Ослабевший

– Прости за отца, – виновато произнес Родрик, включая свет в папином гараже. После ужина он решил показать Биллу место, где ближайшие месяцы он и другие парни из «Loded Diper» будут репетировать. – Да всё в норме! Мой так же реагировал на других чуваков из бэндов, – Билл дружелюбно хлопает Хэффли по левому плечу, взмахивая своими длинными обесцвеченными волосами. Несмотря на стереотипы о вони, исходящей от патлатых гитаристов, Вальтер пах терпким древесным одеколоном, свежим мятным шампунем и, конечно, немного резко, потом. Этот запах ассоциировался у Родрика со свободой, рок-музыкой и привлекательными мужчинами. Сам парень тоже излучал аромат пота, перемешанный с горьковатым запахом средства для душа "три в одном" и украденной у отца туалетной водой, отдаленно напоминающей оригинальный Лакост. Однажды, думал Родрик, он будет пахнуть совсем как Билл, и девчонки потянутся к нему с той же силой, с которой тянулись к новому соло-гитаристу «Loded Diper». – Правда? Мне казалось, что твой старик принимает твою любовь к музыке, – Хэффли протянул левую руку к бицепсу Вальтера и шутливо его пожал, наслаждаясь грубостью мужской кожи и удивляясь твердости его мышц. – Погодь! Давай так, – Билл, состряпав крайне серьезное, брутальное лицо, сгибает руку в локте, напрягая мышцы, красуясь. – Хватай двумя руками, бро. Родрик, потеряв былую шутливость, осторожно коснулся бицепса и правой рукой. Было крайне волнительно касаться взрослого подкаченного парня, которым он восхищался. Когда только у Билла находилось время для спорта? Диджеинг, игра на гитаре, свидание с красивыми девушками, и это ещё не считая сон и еду! Хэффли успевал лишь поспать, поесть и прорепетировать. В зал он, конечно, тоже ходил, но крайне редко – раз в неделю, потому что отец заставлял. А здесь… – Когда только успеваешь? – с ноткой смущенной неуверенности весело поинтересовался Родрик, пальцами надавливая на руку мужчины. – Когда ты не видишь! – Пусть Билл и смеялся, но взгляд его оставался серьезным. Не нарочито брутальным и мужественным, а именно по-взрослому серьёзным. Так на женщин из порно смотрели их партнёры, прежде чем со звериным желанием сорвать дешевенькую тонкую одежёнку. – Возьми меня с собой в следующий раз, чувак! Тоже хочу немного подкачаться, чтобы понравиться Хизер, – Родрик напряжённо отнял ладони и согнул руки в локтях, копируя жест Билла. Атмосфера между ними изменилась. Не то чтобы повеяло негативом, скорее пьянещей тягучестью, которую, вновь, можно было увидеть в порно. Хэффли не пугала близость с людьми. Любыми людьми. Когда в четырнадцать лет он впервые купил доступ на сайт с секс-видео и обнаружил там раздел «для геев», Родрик вполне быстро осознал, что мужчины возбуждают его так же сильно, как женщины. Разумеется, говорить о своем открытии он никому не стал и просто молча заглядывался на парней, мечтая однажды возлечь вместе с ними на его скрипучую кровать. Со временем, как это обычно бывает, у Родрика появился типаж: кто-то вроде Ленвуда Хита, пацанёнка, который в то время терроризировал их район. Ленвуд был дерзким, длинноволосым и слушал тяжёлую музыку. Хэффли невероятно привлекала его своевольность и непокорность. Он считал, что именно такие парни страстны в сексе. Если вам интересно, Ленвуд исчез со всех радаров, как только ему исполнилось пятнадцать. Родрик часто высматривал его среди домов и в школе, но Хит просто испарился. В общем, Хэффли совершенно не волновало то, что Билл смотрел на него с явной, неприкрытой похотью. Он считал себя достаточно сексуальным, чтобы привлечь мужчину, вписывающегося в его стандарты красоты. Родрика напрягало лишь то, что с желанием на него смотрят в гараже, провонявшемся юношеским потом, рвотой(бурные алкогольные репетиции…) и соляркой. Он ведь хотел, чтобы парень дотронулся до него в его комнате, воняющей не меньше! – Билл? – Да? – Вальтер заинтересованно щупал плечи Родрика, оценивая твердость его мышц. – Ты точно хочешь играть в моей группе? – Конечно, братан! Я бы не делал ничего через силу. – Но почему? Повисла тишина. Было слышно, как пальцы Билла тихонько отлипли от кожи Родрика, как лает соседский пёс и гул проезжающей мимо машины. Хэффли слышал стук сердца в собственных ушах. Либо он прямо сейчас отдастся Биллу, либо будет жалеть о том, что этого не сделал до конца дней и обязательно станет импотентом, ведь, как было написано в журнале «Moto moms», стресс способствует развитию импотенции. Конечно, их новый гитарист ещё ничего такого не предлагал. Может, он и вовсе ни на что не намекает, просто пьян или обкурился. Но Родрика, в силу его пубертатной впечатлительности, уже было не остановить. В его мечтах они практиковали голландский штурвал, сидя на отцовском рабочем столе, с которого непременно упали все инструменты от их интенсивной страсти. Родрику хотелось погладить испорченные осветлителем волосы, немного их оттянуть, подробнее изучить запах шампуня. Ему хотелось ощутить лицом шероховатость слегка отросших усов и бороды. Однажды он уже целовался, но с девушкой, было мягко и нежно, сладковатый запах духов обволакивал ноздри, обнимал. Поцелуй Хэффли понравился, пусть его партнёрша потом и промывала рот водой, потому что соприкосновение губами было частью игры в правду или действие. Но поцеловать парня, как и любому бисексуалу, было тоже крайне интересно. К тому же, это было бы по-настоящему. – Я уверен, что ты знаешь, – кокетливо произнес Билл, вновь встряхивая головой, чтобы непослушные локоны не лезли в глаза. Он протянул руку и закрыл дверь плотнее, тем самым зажимая Родрика между собой и деревянной стеной. – Нет, – у Хэффли затряслись ноги, а лицо Вальтера прямо над ним размылось в одно большое бежевое пятно. – С чего бы мне знать? Я ведь не умею читать мысли! – глупый смешок на секунду оглушил, перебивая громкое дыхание Билла. – Чтобы быть к тебе ближе, – волосы защекотали шею, когда гитарист немного наклонился, шепча в самое ухо. – Тебе нравится моя игра на барабанах? – скосив глаза в сторону так, чтобы встретиться с Биллом взглядом, наивно спросил Родрик. Разумеется он понимал, о чем идёт речь, но когда кровь приливает к члену, здравый смысл просто отключается. Особенно, когда тебе прямо на ухо смеются хриплым от возбуждения и постоянного курения голосом. – Мне нравишься ты, – Вальтер плавно осмотрел Хэффли с ног до головы, и парня бросило в жар. – Похож на щенка: кареглазый и не в пору дерзкий. Я бы никогда не осмелился позвать в мальчишеский рок-бэнд взрослого соло-гитариста. Билл, не отрывая взгляда от расширенных зрачков Родрика, высунул язык и влажно облизал юношескую щёку. Шея и спина мгновенно покрылись мурашками, а скулы заалели. Во рту появилась вязкая сладость – признак чарующего волнения и предвкушения чего-то большего. Подобный щекочащий привкус появлялся каждый раз, как Хэффли находил новое порно-видео с актером, который был полностью в его вкусе. Мгновенно захотелось сделать что-то настолько же взрослое, чтобы Билл понял, что Родрик готов, что он вовсе не щенок, а зрелый юноша. Он медленно поднял правую ладонь, провел средним пальцем по слюне, оставленной Вальтером, и, не разрывая зрительного контакта, раскрыл рот, погрузил туда палец и, причмокивая, облизал его. Должно быть, это выглядело смешно и неумело, но взгляд мужчины мгновенно изменился. Он впился глазами в губы Родрика, словно сорокопут – клювом в жертву, и неосознанно прижался пахом к мальчишескому бедру. Родрик уже ощутил твердость мужского плеча, теперь же он мог наслаждаться твердостью его члена. Узкие черные джинсы едва ли служили преградой. Сквозь них отчётливо чувствовался весьма крупный стержень, на котором, Родрик был уверен, побывало немало девиц. Хотя, быть может, не только девиц. Он, как и пенис Хэффли, едва ощутимо пульсировал, жаждя разрядки. – Мне нравишься ты, – снова повторил Билл прежде, чем нежно коснуться своими губами рта Родрика. Они были сухими и обветренными, а вкупе с колючей растительностью на лице контраст грубости мужского тела с нежностью его прикосновений сводил с ума. Нос разъедал одеколон с нотками хвои, на ляжку безудержно давило возбуждение, а вся юношеская тушка была зажата между стеной и туловищем Билла. Родрик на несколько секунд совершенно растерялся: его целует мужчина, абсолютно соответствующий его типажу, так ещё и по собственной воле, о чем свидетельствовал увеличившийся член! Что делать в таких ситуациях? Что делали в порно? Хэффли скованно запустил ладонь под черную майку и принялся обводить указательным пальцем кубики пресса, стараясь как можно мягче ответить на поцелуй. Билл был сдержан. Ясно, что он абсолютно возбужден, – очень сильно возбужден, – но пугать очевидно неопытного подростка гитаристу не хотелось. Он осторожно поглаживал растрёпанные волосы Хэффли той рукой, на предплечье которой опирался, удерживая Родрика на месте, и мягко обводил скулы парня пальцами второй руки. Билл давно засматривался на Родрика. Юный, нарочито равнодушный и неоправданно самоуверенный, Хэффли не пользовался популярностью, несмотря на свою очевидно привлекательную внешность. Он редко мылся, нелепо двигался и не умел петь, хоть и очень старался. Такие парни привлекают внимание только тех ненормальных, кто просто помешан на тяжёлой музыке и хочет встречаться с музыкантом. Таким ненормальным и был Вальтер. Да, он сам музыкант и другие рокеры, тем более мальчишки, его мало интересовали, но этот парнишка неумолимо настойчиво привлек внимание. С тех самых пор, как Билл и Родрик впервые встретились, гитариста не покидало сладостное ощущение желания овладеть им. Хотя, «овладеть» – слово слишком грубое, он хотел скорее коснуться Хэффли. Просто мягко целовать и нежно обнимать, не так, как всех своих фанаток, бывших до. Когда Родрик предложил Биллу стать их соло-гитаристом из-за конкурса, мужчина мгновенно согласился. Это был отличный шанс стать ближе к Хэффли. Просто находиться рядом было бы достаточно, считал Билл, ничего больше. Сегодняшний вечер, проведенный в окружении семьи Родрика, опьянил. Вальтер ощутил себя немыслимо близко к парню, которым он был так увлечен, поэтому и сам не заметил, как шутливые прикосновения Родрика к его плечам раззадорили желание, и без того каждый раз накрывающее огромной волной. Конечно, Билл осознавал, что Родрик неопытен. Он был готов взять на себя ответственность за девственника и даже считал, что лучше уж он, такой опытный и внимательный, впервые коснется парнишки, чем какая-то девчонка, которая обязательно ненароком сломает ему член, ведь сама никогда не занималась сексом. Вальтеру и в голову не приходило, что Хэффли могут не нравится мужчины, что он может его отвергнуть – Родрик был похож на «всеядного», только дайте. В общем, мужчина был готов всему научить Родрика, открыть для него неизведанный мир секса, поэтому крайне удивился, когда Хэффли, разорвав поцелуй, начал медленно опускаться на колени. Рука, выползшая из-под майки, как ленивый удав, настойчиво погладила пах, пальцы обвели пуговицу джинс, поиграли с «собачкой». Родрик, пусть и не очень-то уверенно, но старался стать соблазнительнее. Хэффли резко расстегнул молнию, пуговицу и спустил джинсы Билла по колено. На контрасте со всеми их медленными, неторопливыми движениями, этот жест показался слишком дерзким. Родрик будто боялся, что, не стяни он с Вальтера штаны, мужчина убежит от него наутек. – Что ты делаешь? – задыхаясь, взволнованно прошептал Билл. Он по инерции положил руку Родрику на затылок, пальцами немного зажимая и оттягивая волоски. Хэффли не ответил, лишь по-свойски подмигнул и с волнением приспустил фиолетовые боксеры Вальтера. Теперь крупный член с раскрасневшейся налившейся головкой касался щеки Родрика. Он пах не так отвратительно, как думал Хэффли, когда смотрел, как девушки в порно делают минет, скорее мылом и обыкновенным запахом человеческих гениталий – весьма специфично, но довольно маняще. Родрик сглотнул. Очевидно, он никогда не отсасывал никому, кроме не очень большого банана (подростковое любопытство) и сейчас пытался понять, как взять член в рот. Целиком не получится, этому нужно научиться, а вот головка, самое чувствительное место, вполне себе могла бы удостоиться подобной чести. Билл в это время изнывал от невозможности схватить Хэффли двумя руками за волосы и насадить его ртом на пенис. Так делать нельзя, парнишка может задохнуться, он ведь не привык. Поэтому остаётся только сминать подол майки и перебирать короткие темные волоски у Хэффли на затылке, стараясь не задохнуться от накатившей похоти. Проведя пальцами по маленьким волоскам на лобке Вальтера, Родрик заключил основание члена в кольцо из указательного и большого пальцев левой руки и разок провел правой ладонью по всей длине, заставляя Билла тихонько застонать. Затем он вытянул губы трубочкой и легко чмокнул головку. Зачем он это сделал, Хэффли и сам не понимал. Наверное, хотел попробовать. Билл нетерпеливо вздохнул, все ещё стойко удерживаясь от желания зверски проникнуть во все возможные отверстия в юношеском теле, и Родрик накрыл кончик ртом. Вальтер замер. Никогда прежде ему не делал минет девственник. Никогда прежде ему не делал минет парень. Да, ему вставляли пару раз футболисты в старших классах, это было что-то вроде сексуального эксперимента, но сосать… никогда. Родрик втянул воздух, как он обычно делал, когда пил с трубочки, и обвел языком круг. Так, в его представлении, и делали минет. Он повторил это ещё несколько раз, пока Билл его наконец не остановил. – Кошмар! Ну… хватит, – посмеиваясь, Вальтер оттянул Родрика за волосы и легко подхватил подмышками, поднимая на ноги. – Давай-ка лучше я покажу, как это делается. – Ты что, уже кому-то сосал? – с неприкрытой досадой озадачился Хэффли. Мысль, что Билл брал чей-то член в рот невероятно расстраивала. – Нет, но мне сосали, – немного помолчав, Вальтер все же добавил: – ты первооткрыватель моей глотки! Он знал, что Родрику будет приятно это слышать. Хоть в чем-то Хэффли у Билла первый. – Идём, – гитарист сжал руку Родрика и, переступив через джинсы и боксеры, висящие на щиколотках, повел его к барабанам, за которыми стояла черная пластмассовая табуретка, куда Билл и планировал усадить парня. – Садись. – Зачем? – У тебя ноги могут ослабнуть… ну, знаешь, от перевозбуждения. Словно в доказательство этих слов, колени у Родрика подкосились, как только Билл легонько укусил его член через джинсы, и парень плюхнулся на табурет. Сдерживаясь от смеха, Вальтер освободил мальчишеские бедра от ремня, расстегнул руками пуговицу и зубами – ширинку. Вид Билла, покорно стаскивающего язычок вниз, вызвал у Родрика перед глазами новую порцию смазанных пятен. Видеть такое в порно одно, а в реальности – совсем другое. Мужчина просовывает пальцы в отверстие в серых боксерах Родрика и аккуратно достает член. Средний по размеру, красивой аккуратной формы, пенис пах практически только розовым мылом. Волос на лобке не было совсем. – Ты бреешься? – скрывая наслаждение от увиденного в голосе, поинтересовался Вальтер. – Что? А… ну да, – Родрик вскинул брови и направил взгляд сияющих, немного затуманенных, карих глаз прямо на Билла. – Мне так больше нравится. – Мне тоже, – сообщил Вальтер, кончиками пальцев поглаживая Хэффли по животу. Билл раскрыл рот и плавно насадился им на член Родрика, придерживая руками длинные волосы. Хэффли громко простонал и мгновенно закрыл себе рот рукой. Гараж находился не так далеко от дома, в котором сейчас были все члены семьи Хэффли. – Билл, – на выдохе позвал Родрик, цепко перехватывая осветленные мягкие волосы, ему хотелось самостоятельно их придерживать. Вальтер, не прекращая выписывать бешеные рисунки языком, вопросительно промычал, создавая внутри вибрацию, от чего Родрик вновь выдал расслабленный стон. – Может, выключим свет? Вдруг нас видно из дома. Мне бы не хотелось, чтобы папаня застал нас в таком виде. – Нет, хочу видеть твое лицо, – наконец оторвавшись, сообщил Билл. Теперь он водил правой рукой по всей длине, иногда стимулируя головку: надавливал большим пальцем прямо в центр, на уретру, из которой сочилась природная смазка. От таких слов у Родрика закружилась голова и он, грубо оттянув Вальтера за волосы, промямлил что-то вроде «чёрт», откинул голову назад и, пару раз содрогнувшись, эякуляровал Биллу в руку. За всем этим гитарист наблюдал с особым вниманием, запоминая каждое движение тела и выражение лица с абсолютной точностью, чтобы навсегда сохранить в памяти вид Хэффли во время оргазма. Это была первая эякуляция среди многих будущих, а потому крайне важная. Из члена Билла быстро сочилась беловато-прозрачная природная смазка, яйца тянуло от того, что он до сих пор не кончил и был крайне возбужден, но сам он был в абсолютной степени удоволетворен. Теперь он наконец знал, что Родрик поднимает брови и поджимает губы, когда кончает. А как закатывает глаза! Как трепещут его ресницы! Вальтер чувствовал, что сам был на грани просто из-за вида наслаждающегося мальчишки. – Об этом я и говорю, – осипшим голосом пояснил Билл, поднимаясь на несколько ослабевшие ноги. – Встань, повернись задом и упрись руками в табуретку. – Ты хочешь вставить? – хватаясь за руки, протянутые Вальтером, Родрик старательно вставал со стула. Он испытал самый яркий оргазм в своей жизни и сейчас ощущал полную ясность ума, но тело практически не слушалось, мотаясь из стороны в сторону. – Не совсем. Рановато пока, бро. Когда Хэффли наконец поднялся, Билл рывком стянул с него джинсы вместе с боксерами и на секунду застыл. Ноги были тоже неожиданно гладкими, до чего удивительно мило, что этот пацан сбривает волосы на теле. Не удержавшись, Вальтер присел на корточки и нежно укусил Родрика за внутреннюю сторону бедра, чуть посасывая. Он оставил свой след, свою метку, пусть и там, где ее никто не увидит. Билл ведь прекрасно знал, что она есть. Член Хэффли от нежности, которую все ещё было удивительно получать от Билла, снова пришел в готовность. Парень смотрел, с каким благоговением Вальтер кусает его ляжки и тоже хотел сделать что-то такое же, но более эгоистичное. Он пальцами провел по линии челюсти Билла и остановился на подбородке, приподнимая мужское лицо так, чтобы встретиться взглядами. Вальтер все понял и вновь поднялся на ноги, ожидая действий Родрика. Хэффли потянулся за поцелуем, правой рукой зарываясь в пахнущие мятой волосы, а левой плавно подрачивая член Вальтера. Он не был так же нежен, как Билл. Родрик напористо сминал и покусывал его губы, принуждал язык танцевать невероятные танцы, пока яростно тянул Вальтера, у которого сносило от всего этого голову, за маленькие волоски на шее, отрывая их. Поцелуй, хоть и страстный, был совершенно недолгим. Оторвавшись, Хэффли ощутил, как опухли и покалывали губы. Уста Билла тоже раскраснелись и припухли, делая его в глазах Родрика ещё более красивым. Парень беспорядочно приник к шее Вальтера, стремясь оставить засос так, чтобы под волосами его почти не было видно. Он сильно прикусил тонкую кожу, заставив Билла вскрикнуть и кончить Родрику, радующемуся такой реакции, на живот. Почти с задней стороны шеи остался яркий красный укус, который пробудет там несколько ближайших часов. Наконец Вальтер снова взял все в свои руки и, быстро чмокнув в губы, довольно резко развернул Родрика к себе спиной и надавил на поясницу, чтобы парень наклонился. – Расставь ноги чуть шире, – вибрирующим голосом попросил он, и Хэффли послушался. Билл плавно протолкнулся членом между бедер Родрика, касаясь его пениса. – А теперь сожми покрепче. На несколько секунд Вальтер замер, оглядывая округлые ягодицы Родрика. Мягкие, кое-где покрасневшие от обыкновенных подростковых высыпаний и в редких родинках. Задница Хэффли была очень милой, как бы странно это не звучало. Билл положил ладонь на одну из ягодиц и с чувством провел, немного сжимая. Затем весьма резко толкнулся вперёд, удерживая Родрика за бёдра и стараясь тереться своим членом о его. – Не натирает? – ласково спросил Вальтер, наклоняясь вперёд. – Нет, – жалостливо проскулил Хэффли, стараясь удержаться на ослабевших ногах. – Я продолжу? – Да, пожалуйста! Мольба сладостно разрезала уши, и Билл, не удержавшись, вновь укусил Родрика, только теперь за лопатку, оставляя на смугловатой коже ещё одно бордовое пятнышко. Он снова несколько раз толкнулся, пытаясь удержать Хэффли, чтобы парнишка не упал, Вальтер с наслаждением слушал резкие вдохи и выдохи, граничащие с поскуливанием. – Хорошо? – Да, – в забытьи простонал Родрик, прежде чем вновь сотрястись всем телом и кончить. От вида напрягающихся мышц спины, плавно перекрывающихся под кожей, Билл тоже излился и успел подхватить Хэффли, потерявшего сознание. Чтож, зато теперь у них есть оправдание такого долгого нахождения в гараже – Родрику стало плохо от запаха солярки.