Несносная

Маринетт всегда злилась, когда её сравнивали с Хлоей. И всё же... Они были очень похожи. Буржуа была также сломлена, как и Дюпен-Чэн. И, пожалуй, также нуждалась в человеке, который бы полюбил её такой, какая она есть, с проблемным характером, со всеми недостатками. Маринетт повезло. Ей в любви признавались пять человек. Сейчас она встречается с главным красавчиком Парижа — Адрианом Агрестом. Нелепо, просто нелепо!.. Хлое никогда не хватало любви. Родной матери было плевать на дочь, отец откупался от неё дорогими подарками и тем самым воспитал самую капризную девчонку на свете. Хлоя беспрестанно творила глупости. За свою жизнь она не раз и не два слышала в свой адрес: "Несносная". Буржуа ещё в детстве поняла, что быть "несносной" очень удобно, чтобы скрыть от окружающих неприятную правду о щемящем чувстве брошенности в груди. В шесть лет Хлоя влюбилась в единственного друга — в Адриана. Долгие годы девочка представляла, будто они с "Эдрикинсом", как она его называла, совсем скоро начнут встречаться, как самые настоящие взрослые, и по итогу поженятся. А потом, в четырнадцать, Хлоя заметила, что Адриан уклоняется от всех её попыток поцеловать его и в целом старается держать дистанцию. Вот тогда в сердце кольнуло особенно больно. Выходки стали всё протестнее, и в каждой из них слышался крик: "Да! Я несносная! Обратите на меня внимание, иначе я от одиночества разрыдаюсь перед вами всеми." Добило известие о том, что Адриан начал встречаться с Маринетт. И что он только нашёл в неуклюжей дочери пекаря? Хлоя ощущала себя преданной. Хлоя злилась, плакала в подушку. Несправедливо! От бедной Буржуа вечно хотели избавиться, а когда она пропускала уроки, её класс чуть ли не устраивал праздник в честь этого. Хлою понимали лишь два человека: классная руководительница мадам Бюстье и... И Адриан, друг детства. Тогда Хлоя поклялась больше никогда не влюбляться. Но, возможно, к счастью, всё же не смогла исполнить своё обещание. В тот день она, будучи в отвратительном расположении духа, искала повод с кем-нибудь поругаться, чтобы вывести оппонента на эмоции и почувствовать себя сильнее него. В памяти всплыло утреннее обсуждение одноклассниками выступления какой-то низкопробной рок-группы. На неких "Кошечек", играющих на борту корабля "Либерти", пригласили всех, даже Сабрину. Но не Хлою. Девушка ликовала: прекрасно, одним своим появлением она испортит вечер целому классу. Ха, так им и надо! Хлоя помнит раздражённые лица, шёпот за спиной, когда она с довольной ухмылкой шагнула на палубу и заняла шезлонг. Тогда она презрительно осмотрела всех, кто, в свою очередь, презирал её, и, переведя взгляд на небольшую сцену, увидела среди нерадивых одноклассников его. Молчаливый гитарист-брюнет с окрашенными в голубой кончиками волос улыбнулся, заметив на себе состредоточение Буржуа, и подошёл к микрофону. Про себя Хлоя отметила, что незнакомый парень внешне довольно мил, пусть его одежда и выглядит как тряпьё с помойки. Перед песней гитарист попросил быть терпимее к любому слушателю "Кошечек", так как музыка живёт в этом мире для всех. После этих слов Хлое вдруг расхотелось ссориться с кем-либо. Её приняли. Её наконец-то не прогнали, не попытались от неё избавиться. В тот вечер Хлоя даже не попыталась перетянуть одеяло на себя — она решила, что милый парень с гитарой тоже заслужил немножко внимания. И вот теперь Хлоя по уши влюблена. Снова. Она выяснила, что юного музыканта с "Либерти" зовут Лука Куффен, и начала ходить на все его выступления, о которых получалось подслушать в школе. Однажды после очередного мини-концерта Лука впервые подошёл к Хлое и предложил обменяться контактами. — Чтобы я мог тебя лично оповещать о каждом выступлении, — с тёплой улыбкой сказал он. — Не пониманию, почему остальные ребята частенько забывают предупредить тебя. Хлое очень хотелось ответить Луке: "Потому что они меня не любят". Однако с недавних пор она начала переосмыслять многие свои поступки и менять отношение к одноклассникам. Лука даже толком с ней не общался, но уже умудрился помочь ей. Чёртов гений. Хлоя заглянула в голубые глаза Куффена и с вызовом проговорила: — Это потому что я несносная. — Я, конечно, не знаю, что происходит у вас в школе, но за все наши встречи ни разу не посчитал тебя... Как ты сказала? Несносной? — Да. И вообще я не добрая и не нежная, как та же дочка пекаря! Я стерва, слышишь! — прокричала Хлоя. Прокричала, сжав кулаки, сама себе не веря. Лука осторожно разжал напряжённые пальцы девушки и взял её за руку. — Могу я поговорить с настоящей Хлоей? С той, что прячется за маской холодности и грубости? — И зачем она тебе понадобилась, интересно? Внимательно следя за оторопевшей блондинкой, Лука переплёл их пальцы. — Хочу понять такого непростого человека, как ты. В один миг Хлоя разозлилась, раскраснелась, выдернула руку. — Нелепо, это просто нелепо! — воскликнула девушка и стремительно зашагала прочь. — Хлоя, подожди! — Лука схватил её за локоть, чем вызвал с её стороны раздражённый мат. — Ну что ещё?! — Ты ведь придёшь на следующей неделе? — Боже, что за тупой вопрос! Конечно, приду. И Хлоя не соврала. С тех пор она не пропускала ни одного выступления. Ей было страшно подпускать Куффена хоть немного ближе, хотя сердце того очень просило. Не хотелось обмануться. Как-то Лука пригласил Хлою на "особенную", как он написал, репетицию "Кошечек". Подойдя к кораблю, девушка сразу заподозрила неладное. На палубе никого не было, только Куффен, сидя в шезлонге, что-то самозабвенно наигрывал на акустике. Появилось желание развернуться и сбежать, но внутренний голос подсказывал не робеть и направиться прямиком к парню. Заметив на пристани слегка зажатую, что было ей совсем несвойственно, Буржуа, Лука отложил гитару и двинулся к девушке настречу. — Хлоя, ты пришла! Рад тебя видеть. — Что тут происходит? — проигнорировала она. — Где другие музыканты? Где зрители? Ты что, обманул меня? — Вовсе нет. Я же писал, что репетиция будет особенной. Сегодня она только для тебя, Хлоя, — Лука сел обратно в шезлонг. — Что тебе сыграть? Хлоя замерла. Чувства смешались. Песню так и не удалось попросить — к горлу подступил ком, а по щекам катились слёзы. — Хлоя, ты что, плачешь? Лука в миг оказался возле неё и попытался её обнять, но девушка лишь отмахнулась от него. — Зачем ты это делаешь? Зачем?! Я больше не хотела влюбляться. Никогда! И тут ты появился, весь из себя хороший и понимающий. Почему ты меня не отталкиваешь? — захлёбываясь слезами, Хлоя била руками в грудь Куффена. — Заметил, что я... в тебя... по уши... и решил поиздеваться, да?! Лука по обыкновению промолчал. Лишь крепко сжал руки девушки в своих, а, когда она устала пытаться их выдернуть, он, притянув её к себе, поцеловал. Нежно, но смело. — Я люблю тебя, Хлоя...