Can I call you tonight?

***

Шанс не может вспомнить, когда умудрился влюбиться в босса мафии — Мафиозо. Как это произошло? Что этому поспособствовало? Что ему вообще настолько понравилось в нем? Неясно до сих пор. Но его сердце так и хочет выпрыгнуть при виде этого мужчины. Ничего уже с этим поделать нельзя. И все же... Как вообще возможно позвать такого серьезного и устрашающего человека на... свидание? Нет, конечно, Шанс часто зовет Мафиозо куда-либо, будь это деловая встреча, простая ночная прогулка по городу или на «чашку кофе», но это и рядом не стоит с его нынешними намерениями. То, что было перечислено, являлось просто формально-дружеское. Они — друзья, это не оспорить. Но если Шанс видит в Мафиозо как своего объекта обожания, то как сам Мафиозо видит Шанса? Только это, кажется, ему не дает покоя. Пусть помощники Мафиозо и говорят, что Шанс является чуть ли не самым главным и доверяемым человеком по статусу, как и сама мафия — этого недостаточно. Хочется знать, о чем он думает.

***

Может, сейчас и конец лета, но все еще лучшая погода, о которой мог пожелать Шанс и лучшее время для начала своего отпуска! Правда, не хочется оставаться одному в это время. Спейд еще может быть и скрасит это одиночество, но ему бы хотелось общаться с человеком, а не с кроликом. Голова вновь заполняется мыслями о Мафиозо. Что он сейчас делает? Когда он будет свободен? Захочет ли он вообще разговаривать с ним? Стоит ли его позвать куда-нибудь? Есть ли у него время на Шанса? ... Шанс лежит на кровати, на спине, и взгляд устремлен только в потолок. Прожигает дыру в нем. Руки держат телефон, который лежит прямо на его груди. Главное, что он выключенный, мало ли что он успеет нажать? Кажется, он ждет сообщения. Тяжело не думать о том, что Шансу настолько сильно захочется кого-то позвать на свидание. Тяжело не думать о том, что его вероятность успеха почти что равна нулю. Особенно, когда Шанс начинает вспоминать, как в последние дни начал вести себя рядом с Мафиозо. Раньше можно было считать Шанса заядлым оптимистом со стопроцентной везучестью во всех вещах, что он делает, он не знает никаких формальностей ни к кому, старается быть для всех другом, со всей помощью пойдет с превеликой радостью и дополнительно скрасит серый день в яркие тона. С Мафиозо всегда на «ты», чуть ли не лучик солнца посреди огромной грозы. Но сейчас он больше похож на большую тучу сомнений и терзаний. С другими он старается вести себя как обычно, но практически натягивает на себя улыбку и делает вид, что у него как и всегда хорошее настроение. С Мафиозо совсем чувствует себя нервно, как будто теперь с ним не друг, а тот, кто через две секунды накинется и начнет требовать возврат долгов. Каких только? Да непонятно! Может, придумает что-то? Мафия обычно непредсказуема в таких случаях. Кажется, что все эти раздумья совсем заставили Шанса сдуться. И никому он это рассказать не может. Вдруг что подумают. Или расскажут другим. Или расскажут самому Мафиозо. Нет, такого Шанс допустить не может, поэтому все эмоции он вымещает на вечной болтовне с самим собой перед Спейдом. Болтовня насчет своих эмоций, чувств, мыслей и... всего прочего. Иногда Шанс хочет кричать в унисон, лишь бы его разум наконец заткнулся. Да и он сам хотел бы заткнуться уже. И все же хочется услышать чужое мнение насчет его чувств. Но у кого только поинтересоваться? А вот... некому написать. Поэтому Шанс и втыкает в потолок. Не знает что ему делать. Он поднимает выключенный телефон и ставит его перед своим лицом. Быстренько включает, открывает контакт своей новоиспеченной любви. Палец держится над кнопкой «позвонить». Иногда он подергивается, когда Шанс каждый раз передумывает свою затею. Снова кладет одну из ладоней на лицо и шумно вздыхает. Не может... просто не может. Даже если он напишет сообщение, это не будет... так, как он хочет. Да и кто будет звать на свидание текстом? Это не романтично. Нужно что-то более стоящее. А что насчет того, что будет говорить Шанс? Привет! Давно не виделись! Ты мне очень нравишься и я хочу позвать тебя на самое-пресамое романтическое свидание! В городе недавно открылся люксовый ресторанчик, который можно будет забронировать и останутся только лишь ты и я. Что думаешь? Пф-ф... бред. Здравствуй. Мне, конечно, не хочется отвлекать тебя от твоей работы, но мне хочется пригласить тебя кое-куда... Недавно открылся новый ресторан, можем его забронировать и без лишних глаз провести время вместе. Не хочешь? Слишком официально. Приве-е-ет!! Я знаю, что я тебе нравлюсь также, как и ты мне, поэтому у тебя никогда не повернется язык сказать мне нет, но-о-о я хочу позвать тебя на свидание! У меня кучу планов на то, как мы могли бы побыть вместе, вдвоем, без лишних глаз, тебе обязательно понравится! Слишком по... детски. И не найти же ведь хороший вариант того, как пригласить мафию пойти с тобой куда-то. Но все же идея с рестораном хорошая. Придется... начать издалека? То есть, написать для начала хоть что-то, чтобы начать их разговор. А какое тогда было бы первое сообщение для Мафиозо? Например...

«Могу я позвонить тебе сегодня вечером?»

***

Шанс до сих пор не понимает, ради чего он все это делает. Ради себя? Своего счастья? Почувствовать какое-то облегчение? А облегчение от чего? От признания? От него обычно становится только хуже. Сердце начинает колотиться, ты не можешь нормально связать и больше двух слов, голос дрожит, становится непроизвольно тихим, глаза все время бегают из стороны в сторону, лишь бы не поддерживать зрительный контакт, руки трясутся, дыхание становится неровным и прерывистым, тело попросту тебя не слушается... Перечислять можно бесконечно. Любовь — это как патология. Не знаешь когда она объявится и не знаешь, как от нее излечиться. От этого становится еще тяжелее. Шанс, если честно, не хочет сильно дальше думать об этом, прося бармена налить еще один коктейль. Он сейчас в своем казино, старается сильно не светиться, так как он может не работать, но иногда следит за сотрудниками. Сейчас он старается как-либо не провести свой отпуск так, чтобы он всегда был вне дома. Пусть и в своем заведении. Но неотправленное сообщение в чате с Мафиозо так и висит. Он не может себе позволить его отправить. Как до этого все докатилось? Шанс начинает медленно листать все их прошлые разговоры. Первый обычно рассказывает обо всем во всех подробностях и впихивает в свои текста практически все эмоции, а второй немногословен, старается многого не наговорить, но беседы он поддерживает просто на «ура». Все непринужденно и легко. А сейчас Шанс даже не может заставить себя отправить чертово сообщение, в котором одно предложение и всего-лишь шесть слов. Да и их последний диалог был несколько дней назад, а звонок еще раньше. Тошно... от этого становится тошно. Словно они не общались вечность. В груди неприятно отдает болью, а лицо мигом становится хмурым и поникшим. Вот сейчас они практически ни о чем не беседуют, а что произойдет, когда Шанс признается? Он представляет себе только самые наихудшие варианты. В таких темах невозможно думать о чем-то хорошем. Все вернется к его самым неприятным навязчивым мыслям. «Это будет невзаимно.» «Самая отстойная идея признаваться мафии.» «Он меня не так поймет.» «Он меня возненавидит.» «Мафиозо ни за что не посмотрит на меня в этом свете.» «Я буду выглядеть посмешищем.» «Я все испорчу.» Шанс медленно проводит пальцем вокруг ободка фужера, налитый коктейлем уже в третий раз. Все также смотрит на это предложение, которое он все не может отправить. Все также разум его и мучает. Он выключает телефон и кладет его экраном вниз, поворачиваясь к бармену и пытаясь завязать с ним какой-то разговор. Тема находится быстро и он просто старается забыться. Но разговор всегда заходит именно на тему о взаимоотношениях. Неважно, что обсуждали перед этим: дождливую на сегодня погоду, работу, музыку, политику. Все сводится к одному. Пусть Шанс и доверяет одному из любимых своих сотрудников, но... Разговаривать об этом крайне тяжело. Он хочет, но не может. Бармен сам успел спросить, не беспокоит ли что-то владельца казино, но тот лишь отмахнулся и сказал, что просто не выспался и погода паршивая, что аж голова разболелась. Но обычно у таких людей получается других расположить к себе и докучал Шанса до последнего. Видимо, это был первый человек из всех его знакомых, которому он смог рассказать о своей любви недосягаемой. Немножко под алкоголем и поэтому эмоции сами вырывались наружу, но держать это в себе нет смысла. Важно то, что он ни разу не назвал имя Мафиозо, дабы ничего лишнего его слушатель не подумал. Это уже прогресс! Прогресс к тому, что он может не всегда все разболтать и.. — Ты сейчас говоришь о главе мафии, так? Бармен сам догадался. — Э? Нет! Нет, не он! С чего ты вдруг взял? — А у Шанса вечная привычка все отрицать, хотя реакция все сама выдает. — Шанс, мы знакомы несколько лет и я знаю тебя лучше кого-либо из постоятельцев, хоть ты и владелец этого места. Да и к тому же, ты и перед этим говорил только о Мафиозо без умолку. — ...Неужели это так заметно? — Он опускает голову, смотря на жидкость в фужере, и пальцами постукивает по стеклу. — Очень. А если это сильно заметно, то Шансу конец. Это все было слишком очевидно... снова становится от этого тошно. Он вздыхает и делает небольшой глоток, прежде чем скрестить руки и положить на них голову. — Как ты думаешь... у меня есть... шанс? — Он всегда есть. Тебе нужно только лишь попробовать. Кто не рискует – тот не пьет шампанское.

***

Шанс заходит в свою опустевшую темную квартиру. К нему подбегает кролик и начинает ластиться в ногах. Хоть что-то придает ему счастье в этой жизни. Он берет Спейда в руки и несет его обратно в спальню, дабы положить на кровать, а самому развалиться рядом лицом вниз. Шанс, кажется, уже ничего не хочет делать. Ни пытаться заставить себя отправить сообщение, ни пытаться вслушаться в слова своего сотрудника. — Просто попробовать? Легко сказать. Но все равно экран телефона снова освещает темную комнату, показывая прямо перед Шансом чат с Мафиозо. «Могу я позвонить тебе сегодня вечером?» Так и не отправлено. Есть ли смысл отправлять это сообщение сейчас? На дворе ночь. И Шанс не сильно в трезвом состоянии. Ай, к черту. Палец нажимает кнопку отправить. Даже не соизволит его исправить. Ответ приходит практически моментально. «Шанс, уже вечер. Если хочешь прямо сейчас, конечно можешь.» Прежде чем действительно начать звонить, он решил проверить насколько сильно у него все выдает голос. Но стоило было ему начать проговаривать свою автобиографию, понял, что все выдает. Ну.. такое же не в первый раз, так? Ничего страшного же не будет? Шанс нажимает на заветную зеленую кнопку с белой трубкой и подносит телефон к уху. Стоило услышать тишину и среди нее заветное «Алло?», как сердце падает в пятки, слова сами пропадают с языка, а голова становится кругом. — Ам... Привет! Мы.. довольно долго не разговаривали... я просто... — он устало вздыхает, — просто хочу знать, как у тебя дела... Что нового? — Скажи честно, у тебя все в порядке? Полное игнорирование непринужденного вопроса. В его духе. Как и ни «привет», ни «здравствуй». — Не понимаю о чем ты. — У тебя голос дрожит, словно ты при смерти. А еще по нему слышно, что ты пил. Достаточно. — Я-я-я... в полном порядке! Честно! Но я позвонил тебе же не просто говорить все обо мне. Так... как у тебя дела? — Шанс. — от его серьезного тона парня аж передернуло. — Мои дела всегда в норме. Ты это знаешь. Если что-то идет наперекосяк, ты узнаешь об этом самым первым в следующую же секунду. Больше Шанс ничего не сказал. Не знает, что сказать. — Так... что насчет тебя? — кажется, Мафиозо стало неловко от этого молчания. — Я... не знаю... вроде как – отпуск, могу делать что пожелается... — Ты и во время работы делаешь что пожелается. — Ахах... не суть.. Я просто чувствую себя... одиноко... из-за того, что все заняты и мне ни с кем практически не удается найти времени на всякие беседы. — он вздыхает. — У меня времени предостаточно, чтобы ты мог поговорить со мной. — Да? Серьезно? — Тебе парни ничего не рассказывают что-ли? — Шанс упустил момент, когда ему начали рассказывать о делах мафии. — Последнюю неделю они справляются со всем сами, а мне только и говорят «Босс, вы можете на нас положиться и дать себе время отдыха». Как бы сильно я не хотел иногда следить за их работой, это уже рефлекс какой-то. — Но это же ведь круто, что теперь у тебя есть время на себя! Ты не рад? Я был бы рад. — Конечно ты был бы рад. Но насчет себя тяжело сказать. Я даже не представляю, чем можно заняться. — Ну... сходить куда-нибудь! Что ты там любишь... музеи? Театры? О! О! Я придумал! Сходить на свидание с кем-то? Шанс слышит с трубки легкую насмешку. — С кем-то? — Да-а! Тебе разве не с кем? — Я особо не задумываюсь об этом, так что нет. — Тогда-а... как насчет, чтобы пойти со мной? — С тобой? — В голосе Мафиозо слышится веселый тон. — Сказать мне «что-то» хочешь? Как будто его поймали с поличным. В моменте стало действительно страшно. Шанс потерял дар речи и теперь не знает, как быстрее перевести тему или вообще прекратить разговор. — Н-нет! Не хочу. Просто... я же ведь один из наилучших твоих вариантов. Пойду с тобой хоть на край света! — Я в тебе не сомневаюсь. — И вообще, с чего ты вдруг подумал, что я тебе что-то сказать хочу? Повисло недолгое молчание. — Ты слишком... выдаешь себя. Может мне это все лишь кажется и это все глупые догадки, но твое необычное поведение не только я замечаю. — Я... э-эм... — Порой мне кажется, что это заметили уже все, кто можно. — ...Правда? — Шанс говорит это довольно тихо. — Да. Так, есть ли что-то? Он ничего не отвечает. Но затем, вздохнув, он безразличным голосом отвечает. — Нет. Точно нет. — еще небольшая пауза. — Ладно. Извини, что, возможно, побеспокоил тебя со своим... пьяным бредом. Было приятно слышать твой голос. Я... пойду. — Уже? Так быстро? — Мне не стоило было тебе звонить... Ой, точнее, у меня зарядка на телефоне заканчивается! Пока-а! — Что? В смысле? Шанс слышит в трубке чужой обеспокоенный голос, что пытается его отговорить, как палец жмет на кнопку сброса. И все заканчивается. На время. Он, конечно, не солгал насчет заряда батареи, но это не была основная причина так быстро повесить трубку. Он садится на кровать и не может отвести взгляд от контакта Мафиозо. — Идиот. Конкретный идиот. Говорит он только про себя. И все это ради того, чтоб их общение не начало подкашиваться. Шанс сделал только хуже. На экране появляется звонок от Мафиозо и сердце снова на миг перестает биться. Нет. Он не ответит. Шанс кладет телефон экраном вниз на кровать, а сам встает с нее, дабы уйти куда подальше. Ноги все его держать не хотят и равновесие теряется. Он быстро скидывает с себя шляпу, очки, наушники и уходит с комнаты. Не сейчас. Не сегодня.

***

— Я просто полнейший придурок! Сейчас Шанс изливает душу Эллиоту в его же выходной. В его доме, пытаясь пообедать. — Напомни, что тебя сподвигло? — ...Я не знаю. Желание. Он сам согласился на звонок! Это уже не моя проблема, что он согласился и ему две минуты пришлось выслушивать мой пьяный бред! — Теперь скидываешь вину на Мафиозо, да? Шанс смотрит на информацию о последнем звонке. Действительно, две минуты. А затем его взгляд падает на несколько пропущенных и он тут же мутнеет. Эллиот стал вторым человеком, которому все рассказали. Он славный парень, все в жизни поймет. Как никак, работает среди людей и таких, как Шанс, встречает каждый день. Пусть он и был удивлен, когда Шанс ввалился в его дом с громкими словами «Я влюбился в Мафиозо и ужасно облажался!» и после этого рассказывал баллады о своей любви. И о своей неудаче. В целом, Эллиот был не против тому, чтобы ему все рассказывали и настолько доверяли. Но.. теперь... они сидят за столом на кухне, Эллиот все доедает свой обед, а Шанс сидит с чашкой чая. — Я не скидываю на него вину, просто!... Аргх!.. Не знаю. Тяжело думать, когда пытаешься понять пьяного себя. Видимо, удаче не нравится, когда я пью. — Ты же ведь хочешь все исправить? — Очень хочу. Не представляешь как. — Тогда... извинись, попробуй сначала то, что ты и хотел сделать, а затем зови на свиданку. Хоть на месте предложение делай. — Это уже слишком. — Ну... до этого еще есть время. Тем более, его предостаточно. Можно начать просто с признания. Все успеешь наверстать, главное просто с чего-то начать. — Да... начать... — И больше не напивайся и не делай подобных глупостей. Я тебя умоляю. — Обещаю! Эллиот вздыхает, надеясь, что Шанс не солжет с этим. Да и по виду второго, он сам не рад, что до этого все докатилось. До бара... до навязчивых мыслей... до действий... до этого тупого диалога на две минуты... Трудно это все переварить сразу.

***

Шанс снова в своей спальне поздней ночью. Он после похода к Эллиоту решил развеяться, но совсем забыл о времени. Сейчас на часах около двенадцати, полночь. Все, вроде как, спокойно. Спейд снова развалился на торсе Шанса, засыпая под поглаживания. — Как же мне хотелось бы быть кроликом. Тебя любят просто за то, что ты есть. Тебе не приходится ломать голову из-за своих чувств, не приходится делать какие-то... первые шаги в отношениях. Да, он разговаривает сам с собой, но это единственное, что он может поделать сейчас. Ему от этого легче. От длинных монологов, где говорит только он и слушает его только тишина, темнота и Спейд. Он еще иногда получает сообщения от Мафиозо. Они приходят, наверное, раза три за день. Ночью, днем и вечером. Все с одним и тем же содержанием. «Шанс, все в норме?» «Напиши, когда сможешь.» «Я же вижу, что ты в сети. Ты намеренно меня игнорируешь теперь?» «Даже на звонки не отвечаешь.» И когда Шанс видит столько сообщений, на которые он так хочет ответить, но не может, заставляет его грустить. Ужасно сильно. Поэтому он игнорирует. Не может себя заставить ответить на сообщения. А уж тем более ответить на звонки. Взять себя в руки крайне тяжело. Шанс отводит от себя телефон и, убедившись, что Спейд спит, осторожно переложил кролика на постель от себя. Сам он встает с кровати, чтобы пойти налить себе попить. Попить что угодно. Воды, лимонада, энергетика, водку. Нет, водка это лишнее. Свет на кухне не включает, пусть дальше фонарь с улицы пытается осветить комнату. И хочется, чтобы оказалось на полках что-то стоящее, но в холодильнике оказывается только сок. Ладно, тоже сойдет. Он ставит коробку сока на стол, отходит, дабы взять стакан. Наливает содержимое туда и... все. Шанс резко передумал. Он ненавидит эту черту в себе. Постоянно передумывать. Но уже все. Надо выпить. Он убирает коробку обратно на свое положенное место и садится за стол. Он один, со своими мыслями и в обьятиях тишины. Хочется, чтобы какой-то собеседник сидел рядом или напротив, но увы. Все знакомые, кому он доверяет, уже спят, а остальные не поймут. Звонить кому-то посреди ночи не самая лучшая затея. Шанс это понял предыдущий вечер назад и все еще ужасно жалеет об этом. Будет жалеть до своей смерти. Но все же, что было, если бы у Шанса хватило смелости? Что ему стоит ожидать? Он начал вырисовывать в голове диаграмму. Шестьдесят процентов черного цвета разочарования и отказа, двадцать процентов желтого недопонимания, девятнадцать процентов того же недопонимания, но уже зеленого цвета... И один процент успеха получить желаемое. Шанс один на миллион, считай. Ему этот вариант не по душе. Такие огромные ставки он еще не готов делать. В своем маленьком желании он может поставить на кон их дружбу, свое казино, своих сотрудников, свои взаимоотношения с мафией в целом и себя. Но очевидно, что Шанс подумает о себе в последнюю очередь. Это уже свойственно ему. Ничего не поделать. Он прикладывает ладони к лицу, будто скрываясь от чего-то или кого-то. Невозможно с этим жить. Жить с таким паршивом и колющим в грудь чувством и мыслями о вечных различных исходов событий, если он попробует позвать Мафиозо на свидание. Все. Стакан пуст. Можно разваливаться спать. Шанс не вынесет этого, если продолжит раздумывать обо всем на свете во время ночи.

***

Шанс ходит по спальне кругами, все пытается придумать какое-то хорошее оправдание всему. Кажется, скоро на полу будут следы ног от бесконечного хождения. Он много раздумывает, много жестикулирует и прорабатывает кучу сценариев. В основном они все... не очень хорошие, но они есть. Представлял, что напротив него стоит Мафиозо и слушает его, не говоря ничего, пока Шанс все старался подобрать нужные слова. Да, с пустотой тоже тяжело подбирать какие-то там слова. Один из сценариев выглядит примерно так: — Слушай, — Шанс начинает все с оправданий, — мне дико стыдно за то, что я позвонил тебе настолько поздно, что я наговорил всякого бреда и в итоге без объяснения... сбросил звонок и начал игнорировать тебя везде, где только можно несколько дней. Это не то, чего я хотел. Я был не в самом трезвом состоянии... — Затем, просьбы. — Я все еще хочу, чтобы наше общение не было каким-то натянутым, каким оно является сейчас. Мы можем... чаще созваниваться? Общаться ни о чем. Разговор ради... разговора. — Тут он понимает, что несет полную чушь. — Господи, вообще не то! И забивает на этот вариант. Есть еще такой: — Мы можем забыть об этой всей... ситуации? Забить болт, общаться как раньше... Не-ет! Тоже не то! Печально то, что он еще наговорил про свидания и узнал, что многие подозревают о чувствах Шанса. Он уже не знает, что может быть хуже этого. Наверное, ничего. Этот весь один большой «анекдот» даже оказался хуже смерти. Кошмар. Шанс устало вздыхает, заставляя иллюзию в своих глазах в виде Мафиозо раствориться в воздухе. Как будто бы не нужно придумывать никаких сценариев, что-то репетировать. Ему просто нужно быть собой. Все нормально объяснить и, если что-то получится, признаться. Вроде как, ничего сложного, но как сказал Эллиот, нужно с чего-то начать. Его взгляд падает на телефон на кровати. Даже и не вспомнить, когда в последний раз он его брал в руки. Наверно, стоит для начала просто написать. На часах только три часа дня, но он не хочет, чтобы их второй звонок за несколько дней был именно сейчас. Придется как в прошлый раз написать то же сообщение. «Могу я позвонить тебе сегодня вечером?» И, не совершая той же ошибки, отправлять его сразу же, что именно он и сделал. Ответ приходит сразу же. Как будто мониторили. «Конечно.» К горлу подступает больной ком и Шанс нервно сглатывает, надеясь, что чувство предшествующего страха как можно быстрее исчезнет. Контакт пропадает из сети и остается только смотреть на эти два последних сообщения. На те, что от Мафиозо выше он смотреть совсем не желает. Больше это все не имеет значения. Ему просто... нужно будет плыть по течению, когда он будет звонить. Сейчас он готов на все, лишь бы не чувствовать одиночество. А так, нужно скоротать время, пока это возможно. Чем угодно. Пролистывать соцсети, ленту новостей, играть во что-то, может, найти что-то прочесть. В целом, он все это сделал. Помогло ли это? Да, определенно. Скоротать время ровно до одиннадцати вечера. Шанс снова сидит в темной комнате на кровати, смотря на контакт Мафиозо. Он снова уже пожалел об этом, но как минимум, сейчас он в трезвом уме и памяти. Он жмет на кнопку вызова и преподносит телефон к уху. Тишина, только гудки. Шанс уже успел подумать, что Мафиозо передумал ему отвечать, но тут же гудки прекращаются. Теперь просто тишина. Только эта тишина медленно начинает давить на него. Ни он, ни Мафиозо ничего не говорят. Кажется, это самое неловкое, что может быть. — Алло? Ты... здесь? — Шанс все же решает начать говорить первым. — Да, здесь. — Фух... Я уже успел подумать, что на самом деле попытки до тебя дозвониться прекратились и я просто не догоняю убрать телефон от уха, ха-ха... — Мне было интересно, что ты скажешь. — А что мне говорить? — Ну... например, как в твоем духе начать пытаться оправдаться. А ведь Шанс еще днем планировал все это. Да, его полностью выучили. — Я могу начать оправдываться прямо сейчас, если тебе так хочется. — Давай. Я внимательно слушаю. — С другой стороны трубки слышно, как скрипит кресло. — Я весь во внимании. Конечно, Мафиозо не говорит все это с каким-то серьезным тоном, словно он разочарован, он говорит с легкой насмешкой. Похоже, у него хорошее настроение. Шанс все равно делает глубокий вдох и выдох, прежде чем начать говорить. — Извини за тот звонок несколько дней назад... Я просто чувствовал в последнее время себя подавленно, а тут еще и парочку коктейлей от моего любимого бармена ударили мне в голову, из-за чего нес весь этот бред. Я хотел предложить пообщаться, но не тогда, не в тот момент. Может... позже, например, сегодня, но не позавчера. И прости, что я тебя игнорировал все это время и так и не ответил на сообщения. — Все в порядке. — Да? — Точно. Меня немного смутило, что ты начал избегать меня ровно после того момента, как я сказал тебе о том, что многие начали замечать твое состояние. Резко стал слишком нервным, твой голос только и делал, что дрожал. Ты хотел сменить тему, но из-за любопытства продолжил об этом разговаривать, пока не искал быстрый повод сбросить. — Я... — Я просто хочу сказать, что на тебя злость никакую не держу. — Они оба замолчали, пока Мафиозо не нарушил затишье. — Так что там насчет свидания? Шанс будто оживился. Он это запомнил? Он хочет? — Какое еще свидание? — Поэтому пора строить из себя дурачка. — Шанс, меня не проведешь. — ...Ты действительно хочешь? — Почему бы и нет? Ты с таким энтузиазмом это все говорил. — Ну... Я думал, что ты откажешься. Знаешь, не всем дается смелость звать главу мафии на свидание. — Так говоришь, будто я какой-то страшный человек. — Ты он и есть, нет разве? — Шанс слышит чужой смех и улыбка сама начинает лезть на лицо. — Не смеши меня, не такой уж я и страшный. Ну так что? Вот этот момент он не успел еще продумать. Хотя, несколько вариантов были. — Я хотел позвать тебя в один из хороших ресторанов, который открылся недавно. Наверное, ты уже о нем слышал. — Он делает паузу, но ему лишь говорят «Продолжай». — Во-от... Может быть, забронируем его полностью, чтобы были только ты и я? Знаешь, отличная живая музыка, вкуснейшая еда и миленький канделябр по середине столика. Еще обязательно чтоб помещение освещалось в основном свечами, чтоб создавалась приятная атмосфера и мы со всей этой красотой были только вдвоем. Там это все можно устроить, потому что ради богатых готовы на все. — Как романтично. — Готов сделать все, чтоб все так и было. — Можно устроить. Когда хочешь? — Тогда, когда ты свободен, конечно! — Хм... Дай мне пару секунд. Шанс принялся смиренно ждать, пока слышит в трубке какие-то шорохи и топоты. — В субботу с десяти вечера. Тебя устраивает? — Ты бы еще спросил, что меня не устраивает! Он слышит смех и на этом главный страх Шанса наконец заканчивается. Они быстро проговорили кто и насколько быстро будут звонить в ресторан на бронирование и ушли окончательно с этой темы свиданий. Вроде хорошо, что теперь у них есть целые планы на вечер в выходной, который они могут провести вместе без лишних глаз, но много чего все не давало ему покоя. Что-то не так, но Шанс так и не может понять что именно его заставляет так мыслить. Он старается поскорее выкинуть эту мысль из головы, продолжая говорить с Мафиозо о чем угодно, чтобы с каждого вопроса выслушать его мнение, чтобы с каждого ответного вопроса самому это мнение высказывать. Разговаривали они достаточно долго, что на часах стукнуло уже два часа. И когда звонок прекратился на приятном «Доброй ночи, Шанс» в груди осталось только чувство тепла и легкости. Суббота действительно будет одним из самых лучших дней в его жизни.

***

Остается только вопрос, неужели Шансу действительно придется наряжаться? Его стиль и так официальный и официальнее как будто и не придумать. Разве что еще для чувства роскоши и подготовленности нацепить на себя всяких побрекушек, но это будет лишнее. Тогда... как обычно? Как всегда? Нет, ну точно же что-то нужно добавить к образу! Стоя перед зеркалом, Шанс сравнивает себя с какой-нибудь девочкой-подростком, не знающей что надеть на свидание. В какой-то степени, он в чем-то прав насчет этого сравнения. Но все же останавливается на своем привычном образе, добавив только пару колец на пальцы. Он снова подходит к зеркалу, осматривает себя со всех сторон, лишний раз поправляет волосы, очки, наушники, шляпу и... все. Он готов. Мафиозо говорил, что заедет за ним где-то через несколько минут, поэтому долго стоять и думать, что с ним не так не получится. Но теперь вся его нервозность вернулась, пальцы теребят друг друга, а сам он сжимается, опуская взгляд вниз. — Главное не налажать... как всегда... Шанс понимает, что возможно все снова пойдет не так, как ему бы хотелось и из-за своих глупых действий останется совершенно один. Все испортит. Даже после их звонка перед сном его не отпускала тревога, что вечер не закончится хорошо, что все пройдет ужасно и Мафиозо перестанет смотреть на него с теплом, а станет лишь с отвращением. От этого начинает ужасно болеть голова. Но тут же посреди кричащих неприятных мыслей он слышит как снаружи сигналит машина и Шанс тут же оживляется, хватая все необходимое под руку и выбегая из дома. Шанс видит перед собой черную матовую машину, а из под окна с водительской стороны выглядывает улыбающийся Мафиозо. Он и сам начинает улыбаться, быстро запрыгивая на переднее сиденье. — Ну привет, романтик. — Шутливо приветствует его Мафиозо, начиная отъезжать от дома, смотря вперед. — И тебе привет, Маф! С чего вдруг такие прозвища для меня? — Мне напомнить с каким воодушевлением ты все проговаривал? — Нет, не нужно! Я уже понял, что снова всякого наплел. Мафиозо только посмеивается, сосредотачиваясь только лишь на дороге. Шанс отворачивается к окну, но все же иногда посматривает на водителя. Он никогда не сможет передать словами то, насколько чудесно он выглядит. У него одна из самых красивых улыбок, которую он встречал в своей жизни. Самое красивое лицо. Эти забавные кроличьи уши, что иногда подрагивают, когда Шанс начинает что-то говорить. Всегда одет настолько красиво и элегантно, что хочется таять при виде него. Кажется, Шанс полюбил его в первую очередь за внешность, что является обычным явлением. А затем уже за его низкий и ласкающий уши голос, за грозный характер, за которым скрывается что-то более мягкое и наконец... Просто за то, что Мафиозо есть. И каждый раз он не может отвести от него взгляд, начиная с самой первой их встречи. Если в первые разы он на него глядел с небольшой напряженностью, то сейчас от нее ничего не осталось. Они друзья, поэтому никакой тревоги не должно быть и речи, пусть и один из них влюблен в него по уши. — Можешь сказать мне честно? — Мафиозо прерывает тишину, все также не отводя взгляд от дороги. — Смотря что именно ты меня хочешь спросить. — Шанс теперь без украдки смотрит на мужчину пристально, легко улыбаясь. — С чего вдруг у тебя возникла идея о свидании? Мне стоит волноваться насчет чего-то? — Ох! Э-эм... Это было спонтанно, я не знаю. — Шанс обратно отворачивается к окну. — Мне и до этого хотелось увидеться с тобой без лишних людей рядом, просто не знал как это было по-другому преподнести. — Частичная ложь. — Прогуляться? А во сколько тогда, чтобы нас никто не беспокоил? В четыре утра? — Не вариант. — Вот-вот! Затем, пообщаться так, по переписке, по телефону, но это придает только мимолетное чувство того, что ты не одинок и с тобой действительно рядом кто-то есть, но после снова все возвращается к тому, что ты один в своей постели, смотришь в потолок и тебе тревожно от того факта, что возможно все, что говорил человек по ту сторону, лишь из жалости и может являться враньем, ведь не всегда предугадаешь что на самом деле чувствовал тот человек. — Ну-у... Тоже не вариант. — Тогда я и подумал, что лучше будет тебя пригласить куда-нибудь. Не думал, что из моего языка вырвется слово «свидание». — У тебя же были варианты позвать в музей или театр, почему в итоге ресторан? — Можно забронировать и остаться одними в огромном помещении. Что может быть лучше? — Свалить куда-нибудь за город в более уединенное место. — Но там же вкусно готовят! Я не могу упустить возможность поесть что-то вкусное. — И дорогое. — Самое важное подчеркнул. — В любом случае, я никогда не против куда-то пойти с тобой, только давай в следующий раз не туда, куда одно только посещение будет стоить одну треть моей прибыли. — Но мы же делим пополам. — Мафиозо поворачивается к нему и поднимает бровь. Шанс замешкался. — Разве... нет?.. — Твое дело было предложить, мое дело – оплачивать твое предложение, так что сиди смирно и не жалуйся. Шанс выпрямился, словно ему приказ отдали сидеть смирно и не жаловаться. Частично, так оно и было. Дальше они ничего не говорили вплоть до того, как не приехали к ресторану. И на самом деле, Шанс потерял дар речи от того, насколько же он в реальной жизни красивый. Красивее, чем на фотографиях уж точно. Возле входа их ожидала одна из сотрудников, держа в руках планшет и мило улыбаясь. Она дала им знать куда нужно проходить до их столика и пожелала хорошего вечера, убежав на кухню. Шанс еще несколько секунд стоял возле двери, оглядываясь и рассматривая все помещение. Множество пустых, но роскошных столиков на двоих, возле кухни расположилась сцена с той самой живой музыкой, о которой он говорил. Стены были на вид бархатными и темно-красными, несколько белых колон, все освещено было свечами. Он, конечно, знал, что когда бронируешь весь этот ресторан, можно сделать пожелания насчет нужной атмосферы, поэтому повернувшись к Мафиозо(ведь он все-таки бронировал), не смог сдержать самой яркой улыбки. — Ты все же сделал, как я хотел! Мафиозо усмехается, начиная медленно идти до их столика. — А как иначе? Пошли уже. Они проходят до столика, находящегося в середине всего зала и, усевшись на стулья, кажется, не могли оторвать друг от друга взгляд, улыбаясь. Оба ничего не говорят, а только лишь рассматривают друг друга. Через минуты две к ним подходит официантка и отдает меню, дожидаясь заказов. Им все же приходится оторваться друг от друга к тексту и как только они все выбрали и девушка ушла, Шанс решает заговорить первым. — Как тебе здесь? — Дорого, но мне нравится. Что насчет тебя? И непонятно, Мафиозо это спрашивает ради приличия, или просто хочет убедиться в своих мыслях. — Я не жалею, что выбрал именно этот ресторан! Ради богатеньких даже выполнили желания, что может быть лучше? — Жалко, что все подобные места так не делают. — Да не то слово. — Шанс отворачивается куда-то в сторону, осматривая все больше и больше зал. Он успел на миг забыть, ради чего все это было запланировано. И если честно, лучше бы и не вспоминал, начиная чувствовать себя неудобно. — У тебя же точно нет никаких дел на сегодня? — Он не оборачивается, продолжая смотреть куда угодно. — Точно нет. Я весь твой. Я весь твой. Сколько же раз Шанс после этого прокрутил эту фразу у себя в голове? Кажется... уже дотягивается до двадцатого раза. Он поворачивается к нему с удивлением, пока сам Мафиозо продолжает хитро улыбаться, смотря прямо на него. — Это хорошо... — Боишься, что я убегу куда-то? — Нет. Не боюсь. — Это написано на твоем лице. Серьезно, что случилось с тобой? Шанс, наверное, больше всего боялся этого вопроса. И именно на него он не знал, что отвечать. Ни репетиции, ни сценариев. У Мафиозо пропала его улыбка. Теперь он ожидал только лишь ответа, ничего больше. — Со мной все в порядке? Вроде как. Не понимаю к чему ты ведешь. — К тому, что ты слишком нервный. Обычно ты слишком шумный и порой навязчивый, но сейчас от тебя практически ни слуху, ни духу. Некоторые спрашивали у меня, знаю ли я что с тобой, но мне каждый раз приходилось мотать головой. Сейчас ты больше строишь из себя уверенного, хотя по мимике видно, что ты лишь притворяешься. Официантка тут же сбила Шанса с мысли, принеся им заказы, и, пожелав приятного аппетита, отчалила вновь. Но Мафиозо решает лишь продолжить, прежде чем есть. — Мы здесь вдвоем, ты можешь говорить мне что пожелаешь, как и вести себя. Необязательно при одном моем присутствии пытаться вести себя как всегда. Шанс опускает взгляд в свою тарелку, хватая вилку и крутя ее в руках. Его взгляд помутнел и он не хотел смотреть куда-то еще, кроме как вниз. — Не знаю даже как описать все это... — Я тебя не тороплю, постарайся собрать все свои мысли в кучу и расскажи. Он слышит, как хлопает пробка и наливается алкоголь в фужеры. Но голова теперь забита тем, что бы ему сказать. Признаваться прямо тут и сейчас он не будет. — Я же говорил, что чувствую себя одиноко, так? — Он слышит мычание. — Так вот... это все переросло в подавленное состояние, что сильно сказалось на мне и... не знаю что с этим делать. — Что тебя заставило чувствовать себя одиноко? — Отпуск, наверное. Все в работе, а я отдыхаю. Правда отдых у меня так себе выходит. Я люблю разговаривать с людьми практически все свое время, но сейчас это почти невозможно. Если раньше я разговаривал со своими сотрудниками в казино, то сейчас я сижу дома сутками и ничем не занимаюсь. — Ты мог бы приходить ко мне. Все рады тебя видеть. — Я и так слишком частый гость для человека, который просто работает с мафией. Они вообще в курсе, что я иногда просто так к вам прихожу? — Он усмехается, смотря на Мафиозо, который медленно попивает вино. — Да, в курсе. Они не против. — Настолько сильно боятся сказать свое настоящее мнение? — Если бы и боялись, не смотрели на меня с таким счастливым лицом, когда говорю, что ты придешь. Им нравится твоя компания. — А тебе нравится? — Конечно нравится. Ты единственный человек, ради которого я отменяю все свои планы. Шанс удивляется, не успев даже и отпить из своего фужера. — Так у тебя были планы?! — Пришлось отменить. — Мафиозо только начинает сильнее улыбаться и невинно отводить взгляд. — Скажи честно, что ты просто соскучился по мне, чтоб я перестал задавать тебе такие вопросы. — Соскучился или нет, уже решать тебе. — Значит соскучился! Шанс оживляется, тыкая в Мафиозо пальцем, пока тот начинает смеяться. Они чокнулись фужерами и начали уже спокойно есть и в паралелль бесконечно разговаривать обо всем на свете. Иногда они друг другу рассказывали истории из жизни, а иногда просто обсуждали происходящее в последний месяц. Шанс никогда не чувствовал себя таким счастливым, пусть и снова алкоголь ударил ему прямо в голову, из-за чего ляпнуть сможет все, что угодно. И он был достаточно пьян, что его веселое настроение быстро сдулось и он положил руки на стол, а на них свою голову, поглядывая за действиями Мафиозо и слушая каждое его слово. Тот продолжает сидеть спокойно, как ни в чем не бывало, смотря на него в ответ. Шанс не отрывает взгляда от Мафиозо, все больше очаровываясь его лицом, его действиями и руками. Не хочется ничего скрывать, хочется зарыться в его объятиях и не отлипать от него. — Может хватит с тебя вина? — Не-е-ет... хочется еще... — Нет, все, хватит с тебя. Боюсь, трудно будет потом довезти тебя до дома. Он берет телефон в руку и начинает что-то печатать, а Шансу приходится только наблюдать за этим. У него ужасно кружится голова и он не видит ничего и никого, кроме как Мафиозо. — Я не хочу, чтобы ты уходил. — Шанс, я никуда не ухожу. По крайней мере, сейчас. К столику подходит официантка со счетом, она ждет некоторое время, чтобы Мафиозо оплатил, затем благодарит их за посещение, желает спокойной ночи и уходит. Мужчина встает со своего места и подходит к Шансу, помогая ему подняться. Они выходят из здания, подходя к машине. Мафиозо помогает ему сесть на заднее сиденье, а сам уходит на водительское. Шанс падает головой на окно, сжимаясь. Наверное, смотреть на пролетающие улицы будет плохая идея, поэтому он смотрит на свои руки, иногда поглядывая на затылок Мафиозо. Кажется, за всю их дорогу они не сказали друг другу ни слова. От такой тишины быстро начинает клонить в сон. — А вот если бы... если бы я не влюбился в тебя так глупо, случилось бы это свидание? Можно посчитать это за признание? Возможно, но Шанс говорит это так, словно это уже было всем известно и скрывать уже нечего. Обыденность. Он краем глаза увидел, как после слова «влюбился» у Мафиозо дернулись уши. — Наверное, нет. — Ответ приходит не сразу, но довольно тихим, из-за чего проскользнула мысль, что его это сильно обескуражило. — Тебе понравилась эта встреча? — Да. — Четко, ровно, но тихо. — Я рад. Спасибо тебе, Маф, что согласился. Ответа никакого не было. Сонливость окончательно взяла верх над Шансом и в последний раз запечатлив одну из освещенных улиц, прикрыл глаза и уснул.

***

Шанс просыпается в своей уютной постели. Немного тяжело раскрыть глаза, ведь они ужасно болят и все еще преследует чувство недосыпа, но он знает, что уснуть еще один раз не сможет. Он их протирает несколько раз, прежде чем перевернуться на спину и раскинуть руки и ноги в стороны. Теперь остается только смотреть в потолок, пока он не почувствует прилив сил. Только они не приходят. Ни через минуту, ни через пять, ни через десять. Ему все не дает покоя то, что он не помнит практически ничего с того миловидного свидания. Точнее, не помнит часть, когда они уехали. И как Шанс оказался дома. Он поворачивает голову направо, видит на тумбочке положенные телефон, шляпу, наушники и очки. Но смотря на то, в чем одет, понимает, что не переодевался совсем, разве что он замечает, как его пиджак и галстук висят на стуле. Шанс вздыхает, поднимаясь с кровати, сев у края. Теперь остается гадать, что было. Он берет телефон в руки и просматривает уведомления. Ни одного от Мафиозо. Он поджимает губы и взгляд хмурится. Будто что-то действительно случилось, чего Шанс не может вспомнить. Вот как так получилось? Он помнит почти весь вечер, но именно под конец все как в тумане. Он же не мог ему признаться, ведь так? Ничего не произошло? Шанс смотрит на время. Четыре часа дня. Нормально. Ему все равно, во сколько вставать и когда кому звонить. Он быстро набирает номер Мафиозо и, начав звонок, прикладывает телефон к уху. Но гудок не идет, только тихое сообщение. «Извините, вы достигли номера, что был отключен или заблокирован. Если вы получили это сообщение по ошибке, пожалуйста, проверьте номер и повторите звонок.» И звонок тут же сбрасывается одним нажатием пальца. Это даже не было звонком, лишь попыткой. Отчаянной попыткой. Шанс пробует еще один раз. Пытается дозвониться до одного из помощников Мафиозо. Затем пытался дозвониться до самого Мафиозо. И еще, и еще, и еще, но ничего кроме этого сообщения оператора больше нет. Он смотрит на то, как руки держат телефон. Понимает, что они медленно начинают трястись, как и он сам. Видимо, признался. И получил взамен это. ... Шанс полный идиот, он никогда этот факт отрицать не станет. Даже если ему будут говорить обратное, он знает всегда, что это не так. И почему он только это сказал? Ради чего? Для чего? Даже вспоминать не хочется что было, лучше оставить свои догадки и не знать, что на самом деле говорил или, не дай Спавн, делал. Шанса начинают поглощать мысли не из самых приятных, он откладывает телефон и пытается встать, но ноги начинают тут же подкашиваться, а воздуха как будто не хватать. Он еле еле доходит до двери и облокачивается на нее, начиная держаться как может за стену. Вторую ладонь он приставляет ко рту.

Не уходи.

Шанс доходит до ванной и ухватившись обеими руками за края, не мог заставить себя поднять голову к зеркалу. Он прерывисто и глубоко дышит, пытаясь собраться с мыслями, но они сильнее его. В уши ударяет звук воды с крана, а затем Шанс окунает ладони в нее, но после все летит прямо на лицо. Капли воды стекают с носа, губ, подбородка, Шанс не решается поднять голову.

Не уходи так легко.

Дыхание все никак не хочет выравниваться. Он уже попытался хлебнуть из крана, но успел только подавиться и начать кашлять. Вода прекращает идти и Шанс выходит с ванной, возвращаясь в комнату. Хочется развалиться в кровати и никогда больше с нее вставать. Что, в целом, он и делает, падая прямо на нее. Нет сил переодеваться в домашнюю одежду, лучше уж так.

Не уходи.

Шанс тянется за телефоном и, взяв его в руки, включает его. Он открывает чаты и просматривает их, не давая никаких ответов на них. Пусть посчитают, что он игнорирует, вновь, но больше он ничего не хочет делать.

Не уходи, не оставляй меня.

Затем он доходит до чата с Мафиозо. Шанс еще удивлен, что он не удален, хотя следовало бы. Он так хочет написать ему, снова попытаться оправдаться. Но сколько раз он уже это делал? Десятки? Сотни? Тысячи?

Не уходи.

Шансу тяжело просто смотреть на его фотографию в профиле. Он совсем не знает что делать. Возможно, стоит теперь совсем забросить попытки. Что-либо делать. Кинуть все, засесть в своем доме, жить только со своим любимым кроликом и больше ничего. Но мысли так и не перестанут идти, они будут преследовать его до самой его смерти.

Не уходи так просто.

В прочем, это самый лучший вариант из всех, который он может придумать. Наверное, он еще напишет кому-то о своем состоянии, но больше никогда в жизни не собирается говорить кому-то что-то в лицо.

Не уходи.

И так было до конца самого дня. Он нашел в себе силы только для того, чтоб перекусить. Так на сообщения от его знакомых он не ответил, да и смысла не видел. Наверняка они уже поняли, что что-то случилось, о чем Шанс не захочет говорить, но захочет поскорее забыть об этом.

Не уходи, не оставляй меня.

Он просидел до самой поздней ночи, сидя на кровати вместе со своим кроликом. К нему вернулась привычка обсуждать все и вся вслух перед ним. Кажется, он постарался выплеснуть все свои эмоции за эти несколько дней.

Не уходи.

Шанс пришел к выводу, что он ужасно привязался к Мафиозо, что его внезапное исчезновение просто начнет сводить его с ума. Поймал себя на мысли, что до сих пор пытается дозвониться, но гудки не идут, а только голос оператора о том, что он недоступен.

Не уходи так легко.

Как с этим теперь бороться? Никак. Он ничего не может сделать. Ему уже не хватит смелости прийти к нему лично. Он больше не сможет это сделать, как любил делать всегда. Это либо будет бесполезно, либо это будет одним из самых ужасных заходов к мафии. Хотелось бы повернуть время вспять и ничего не говорить.

Не уходи.

Он засыпает с внутренней пустотой, как и просыпается с ней. Пошел уже второй день, да? Шанс все пытается дозвониться, но так ничего и не приходит. Он уже начал писать сообщения, но они тоже не доходят и оставляют все с пометкой «не отправлено». Его заблокировали?

Не уходи, не оставляй меня.

Похоже, что да. Он как знал, что ничего не стоило было делать. Не слушал голос разума, когда это нужно было, последовал за сердцем. Ради такого... нелепого отказа. Пусть и частичка его самого надеется, что все будет хорошо, все остальное с печальными мыслями перекрывает эту надежду.

Не уходи.

Весь второй и третий день тоже проходят полностью как в тумане. Шанс помнит четко только то, как он смотрит на свое отражение в зеркале. Выглядит ужасно, но он никуда не выходит, поэтому можно в очередной раз забить. А и еще помнит, как получал несколько пропущенных от Эллиота, вернувшись с кухни обратно в спальню. Перезвонил ли он? Нет и не собирается.

Не уходи так просто.

Вновь поздней ночью он чувствовал себя хуже всех. Это из-за того, что он сонный или это ночь так на него влияет? В любом случае, он бросил попытки дозваниваться. Шансу это больше не нужно. Ничего из этого ему больше не нужно.

Не уходи.

Возможно, стоит снова возвращаться к своей беззаботной жизни, когда у него не было никаких связей, не было никаких дополнительных проблем с устранением недопониманий и все было в порядке.

Не уходи, не оставляй меня.

Он откладывает телефон, экраном вверх, чтобы снова постараться встать с кровати и пойти перекусить.

Не уходи.

Шанс только доходит до проема двери, как слышит сначала одно уведомление с телефона. Затем второе.

Не уходи.

А после рингтон телефона. Звонок. ... У Шанса прихватило на несколько секунд дыхание. Он не может перестать смотреть на звонящий телефон. Он не может двинуться. Но все же он решается подойти поближе. Посмотреть на то, кто звонит. Подойдя, он видит такое до жуткой боли в груди имя. Мафиозо. Шанс берет телефон в руки и прежде чем ответить на его бесконечные звонки, просмотрел сообщения. Они все о том, что он сожалеет, что ничего не сказал и просит звонка. Он делает глубокий вдох, нажимает на кнопку «ответить» и прислоняет телефон к уху, ничего не говоря. — Ты в порядке? Извини, что так поздно. — Голос был нервный, торопливый. — Не думаю. — Он отвечает тихо, с печалью. — Прости меня за то, что я ничего не написал тебе. Давай я приеду? — Я выгляжу так, как будто меня переехала фура. Пятнадцать раз. И разве сейчас не слишком поздно? — Меня не волнует поздно или нет, я уже еду. — Но ты даже!.. — Мне без разницы как ты выглядишь, меня волнует твое состояние. — Мафиозо перебивает его. — Дай мне пять минут. И звонок сбрасывается. Отлично, теперь еще надо за пять минут привести себя в порядок. Одно из самых сложных задач на сейчас. Шанс быстро добегает до ванной, чтобы умыться и посмотреть на себя хоть немного. Он смотрит на себя через отражение зеркала. М-да, не лучший экземпляр. Он надевает на себя по привычке очки, а наушники оставляет висеть на шее. Переодеваться во что-то приличное тоже нет смысла, да и времени тоже нет. Шанс через минуты две слышит стук в дверь. Сильный и торопливый, от такого даже жутко становится. Он подбегает к двери, открывает ее и видит перед собой Мафиозо. В его взгляде было видно все, начиная от растерянности до печали, уши дрожат, а ладони превратились в кулаки. Но он ничего не говорит и они стоят так минуту, не решаясь ничего сказать или сдвинуться с места. — Слушай, если ты хочешь сказать мне лицом к лицу, чтобы я больше к тебе никогда не приближался, то... Шанс не успевает договорить, как его заключают в объятия, не давая поводов выбраться. Он еще несколько секунд пытается понять как ко всему этому пришло. Но он молча обнимает его в ответ, заметно расслабляясь. Все же, он не ушел. Наверняка опять отменил все свои планы как только увидел все эти пропущенные. — Дай угадаю, сильно испугался моей пропажи? — Боялся за наше сотрудничество больше, чем за что-либо еще. — А за наши отношения? Шанс поднимает голову, встречаясь взглядом с улыбчивым Мафиозо. — Полагаю, меньше всего. — И он улыбается в ответ, услышав смех. — Похоже мне придется многое тебе объяснить. Их объятия заканчиваются и мужчина быстро проходит в дом, встречаясь со Спейдом. — Да уж, постарайся. Принимаю только объяснения, баллады о любви и-и-и... все. — Шанс прикрывает дверь, поворачиваясь к Мафиозо, который уже держит кролика в своих руках. — И как всегда самые лучшие друзья вместе. — Завидуешь нам? — Он прислоняется щекой к макушке Спейда, продолжая улыбаться. — Ни в коем случае. Шанс, наверное, все же оказался рад, что его не кинули так легко. Конечно, он и не думал, что его бросят, оставив ни с чем, но мысли насчет этого были. Как никак, в первую очередь они работают вместе, это никак должно касаться их личных взаимоотношений. Но они коснулись и столько всего им нужно переговорить вместе. Но всему этому нужно дать какое-то время. И все будет хорошо. Определенно будет хорошо.