Свидание и лестницы

      Будучи благородной дочерью семьи Лоуренс, Эола должна была следовать многим правилам поведения в высшем обществе и внутренним правилам своей собственной семьи. Быть изящной, элегантной леди, которой не пристало брать в руки ничего тяжелее веера или книги. Строго относиться к себе и своему окружению, быть выше, чем окружающие. Слушать, что говорят старшие и никогда не перечить.       Но будучи непокорной своей семье и высшему обществу, она в своё время ушла, оставив свой дом, в конечном итоге присоединившись к рыцарям Ордо Фавониус. Вместо лёгкого веера она изящно владела двуручным мечом, словно танцуя с тяжёлым лезвием на поле боя. Была сильна, проницательна и великолепно дисциплинирована.       Идеальный Рыцарь Морская Пена.       Но где же это сейчас?       Эола смущённо расправила складки на платье, чтобы хоть немного попытаться скрыть свой новообретённый, гордо выпирающий вперёд мягкий живот.       Безрезультатно.       — Эмбер, я не думаю, что это хорошая идея, — щёки девушки давно были алыми, но она всё-ещё старалась держать лицо и осанку, как когда-то её учили. Старые привычки всегда дают о себе знать.       Энергичная Эмбер, радостно развела руками, делая оборот вокруг своей оси, словно она была самой счастливой на свете, улыбнулась в ответ. Её каштановые волосы, заплетённые руками Эолы в свободную косу лежали на её плече, подчёркивая лёгкую приталенную блузку, которую она носила. Алая юбка до середины бедра покачивалась, приоткрывая вид на обтянутые плотными колготками стройные ноги девушки, обутые в высокие сапожки со шнуровкой.       — Но ты же пообещала провести со мной вечер в городе, — Эмбер поправила чёлку небрежным движением руки.       — Да, но, — Эола чуть опустила плечи, её голос стал тише.       Эмбер прекрасно видела чужое смущение и за пару лёгких шагов оказалась прямо перед Эолой, осторожно взяв её руку в свои ладони. Тонкие пальцы скаута, покрытые мозолями от стрел и тетивы лука осторожно провели по снова нежной коже чужих рук.       — Ты обещала мне свидание, — совершенно не смущаясь сказала Эмбер. — И я хочу провести с тобой совершенно чудесный вечер, сидя за столиком в Хорошем Охотнике.       Эола смотрела на стоящую перед ней девушку.       Такая очаровательная.       — Я, — начала она, отводя взгляд, — я знаю. Я обещала.       Эмбер улыбнулась и продолжила маленькими шагами идти спиной вперед по мощёной улице, в направлении лестницы вниз, утягивая Эолу за собой.       — Поэтому сейчас мы идём ужинать! Я уверена, что Сара оставила нам с тобой свободный столик на балкончике, — Эмбер улыбалась, переплетая свои мозолистые пальцы с нежными пальцами Эолы и начиная тянуть девушку сильнее, при этом разворачиваясь вперёд. — Так что давай поспешим, м?       Ведомая вперёд энергичным скаутом, Эола не спеша шла вслед за ней, словно лист, покорно летящий на потоках ветра. Одной рукой сжимая в ответ чужую руку, второй рукой она придерживала длинный подол своего платья, чтобы случайно не оступиться, пока они спускались по лестнице.       — Чего бы сегодня тебе хотелось заказать? — беззаботно спросила Эмбер.       — Я не знаю, — протянула Эола в ответ, — может, фруктовых шашлычков с грибами? Или что-нибудь лёгкое? Мятное желе?       Эмбер звонко засмеялась, останавливаясь на месте. Они почти подошли к Хорошему Охотнику. До выхода на оживлённую площадь оставалось буквально несколько шагов, но сейчас они были в тени балкончика, что скрывала их от снующих туда-сюда людей, а стоящие там столики пустовали.       Вновь повернувшись к Эоле лицом, девушка лукаво улыбнулась.       — Неправда, — сказала она.       Отпустив чужую ладонь, Эола хотела было возразить и уже открыла рот для своего решительного «нет», как в этот момент её живот издал громкое урчание, заставившее её тут же покрасенть.       — Н-не понимаю о чём ты, — постаралась выкрутиться Эола, но на самом деле она прекрасно понимала, что Эмбер не обманешь.       Эмбер осмотрела стоящую перед ней девушку с ног до головы.       Великолепная, словно цветок с яркими и нежными лепестками, перед ней стояла Эола. Когда-то изящная и тонкая, как молодое деревце, теперь же совершенно фантастическая, пышная во всех смыслах девушка.       Собранные в слегка небрежный пучок светлые волосы, очаровательный румянец на лице. Чёлка, чуть спадающая на глаза, которые старались не смотреть на Эмбер. Очаровательно.       Одетая в длинное тёмно-синее платье, — которое заботливо для неё выбрала Эмбер, — она была прекрасна. Большая грудь красиво лежала в вырезе не сильно глубокого декольте, притягивая к себе взгляд. Пара лент в тон платья, пересекающих его крест-накрест уходили к плечам, чтобы поддерживать форму и не давать бретелям попытаться соскользнуть по покатым плечам. От лифа платье сразу струилось вниз до самой земли лёгкими слоями ткани, подчёркивая каждый изгиб тела девушки.       Выпирающий вперёд мягкий живот, верхняя часть которого сейчас была маленькой, мягкой и податливой, оттого что с обеда прошло уже довольно много времени, а нижняя часть широкой дугой выгибалась, обрамленная тканью выступала вперёд куда сильнее, создавая широкий силуэт. Широкие бёдра и округлые, пышные ягодицы, которые поддерживали всю эту мягкость живота и помогали девушке сохранить баланс. Каждая складка ткани обрамляла сочную, покатую форму, струясь вниз.       Каждая мягкая линия Эолы была прекрасна.       — Мне кажется, что этого явно будет мало для тебя, — проворковала Эмбер.       Она подошла к Эоле, опуская руку в области её талии, касаясь ткани платья кончиками пальцев. Поймав глазами лёгкий согласный кивок девушки, дающей ей разрешение, Эмбер положила свою руку, чуть поглаживая выдающийся вперёд мягкий бочок.       — Такой невообразимой красавице совершенно точно положен сытный и вкусный ужин в компании такой замечательной меня, — прошептала Эмбер, делая ещё шаг ближе к Эоле, рукой опускаясь ниже, проводя по нижней, скрытой платьем и мягкой словно тесто, части выступающего вперёд чужого живота, покачивая её, немного приподнимая, вжимаясь своим подтянутым телом в чужую мягкость. — Тем более у нас с тобой свидание!       — Ах, — выдохнула Эола от ощущения чужой руки на своём животе и вжимающегося в неё тела.       Сделав ещё пару покачиваний мягкого и податливого живота Эолы, Эмбер отстранилась, наблюдая за тем, как чужое тело ещё немного дрожит, словно потревоженное мятное желе, заставляя лёгкий материал платья так же колыхаться, словно от дуновения ветра.       — Пойдём, милая, — проворковала Эмбер.       — Пойдём, — прошептала Эола, делая уверенный шаг вперёд и выходя на площадь, словно она на самом деле принадлежала ей.       Эмбер смотрела, как покачиваются ягодицы Эолы, скрытые струящейся тёмно-синей тканью. Это было прекрасное зрелище, она бы могла любоваться этим вечно.       — Эмбер, — Эола обернулась, показывая себя во всей своей пышной красе, — чего же ты ждёшь? Где же наш столик, м?       В пару быстрых шагов Эмбер нагнала Эолу, улыбаясь подхватывая её под руку и повела ко входу в таверну, второй рукой помахав Саре.       — Сара, привет! Как там наш столик на балконе?       — Эмбер, Эола, здравствуйте, проходите, — улыбнулась девушка. — Сегодня у нас не так уж и оживлённо, так что весь балкон в вашем распоряжении, девочки.       Эола удовлетворённо хмыкнула.       — Повезло нам с тобой, — засмеялась Эмбер.       — Проходите, — Сара указала на дверь, ведущую внутрь таверны.       — Спасибо, Сара, — сказала Эола, второй рукой вновь подхватывая полы своего платья, чтобы ей было удобнее подниматься по лестнице на второй этаж. — сначала мы присядем за столик, а Эмбер чуть позже сделает наш заказ.       Эмбер галантно открыла дверь перед Эолой, пропуская девушку вперёд. Та вошла в таверну, тут же направляясь к лестнице, ведущей на второй этаж, а там и к двери, ведущей на балкон. Гордо шагающая вперёд Эола не обращала никакого внимания на окружающих её посетителей таверны, словно она была в ней одна.       Как только девушки оказались на балконе, Эмбер выдвинула для Эолы стул, безмолвно предложив ей с комфортом присесть за столик, выбирая место с хорошим видом на фонтан. Эола благородно приняла её предложение, придерживаясь руками платье, тяжело опускаясь на деревянное сиденье. Мебель жалобно скрипнула под немаленьким весом девушки.       — Уф, — выдохнула она, откидываясь на спинку стула.       Эола не хотела признавать этого вслух, но было очевидно, что она утомилась, пока они вместе с Эмбер шли к таверне. Раньше такая прогулка для неё была парой пустяков, но теперь это было испытанием.       — Я сделаю нам небольшой заказ у стойки, ты не против, милая? — Эмбер заправила выбившуюся прядь чёлки за ухо Эолы, пока та незаметно пыталась отдышаться.       — Да, пожалуйста, — кивнула Эола, — На твой выбор.       Быстро чмокнув Эолу в слегка алую щёку, Эмбер тут же убежала к стойке, где стояла Сара, чтобы сделать заказ. Эола же осталась сидеть за столом, делая ровные вдохи и выдохи.       Как только она немного отдышалась, Эола поёрзала на стуле, неприятно скрипя им, усаживаясь поудобнее и раздвигая ноги в стороны пошире, чтобы освободить между ними побольше места для живота и хотя бы попытаться сделать его визуально чуть меньше, чем он есть на самом деле. Она поправила своё платье, снова расправляя складки, пытаясь снова хоть немного скрыть выступающий вперёд живот. Совершенно невыполнимая задача. Он был слишком большим и спрятать его уже давно было совершенно невозможно.       Настолько очевидно.       Через минуту вернулась Эмбер, усаживаясь на стул рядом.       — Сара сказала что нужно подождать несколько минут.       Живот Эолы снова издал громкое урчание, настойчиво требуя наполнить его, заставившее Эмбер улыбнуться. Она совершенно беззастенчиво протянула руку и потёрла верхнюю его часть круговыми движениями, чуть продавливая и проминая её пальцами.       — У нас с тобой сегодня свидание, так что я заказала побольше вкусняшек, — Эмбер улыбнулась, наклоняясь ближе к Эоле, продолжая поглаживать чужой живот выводя круги. — Ты же не откажешь мне в этом, м?       Эола лишь вздохнула. Она знала, что так и будет.       — Всё ради тебя, — ответила она.       Глядя на то, как ярко Эмбер улыбается, Эола чувствовала себя счастливой.       Будучи благородной дочерью семьи Лоуренс, Эола была гордой, хорошо воспитанной девушкой. Она так же была отличным рыцарем. Но ради Эмбер она была готова на что угодно.       Даже наесть себе большой, мягкий и неповоротливый толстый живот.       — А вот и ваши блюда, девочки, — весело оповестила их Сара, вышедшая на балкон с большим подносом в руках. И тут же принялась выставлять полные еды горячие тарелки на стол. — Чуть позже я принесу остальные. А пока кушайте.       — Спасибо, Сара, — ответила Эмбер, не отрываясь от своего занятия.       Выложив приборы, Сара быстро вышла, прикрыв за собой дверь. Если она и заметила творящиеся на балконе нежности, она не подала виду.       Как заботливо с её стороны.       — Приятного аппетита, милая, — проворковала Эмбер, неохотно отрываясь от живота Эолы, чтобы пододвинуть к ней поближе большую тарелку медового мяса с морковкой.       — И тебе, — ответила Эола, подхватывая вилку и нож, наклоняясь вперёд поближе к столу, тут же отрезая себе кусочек сочного мяса.       Эмбер с сиянием в глазах смотрела, как Эола укус за укусом ела свою еду. Плавными движениями, словно танцуя, нож и вилка понемногу, кусочек за кусочком, отрезали нежное мясо и отправляли его прямо в рот Эолы. Она смаковала каждый укус, каждый кусочек. Неудивительно, но тарелка довольно быстро опустела.       Как хорошо, что Сара принесла сразу несколько заказанных блюд.       — Вкусно? — Эмбер поёрзала на стуле.       Её руки как будто невзначай придвинули поближе к Эоле тарелку с ещё хранящей тепло сборной запеканкой.       — Как всегда восхитительно, — ответила Эола, отодвигая подальше пустую тарелку, и притягивая ближе запеканку. — Здесь отлично готовят, как и всегда. — Она подхватила ложку и продолжила есть, словно ни в чём не бывало.       Эмбер улыбнулась, наконец сама приступая к своему мясному стейку и овощному салату. Хотя её глаза были направлены не в свою тарелку, а в чужую, всё так же быстро пустеющую.       Они отлично проводили время, продолжая переговариваться время от времени на разные отвлеченные темы. Больше говорила Эмбер, а Эола предпочитала слушать и есть. Голоса, доносящиеся до них с площади были приглушёнными, но иногда можно было расслышать некоторые отдельные фразы.       Шум таверны за закрытой дверью был тише, чем в обычные дни, поскольку сегодня вечером и вправду было куда меньше посетителей.       Дверь на балкон снова открылась, и Сара с весёлой улыбкой забрала пустые тарелки, поставив взамен них новые блюда, от которых поднимался пар. Пара кружек яблочного напитка появилась на столе в дополнение к принесённым ей блюдам. Она улыбнулась и пообещала, что скоро принесёт и десерт.       — Сегодня ты себе ни в чём не отказываешь, да? — весело спросила Эола, глядя на сочную, пышущую жаром стопку расти-горы перед собой. Она рукой немного погладила верхнюю часть своего живота, снова наклоняясь ближе к столу.       Эмбер подпёрла кулачком щёку, облокотившись о стол.       — А если и так?       Эола хмыкнула, вместо ответа под чужим пристальным взглядом принимаясь разрезать ножом первый сочный кусок мяса на тарелке перед ней. Было очевидно, что она уже съела куда больше, чем мог съесть нормальный человек. Но она всё-равно продолжила есть дальше.       — Знаешь, — Эмбер начала говорить, склоняя голову, чтобы ей было удобнее смотреть на Эолу, — ты сегодня выглядишь шикарно.       Эола не стала утруждать себя ответом, хмыкнув и одним только взглядом выражая свои мысли, пока продолжала есть сочное и жирное мясо с сыром. Это естественно, что она, — как благородная дама, — всегда выглядела великолепно. Даже если ела большую тарелку мяса, которое пропиталось ароматом приправ и просто разваливалось на нежные волокна прямо на языке.       — Я так люблю смотреть, как ты ешь, — улыбнулась Эмбер.       Эола вновь доела уже третье сытное блюдо, заказанное для неё Эмбер. С тихим выдохом отодвигая тарелку от себя, она элегантно стёрла салфеткой лишний мясной сок со своих губ. Но на место только что отодвинутой подальше тарелки тут же юркие руки Эмбер поставили новую большую порцию ароматно пахнущего сливочного рагу. Сама же она отодвинула подальше от себя свой недоеденный стейк. Но чтобы не пропадать еде, последние пару укусов она скормила со своей вилки Эоле.       — Ты меня балуешь, Эмбер, — Эола с готовностью доела чужое блюдо за пару укусов т посмотрела на поставленную перед ней тарелку. Она уже чувствовала, что была вполне сыта, хоть и далеко не достигла предела. Два мясных блюда и запеканка уже создавали приятное наполнение в её животе, но вот перед ней стоит ещё одно блюдо. Сливочное и сытное.       А впереди был ещё и десерт.       Рука Эмбер вновь оказалась на верхней части живота Эолы, поглаживая его. Теперь, после съеденных сытных блюд, он больше не был мягким и податливым, как раньше. В нём теперь ощущалась небольшая твёрдость от съеденной девушкой еды, но в то же время Эмбер чувствовала, что он и не был туго набит и там есть место.       — У тебя есть ещё много места, милая, — проворковала Эмбер, продолжая поглаживать чужой живот.       Эола вздохнула, подхватывая ложку и отправляя в рот рагу. Нежный сливочный вкус тут же заставил её удовлетворённо замурчать. Всё-же в Хорошем Охотнике были отличные повара, которые знали своё дело.       Тем временем небо уже давно начало темнеть, а солнечные лучи почти не проглядывали сквозь черепичные крыши домов. Стоящая рядом лампа светила приятным жёлтым светом, озаряя все вокруг. Пока Эола ела своё рагу, Сара вновь принесла пару тарелок, но в этот раз уже с десертами, снова забирая пустые тарелки.       — Уф, — когда последняя ложка рагу оказалась съедена, Эола чуть откинулась на спинку стула. Стул скрипнул, немного протестуя.       — А теперь настало время десерта, — промурлыкала Эмбер, убирая пустую тарелку и ставя на её место тарелку с кусочками яблочного рулета.       Эола лениво взглянула на сладости перед ней без особого энтузиазма. Она уже была вполне сыта. Её вдохи и выдохи уже стали чуть короче, чем раньше. Живот под тканью платья был натянут и его верхняя часть выпирала вперёд. Она подхватила кружку, принесённую Сарой, и сделала несколько глотков яблочного напитка, чтобы смочить горло и дать себе небольшую передышку.       Снова поёрзав на стуле, который издал несколько скрипов, Эола раздвинула ноги ещё чуть шире, чтобы живот опустился между ними ещё чуть-чуть ниже, освобождая побольше места в заполненном желудке.       Эмбер неспешно доедала свой салат, делая вид что не заметила этой заминки.       — Сегодня ты явно хочешь, чтобы я не смогла пошевелиться, Эмбер, — пробормотала Эола, снова беря в руки приборы. — Ещё немного и я достигну предела.       — Разве? Мне кажется что ты ещё много сможешь съесть.       Вместо ответа, Эола приступила к первому десерту. Сладкий яблочный рулет словно таял на языке и как будто открыл у неё второе дыхание. В последнее время сладкие десерты стали её слабостью, которой так любила пользоваться Эмбер. Эола быстро орудовала ножом и вилкой, поднося кусочки сладости от тарелки ко рту в ритме, напоминающем танец. Тарелка быстро опустела.       В то же мгновение Эмбер поставила на её место новую тарелку с горкой блинчиков к чаю. Хорошей горкой, политой ягодным вареньем.       Эола сглотнула.       — Ты ведь любишь блинчики, Эола, — проворковала Эмбер, улыбаясь. — У тебя всегда для них есть немного места в животике.       Руки девушки снова бесцеремонно оказались на верхней части живота Эолы и принялись поглаживать его круговыми движениями, время от времени надавливая на особо напряжённые места. Эмбер слишком хорошо знала, что Эола и вправду не могла отказаться от воздушных, сладких блинчиков. И так же она знала, что небольшой массаж с лёгкостью освободит немного места в её набитом животе.       — Ах, — выдохнула Эола, прикрывая рот ладонью, выпуская тихую отрыжку.       Такое было не принято в высшем обществе.       Снова беря в руки нож и вилку, Эола приступила к поеданию лежащих на тарелке блинчиков.       Довольная Эмбер взяла одной рукой свою кружку с яблочным напитком, делая пару глотков. Вторая рука продолжала поглаживать чужой живот, словно отпустить его было выше её сил. Пальцы невесомо выводили круги по напряжённому куполу, время от времени опускаясь ниже, проходясь по большой кривой. Иногда они опускались ниже, подхватывая нижний валик живота, немного проминая его, словно тесто и слегка покачивая.       Эола в то же время один за другим отправляла в рот золотистые, политые вареньем блинчики. Каждый следующий шёл медленнее, чем предыдущий. Напряжённый живот уже доставлял ей сильный дискомфорт, отдавая болью от того, что он был так переполнен едой и туго натянут, но она упорно продолжала есть. Последний кусочек дался ей с большим трудом, но в итоге тарелка наконец опустела.       — Х-ха, х-ха, — тяжело задышала Эола, откладывая в сторону вилку и нож, снова откидываясь назад на спинку стула.       — М-м, — застонала Эмбер.       Она прижалась к Эоле, обхватывая её пышную фигуру руками, стараясь сильно не давить на самую напряжённую часть чужого живота.       — Уф, — выдохнула Эола, наконец проводя своей собственной рукой по напряжённому животу, оценивая, насколько он был тугим под её пальцами. Очевидно, в него не могло больше поместиться ни единого кусочка.       У неё не было никаких сил и места, чтобы допить свой яблочный напиток.       — Я так тебя люблю, — с придыханием прошептала Эмбер куда-то в шею Эоле, но та её практически не слышала. — Это свидание точно одно из лучших, что у нас были.       Они какое-то время обнимались сидя за столом балкона Хорошего Охотника, а вокруг них уже сгустилась ночь, разгоняемая лишь жёлтым светом лампы, огнями уличных фонарей и тёплым светом окон.       — Я думаю, уф, нам пора, — тихонько прошептала Эола, не отнимая руки от своего живота.       — Ты права, — кивнула Эмбер, легко поднимаясь со всего стула. — Я думаю, Сара уже ждёт, когда мы с тобой освободим столик, — засмеялась она.       Ловко отодвинув свой стул в сторону, Эмбер толкнула и стол, двигая его подальше от всё-ещё тяжело сидящей на стуле Эолы. Посуда жалобно звякнула, а ножки стола неприятно скрипнули по дереву, но ни она, ни Эола не придали этому никакого значения. Эола немного неловко поёрзала на снова заскрипевшем стуле, придвигаясь ближе к краю.       — Давай, милая, — Эмбер протянула к девушке руки в приглашающем жесте.       Эола с благодарным взглядом приняла протянутые ей ладони, с усилием поднимаясь со стула.       Сама, без помощи Эмбер, она точно не была готова подняться.       — Х-пф!       С помощью чужих заботливых рук она смогла встать и с кряхтением выпрямиться. Пару раз покачнувшись, она нашла точку равновесия и осторожно переставила ноги в более удобную позицию. Её платье дёрнулось, покачиваясь и по-новому ложась складками на теперь до предела туго набитом едой, выступающем вперёд животе. Скорее, словно занавес, складки расступились ближе к бокам, обрамляя натянутую верхнюю часть сферы. Грудь же пристроилось на ней, словно это удобная полка, слегка раздвигаясь в разные стороны.       Эмбер прикусила нижнюю губу. Это было горячо.       — Идём домой, — на выдохе прошептала Эола, выпуская одну руку Эмбер, тут же снова прижимая её к своему напряжённому животу в попытке его немного успокоить.       — Д-да, — промямлила та в ответ.       Они неспешно спустились к выходу, извинившись перед Сарой за то, что так задержались.       — Девочки, не волнуйтесь, — засмеялась та в ответ, оглядывая их. — Ничего страшного. Счастливого вам пути.       Эмбер помахала Саре в ответ, улыбаясь. Эола же не смогла найти в себе на это силы и лишь улыбнулась.       Сара весело махала им в ответ, собирая с ближайших столов грязную посуду. На удивление, за столиком всё-ещё сидело пару человек, так что Эмбер и Эола не были самыми поздними пташками, которые здесь засиделись.       Они свернули за угол, неспешно направляясь тем же путём что и пришли обратно в штаб рыцарей Ордо Фавониус. Эола шла мучительно медленно, из-за переполненного живота ей приходилось идти немного вперевалку. Дойдя до первой на их пути лестницы, она с напряжённым «уф» подхватила подол своего платья второй рукой и принялась упорно шагать по ступенькам вверх, делая небольшие перерывы после каждого шага и напряжённо выдыхая. Эмбер шла рядом в её темпе, чтобы быть рядом и подстраховать, если вдруг это понадобится.       — Уф, — сопела Эола, — это тяжело.       Сейчас она казалась себе огромной и неповоротливой, словно кабан, бегающий по Спрингвейлу. Но даже кабан был бы куда ловчее, чем она сейчас.       — Ты молодец, — подбадривала её Эмбер.       — Уф, — выдохнула Эола, наконец преодолев последнюю ступеньку этой лестницы и поворачивая в другую сторону, чтобы продолжить путь. — Боюсь, что скоро я не смогу больше, уф, ходить на такие свидания.       Эмбер остановилась и непонимающе уставилась на девушку перед ней.       — Что ты имеешь ввиду? — растерянно спросила она.       Эола сделала ещё несколько тяжёлых шагов и, неловко покачиваясь, полностью повернулась лицом к Эмбер. Её рука всё-ещё потирала напряжённый живот, а второй рукой она подхватила подол своего платья, отводя его в сторону, заставив его чётко очертить с одного бока большую округлую форму всего её огромного живота, что на самом деле под всей этой струящейся тканью низко свисал, укладываясь и нависая большим валиком над её широкими бёдрами, мешая ей ходить. И это лишь чтобы попытаться исполнить некое немного неуклюжее подобие книксена. А после она отпустила подол платья, и то снова, словно по волшебству, скрыло её реальные объёмы.       — Я теперь слишком толстая, Эмбер, — сказала она прямо, выпрямляясь.       По спине Эмбер пробежали крупные мурашки от этих слов, а в дёрнувшихся кончиках пальцев словно прошла слабая дрожь предвкушения. Это признание было резким и прямым, как иногда бывала сама Эола.       — Сегодняшний наш ужин, уф, был таким большим, плотным и сытным, что мне тяжело двигаться, — Эола погладила свой живот теперь двумя руками, успокаивая его, заставив всю немалую его массу несколько раз подпрыгнуть. Ткань платья покачивалась волнами от движений её рук. — Я боюсь, что просто, уф, в один момент не смогу дойти домой, если мы продолжим наши свидания, уф. Особенно, если эти свидания будут, ух, слишком частыми. Если ты понимаешь, уф, о чём я, Эмбер.       Эмбер видела, что Эоле тяжело даже говорить, но та упорно стояла перед ней.       — Я уже давно чувствовала, что мне сложно, уф, заниматься повседневными вещами, — продолжила она, разворачиваясь, чтобы продолжить вперевалочку идти к штабу Ордо Фавониус. Ей ужасно хотелось оказаться в своей постели и отдохнуть после плотного ужина и насыщенной прогулки. — И я знаю, уф, что в перспективе дальше мне будет только сложнее. Ведь, уф, тебе нравится смотреть, как я наедаюсь до предела. С твоей, уф, помощью, я стала такой толстой, Эмбер.       Эмбер в два широких шага нагнала Эолу, тут же снова подстраиваясь под её темп.       — Эола, — прошептала она.       — Уф, не отрицай, — улыбнулась она, — я теперь толстая, ужасно толстая. И тебе это нравится!       Эмбер подхватила Эолу под руку, легонько прижимаясь к ней, чтобы не помешать той идти.       — Очень нравится! — горячо подтвердила Эмбер. — Очень нравишься ты!       Эола засмеялась, вновь и вновь поглаживая свой напряжённый живот, пытаясь хоть немного ослабить давление от такого количества съеденной пищи. Впереди её ждало ещё несколько лестниц, чтобы добраться до Ордо Фавониус, а затем ещё и предстояло подняться выше, добираясь до своей комнаты.       — Мы всегда можем заказать доставку из Хорошего Охотника, Сара нам никогда не откажет, — начала тараторить Эмбер, — Даже заказать еду на вынос в Доле Ангелов или Кошкином Хвосте. О, или! Попросить Путешественницу приготовить какие-нибудь иностранные блюда, ведь та уже много повидала и много где успела побывать. Или же, самое интересное, — приготовить ужин самим.       Эола слушала счастливое бормотание Эмбер и с трудом боролась со своим собственным телом, начав ещё один подъём по лестнице. Поскольку она уже утомилась, поднимаясь по первой лестнице, она вполне представляла, что чем дальше она будет подниматься вверх, тем быстрее и сильнее она устанет.       — Ух, — выдохнула она, потихоньку переваливаясь со ступеньки на ступеньку, — ты права, мы могли бы заказать, хп, еду. Или приготовить, уф, самостоятельно.       — Ох, милая, — картинно вздохнула Эмбер, перехватывая чужую руку так, чтобы Эола могла на неё опереться, перенеся хотя бы небольшую часть своего немаленького веса. — Ты права, я должна быть к тебе куда внимательнее.       Эола немного сдавленно захихикала, делая ещё несколько шагов по лестнице вверх. Понемногу, маленькими шагами двигаясь вперёд. Архонты, она уже чувствовала, как дышать становилось сложнее, а её ноги уже давно устали. Она была рада, что изначально предпочла мягкую кожаную обувь на небольшом комфортном каблучке когда-то любимым ею высоким каблукам.       — Эола, скажи, если тебе будет нужна передышка, — немного взволнованно пробормотала Эмбер, когда до здания Ордо Фавониус оставалось пройти меньше половины последней, особенно длинной лестницы.       — Я, ух, в порядке, — пробормотала Эола, продолжая медленно подниматься. Она уже успела сильно вспотеть и её лицо взмокло, заставив прилипнуть её светлую чёлку к щекам. Эола понимала, что без руки Эмбер, которая заботливо, но очень твёрдо поддерживала её, она бы не смогла так быстро идти.       — Мы почти дошли до штаба, — улыбнулась Эмбер.       Когда Эола смогла преодолеть последние ступени лестницы, она остановилась, чтобы отдышаться, чуть нагнувшись вперёд, подперев свою поясницу рукой, а другой опираясь на Эмбер.       — Т-тяжело, хпф, ух, — выдохнула Эола.       Продолжая поддерживать Эолу под руку, Эмбер заботливо поправила девушке чёлку, чтобы убрать её с глаз. Заметив, что девушка сильно вспотела от такой нагрузки, она достала из кармана носовой платок и промокнула капли пота с чужого лба и щёк.       Эола благодарно улыбнулась.       — Осталось совсем немного, милая, — подбодрила девушку Эмбер.       Эола глубоко вдохнула и выпрямилась.       — Уф, ты права, пойдём, — собрав все свои оставшиеся силы, Эола снова продолжила идти. Пока она поднималась, опираясь на руку Эмбер, идти ей было куда легче. Давление в набитом животе уже не так сильно ей мешало как раньше, а ещё она немного отдышалась и передохнула, но ноги уасно болели от усталости. Дойти до её комнаты уже оставалось не так уж и далеко. Маленькая лестница в основной зал, а потом всего-то подняться на третий этаж, опираясь на деревянные перила и заботливую руку Эмбер.       Выполнимая задача.       Рыцари, стоящие караулом у входа Ордо Фавониус переглянулись, как только увидели девушек. Они знали, что им бы стоило помочь, но Эола не оценит такой жест с их стороны.       — Хорошего караула, ребята, — улыбнулась Эмбер, помогая Эоле подняться на ступеньки крыльца к двери в штаб. У той точно уже не было никаких сил на любезности.       — Спокойной ночи, — отдал им салют Атос.       Несущие караулы уже давно привыкли к тому, что иногда девушки возвращаются довольно поздно. И что нынешняя скорость Эолы давно уже не такая, как раньше.       Да и сама Эола не такая, как раньше.       Относительно быстро миновав парадные двери и просторный, выложенной в шахматном порядке плиткой пол и освещённый двумя люстрами с зажжёными в них свечами, холл для общих собраний, девушки достигли финального испытания — лестницы. Эола ухватилась за деревянный поручень, останавливаясь снова немного передохнуть, опираясь на надёжные перила.       — Осталось совсем ничего, милая, — подбодрила Эолу Эмбер, снова заботливо промакивая опять выступившие капли пота на чужом лице.       — Я так, ух, устала, — пробормотала Эола.       — Всего лишь подняться на третий этаж по лестнице, и можно будет расслабиться. Осталось немножко!       — Уф, уф, — тяжело сделала несколько вдохов Эола. Она напрягалась, выпрямляя уставшую спину и сильнее сжимая поручень и чужую руку, начала подъём вверх.       «Последний рывок,» — мысленно твердила она себе, переставляя натруженные ноги.       Ступенька за ступенькой, понемногу поднимаясь по лестнице, она сначала поднялась на второй этаж. Её ноги с каждым немного нетвёрдым шагом толкали вверх нижний валик её большого живота, заставляя его подпрыгивать и трястись, затрудняя подъём вверх. Податливый жир дёргался и колыхался, приподнимаемый то слева, то справа, что не ускользало от внимательного взгляда Эмбер, которая всё-так же помогала Эоле идти, поддерживая её.       Пройдя пару поворотов лестницы, на площадке пришлось снова сделать небольшую передышку.       — П-почти, хпф, — натужно протянула Эола.       Не став давать себе много времени на восстановление сил, а лишь сделав несколько напряжённых вдохов и выдохов, она решила продолжить подниматься вверх, чтобы поскорее достичь своей комнаты. Всё, о чём ей хотелось думать — лишь мягкая кровать, на которой она могла бы наконец прилечь и отдохнуть.       — Ты почти у цели, — прошептала Эмбер на ухо Эоле, всё так же продолжая поддерживать чужую руку. — Осталось буквально несколько шагов.       Эола глубоко вдохнула, и, поднатужившись, поднялась на последний небольшой пролёт лестницы, оказываясь на третьем этаже. До заветной комнаты оставалось лишь рукой подать.       — К-как же, хпф, я устала, ах, Эм-мбер, уф, — уже практически задыхаясь прошептала она, перемежая слова с сопениями и шумными вдохами. Сердце Эолы буквально стучало у неё в ушах, не давая ничего услышать. Она прижалась ладонью к стене, опираясь на неё и глубоко глотая воздух, пытаясь отдышаться.       В благородном обществе так было не принято, но Эоле было совершенно на это наплевать.       Она ужасно устала.       Не говоря ни слова, Эмбер, дав Эоле немного перевести дух, бережно поддерживая ту за руку, медленно довела тяжело дышащую девушку до двери комнаты. Она ловко вытащила из своего кармана ключ от комнаты, отпирая дверь и широко распахивая её, чтобы пропустить полную девушку вперёд. Опираясь рукой на дверной косяк, Эола наконец вошла в комнату, продолжая тяжело дышать и делая тяжёлые шаги вперёд в её темноту, наконец выпуская чужую руку.       Эмбер тут же юрко проскользнула следом, надёжно запирая за собой дверь и быстро подойдя к письменному столу, заваленному документами, зажгла небольшую настольную лампу.       — Уф-ф, наконец-то, уф, — Эола осторожными шагами направилась к кровати, намереваясь наконец отдохнуть.       — Постой, милая. Дай мне наконец снять с тебя это великолепное платье, — Эмбер подошла к девушке, останавливая её, нежно приобнимая рукой, проводя по чужой спине.       Эола кивнула и покорно замерла на месте.       Говорить совсем не было сил.       Осторожно проведя рукой по чужой спине выше, Эмбер развязала ленту, которая удерживала верх платья. Распустив небольшую шнуровку, которая была по сути больше символической, чем функциональной, Эмбер ослабила лиф платья.       — Подними руки, пожалуйста, — нежно попросила Эмбер, наклоняясь вниз и подхватывая подол платья, поднимая его, чтобы стянуть его с девушки и наконец снять.       Лёгким движением чужих рук, ткань тёмно-синего платья буквально соскользнула с пышного тела Эолы и была отброшена куда-то в сторону стоящего в углу диванчика, оставив её в небольшой шёлковой короткой белой сорочке на тонких бретельках. Та была надета на неё под платьем, как небольшое подобие нижнего белья и довольно сильно обтягивала внушительные формы девушки, удерживая их мягкие объёмы и выделяя все плюшевые изгибы. Из-под сорочки были видны такие же белые панталоны.       — Ох, Эола, — игриво протянула Эмбер, — эта сорочка тебе уже давно мала. Как ты вообще умудрилась в неё втиснуться?       Вопрос был, естественно, риторический.       Руки Эмбер тут же словно приклеились к чужому животу, совершенно беззастенчиво задирая сорочку выше, заставляя ткань собраться под большой грудью и чуть приоткрывать все-ещё туго набитую и немного покрасневшую верхнюю часть живота. Пояс больших панталонов, в которые была одета девушка был высоким, чтобы удобно удерживать внушительные объёмы живота и пышных бочков с комфортом. Так что была видна совсем небольшая полоска кожи.       — Эта сорочка всё-ещё моего размера, уф, не понимаю о чём ты, Эмбер, — пробормотала Эола, отворачиваясь и немного краснея.       Она точно никогда не скажет, что на самом деле втиснуть свои внушительные объёмы в эту сорочку было сложновато. Ей пришлось основательно повертеться, чтобы натянуть её и при этом чтобы ей было комфортно, но не слишком туго.       Эмбер прищурилась лукаво, одной рукой касаясь пояса панталонов, подцепляя его пальцем и чуть-чуть оттягивая. Оценивая, сколько свободного места осталось в этой части белья. Тоненькие, но мозолистые пальцы девушки легко проскользнули под пояс, начиная медленно, понемногу стягивать его ниже, открывая ещё больше натянутой слегка покрасневшей кожи.       — Ты прекрасна, — прошептала Эмбер на выдохе. — Но на тебе всё-ещё слишком много одежды, милая. Хотя эту сорочку я бы всё-таки оставила.       Эола тоже подцепила рукой пояс панталонов, начиная помогать Эмбер снять с себя лишнюю одежду. Вместе они быстро дошли до самой широкой части её живота, где растянутый почти до максимума пояс прилегал к телу сильнее всего, но он быстро соскользнул ниже. Своей второй рукой Эола стянула пояс сзади, в конечном итоге заставив шёлковую ткань панталонов шлёпнуться на покрытый ковром пол вокруг её ног.       Теперь Эола была лишь в приподнятой под грудь вверх сорочке и туфлях.       — Пойдём на кровать, — проворковала Эмбер, поглаживая рукой выпирающий вперёд живот Эолы и немного встряхивая его, наблюдая за покачиваниями мягкой плоти. — Пора наконец дать тебе отдохнуть.       Осторожно перешагивая бельё, сброшенное на пол, Эола направилась к кровати, стоящей в углу комнаты. Как только она подошла к ней, то тут же тяжело плюхнулась на одеяло, сразу откидываясь на спину, совершенно не заботясь о жалобно скрипнувшей ножками по полу мебели. К счастью, она давно заменила обычную кровать на более крепкую, что могла легко выдержать её далеко немаленький вес даже сейчас.       Эмбер тут же присела на колени, стягивая с чужих ног обувь и делая небольшой массаж стоп, чтобы расслабить ноги, вызывая тихие стоны удовольствия у сидящей девушки.       — Хочешь я сделаю тебе массаж с лосьоном из валяшек и сесилий?       — М-м, не надо, — Эола стала потирать свой живот руками, ощупывая кожу пальцами. Ничего не случится, если она не намажет лосьоном её один разочек. — Я так устала, давай просто ляжем спать?       Эмбер улыбнулась, присоединяясь к поглаживанию чужого живота.       — Тогда ложись и двигайся, милая, — промурлыкала она, — я хочу лечь рядом и обнять тебя.       Эола лениво и немного разочарованно простонала, что ей придётся подняться, но неловко встала с кровати, чтобы откинуть в сторону одеяло, и принялась укладываться так, чтобы удобно лежать на боку спиной к краю. Ей потребовалось время, чтобы удобно улечься, выкатывая свой толстый живот вперёд, ближе к середине большой кровати, дать ему буквально растечься по матрасу. Быть пышной во всех смыслах ей нравилось, но это было тяжело и иногда откровенно мешало. Хотя Эола прекрасно знала, что впереди её ждёт ещё больше ограничений в подвижности.       За спиной она слышала возню Эмбер, которая сама раздевалась, чтобы лечь вместе с ней.       — У нас с тобой сегодня было замечательное свидание, — весело сказала Эмбер, подходя к кровати с другой стороны и забираясь на вторую половину, тут же придвигаясь ближе, подкладывая одну руку под голову, а второй снова начиная поглаживать чужой живот.       — Да, у нас было отличное свидание, — улыбнулась ей в ответ Эола, набрасывая на них тонкое одеяло и убирая своей рукой чужую чёлку в сторону, чтобы было удобнее смотреть Эмбер в глаза. — Но я и правда думаю, что такие свидания теперь для меня просто слишком. Мондштадт просто ужасен с его бесконечными лестницами. Я просто без сил, практически не чувствую свои ноги. Так что следующее свидание я хочу провести с тобой в постели. Простишь мне мою слабость?       — С радостью прощу! — горячо воскликнула Эмбер. — И буду прощать все твои слабости сколько угодно.       — Ты всегда меня так балуешь, — Эола улыбнулась.       Улыбка, которую Эола показывала только Эмбер наедине была особенной, искренней.       Будучи благородной дочерью семьи Лоуренс, Эола должна была следовать многим правилам поведения в высшем обществе и правилам своей семьи. Она это знала, и когда-то соответствовала всему, чем она должна была быть по меркам высшего общества и оправдывала все возложенные на неё ожидания. Потом, когда она решила бросить все надежды и стремления своей семьи, она была идеальным рыцарем Ордо Фавониус. Не боялась вступить в бой, не боялась ничего, потому что бок о бок с ней были надёжные товарищи.       — Конечно, — весело улыбнулась в ответ Эмбер, придвигаясь ещё ближе и целуя девушку в горячую, румяную щёку.       — Люблю тебя, — прошептала Эола, немного неловко из-за мешающего ей большого живота, лежащего между ними, обняла Эмбер.       — Я тоже тебя люблю, милая.       Эмбер прижалась к мягкому телу Эолы лишь сильнее, снова целуя.       А что же сейчас?       Сейчас Эола просто, — без лишних слов, прикрас и титулов, — была счастлива.