Порез
3 сентября 2025 г., 16:48
Утро встретило их серым светом за окном. Вэй Усянь спал, раскинувшись поперёк кровати, как всегда беспечно, а Цзян Чэн уже давно лежал с открытыми глазами, пытаясь унять мысли, которые не давали покоя.
Он поднялся, тихо оделся и пошёл на кухню за водой. На столе лежали конфеты, которые им вчера подарили, рядом кружка с засохшим чаем, документы, бутылки от вина, ещё некоторая посуда.
Цзян Чэн нахмурился. Надо убрать всё это.
Он взял стопку бумаги, хотел сдвинуть её в сторону, но локтем задел пустой бокал на краю стола. Тот грохнулся на пол и разлетелся на осколки.
— Чёрт… — выдохнул он и машинально потянулся собрать стекло.
Резкая боль пронзила ладонь. Цзян Чэн дёрнул руку, из пореза сразу выступила кровь, тёплая и густая.
— Котик? — раздался сонный голос из-за спины.
Он вздрогнул: Вэй Усянь уже стоял в дверях, лохматый, в помятой футболке, щурился от света. В следующую секунду тот заметил кровь.
— Ты издеваешься?! — Вэй Усянь подскочил к нему, оттолкнул осколки ногой и схватил его за запястье. — Почему ты вообще руками стекло собираешь?!
— Всё нормально, — процедил Цзян Чэн, сжав зубы. — Просто царапина.
— Ага, «царапина», — Вэй Усянь почти потащил его к раковине. Включил воду, сунул его ладонь под холодную струю. Кровь смывалась, оставляя длинный глубокий порез. — Если бы я не проснулся, ты бы ещё и замёл всё этими же руками, да?
Цзян Чэн отвернулся, упрямо стиснув челюсти. Но когда Вэй Усянь наклонился ближе, чтобы аккуратно промыть рану, его дыхание щекотало висок.
— Ты всегда всё хочешь делать сам… — тише сказал он, накладывая салфетку и прижимая. — Даже когда тебе больно.
Цзян Чэн не нашёл, что ответить. Взгляд его был устремлён вниз, на капли крови, падающие в раковину.
Вэй Усянь поднял глаза, мягко улыбнулся и добавил:
— Но теперь я здесь. Так что придётся мириться с тем, что я буду помогать.
Вэй Усянь вернулся с аптечкой и усадил Цзян Чэна за стол, будто тот был ребёнком, который только что умудрился разбить коленку.
— Сиди. Не дёргайся, — приказал он, распаковывая бинты.
Цзян Чэн недовольно скривился:
— Я и сам могу.
— Да-да, — фыркнул Вэй Усянь, — и потом снова зальёшь полкухни кровью. Нет уж.
Он аккуратно обработал рану антисептиком. Цзян Чэн зашипел, но терпел. Вэй Усянь в ответ лишь ухмыльнулся:
— Знаешь, если бы не твой характер, ты бы был идеальным пациентом.
— Заткнись.
Бинт лёг туго, но надёжно. Вэй Усянь завязал узел, не отпуская его ладони. На секунду задержал пальцы на чужой коже.
— Вот и всё, — тихо сказал он.
Цзян Чэн хотел отдёрнуть руку, но Вэй Усянь держал крепко. Их взгляды встретились. В его глазах смешок, тепло и что-то, от чего внутри всё переворачивалось.
— Ты правда… волнуешься? — неожиданно сорвалось у Цзян Чэна.
Вэй Усянь поднял бровь:
— А как ты думаешь, дурак? Конечно, волнуюсь. Ты для меня… — он запнулся, а потом вдруг наклонился ближе, почти касаясь губами. — …слишком важен. Я тебя люблю.
И прежде чем Цзян Чэн успел ответить, Вэй Усянь поцеловал его медленно, осторожно, будто не хотел задеть больную руку.
Цзян Чэн не отстранился. Наоборот, перехватил здоровой рукой его рубашку, притянул ближе, не позволяя уйти.
— Ты всегда несёшь чушь, — прошептал он, когда их губы разошлись. — Но иногда… чёрт, я готов слушать её вечно.
