Щенячий патруль Бухта приключений 2

Гонщик открыл глаза от того, что в окно уже пробивался свет. Бухта просыпалась — где-то вдали слышались голоса соседей, шум машин и лай щенков на улице. Он потянулся и зевнул, по привычке оглядывая комнату — порядок был идеальный, как он любил. А вот на соседней половине кровати царил полный хаос: простыня сбилась в клубок, подушка сползла на пол, а Зума, раскинувшись поперёк, спал так, словно пережил самое тяжёлое задание в жизни. Его уши то и дело дёргались, хвост свесился вниз, а дыхание было глубоким и тяжёлым. — «Ну и спит как убитый…» — усмехнулся Гонщик, вставая на лапы. Он тихо прошёл на кухню, включил чайник и принялся раскладывать на столе завтрак: тосты, сыр и чашку молока. Всё это он делал чётко и собранно, но иногда бросал взгляд в сторону спальни. Через пару минут донёсся сдавленный звук — Зума во сне перевернулся и пробормотал что-то невнятное: — «…не буди… море ещё холодное…» Гонщик только хмыкнул. — «Даже во сне у него всё про воду». Он подошёл к кровати и легонько тронул его за плечо: — Зумыч, подъём. Утро давно пришло. В ответ тот лишь подтянул хвост к себе и ещё сильнее закопался в одеяло. — «Ну вот…» — Гонщик улыбнулся и вздохнул, — «похоже, завтрак придётся есть одному». Гонщик уже почти собрался садиться завтракать один, когда сзади послышался зевок такой силы, будто Зума пытался проглотить половину комнаты. — А-а-а-а-ах… — протянул он, вываливаясь из спальни, с торчащими во все стороны ушами и смятой шерстью. — Доброе утро-о… или уже день?.. — Утро, — строго, но мягко поправил его Гонщик, ставя перед ним кружку с молоком. — Хотя, если бы я тебя не разбудил, было бы уже вечер. Зума слабо улыбнулся и с размаху рухнул на стул, обняв лапами кружку. — Я ещё пять минуток хотел… у меня сон такой классный был, будто я по морю плыву… а ты меня, Чейзик, раз! и на сушу вытащил… Гонщик сел напротив, чуть прищурив глаза: — Если бы я тебя не разбудил, ты бы и в реале в море утонул. Ты спал так, будто у тебя миссия по «лежанию до последнего». Зума фыркнул и сделал первый глоток молока. — Ну так я победил бы, сто процентов! Они оба засмеялись, и в комнате стало по-настоящему уютно. За окном уже слышался шум Бухты, но в их доме время текло медленно: только они, завтрак и утро, которое они начали вместе. Зума доел тост и лениво потянулся, а Гонщик уже поднялся из-за стола. — Так, если мы идём на улицу, оденься нормально, ладно? — строго сказал он, направляясь к шкафу. — Не надо светить своей крепкой попой на весь район. Зума тут же расплылся в хитрой улыбке. — Эй, а что? Пусть знают, какой у меня трофей, хе-хе! — Зума! — Гонщик фыркнул и достал из шкафа шорты и лёгкую футболку. — На, марш переодеваться. Зума с нарочитой медлительностью натянул футболку через голову, путаясь ушами, и почти упал, когда пытался влезть в шорты. — Эх, вот почему в воде проще… никаких этих ваших пуговиц! Гонщик тем временем уже был полностью собран: тёмные джинсы, рубашка на молнии, всё чётко и аккуратно. Он посмотрел на Зуму, который всё ещё пытался разобраться с ремнём, и покачал головой: — Каждый раз одно и то же. Я готов за пять минут, а ты час с половиной борешься с одеждой. Зума наконец справился, победно расправил футболку и гордо заявил: — Зато вид у меня теперь как у настоящей звезды! Гонщик закатил глаза, но улыбнулся. — Ладно, пойдём, звезда. Только попробуй ещё раз заигрывать с соседками — и я тебя обратно в кровать уложу. Зума весело рассмеялся и хлопнул его по плечу. — Договорились, Чейзик! Они вышли из до ма — и только на улице начался новый виток их «семейного утра».