Dream

***

— Ты никогда не говорила, что любишь эти пирожные! — Лиса возмущенно складывает руки на груди и надувает губы. Рядом, скромно улыбаясь, сидит Розанна. — Ну не обижайся, — Дженни уминает суфле с цитрусовой начинкой за обе щеки, — что поделать, если раньше я их ела только в гостях у Рози. Лиса выдыхает, и обида уходит на задний план, когда она ловит сияющий взгляд Дженни – всё-таки за эти годы она так и не смогла научиться противиться этим милым карим глазам. Кухня переполнена счастьем, и даже беспорядок не мешает трём девушкам наслаждаться воскресным утром. Сегодня важный день, и Джису должна заехать за ними совсем скоро. — Ли, может сама попробуешь? — Розанна, уже собравшаяся и одетая, придвигает к подруге упаковку. Лиса замечает синяки под её глазами, усталость и отсутствие макияжа – очевидные признаки недосыпа. — Я-то попробую, — Лиса подмигивает Дженни, когда пачкает свои губы десертом, — но ты бы тоже не отставала. На тебе совсем нет лица. Дженни кивает, откидываясь на спинку стула и присоединяясь: — Что случилось, Рози? Ты можешь с нами поделиться. — Да, неужели вы поругались с Джису? — Лиса думает, что близка, ведь иначе зачем Розанна оставалась последние несколько дней у них на ночёвке. Девушка качает головой, с усилием сдерживает слёзы, она выглядит абсолютно разбито: — Неужели ты не помнишь, Лиса? — Розанна кладёт ладонь на плечо, и её прикосновение кажется призрачным. — Правда не помнишь? В мысли Лисы пробиваются смутные картинки, крики, хаос, вода, слишком много воды и ужас в глазах Джису. На самом деле, это больше походит на сон, чем на реальность. — Нет-нет, это были кошмары, — бормочет Лиса, — что я должна помнить? Розанна умолкает, как будто отдаляется сильней, и в этот момент Лису спасает Дженни, которая придвигается ближе и приобнимает девушку. — Рози, таблетки пока ей не помогают, — Дженни строго смотрит на съёжившуюся Пак, — не дави на неё. Лиса не находит слов благодарности, поэтому наклоняется к Ким и коротко целует, с наслаждением находя успокоение в аромате её духов от Шанель. Недавно стресс совсем извёл Лису, и ей пришлось обратиться к специалистам; было тяжело, но Дженни и девочки не оставляли её на этом пути, только Розанна почему-то стала вести себя так странно. — Извини, — вот и сейчас Лиса не может поймать её взгляд, не может понять, что происходит с человеком, которого, как она думала, знает наизусть. Уведомление телефона прерывает размышления – это Джису, и Лиса вскользь задаётся вопросом, почему Джису звонит ей, а не своей девушке. — Чичу! Всё в порядке? — Лиса соскучилась по Джису и надеялась, что сегодня они смогут наконец увидеться. — Всё хорошо, — Джису звучит бодро для человека, который работал всю неделю сверхурочно, — я задержусь на пару часов, ладно? — Ничего страшного, — Лиса чувствует поглаживания Дженни по своей макушке и чуть не урчит в трубку, — мы все тебя тут ждём! Джису несколько секунд молчит, прощается напряжённым голосом и сбрасывает. Теперь Лиса точно уверяется в том, что что-то произошло между ней и Розанной. — Слышали? Джису опоздает. Предлагаю тогда всем пойти отдохнуть. Хорошо, Ро? — Лиса старается говорить осторожно, такое состояние подруги беспокоит её, но она уверена, что приезд Джису всё исправит. — Отдохни, и мы со всем разберёмся. Розанна плачет, когда Лиса обнимает её, спустя мгновение присоединяется и Дженни, шепчет утешающие слова, и через несколько минут девушка успокаивается. — Спасибо, — хрипит Розанна, поднимаясь, — я буду в своей комнате. Она уходит, оставляя взволнованную Лису наедине с Дженни. Дженни, с тревогой в глазах, следит за девушкой, подхватывает её под локоть, ведёт в их спальню и укладывает на кровать. — Тебе нужно поспать, лисёнок, — Дженни ложится рядом, и Лиса придвигается к ней как можно ближе. — Иначе ты снова сорвёшься. Лиса прячет голову на груди у девушки, её переживания постепенно отступают. Так было всегда: Дженни была пристанищем, её маяком во тьме, и это стало лишь одной из многих причин, почему Лиса бесповоротно влюбилась в неё. — Что происходит с Ро? — Лиса не способна держать в себе волнующие её вопросы. — Мне кажется, она плохо спит, она выглядит такой болезненной. Дженни поджимает губы, не желая показывать своего беспокойства и усиливать негативные чувства Лисы. Они пройдут через это вместе. Обязательно. — Я думаю, Джису сможет ей помочь, — слова обжигают язык, — позаботься о себе. Лиса чуть расслабляется – это настоящая победа, и у неё даже получается заснуть. Дженни позволяет себе эти мгновения счастья и не представляет, каким образом она должна сказать ей правду, разрушить и так шаткий мир девушки.       

***

С Джису и правда становится легче: улыбка Розанны становится менее натянутой, раздражённые от слёз глаза выглядят более живыми. Розанна крепко прижимается к Джису, целует её в щёки и нос, но всё внимание Джису приковано к Лисе: — Как ты? — Её голос дрожит. — Онни, не переживай, — Лиса поправляет свой костюм, сегодня она должна выглядеть идеально. — Лучше поговорите с Ро, вы поругались? Дженни говорит, что вам уже хватит изводить друг друга мелочными ссорами. Джису каменеет, почти перестаёт дышать, и Розанна рядом с ней замирает тоже. — Кстати, где Дженни? — Удаётся девушке выдавить из себя. — О, она тоже решила нарядиться! — Лиса с гордостью вспоминает о том, как они вдвоём выбрали сочетающиеся наряды. — Подождём минут пять-десять, ладно? — Хорошо, — Джису до сих пор холодна. Лисе думается, что это из-за неразрешенных проблем с Розанной, поэтому она отходит подальше, давая им пространство для личного разговора. Сегодня тепло, лето ещё не готово уступать место осени. Лиса облокачивается на раскидистый клён – она до сих пор помнит, как они с Дженни сажали взрослое дерево и чуть не перессорились, пока решали между клёном и елью. — Наслаждаешься? — Горячий шепот Дженни раздаётся сбоку. — М-м, — Лисе не хочется говорить, она поправляет кольцо на цепочке, пряча его под воротник. Дженни прижимается к ней целиком, от её волос привычно пахнет цитрусовым шампунем. Она всегда напоминала Лисе дом. — Пошли, — девушка тянет к Джису и Розанне, которые уже готовятся садиться в машину. — Нам нельзя опаздывать. Лиса не думает – следует за Дженни, занимает заднее сидение, опускает голову на чужие колени и отдаётся навстречу ласковым пальцам Ким. Джису за рулём косится на неё, но ничего не говорит, Розанна, такая же измученная, как и Лиса, решает вздремнуть на переднем. — Спи, мой лисёнок, — Дженни приобнимает её руками в кружевных перчатках, дополнению к её роскошному чёрному платью. — Я разбужу. Лиса довольно хмыкнет, глубже спрячется в тепле девушки и погрузится в сон. Она не заметит тихих слёз Джису, не услышит, как Дженни скажет: — Не плачь, сестрица. Худшее впереди.

______

Дно провалилось прямо под ней, утянув вниз. Стопа застряла в трясине, а бёдра свело. Она захлёбывается прохладной водой, не может даже попросить о помощи. — Рози, держись! — Дженни закидывает руки девушки себе на плечи; вода вокруг них беспокойна. — Шевели ногами! — Не могу! Я их не чувствую! — Розанна в панике барахтается; Дженни с трудом удерживает её вес. Отчаяние цепляет, и обычная поездка превращается в кошмар. Лиса хочет броситься следом, но она не умеет плавать, поэтому ей остаётся звать на помощь и вместе с этим звонить в службу спасения. Джису тоже должна была прибыть совсем скоро. Ну почему они не послушались её? Почему решили, что это случайно найденное озеро безопасно? Лиса находит длинную тяжелую ветку, бросает один конец к девушкам. Вода чернеет, окрашиваясь то ли грязью, то ли кровью, воспоминания смазываются, ноющие от царапин руки тянутся во тьму. Лиса не знает, кому тогда удалось спастись.

______

В машине тепло и уютно, играет по радио спокойный трек, через чистые окна пригревает солнце. А ещё пахнет гарью. Лёгкие забиваются дымом, под кожей пузырится страх и паника. Лиса пытается открыть глаза, но их заливает водой и выжигает огнём. Она просыпается с криком, который застревает в горле, в ушах звенит, кожаная обивка плавит ладони. Машина стоит, за окном – знакомый берег, а внутри никого. Двери приоткрыты – из колонок раздаётся одна из любимых песен Дженни. Лиса выходит осторожно, в груди тревожно бьётся сердце, болит разодранное дымом горло. Трава гладит ей ноги, доставая до колена, птицы громко поют, прячась в кронах деревьев, блестит водная гладь, возле которой сидят Джису и Розанна, их плечи и головы тоже обиты чёрным. Земля разрыта, каменистая почва пачкает обувь, когда Лиса приближается. Простая деревянная лодка мерно качается на волнах. Дженни нигде нет. — Девочки, а где Нини? — Голос Лисы растекается музыкой в воздухе. — И что мы здесь делаем? Розанна испуганно вздрагивает, её покрасневшие глаза наполняются слезами, она сгибается в три погибели и надрывно плачет. Джису жестом руки подзывает Лису к ним, приглашая присесть рядом. Вспышка головной боли ударяет Лису, когда она смотрит впереди себя. Вой сирен, два неподвижных тела на берегу, люди в форме и отчётливый запах нашатыря... — Я знаю, что ты не хочешь помнить, — Джису притягивает Лису к своему боку. — Но сегодня ты должна вернуться в реальность. Ради Дженни. Слова душат старшую девушку, она проглатывает их вместе с горечью. Лиса натянуто улыбается, вертит головой, ища глазами Дженни, и терпит навязчивую боль в висках. — Мне так жаль, — Рози дрожит, её пальцы отбивают дробь. — Мне так жаль. Мне так жаль Она бредит три слова точно мантру, обхватывает ладонями кувшин и целует его, передавая Лисе. Это красивый предмет, гладкий и чёрный, он удобно ложится между коленей девушки. Только от него несёт гарью. Она осматривает его целиком: кончиками задевает крышку, проводит ногтём по днищу и нащупывает по бокам выпуклости, больше похожие на буквы, чем на узоры. Глаза сощуриваются, скользят по словам и цифрам – Лиса не дышит, прикасается к рёбрам, под которыми рождается колючая боль. Ким Дженни хххх1996-хххх2025 Любимая дочь, сестра и жена Сердце осознаёт первым, бьёт в агонии, будто сжимаемое чьей-то властной рукой. Хрупкий мир Лисы с криком разбивается, режет осколками глаза, выпуская слёзы. Лиса не осознаёт себя, словно со стороны смотрит на то, как падает на землю вместе с кувшином и зовёт Дженни по имени. Холод, жар, долгожданная и разрушительная пустота. Розанна прижимает ко рту ладони, ползёт к Лисе, обнимает её так, словно держится за свой последний якорь. Ей хочется оглохнуть и ослепнуть, лишь бы не видеть, как ломается Лиса под гнётом потери и горя. — Верни её! — Черное кружевное платье, изящные пальцы в полупрозрачных перчатках. — Верни! — Теплая улыбка, надутые щёки, ласковые глаза. — Нет-нет-нет... — Невинные поцелуи по утрам, жаркие ночи, клятвы у алтаря. Джису, шатаясь, опускается рядом, кладёт ладони на лицо Лисы, терпеливо ждёт внимания. Позже Лисе часто в кошмарах будут сниться дрожащие губы Джису и следующие слова: — Дженни мертва. Её больше нет. В тот момент, кажется, она была близка к смерти как никогда.

______

Два неподвижных тела на берегу. Жуткий писк аппаратов, усердные толчки врачей на грудные клетки, хруст рёбер, смешанный с перекрикиваниями спасателей. Лиса, сидящая в нескольких метрах от девочек, и силуэт человека, который говорит ей о шоковом состоянии. Лиса далеко: там, где две макушки уходят под воду, там, где она бросается на глубину и чуть не гибнет сама, вытаскивая девушек на берег. Позже ей объяснят это всплеском адреналина, но она не запомнит. Два неподвижных тела на берегу. Носилки и больница. Джису на грани нервного срыва. Бесконечная тишина белых коридоров. Кофе из автомата, от которого её моментально рвёт. Минуты и часы, утекающие, как пресловутая вода, давили, не позволяли прийти в себя, обрести хоть какое-то подобие надежды. Сердобольная медсестра тогда сжалилась над ними, провела в палату, усадила напротив бледных лиц, окутанных трубками. Два неподвижных тела. Розанна очнулась через час. Дженни погибла через сутки, не приходя в сознание.

______

Тихо. Лиса думает, что теперь ей придётся привыкнуть к этому. Её лодка замирает посреди озера, в ногах, ослепляя солнечными бликами, стоит кувшин. Лиса бросает вёсла, ставит на свои колени то, что осталось от Дженни. Обручальное кольцо, висящее на цепочке, стучит о мрамор. Лиса снова плачет, в тряске опускается вся, вжимает в грудь ледяной камень, шепчет слова любви и молится неизвестно кому. Небольшие волны, созданные ветром, поют реквием. Лиса слышит эту последнюю мелодию, когда опускает ладонь с прахом к воде. Каждая горстка – удар ножа, и Лиса несколько раз замирает, вглядываясь в синюю гладь и думая о том, чтобы прекратить свои мучения. Насколько больно – утонуть? Но пепел сыплется с её пальцев. С берега следят два человека, которым Лиса пообещала не делать ничего дурного. Джису обняла её крепко, сказала, что они с Розанной уже приготовили комнату для неё в своём доме, что она тоже не представляет, как сможет жить без любимой сестры, что она не бросит её, что... Кольцо снова бьётся о мрамор, своим звоном вонзаясь в горло; Лиса жмурится, прикусывает щёку: новые слёзы готовы пролиться по её утерянной любви. Она должна продержаться ещё немного. Рука вслепую захватывает новую горстку. — Я всегда буду рядом, лисёнок, — Лисе мерещится солёный поцелуй на губах, свежий парфюм и шелковистое касание волос. — Прощай.

.

.

.

Когда она решится открыть глаза, то увидит на дне лодки одинокий листок клёна. Сердце пропустит удар. Вокруг будет всё также тихо. И только её разбитый голос продолжит звать свою Дженни.