Killing Me Softly

Игра в кальмара. Пара минут назад закончилась первая игра, после которой из 456 игроков в живых осталось около 237. Скоро должно было начаться голосование, которое и решит, продолжаться ли играм. От происходящего на этой чертовой площадке становилось жутко, однако у многих адреналин просто зашкаливал. В итоге большинство проголосовало «за» продолжение игр. Теперь игроков ожидал второй раунд, где нужно было разделиться на команды. Намгю с самого начала игр заприметил пару игроков, среди которых были: Танос, Минсу и Сэми. Для Сэми, конечно, стало неожиданностью увидеть именно такие игры. Она не глупая девчонка, ещё с детства видела трупы людей, и слишком рано поняла, что этот мир жесток. Не стоит ждать каких-либо чудес, к примеру, что неожиданно появится красивый мужчина, который предложит ей сыграть в ттакчи, влепит пару пощёчин и даст карточку с неизвестным номером. Так она и оказалась здесь. В огромной комнате, с кучей таких же должников, как и сама Сэми. Конечно, были люди и похуже, чем она — например, тот парень с номером 124. Полный отморозок, это сразу видно. Только дебил не выжил б в первой игре, но для второй нужна была команда. Как же Сэми ненавидела командную работу... Зайдя в огромное помещение, где должны проходить игры, она сразу заметила Минсу. Худощавый парень, стеснительный. "Такой сразу согласится со мной сыграть, духу не хватит отказать". Так и произошло — они стали командой из двоих, но нужны были ещё люди. И тут Сэми замечает двух парней, среди которых был тот самый, что привлек ее внимание ещё на первой игре. Намгю вместе с Таносом в суете бегали по помещению, пытаясь найти еще двоих игроков для команды. Вдруг они увидели уже знакомых им игроков и решили предложить им объединиться. Вернее, начал именно Танос. — Сеньорита, excuse me. I’m a legend Thanos! Присоединяйся к нам. — Танос… Значит, ты собрал все камни бесконечности? — Off course, отныне я раздавлю любого, кто встанет на моем пути. Намгю лишь посмеялся с их диалога. Он внимательно осмотрел девушку, и отведя взгляд на задний план, он увидел позади стоящего парня. — Damn, да вы интересные ребята. Из нас выйдет отличная команда. Было бы здорово объединиться для следующего раунда, что думаете? Как же Сэми ошиблась, посчитав Намгю тупым, даже не пообщавшись с ним. Оказывается, есть люди куда тупее и раздражительнее. Это Танос, и ведь даже не из Марвел! Окажись Сэми в каком-нибудь фильме или сериале, она бы наверняка сломала четвертую стену и сказала зрителям: «Знаете, как бесят тупые реперки, разговаривающие англицизмами.» Но это была жестокая реальность, где всем было насрать, кто ты и что о них думаешь. Оглянувшись по сторонам, Сэми заметила, что многие уже разбились по командам, и остались совсем немощные. Повернув голову в сторону ребят, она посмотрела прямо в глаза Намгю и сказала: — Я согласна... Но у меня уже есть напарник. — Ну и супер! Считай, нас четверо человек, и последнего добирать не нужно, — сказал Намгю, переводя взгляд то на девушку, то на парня. Рядом все еще резвился Танос; от радости, что команда собрана, он начал насвистывать и зачитывать какие-то рэп-строчки. — Время вышло. Встаньте рядом со своей командой и ожидайте следующей игры, — огласил из динамиков голос. *** — Что ж, игра прошла неплохо... — Согласен с тобой, нуна! — громко сказал Минсу. Черт! Я что, сказала это вслух? Ладно, Минсу вроде неплохой парень, во всех смыслах. Игра и правда прошла неплохо, все старались как могли. И даже Сэми понравилась эта командная работа. Нет, это точно не из-за того, что она всю игру держала Намгю за руку, болела за него, и их взгляды постоянно были прикованы друг к другу, будто на кону не стояла их жизнь. Получив еду, вся команда собралась у кровати Намгю, чтобы обсудить дальнейший план и просто узнать друг друга получше. За ужином ребята обсудили прошедшую игру и их дальнейшие действия. После объявления ночного отдыха все разошлись по своим койкам, готовясь ко сну. Все, кроме двух игроков, которым нестерпимо захотелось в туалет перед сном. Уговорив людей в масках с треугольниками, они все же прошли в уборную. Сэми уже поворачивала к женской кабинке, как Намгю остановил ее: — Сэми, странная просьба... Не могла бы ты покараулить меня около кабинки? Боюсь, как бы эти люди в масках не зашли. Это и правда была самая странная просьба в жизни Сэми. Конечно, от нее много чего хотели: украсть какую-нибудь вещь, потрахаться в туалете клуба, постоять на шухере... Но такое она слышала впервые. Чем я ему помогу? Он явно крупнее и сильнее меня. Но раз уж они видятся первый и последний раз, почему бы не сделать хоть одно полезное дело для этого «общества». Пусть оно и состоит из одного человека. — Ммм, ладно. Постою, покараулю. Вдруг они зайдут. Или, чего хуже, тебя в унитазе смоет, — сказала она с язвительной ухмылкой. Намгю нервно улыбнулся, благодарно кивнул и ответил: — Я в долгу не останусь. Если захочешь, конечно. Скрывшись в кабинке, он сделал свое дело, но торопиться выходить не собирался. Вдруг пришло осознание: у него началась ломка. До такой степени сильная, что единственное, чего он желал, — это заполучить свою дозу экстази, которую обещал ему Танос за неразглашение одной тайны. Однако, прежде чем он полностью осознал свое положение, пришло еще одно понимание того, что задерживается явно дольше положенного, и, кажется, девушка больше не собирается молчать. *** — Что можно делать в этом долбаном толчке почти двадцать минут?! — пронеслось в голове у Сэми, и, не справившись с предательским интересом, она легонько постучала в дверь кабинки. — У тебя там всё в порядке?.. — Черт, черт, черт. Что же ответить? — проносилось в голове у Намгю. Признаться, что у него ломка как у типичного наркомана, совсем не хотелось. Особенно такой девушке, как Сэми. В её глазах он бы точно упал ниже плинтуса. Мне нужно срочно что-то придумать... Кажется, есть одна идея! — Блин, Сэми, у меня одна проблема... Я... э-э-э... болею. Из-за этого бывают трудности с туалетом по-большому. И сейчас как раз тот случай. Мне срочно нужна таблетка для разжижения, но она сейчас у Таноса. Прошу, сделай ещё одно одолжение, и я тебе буду пятки лизать и делать всё, что пожелаешь, до конца игр! *** Если бы девушку спросили, какое самое тупое и мерзкое дело она совершила в жизни, не задумываясь, рассказала вот этот самый случай. Что за ёбаный бред! Какое нахуй «не сворение» или что там у него? Мы съели всего восемь штук кимпаба — как от этого может стать плохо?.. Какого черта я вообще об этом думаю? Мне ли не похуй, что с ним?.. Поняв, что слишком глубоко ушла в свои мысли, Сэми быстро осознала: тут что-то не так. Она взяла всё в свои руки и дёрнула ручку кабинки что есть сил. Не зря всю юность тренировалась давать отпор старшакам. Перед девушкой открылась интересная картина: Намгю сидел на крышке унитаза и вцепился в собственные волосы. Пройдясь взглядом по парню сверху вниз, она произнесла: — Слушай, Намгю, я, конечно, не эксперт в таких делах, но мне кажется, это не та поза и не те эмоции, в которых должно происходить это. У тебя явно есть стройные ножки, чтобы сходить к Таносу самому и забрать «обезбол», — на последнем слове Сэми подняла обе руки, изобразив пальцами воздушные кавычки, — или что вы там едите). Вот же дерьмо! — пронеслось у парня в голове. Хотел выйти сухим из воды, в итоге только глубже увяз. А впрочем, это уже неважно, ведь сам факт — Намгю облажался знатно. Хуже ситуацию, он вообразить наверное бы и не смог. Девушка, с которой только-только удалось наладить контакт, увидела его слабость. Теперь нужно было как-то отвечать. — Извини, Сэми. Это было очень эгоистично с моей стороны. Мне так не хотелось, чтобы ты узнала правду... — раскаянно проговорил парень и, не дожидаясь ответа, собрался выходить. Девушка на это лишь отвела голову в сторону и усмехнулась. Когда Намгю уже почти вышел из туалета, Сэми оказалась за его спиной, резко развернула его к себе и, держа за плечо, пристально посмотрела в глаза. — К чему это всё, Намгю? А?.. Она отпустила его плечо и плавно провела рукой по его руке. — Не волнуйся. Я не обижаюсь на бред сумасшедших. Но скажи честно... Ты реально думал, что я смогу защитить тебя от этих красных в масках? Сложно было определить её эмоции — на лице читались и подстрекательство, и насмешка. И тут Намгю осознал: эту игру он и начал, но теперь явно вышел за рамки ее контроля. А ведь он так хотел привлечь внимание этой девушки — просто не придумал способа лучше. — Даже не знаю, как правильно сказать... Я просто дурак. Буду честен с тобой хотя бы сейчас. Ты понравилась мне с того момента, как вы с Минсу присоединились к нам. Несмотря на то, что я ничего не знал о тебе, я ощутил острую потребность познакомиться с тобой ближе, захотелось чего-то большего, чем просто общение. И я почувствовал, что хочу привлечь твоё внимание. Хотя, как видишь, романтик из меня так себе. — М-м?.. — Ухмылка Сэми не сходила с лица. Любой другой парень, увидев её, мог бы дать пощёчину, но только не Намгю. Пока что. Девушка положила руку ему на щёку. Тёплая... — мелькнуло у неё в голове. Всё было странно: её поведение, отношение к этому парню, непонятные чувства... Чувство, будто внизу живота что-то затягивается в тугой узел, который не распутать в одиночку. Сэми приблизилась к Намгю ещё на шаг, покачала головой в знак согласия и прошептала: — Из тебя и правда хреновый романтик, наркоша... Говорят, чтобы запутать противника, нужно быть непредсказуемой. Ох, как же она любила это правило. Оставался миллиметр — и их губы почти соприкоснулись, но Сэми резко отстранилась. Рука со щеки опустилась. Видя полное непонимание в его глазах, она развела руками и с той же язвительной ухмылкой произнесла: — Вперёд. Прояви себя хоть в чём-то. *** Первое, что почувствовал Намгю, когда её ладонь коснулась его щеки, — контраст между её холодными пальцами и своим пылающим жаром лицом. Она была так близко, что казалось, будто всё пространство вокруг заняла она. Он замер, но лишь на мгновение. Услышав её громкий вздох и увидев ухмылку, а затем её слова: «Вперёд. Прояви себя», — он не стал ничего говорить. Просто резко притянул её к себе, сводя на нет всю дистанцию. Крепко держа, не давая отступить. — Раз так, Сэми, — тихо прорычал он, глядя в её расширенные от неожиданности глаза, — я принимаю твои правила. Их губы наконец встретились в страстном поцелуе. Сколько раз целовалась Сэми? Пять, десять, двадцать? Она давно перестала считать. Но этот поцелуй был иным — насыщенным, жадным, отчаянным. Сам факт, что за дверью стояли охранники, готовые убить их обоих просто за её присутствие в мужском туалете, придавал происходящему острый, запретный вкус. Намгю держал её так крепко, будто боялся, что она снова оттолкнёт. Но окажись кто-то на её месте, сразу бы понял: уходить сейчас — последнее, чего ей хочется. Их языки сплелись, словно не виделись много лет. Странно: самый лучший поцелуй в её жизни — с наркоманом в ломке. Но это придавало особый вкус, особенно когда Намгю прикусил её нижнюю губу. Она понимала, что он не специально, но из её горла вырвался тихий стон. Теперь они оба чувствовали вкус металла — не только от её пирсинга, но и от крови. Намгю оторвался, глядя ей прямо в глаза. Сэми никогда не знала любви и отдавала себе отчёт, что сейчас происходит нечто иное. Но почему же тогда ей так хотелось снова прижаться к нему, чувствовать его запах, его дыхание? Он дышит — и это было главное. Его руки опустились на её бёдра, и она всё поняла без слов. Запрыгнула на него, а он, найдя опору в стене, прижал её к холодной плитке. Время было дорого — в любой момент могли войти. Намгю впился губами в её шею. Какая же она бледная и холодная... — промелькнуло у него в голове. Оставлять засосы на видном месте без разрешения было негуманно, но кого здесь волновала гуманность? Медленно, почти вяло он переходил от поцелуев к засосам, спускаясь к ключицам. Наконец он оторвался, взглядом показывая, чтобы она сняла верх. Она быстро стянула футболку — под ней ничего не было. Никого здесь не волновало, в лифчике она или нет. Он видел всё. Абсолютно всё, от чего можно было потерять голову. Взгляд на раковину — и действие. Не для своего удобства, а для её — он посадил её на мокрую поверхность. Сэми облокотилась на зеркало. Но мокрой была не только раковина — в этом помещении было кое-что ещё более влажное. — Ах... — вырвалось у девушки, полувздох-полустон. — Может, уже приступишь к действиям, а не будешь любоваться? Как думаешь? — Ха, ты даже сейчас подкалываешь. Сидишь на раковине, между моих ног, с обнажённым верхом... — Точно! Ты же всё ещё в одежде. Как-то несправедливо, не находишь? — наигранно надула губы. Если бы за язвительность давали деньги, эта девчонка стала бы миллионершей, — мелькнуло у Намгю. Усмехнувшись, они в четыре руки сняли с него футболку. Конечно, у забытого богами наркомана не было рельефного пресса, но какими-то мускулами он мог похвастаться. Сэми наклонила голову, разглядывая его, затем подняла взгляд — прямо в глаза, как она любила. Левая рука резко легла на его затылок, притягивая к новому поцелую. Языки сплелись, вздохи участились. Её правая рука медленно скользила по его телу, пока он держал её за талию. Её пальцы исследовали каждую частичку его кожи, дотянулись до завязанной на поясе кофты, сбросили её прочь. Их тела терлись друг о друга, создавая собственный ритм. Поцелуй становился всё более влажным, её рука потянулась к резинке его штанов, но он поймал её. Они оторвались друг от друга. Но Намгю уже нашёл занятие получше — её красивую, аккуратную грудь. Сначала нежные поцелуи, будто подготавливая. Сэми вцепилась пальцами в его волосы, тяжело дыша, постанывая. Его губы добрались до розовых, аккуратных сосков. Кто бы мог подумать, что такая грудь вообще существует? Это не картина великого художника и не статуя — живая девушка перед ним, вся в его власти. Эта мысль свела бы с ума любого. Насмотревшись вдоволь, Намгю принялся действовать: губы обхватили сосок, слегка грубовато посасывая, целуя, покусывая. Взгляд то и дело переходил на её лицо: приоткрытый рот, полуприкрытые глаза, смотрящие на него, румянец на щеках. Он согласился бы на многое, лишь бы остаться так — греться о неё и слушать её стоны. Чтобы пойти дальше, пришлось оторваться от груди. Опускаясь на колени, он уже был готов стянуть с неё последние лоскуты ткани, как услышал: — Ты что творишь, дурачок? — и снова эта ухмылка. Похожа на маленького демонёнка. — Я знаю только твоё имя и возраст, а ты уже лезешь отлизать? Интересно, скольким ты уже это делал? Блять. Как тут можно думать о других, когда перед тобой такая? Поднявшись с колен, он всё же снял с неё штаны вместе с трусиками, не отводя взгляда. Абсолютно обнажённая, она без тени стыда провела ногой по выпуклости в его штанах, ухмыляясь ещё шире. Как он умудрился так возбудиться, всего лишь пососав грудь? Неважно. Намгю сбросил штаны и остался таким же голым. Одной рукой он включил краны с обеих сторон раковины. — Слишком веришь в себя, Намгю. — Может, это ты недооцениваешь свою громкость, Сэми? — улыбнулся он, будто давая ребёнку леденец, и наклонил голову. Быстро перехватив её за бёдра, он притянул её ближе, чтобы их тела терлись друг о друга, согреваясь. Естественной смазки было достаточно — он вошёл в неё легко. Правой рукой он направил себя, помогая войти, а затем положил ладонь на её талию. — Ахх... — слегка зажмурившись, простонала Сэми. — Всё нормально? — встревоженно спросил он. — Всё супер. — улыбка не сходила с её лица. — Можешь продолжать. Раньше Намгю думал, что может быть лучше викадина? Теперь он знал ответ: оказаться внутри девушки своей мечты и трахать её как последнюю шлюху. — Блять!.. Аах... Твои стенки пиздец какие узкие... — бёдра уже ныли, воздуха не хватало, но какая разница, когда она сжимается так, будто не хочет отпускать. — Ты точно не девственница, куколка... Ахх... Сэми хотелось съязвить, как обычно, но не тогда, когда его член глубоко в ней, бьёт точно в те точки, до которых она даже сама не доставала своими пальчиками. Всё, что вырывалось из её рта, — это стоны, которые даже шум воды не заглушал. — Блять... Я сейчас кончу... Сделай это со мной... Нуна, пожалуйста... — он говорил это ей в шею, тяжело дыша и постанывая. Он очень хотел кончить в неё, чтобы они сделали это вместе. Поэтому, покусывая её шею, он опустил руку к клитору и начал быстро водить кругами. — Ааахх, блять!.. — её стоны и обрывки слов «да», «быстрее», «пожалуйста» превратились в единый скулящий поток. Она стала ничем — просто месивом из удовольствия и непонимания, как связать два слова. — Можно я просто... кончу в тебя?.. — прошептал он на ухо, вызывая мурашки. — Нгх..Да... — единственное, что она смогла выдавить. Вот он — момент, когда тело содрогается в удовольствие , пальцы ног сжимаются, перед глазами плывёт, и на несколько секунд мир гаснет. *** Охрана всё слышала и поняла. Но какое им дело? Как и Минсу, который спрашивал, куда ушла нуна и почему её так долго не было. Как и Таносу, который интересовался, как можно так долго срать, и советовал обратиться к врачу. Если, конечно, они отсюда выйдут. То, что произошло в мужском туалете, будут помнить только двое и эти стены.