждал, что Аарон над ним насмехнётся, но он долго молчал, а когда Нил снова поднял взгляд, тот смотрел на свои записи, небрежно держа ручку в одной руке. Он даже не пошевелился, его взгляд был расфокусирован, словно он ничего не замечал. Через минуту Нилу надоело смотреть, он снова надел наушники и закрыл глаза. *** Нил уткнулся лицом в подушку, пока Эндрю целовал его бедра, прежде чем натянуть на него штаны. Всё его тело покалывало от неизгладимых ощущений, а живот подпрыгнул, когда пальцы Эндрю коснулись его сверхчувствительной кожи. Эндрю проложил дорожку поцелуев по обнажённой груди Нила, его руки скользили по линиям старых, выцветших шрамов. Нил выдохнул, когда Эндрю отдёрнул подушку от его лица и бросил её на пол. Веки Нила дрогнули. Он поднял руку и запустил пальцы в волосы Эндрю. Выбритые бока под кожей Нила были гладкими и мягкими. Эндрю позволил Нилу притянуть себя к себе для поцелуя. Вкус во рту был странным, но Нил не обращал на это внимания. Он чувствовал себя одновременно плывущим, тяжёлым, тёплым и дрожащим, и ему было всё равно, какой Эндрю на вкус, лишь бы тот был рядом. Эндрю оперся локтем о голову Нила. Его рука опустилась, заставив Нила слегка наклониться. Его щека коснулась обнажённого предплечья Эндрю. Он не смотрел, хотя и знал, что увидит. Живя в такой тесноте, они почти неизбежно рано или поздно увидят друг друга без одежды, но Нил всё ещё понимал, как ему повезло пользоваться таким доверием. Примерно через минуту Эндрю повернул голову, прервав поцелуй, чтобы перевести дух. Они лежали так какое-то время, щека к щеке, воздух между ними был тёплым и лёгким.  Матрас прогнулся под ними, когда Эндрю приподнялся на руках. Нил опустил руки. Волосы Эндрю распустились, длинные пряди с макушки свисали между ними. Свет из окна осветил их, и они засветились, отливая золотом. Нил смотрел, не в силах остановиться. Дыхание Эндрю едва заметно взъерошивало его волосы, заставляя их развеваться. Нил чувствовал себя застрявшим, словно одно движение могло разбить это мгновение вдребезги, как стекло. Эндрю не двигался, его прикрытые веки продолжали смотреть на Нила, и у него возникло внезапное и непонятное чувство, будто Эндрю тоже попал в такую ​​же ловушку. Его дыхание участилось, и он моргнул. Этого было достаточно, чтобы разрушить чары. Нил откинулся назад, а Эндрю сел. Нил чувствовал себя странно и задыхался, но это, казалось, никак не было связано с их недавними действиями. — Пойду в душ, — сказал Нил. Он уже принимал душ сегодня утром, но это был самый простой предлог выйти из комнаты на время, необходимое Эндрю, чтобы привести себя в порядок. Эндрю сидел на корточках, пока Нил спускался с матраса и искал свою сброшенную рубашку под кроватью Эндрю. Он встал, надев рубашку через голову. Когда он обернулся, Эндрю всё ещё смотрел на него. Но он избегал его взгляда, не зная, что тот там увидит. Его чувства казались настолько прозрачными, что Эндрю должен был увидеть их на его коже. Он схватил полотенце и побежал в душевую. К счастью, в коридоре он никого не встретил и без происшествий заперся в душевой кабинке. Он не включил воду, а просто прижался лбом к шершавому кафелю. Всё с Эндрю выходило из-под контроля гораздо быстрее, чем он ожидал. Его пронзила острая боль сожаления. Он обещал Эндрю, что не будет к нему привязываться и нарушать его границы, но нарушил это обещание, он не ожидал, что это будет так болезненно. Скоро ему придётся поговорить с Эндрю. Он разделся и включил воду, задержавшись ровно настолько, чтобы убедиться, что Эндрю закончил убирать комнату. Когда он вернулся в комнату, Эндрю уже ушёл. Он даже сменил простыни на кровати Нила, так что никаких следов их действий не осталось.   Нил закрыл за собой дверь и прислонился к ней. Эндрю уже не было, но это было обычным делом. Он часто уходил после этого и возвращался через несколько часов, пахнущий сигаретным дымом и виски. Нил провёл пару часов за учёбой, прежде чем уснул не дождавшись Эндрю.   Эндрю вернулся только к полуночи. В ту ночь он больше не разговаривал с Нилом, а на следующее утро он ушёл, прежде чем проснулся Нил. Только на третий день Нил понял, что что-то не так. Это было три недели назад. *** Нил не стал бы утверждать, что они с Аароном стали друзьями, но, по крайней мере, между ними установилось перемирие, которое позволило Нилу снова проводить время в их комнате, не испытывая мучительной неловкости первой недели. Вторая неделя в новой обстановке оказалась гораздо комфортнее первой. Когда наступила пятница, Нил вернулся с занятий на два часа раньше, пропустив свою обычную тренировку в спортзале. Он толкнул дверь и увидел Аарона, сидящего за столом. Он помахал ему рукой в ​​знак приветствия и ногой закрыл за собой дверь. Аарон не ответил… Нил удивился. Эндрю бесстрастно смотрел на него. На нём была футболка и привычные повязки на руках, что облегчало его опознание, но Нил и так бы его узнал. Присутствие Эндрю словно высосало из комнаты весь воздух, оставив после себя лишь холодный вакуум. — Ты искал Аарона? — спросил Нил, бросив сумку на пол под столом.Ему не очень-то хотелось оставаться здесь с Эндрю, но он не собирался позволять ему выгнать себя из собственной комнаты. Эндрю промолчал. Он спрыгнул со стола, схватил пальто, висевшее на стуле, и направился к двери. Нил недоумённо смотрел ему вслед. Эндрю открыл дверь и замер. Он оглянулся через плечо на Нила, словно чего-то ждал. — Что? — спросил Нил, и в его тоне прозвучало раздражение. Эндрю мотнул головой в сторону коридора. Нил нахмурился. Месяц назад он бы воспринял это как явное приглашение, но теперь уже не был так уверен. Он сделал шаг вперёд. Похоже, Эндрю этого и хотел, потому что, скрывшись в коридоре, он оставил дверь открытой. Нил нерешительно последовал за ним. Он почти ожидал что Эндрю уйдёт, но тот остановился в конце коридора, оглядываясь, чтобы убедиться, что Нил идёт за ним. Нил проверил карман на наличие ключа и запер дверь. Эндрю подождал, пока не убедился, что Нил идёт, прежде чем направился к лестнице. Нил ожидал, что он пойдёт вниз, но вместо этого они поднялись наверх. Они поднялись на два пролёта, минуя все жилые этажи. Вопросы роились в голове Нила, но он не хотел нарушать тишину. Эндрю добрался до самого верха лестницы, где на запертой двери для технического обслуживания красовалась красная табличка "НЕТ ДОСТУПА". Эндрю несколько раз дернул ручку, прежде распахнуть двери. Когда Эндрю вывел его на улицу, его обдало порывом холодного ветра. Нил пожалел, что Эндрю не догадался попросить его взять с собой пальто. Он почти закрыл за собой дверь, оставив приоткрытую на случай, если она захлопнется изнутри, и скрестил руки на животе. Эндрю уже добрался до края крыши. Нил присоединился к нему осторожнее, выглядывая на обрыв высотой в шесть этажей. У него сжался желудок, и он сделал аккуратный шаг назад. Эндрю не испытывал подобных сомнений. Он стоял прямо у края, так близко, что Нилу захотелось схватить его за пальто, чтобы тот не упал. Эндрю вытащил из заднего кармана пачку сигарет, закурил две и передал одну Нилу. Их пальцы соприкоснулись и между ними пробежала искра, и Нил отдернул руку. Он быстро затянулся, чтобы скрыть свою реакцию, и едва сдержал кашель, когда едкий дым ударил ему в лёгкие. Эндрю сжёг сигарету быстрее, чем Нил когда-либо видел. Он выдохнул, и дым вырвался изо рта и носа, словно из перегретого чайника. Он не шевелился. — Ты часто сюда приходишь?— спросил Нил. Эндрю бросил на него холодный взгляд, но не опровергал сказанное. Нил фыркнул. — А ты говорил, что это я жажду смерти. Эндрю бросил сигарету со стены здания и повернулся к нему. Нил был ошеломлён напряжённостью его взгляда. Всё его тело было напряжено, челюсти сжимались, словно он скрежетал зубами. Он сделал шаг, сокращая расстояние между ними. Нил чуть не отступил, настолько его поразил огонь в глазах Эндрю. Рука Эндрю поднялась и замерла в миллиметре от щеки Нила. — Да или нет? Нил смотрел на него, открыв рот. Эндрю поднял голову, всё ещё напряжённый, но решительный. Несмотря на всё, что произошло за последний месяц, и несмотря на всю свою ярость, на мгновение Нил почти согласился. Это было бы так просто. Слово почти сорвались с языка но застряло, когда разум Нила не догнал тело. Он дёрнулся назад, разрушив магнетизм, который его там удерживал. — Что ты делаешь? — спросил он. На секунду лицо Эндрю исказилось от разочарования, но потом он дёрнул голову набок, чтобы скрыть это. Он резко махнул рукой и повернулся, чтобы уйти.Но Нил не мог этого допустить. Он нырнул вперёд, огибая его фигуру, и схватил Эндрю за расстёгнутый воротник на пальто, резко остановливая его. Эндрю был вынужден повернуться к нему лицом, весь его вид был яростным и оборонительным, как у раненого зверя. Он оттолкнул руки Нила, и тот легко отпустил его. Эндрю, однако, не стал уходить, поэтому Нил поднял руки и глубоко вздохнул. Он провёл дрожащей рукой по волосам. — Поговори со мной, — сказал он. Эндрю пренебрежительно фыркнул, и Нил не сдержал свой гнев. — Прекрати, — рявкнул он. Эндрю ничего не сказал, просто стоял в метре от него, но напрягся. — Чёрт, — сказал Нил. Он закрыл глаза, заставляя себя выдохнуть. Спокойствие в его голосе, когда он заговорил, было наигранным. — Ты должен что-то сказать, Эндрю, — сказал он. —Потому что я не могу читать твои мысли. Эндрю стиснул зубы и снова отвёл взгляд. Он пошарил в кармане, пока не достал сигареты. Руки дрожали так что он не мог закурить, и Нил взял у него сигарету, стараясь не коснуться кожи. Он вернул её зажжённой, и Эндрю резко затянулся, почти отчаянно. У Нила сжалось сердце. Он никогда не видел Эндрю в таком состоянии. Эндрю ничего не трогало — так он сказал Аарону. Но его что-то явно зацепило, и у Нила сжалось сердце при мысли о том, что он как-то причастен к этому. Он позволил Эндрю молча курить. Каждый вдох успокаивал Эндрю, а каждый выдох понемногу снимал с него напряжение. К тому времени, как сигарета сгорела, выражение лица Эндрю стало почти скучающим. Нил не был настолько наивен, чтобы думать, что это означает возвращение к обычному состоянию; для этого потребовалось бы больше, чем пара минут и немного никотина. Эндрю бросил вторую сигарету вслед за первой, прижав подбородок к груди. Холодный воздух обжигал голые руки Нила, но он на время отогнал неприятные ощущения. Эндрю засунул руки в карманы. Нил оглядел парковку перед ними. Несколько студентов бродили вокруг, но никто из них не поднимала взгляд. Они стояли прямо там, на открытом пространстве, и всё же их всё равно было практически не видно. Эта мысль взволновала Нила, он запрокинул голову и закрыл глаза, позволяя ветру развевать волосы, обжигая щёки. Когда он снова открыл глаза, Эндрю смотрел на него с непроницаемым выражением лица. Нил выдержал его взгляд, не произнеся ни слова. Эндрю первым отвел взгляд. Он устремил взгляд на горизонт, и его взъерошенные ветром волосы ярко светили в лучах послеполуденного солнца. — Я разговаривал с Аароном, — сказал он. — Ааа, — сказал Нил. — Мне кажется, я ему не очень нравлюсь. Уголок рта Эндрю на мгновение дернулся вверх. — Откуда ты знаешь? — спросил он. — Вдруг это был я. — Это было очевидно, — сказал Нил. — Вы не так уж и похожи. Эндрю бросил на него холодный взгляд, и Нил нахмурился. — Ты не такой. Мне следовало догадаться ещё вчера, но я был пьян. Выражение лица Эндрю на мгновение дрогнуло. — Ты не пьёшь. — Мне захотелось немного себя побаловать, — сказал Нил. — Это не непреложное правило. К тому же, я выпил всего две бутылки. Недовольство всё ещё рисовало морщины вокруг рта Эндрю. Нил вздохнул. — Что случилось, Эндрю? — спросил он. Он не хотел думать, что Аарон передал его слова Эндрю. Он не знал, как они будут искажены, пройдя через фильтр Аарона. Эндрю, правда, не поднял бы эту тему, если бы она не имела значения. Эндрю прижал подбородок к груди, и прикрыл глаза. В его голосе слышалась почти обида: — Это не должно было иметь значения. Нил вдохнул. Глупая, полная надежды часть его души вспыхнула, но он сдержал её, сдерживая выражение лица. Он указал жестом между ними. — Это? Молчание Эндрю было достаточным подтверждением. Нил опустил руку, невозмутимо глядя на Эндрю. — Это не обязательно, — сказал он. Его губы слегка дрогнули. Нилу слишком поздно это осознал, но он не собирался делать из этого проблему Эндрю. — Я знал, на что соглашался. Похоже, Эндрю хотел услышать совсем не это. Сердце Нила предательски забилось в груди, и он скрестил руки, чтобы защититься от ветра. — Чего ты хочешь, Эндрю? — А ты, Нил? — резко ответил Эндрю. — Тебя, — просто сказал Нил. Эндрю моргнул, покачиваясь на каблуках. С его стороны это было больше похоже на шок. Нил приготовился к отказу, но Эндрю молчал, лишь смотрел на него, и его глаза заблестели на солнце. — Ничего страшного, тебе всегда был нужен только секс, — сказал Нил, тщательно подбирая слова. — Ты же ясно дал понять с самого начала, что всё именно так и обстоит, и, возможно, я всё-таки не создан для этого. Но если ты хочешь быть… — он замялся. "Бойфренды" звучало ужасно ребяческим по сравнению с его чувствами к Эндрю. — Если ты хочешь быть кем-то другим, то мы могли бы это сделать. Эндрю на мгновение сжал челюсть, прежде чем заговорить. — Почему? — Почему все продолжают меня об этом спрашивать? — сказал Нил. Эндрю уставился на него. — Я игнорировал тебя три недели. — Это был подлый поступок, — сказал Нил. — Но у нас был договор, и я его нарушил. Неудивительно, что ты исчез. Ты предсказуем. Морщины на лбу Эндрю стали глубже, но он промолчал. Нил вздохнул. — Здесь чертовски холодно, Эндрю. Я не собираюсь провести здесь весь день, пытаясь угадать, о чём ты думаешь. Взгляд Эндрю скользнул в сторону, но Нилу показалось, что он смотрит не на пейзаж. Он процедил, сердито выдыхая через нос: — Это не так, — выдавил он из себя. — Что не так? — спросил Нил. Эндрю стиснул зубы. — Это не .... совсем то, чего я хочу. Слова вырывались отрывисто, словно Эндрю перерезали горло на выдохе. Нил впился пальцами в предплечья, сдерживая себя. Он чувствовал себя немного не в своей тарелке, словно мчался по шоссе слишком быстро, и вот-вот потеряет управление. — Да? — спросил он и удивился, насколько грубым прозвучал его голос. Эндрю медленно поднял голову. Несмотря на суматоху последних минут, его взгляд был ясным, когда он встретился глазами с Нилом. — Да, — сказал он. Ветер развевал волосы ему на глаза. Ресницы трепетали, обвивая свисающие пряди. Нил затаил дыхание, протягивая руку и откидывая назад волосы. Они едва доходили до ушей и упали ему на лицо, как только Нил отпустил их. Эндрю же почти не шевелился. Он ни на секунду не отрывал свой взгляд от Нила. — Это не обязательно должно выглядеть так же, как у других — сказал Нил. — В любом случае, я не думаю, что хочу всей этой драмы. Мы можем просто это не афишировать. Он наклонился вперёд, и рука Эндрю скользнула ему на талию – легко, автоматически, словно они не вели себя как чужие уже почти месяц. Он не знал, кто первым двинулся, но затем их губы соприкоснулись. Эндрю оттолкнул Нила, подальше от края, ловя каждый пьянящий вдох. Холодный ветер не мог коснуться Нила, пока огонь мчался по его венам. Пальцы Эндрю впились в бока Нила, когда тот отстранился, тяжело дыша. Его глаза, словно сияли, поймав свет. Нил позволил себе смотреть, на этот раз не заботясь о том, увидит ли Эндрю его взгляд. — Все, что мы захотим, — сказал Эндрю. Он не произнес это в вопросительной форме, но Нил всё равно услышал. Улыбка сама собой вспыхнула на его губах, и он наклонил голову вперёд, потёрся носом о нос Эндрю. — Всё, что угодно, — подтвердил он и запустил руку в волосы Эндрю, чтобы снова поцеловать его. — Значит ли это что ты вернёшься к тренировкам по экси? — спросил Нил, отрываясь от Эндрю несколько минут спустя. Эндрю отстранился, злобно на него глядя. Нил ухмыльнулся. — Кевин уже несколько недель донимает меня этим. Кажется, он скучает по тебе. — Я сейчас не об экси с тобой говорю, — ровным тоном произнес Эндрю. Нил усмехнулся, снова поцеловав Эндрю в губы. Его руки сжали бедра Нила. Он позволил себе унестись в ощущения тела Эндрю, прижимающегося к его телу так близко что между ними не осталось и выдоха. — Эндрю, — пробормотал он, собирая воедино последние связные мысли и крепко удерживая их. Эндрю лишь промычал в ответ, отстранившись на сантиметр и выжидая. Нил моргнул, разглядывая его знакомые карие глаза, маленькую родинку возле левого глаза, крошечный шрам на переносице. Он выдохнул, прикасаясь к губам Эндрю и пробормотал: — У меня новое правило. — Да? — выдохнул Эндрю низким и хриплым голосом. — Тебе больше никогда не дозволено быть моим призраком. Он почувствовал, как Эндрю сделал короткий вдох, а затем он поцеловал его, коротко и яростно, так, что у Нила все кости превратились в жидкость. — Никогда, — пообещал Эндрю. * — Какого хрена ты хочешь, чтобы я снова переехал! — закричал Аарон. — Я не собираюсь этого делать! Одного раза было достаточно. Нил стоял сбоку от открытого дверного проёма, всего в шаге от Эндрю, который смотрел на брата, совершенно бесстрастно. Нил сдержал ухмылку. Преодолимая сила встречает несокрушимый объект. — Нил поможет тебе собраться,— сказал Эндрю, отворачиваясь.Нил протестующее пискнул, но Эндрю даже не удостоил его взглядом. — У тебя есть час. — Час?  — в ужасе переспросил Аарон. — У меня на этой неделе промежуточные экзамены! У меня нет на это времени. Нил скрестил руки на груди, прислонившись к дверному косяку. — Кажется, он не хочет переезжать, — сказал он в сторону Эндрю. — Может, нам стоит пойти на компромисс? Мы могли бы делить комнату. Вечерами мы с тобой, а утром — Аарон и его девушка. Аарон залился краской и бросил на Эндрю взгляд, словно чего-то ожидая. Эндрю никак не отреагировал, что ещё больше привело его в ярость. Нил с любопытством наблюдал за молчаливым обменом реплик. Позже ему придётся вытянуть из Эндрю ответы. — Ладно, — резко бросил Аарон, поворачиваясь к столу и отбрасывая учебники. — Но если он тебе надоест через две недели, звони Ники, а не мне. И тебе придётся объяснить всё это Брэндону. — Он ещё не заметил, — сказал Эндрю, разворачиваясь и выходя из комнаты. Нилу захотелось последовать за ним, но он сдержался. Аарон бросил на него враждебный взгляд. — Не трогай мои вещи, — сказал он. Нил пожал плечами в знак согласия. Мрачное настроение Аарона не могло пробиться сквозь его нынешнее возбуждение. Эндрю хотел его. Так же сильно, как Нил хотел Эндрю. Он пытался скрыть свою дурацкую улыбку, но, судя по хмурому лицу Аарона, ему это явно не удалось. Он протиснулся мимо Аарона и сел на кровать, прислонившись к изголовью. Движения Аарона были резкими, и он то и дело бросал на Нила ядовитые взгляды. Они опять тут же соскользнули. Несмотря на его грубый ответ, Нил не думал, что Аарон был хоть вполовину так зол, как притворялся. Что ж, его определённо раздражало необходимость переезда; Нил наблюдал, как тот, не пытаясь навести порядок, запихивает вещи в чемодан, и чуть не поморщился. Но… — Что ты ему сказал? — спросил он. — Что? — Эндрю сказал, что вы поговорили. Что ты ему сказал? Аарон уставился на него. — Значит, это моя вина, — сказал он. — Я сам во всём виноват. Нил не смог сдержать ухмылки. Аарон раздраженно протер лицо рукой, скрывая кривую улыбку. — Чёрт, — выдохнул он. — Итак, — настаивал Нил. — Что ты сказал? — Ничего, — сказал Аарон. — Я просто спросил его, что он сделал, чтобы влюбить в себя такого ​​чудака как ты. — Правда? — спросил Нил. — Именно такими словами? Аарон пожал плечами. — Ага. — Хм, — сказал Нил. Его даже не разозлило оскорбление; Аарон и так был в плохом настроении. Он не мог не задаться вопросом, о чём думал Эндрю. Из их предыдущего разговора Нил предположил, что Эндрю запаниковал, поняв, что всё становится слишком серьёзным, и сбежал. Но теперь он сомневался в этом предположении. Неужели Эндрю действительно считал свои чувства невзаимными? Ему не хотелось думать, что Эндрю мог быть настолько слеп, но оглядываясь назад он сам был так же слеп, и возможно, Эндрю был так же плох в отношениях, как и он сам. Слова Аарона вызвали у него целый поток вопросов. Вопросы, на которые он, возможно, не получит ответы прямо сейчас. Он невольно улыбнулся про себя, доставая телефон и надевая наушники. Заставить Эндрю ответить на них было бы всё равно что вырывать зубы, но у Нила было время. Теперь, когда он знал, чего хочет Эндрю, спешить было некуда. Он пролистал свой аккаунт на спотифай, нашёл плейлисты Эндрю и включил один из них. И запрокинул голову, закрывая глаза. Тяжёлый бас стучал под его веками, Аарон собирал свои вещи на заднем плане, и Нил позволил музыке унести его с собой.