Случай после собрания.

Убуяшики объявил конец собрания Столпов и Хашира планировали идти каждый по своим делам, однако в комнате внезапно стал слышен звук чьих-то шагов. В самом наличии шагов как таковых ничего необычного не было: они могли принадлежать, например, помощникам, вот только шаги помощников были спокойные и тихие, а эти шаги словно принадлежали беспокойному ребенку. Столпы и Убуяшики в неожиданности замерли. В следующий момент в комнату ворвался парень лет тринадцати. Его волосы достигали плеч и были странного светлого цвета, который можно описать как выцветший коралловый или персиковый, глаза его были лавандовыми. На голове была сдвинутая вбок маска с ушами, закреплённая красной веревкой. Молодой человек был одет в желто-зеленое кимоно, повязанное чёрным поясом, которым также были завязаны черные штаны хакама. Поверх всего этого красовалась, невзрачное на фоне кимоно, простое белое хаори. Также вокруг икр была надета пара киахан с тем же рисунком, что и на кимоно, они были заправлены в штаны. Несмотря на яркий наряд, наверное самым примечательным в нем был шрам, пересекающий правую сторону его лица от уха до рта. К неожиданности столпов парень не подбежал с просьбой к их мастеру, не оказался эксцентричным знакомым Митсури, Тенгена или Ренгоку, нет. Он через всю комнату проскакал в сторону самого тихого и замкнутого Хашира, Томиоки Гию. Так славно мало было этого, паренек тут же обнял его, чуть ли не повиснув на Столпе как обезьянка. Комната погрузилась в тишину, менее сдержанные во всю уставились на происходящее, более сдержанные пытались не выдавать удивления, так как собрание было завершено, а заходить в здание после него запрета не было. Томиока же стоял словно окаменев. Если обычно при взгляде на него он казался каменным изваянием, то теперь он выглядел так, словно ,врежься в него атака Мудзана, он бы не сдвинулся. Это было так непривычно, что Шинагудзава, который в начале хотел отпустить шутку про наличие у Гию друзей, невольно закрыл рот и просто стал наблюдать. "Томиока, мы так давно с тобой не виделись, ты стал таким хмурым, - начал громко щебетать пришедший- ты рад меня видеть?" Пока присутствующие пытались понять взаимосвязь их скрытного Столпа и этого энергичного мальчишки, сам Столп стоял как вкопанный и не отвечал, а на его лице начал проступать страх, который, впрочем, он моментально скрыл. "Ну ты чего как не родной,- продолжал парень- обними меня хоть, вот сколько не виделись. А это друзья твои? - спросил он, указав на остальных людей в комнате- Познакомишь нас?" В следующий миг голова весело говорившего мальчишки ровным срезом отделилась от его тела и упала на пол. Комната словно заледенела, теперь все в ней с шоком смотрели на Томиоку с мечом. "Ты что творишь!?"- начал было орать Санеми, как тело пришедшего приобрело совершенно другой вид. Стало понятно, что это был вовсе не старый знакомый одного из них, а демон, подосланный узнать о них больше. "Пожалуйста, объясни причину, по которой ты убил его и как ты понял что это демон"- спокойным тоном попросил Убуяшики. Хашира, которые уже хотели в большинстве своем напасть на Гию с вопросами, тут же остановились и стали слушать что тот ответит. "Это был демон, который мог менять свое обличие на людское и делал это очень правдоподобно. -начал объяснять Томиока- Демон выбрал обличие человека, которого я знал и который был мне дорог, однако, как бы похож он на него не был, подделывать лицо мертвого бесполезно." Если ещё пару минут назад Столпы смотрели на Гию сначала с удивлением, потом с шоком, затем были готовы осудить его за убийство, и, наконец, хотели услышать что это вообще было, то теперь они сами, как Томиока недавно, застыли. Кто-то просто пытался осознать что произошло, кто-то представлял себя на месте Гию, но уже со своими мертвыми близкими, все делали для себя выводы. Постепенно комната начала отмирать и люди пошли выполнять свои поручения: первым ушел Убуяшики, вслед за ним сдвинулся Томиока, направляющийся к себе, чтобы осмыслить произошедшее и пережить уже подступающую паническую атаку, а за ними сдвинулись и остальные Хашира. Это явно повлечет за собой изменения как в мышлении тех, кто присутствовал, так и в их взаимоотношениях, но это потом, а пока они просто засунут это подальше в свою черепную коробку и будут игнорировать до момента, когда к них будет достаточно времени все это осмыслить.