Удар сердца.
Крик в голове.
И — свобода.
Она встала — в его теле, но уже не он. Крылья тени распахнулись за спиной, и крик, похожий на карканье ворона, вырвался из груди. Глаза вспыхнули алым огнём. Шаринган ожил, но в нём было больше, чем сила Учиха: в них заглянула сама сущность ёкая. Враги дрогнули. Один упал, разрубленный взмахом, другой отступил, увидев тень крыльев. — …Таджима?.. — голос собрата сорвался на хрип. Но это был уже не совсем Таджима. В его чертах, в каждом движении проявлялась иная природа. Она чувствовала силу в руках, лёгкость в движениях, голод в душе. Тенгу. В ту ночь клан Учиха впервые увидел, что их глава изменился. А она впервые поняла: теперь стекло разбито.