Bottle Caps

Это был уже седьмой раз за этот месяц, как они приходили. Они всегда появлялись тогда, когда в баре было тихо, и этот ранний день понедельника не стал исключением. Они неизменно садились за стойку, оставляя между собой два свободных места. Лохматый, тёмноволосый, мрачный на вид парень с выразительными бровями занимал стул посередине. Он приносил с собой книгу — иногда даже две, если первая уже близилась к завершению. Эрика снабжала его стабильным потоком выпивки на весь день. Всегда бутылочное пиво. Никогда — из крана. Она щёлкала крышку, открывая бутылку, и ставила её перед ним. Не отрываясь от книги, он стучал пальцем по пустому месту на стойке рядом с бутылкой — напоминая Эрике, что крышку нужно отдать ему, а не выбрасывать в корзину. Не то чтобы Эрика могла забыть после последних нескольких недель, но привычка у него явно уже укоренилась. Сегодня она с ловкостью, пришедшей лишь с годами работы за барной стойкой, щёлкнула крышкой в его сторону. С лёгким звоном она ударилась о бутылку в руке Угрюмого С Бровями и упала на стойку, пару раз покачавшись, прежде чем успокоиться. Эрика Рейес работала в баре «The Rain & Hale» чуть больше месяца. Хозяйка, Лора Хейл, оказалась гостеприимной и приятной в работе, и Эрика уже представляла себе, что задержится здесь надолго. Бары, в которых чувствовалась семейная рука, всегда были особенными. Там вкладывали больше души. Это было не просто дело — это было любимое дело. Лора владела баром вместе со своим братом Дереком, с которым Эрике ещё не довелось встретиться, но их любовь к этому месту ощущалась в каждой детали. Всё вокруг было связано с семьёй Хейл. В первый же день Эрика узнала, что вся эта стена книг — от пола до потолка — была спасена из их семейного дома после пожара, когда Лора была моложе. По бару развешаны семейные фотографии и прочие реликвии. Атмосфера здесь была тёплой, уютной: мягкие диваны, укромные уголки. Эрика повернулась к стойке спиной и занялась подготовкой к вечернему наплыву гостей. Лора любила оживлённые вечера, поэтому обычно приходила позже, а Эрика оставалась хозяйничать в тихие дневные часы. Позади стойки тянулся узкий ряд зеркал, чтобы бармены могли следить за посетителями, пока работают. В этих зеркалах Эрика и заметила, как Хмурый С Бровями, перевернув страницу (сегодня он почти дочитал «Американских богов» Нила Геймана), не отрывая взгляда от книги, свободной рукой скользнул крышкой по стойке — на два стула дальше, к концу, где сидел худощавый бледнокожий парень с торчащими каштановыми волосами и россыпью родинок. Милый С Родинками всегда приходил вместе с Мрачным. Он садился в самом конце стойки, открывал ноутбук, надевал большие наушники и начинал печатать. Угрюмый Но Тайно Милый обычно заказывал ему огромный стакан колы с гнущейся трубочкой и порцию фигурной картошки — когда момент казался подходящим. А потом — крышки. Эрика за свою карьеру видела разное. Она умела читать людей и знала, когда стоит оставить их в покое. Эти двое не нуждались в разговорах. Они приходили. Садились. Пили. Занимались своим делом. Но вот с крышками... Эрика просто разрывалась от любопытства. Каждое пиво, каждая крышка. Тук-тук по стойке. Крышка летела. А потом, стоило Эрике отвернуться, крышка плавно скользила к концу стойки. И там, не поднимая глаз от экрана, Парень В Наушниках протягивал руку, поднимал крышку и убирал её в карман худи. Хотя они не были особенно разговорчивыми, всё же общались. Если это можно было назвать общением. Иногда Большие Глаза подбрасывал фигурную картошку в сторону Сексуальных Бровей, чтобы привлечь внимание. Тот приподнимал бровь, и между ними начинался безмолвный разговор. Эрика была почти уверена, что иногда они играли в «ножки» под стойкой, вне её поля зрения. Такое подозрение возникло у неё после того раза, когда Длинные Руки И Ноги рухнул со стула, отчаянно размахивая конечностями, а Ворчун лишь с лёгкой усталой нежностью вздохнул, вернул стул на место и помог спутнику подняться. Милые Родинки просто глупо улыбнулся, снова надел наушники и вернулся к печатанию. Сегодня всё повторялось. Большие Глаза снова взял крышку и убрал её в карман худи — на этот раз красного. Это была уже третья крышка за сегодняшний день. — Боже, Дерек! Наконец-то! У тебя что, телефон сломался, или ты специально меня избегаешь? Лора Хейл никогда не входила в комнату тихо. Её длинные тёмные волосы взвились вокруг, пока она не остановилась и не опёрлась о стойку, глядя в глаза, такие же серо-голубые и колдовские, как у неё самой, — в глаза Мистера Угрюмого. Тот спокойно закрыл книгу закладкой (ею послужила подставка из «Rain & Hale») и положил её на стойку. Подняв взгляд на сестру, он сухо сказал: — Да. Я избегаю тебя. Лора щёлкнула его по лбу. — О боже! Так это ты — брат! И Лора, и теперь уже явно Дерек, брат Лоры, одновременно повернулись к Эрике. Эрика приложила ладонь ко лбу. — Как я могла этого не понять. Месяц прошёл! Мистер Горячий Угрюмый С Крышками — это Дерек Хейл, брат, — она покачала головой, обращаясь в пустоту. — Мистер Горячий Угрюмый С Крышками? — Лора перевела взгляд с Эрики на Дерека, приподняв бровь. Дерек лишь пожал плечами, сделал глоток пива и вернулся к разговору с сестрой. — Я, кстати, перестал читать и слушать твои сообщения тоже. Лора выхватила у него бутылку и допила остаток. — О, небеса! Представь себе: твоя сестра, твоя БЛИЗНЕЦ, хочет встретиться с твоей девушкой! — сердито ткнула она брата пальцем в грудь. Эрика скосила взгляд с брата и сестры на Парня С Картошкой, который заметно скукожился на своём месте. Он явно пытался сделать вид, что обсуждения в двух стульях от него его совершенно не касаются, но выходило неубедительно. «А-а-а», — поняла Эрика. Она открыла холодильник, достала ещё одну бутылку пива, сняла крышку и подала и бутылку, и крышку Дереку, попытавшись улыбнуться ему сочувственно. Насколько Эрика помнила, Лора говорила, что Дерек — человек замкнутый и довольно закрытый. Библиотекарь-исследователь по профессии, если память не изменяла. Ну, это объясняло любовь к книгам. Дерек уже снова взялся за книгу и попытался раскрыть её. Но Лора и не думала отступать. Она с грохотом захлопнула её ладонью, прижимая к стойке. — Дер, я знаю, что мы — оборотни, но ты всегда воспринимал идею «Одинокого волка» слишком буквально. Я просто счастлива и взволнована тем, что ты наконец-то кого-то нашёл. Разве это плохо? Дерек нахмурился и посмотрел на сестру, которая теперь включила режим «серьёзная обиженная моська». Он с грохотом поставил бутылку на стойку. Пена выплеснулась через край. — Только потому, что я не твоя копия и мне нравится быть интровертом, это ещё не значит, что дело в каком-то древнем стереотипе! Именно в этот момент Эрика заметила, что Милый С Родинками начал подёргиваться. Сначала она решила, что причина очевидна. Она была на 99,9% уверена, что он — тайный парень Дерека. Но сейчас он, похоже, вовсе не был обеспокоен ссорой, которая разгоралась в двух стульях от него. Его взгляд метался между экраном ноутбука и крышкой от бутылки, всё ещё лежавшей возле Дерека. — О, началось, — закатила глаза Лора. — Давай! Начинай цитировать свою диссертацию! Дерек поднялся со стула, упершись ладонями в стойку и наклонившись к лицу сестры ещё ближе. — Чёрт побери, ещё как буду цитировать свою диссертацию! Ты же знаешь, насколько вредны эти мифы и стереотипы! Ты сама пережила последствия того, что значит быть заклеймённой стереотипом! Наш чёртов дом сожгли дотла из-за этих идиотских мифов о оборотнях, а ты теперь хочешь судить людей и целые расы на их основании?! Тем временем рука Дёргающегося медленно потянулась по стойке в сторону крышки. — Да ради всего святого, Дер! Это из-за той истории с Драконом на днях?! Я же цитировала Трампа! Дерек застыл, глядя на неё с выражением сбитого с толку щенка: — Что? Лора тяжело вздохнула (Эрика уже поняла, что это была семейная черта) и мягко приложила ладонь к щеке брата. — Глупый ты брат, я цитировала Трампа. Ты вошёл как раз тогда, когда я обсуждала его идиотский запрет на иммиграцию драконов в эту страну. Неужели ты действительно подумал, что я согласна с этим глупым Умпа-Лумпой? — она убрала руку и повернулась, чтобы налить себе пива. И тут раздался глухой удар и шумное размахивание конечностями — Дёргающийся свалился со своего стула. Эрика и Лора склонились через стойку и увидели на полу парня с россыпью родинок, которому каким-то образом удалось смягчить падение ноутбука, зацепившегося за наушники, собственными ногами. Он поднял взгляд на женские лица, склонившиеся над ним, а потом — на Дерека, который уже опустился на корточки рядом. Огромные глаза-оленёнка моргнули на всех троих. По бледной коже быстро разлился румянец, и он протянул к Дереку открытую ладонь. — Эм… Я поймал, — на его ладони лежала крышка от бутылки. Щёки ещё сильнее запылали. Дерек только хмыкнул, улыбнулся самой яркой улыбкой, какую Эрика когда-либо у него видела, и помог Парню-Бэмби вместе с вещами подняться с пола. Он усадил его обратно на стул, помог всё уложить как надо, а потом легко коснулся его ладони. Милые Родинки засияли в ответ улыбкой и аккуратно убрали крышку в карман худи. Дерек повернулся к сестре, которая всё ещё с пустым взглядом таращилась на красный карман худи. — Лора, познакомься. Это Стайлз. Мой парень. Лора моргнула, переводя взгляд от кармана к лицу Стайлза, а затем на Дерека. — О БОЖЕ, ТАК ВОТ ЗАЧЕМ БЫЛИ ВСЕ ЭТИ КРЫШКИ! — воскликнула Эрика. Все три головы разом повернулись в её сторону. — О нет, — она замахала пальцем в их сторону. — Не смейте лишать меня этого момента. Я месяц места себе не находила из-за этого! Она неторопливо достала себе пива, щёлкнула крышку, сделала глоток и положила крышку перед Дереком. Взглянула ему прямо в глаза. — Миф. Драконы — воры. Они воруют вещи. Дерек слегка улыбнулся и кивнул, взяв крышку и перекатив её к Стайлзу. — Верно. Миф. Они любят собирать и копить сокровища. Эрика засияла. — Вот оно что — крышки! Дерек рассмеялся. Стайлз поднял новую крышку, аккуратно убрал её в карман и добавил: — Да, именно. Вот почему — крышки.

***

Драконы — преступники. Они воруют. Драконы — странные отшельники. Никогда не выходят из своих домов. Они употребляют наркотики, зациклены на себе и не способны любить что-либо, кроме самих себя и денег. Дерек Хейл слышал всё это, и всё это было чушью. Дерек знал лучше. Он уже больше года встречался с драконом. Стайлз Стилински был любовью всей его жизни — и драконом. — Драконы — отшельники, — допекала его Лора, и Дерек был уверен, что это уже просто в отместку. Эрика протирала стойку, всё это время довольно улыбаясь — ведь она наконец разгадала свою маленькую загадку. — Миф. Очевидно, — Эрика указала на Стайлза, сидевшего в двух стульях от них, в конце стойки. Дерек кивнул в знак согласия. — Он не любит толпу и громкие звуки. Драконы любят простор и не самые общительные существа, но это не закон. Стайлз любит тишину и уединение. Простор для Стайлза — это сидеть на два стула дальше от меня в этом баре, пока он работает. Тишина — это наушники, а уединение для него — знать, что я рядом. Стайлз был писателем. Он в основном писал криминальную прозу. Дерек впервые встретил его, когда тот находился в режиме исследований для одного из своих многочисленных романов. Дерек, как библиотекарь-исследователь, специализирующийся на преступлениях и «висяках», однажды два года назад снял трубку и услышал в ней взволнованный гиперактивный голос, который обрушил на него миллион вопросов за раз. Дерек постарался ответить, как мог. На следующий день Стайлз позвонил снова. А потом — снова. — Драконы — охотники за золотом. — Миф. Ну, скорее стереотип. Как уже сказано, они коллекционируют разные вещи, у каждого свои предпочтения. Многие собирают монеты и блестящие безделушки. Отсюда и пошёл стереотип, что драконы любят только деньги, — Стайлз любит блестящие крышки от бутылок. Не совсем золотая жила. — Драконы — все наркоманы. — Во-первых, не все драконы одинаковы. Это всё равно что сказать, будто все люди или все оборотни одинаковы. Что глупо, — он указал сначала на себя, потом на Лору. — Очевидно. — Очевидно, — Лора швырнула в его голову дольку лимона. Дерек увернулся от лимона и ухмыльнулся. — Насчёт наркотиков — это миф. Это всего лишь дым. — Дым? — Лора приподняла бровь. Стайлз звонил каждый день в течение двух месяцев, прежде чем Дерек пригласил его на кофе. А ещё через пару месяцев Стайлз впустил Дерека к себе домой. Хотя миф о том, что драконы — отшельники, был полнейшей чепухой, они действительно были очень осторожны с тем, кого пускают к себе. Обычно это связано с коллекционированием. Они стеснялись, что их «сокровищница» будет осуждена или высмеяна. Тяжело игнорировать сотни лет общественных ожиданий и мифов. Поэтому то, что Стайлз пригласил Дерека к себе, было огромным шагом. Он доверился Дереку и был в восторге от этого. Стайлз буквально втащил его за дверь и с горящими глазами начал показывать своё сокровище. Квартира Стайлза была чистой, аккуратной и очень организованной. Вдоль стен стояли полки, уставленные стеклянными банками. Полки и полки банок всех форм и размеров. Сначала казалось, что никакой системы нет, но постепенно она проявлялась. На одной полке стояла большая банка, полная пластиковых солдатиков, банка с маленькими пакетиками васаби и меньшая банка с тремя ёлочками-ароматизаторами для машины. На полке выше — банка, доверху набитая крышками от кока-колы, высокая тонкая банка с красно-белыми гнущимися трубочками, ещё одна — с влажными салфетками KFC, и огромная банка с пакетиками кетчупа. На другой полке стояли всего две банки: в одной — старые билеты, в другой — единственный бейсбольный мяч с автографом «Нью-Йорк Метс». Дерек указывал на каждую полку по очереди: — Зелёные штуки. Красные штуки. Эм… белые штуки? Ты сортируешь по цветам? — Он обернулся с вопросом, чтобы увидеть, как Стайлз нервно кивает, запуская пальцы в волосы и заставляя их торчать во все стороны. — Тебе нравится? — Дерек тут же улыбнулся и кивнул. Стайлз расплылся в широкой улыбке, и тут из его носа пошёл дым. Оказалось, что Стайлз пускает дым, когда счастлив. Дерек протянул руку по стойке, ладонью вверх и открытой. Не глядя, Стайлз вскоре протянул свою и вложил её в его руку. Дерек начал медленно гладить тыльную сторону ладони большим пальцем. Стайлз не отрывал глаз от экрана, словно не замечая, но губы его чуть разошлись, и наружу выскользнула тонкая струйка дыма, тихо растворяясь в воздухе. — Боже мой. Драконы — это самая милая вещь на свете, — Лора опёрлась на стойку, подперев подбородок ладонями. Дерек посмотрел на Стайлза сияющим взглядом. — Не миф. Чистая правда.