Горничная на час

      — М-малфой?! К-какого Мордреда?! — вспыхнул Поттер, впиваясь пальцами в кресло, обитое тёмной кожей, когда завидел вошедшего Драко.       — Чего изволите, Господин? — чуть не откусив себе язык выдавил слизеринец оговорённую фразу, элегантно приподымая тонкими пальцами подол костюма в декоративном намёке на реверанс.       Отыграть роль и надрать задницу Блейзу — вот и всё, о чём он сейчас мечтал. Если должен что-то сделать — сделай это быстро, особенно когда проиграл в споре и… вынужден красоваться в чулках и чёрной юбке с передником перед худшим, кого только можно представить. Перед Поттером.       Сказать, что он был удивлён? Нет, конечно же, это была весьма неожиданная подлянка, но с другой стороны, чего ещё можно было ожидать от его друзей? Оставался вопрос, как Пенси и Блейз заманили сюда Поттера и на каких он здесь правах. Но сейчас всё это мало интересовало Драко. Первостепенно надо было сцепить зубы и бросить все силы на то, чтобы не дать мальчику-Герою вывести Малфоя из себя. Чем больше он допустит ошибок, тем дольше ему придётся унижаться и корчить из себя клоуна в присутствии всеми любимого «победителя-Тёмного-Лорда». Да, это тоже было частью сделки — Пенси наложила сигнальное заклинание, из-за которого время на витиеватых часах в углу комнаты останавливалось, стоило Драко начать вести себя вне рамок роли…       — Не желаете выпить чаю, Господин? — совершенно ровным тоном бросил Малфой, стараясь не смотреть на Гарри.       — Нгх. М-м… да. — странный голос Поттера заставил Драко поднять на него глаза, и он вдруг пожалел о том, что не сделал этого раньше.       Красные щёки, бегающий взгляд, который то и дело против воли хозяина жадно падал на ноги Малфоя, и нервно сжатые пальцы на подлокотниках, будто бы Поттер изо всех сил пытался удержать себя на месте. Интересно… Ему что-то подмешали? А может, Золотого мальчика просто непомерно взбудоражил вид парня в юбке? Очень, очень любопытно.       — Не знал, что тебе нравятся чулки на парнях, Поттер, — самодовольно подстегнул Драко, но тут же бросив глаза на часы поторопился исправиться: — Хозяин…       От последнего обращения Гарри Поттер очень подозрительно дёрнулся, зато зависшая секундная стрелка вновь начала тикать. Что ж, отклик парня перед ним на его внешний вид был более чем многообещающим, пусть причины пока и не были известны. Драко даже перестал по третьему кругу прокручивать в голове проклятия в адрес Блейза, да и стыд внезапно ослабил хватку. Уходить или убегать, Поттер, очевидно, не планировал, и внутри Малфоя родился жгучий порыв проверить его предел. Жертва и охотник поменялись местами… Стоило почуять Драко слабость в реакциях Гарри — и на губах тут же расцвела дьявольская улыбка. Злость и раздражение подстёгивали повестись на соблазн отыграться на Поттере за всё, что ему пришлось вынести, облачаясь в костюм горничной.       Что там было дальше по плану? Ах, точно, чай…       И не поленились же эти двое написать целый сценарий для всего этого цирка… Видимо, они заранее расставляли ловушки, чтобы заставить Малфоя проиграть спор — слишком уж продуманным выглядело исполнение, да и Поттера припёрли — во всём этом точно был заблаговременный коварный план. Ну что ж, посмотрим, кто проиграет теперь.       — Ваш чай, Господин, — куда увереннее пропел Драко, точным движением наливая кипяток из носика волшебного чайничка в сервизную чашку с голубой эмалью на внешней стороне.       Лёгкий шелест журчания — и ароматный листовой чай жидким тёмным золотом заполнил посуду. Идеально. Антураж внешних декораций напоминал ему стиль викторианской эпохи: мебель из дорогого дерева, рама камина с лепниной, чайный столик с декоративными завитушками на ножках, тёмные узорчатые обои и высокие английские окна с раскладкой мелких стеклянных ромбов. Чем-то похоже на одну из комнат в Малфой Мэноре, забавное совпадение. Выручай-комната была поистине филигранно восстановлена, хотя казалось, что после того пожара её больше никогда не откроют. Иронично, что они вновь встретились здесь с Поттером, но при совершенно иных обстоятельствах.       Вернув своё внимание парню напротив, Драко отметил, что Гарри вёл себя слишком тихо… Интересно, боялся спровоцировать или спугнуть? Хотя, судя по его зажатости, второе явно отпадает. А может… тоже сдерживался, чтобы не сорваться? Значит, он знает об ограничениях?       — Что-то вы слишком тихий, Хозяин… — мурлыкнул Драко, с интересом глядя на реакцию собеседника, но тот лишь сильнее сжал белые пальцы и спрятал глаза за мордредовой чёлкой.       Нет, так дело не пойдёт…       — Поттер, — выходя из роли, раздражённо бросил Драко. — Я так понимаю, что ты тоже застрял тут из-за какого-то дурацкого спора с друзьями, верно? — На эти слова Гарри отреагировал мгновенно, резко вскидывая глаза на слизеринца. — Видимо, я прав. Что ж, знай, мы не сможем выйти из комнаты до тех пор, пока те часы не пробьют полтретьего. Если я не следую роли, стрелки на них останавливаются, и прямо сейчас, объясняя тебе правила игры, я неумышленно продлеваю наше с тобой «великолепное времяпрепровождение». Такими темпами мы будем сидеть тут вдвоём до посинения. — Поттер невольно обернулся на напольные часы и недоверчиво вернул взгляд на Драко. — Не знаю, какие условия были у тебя, но постарайся подыграть, если, конечно, не хочешь застрять тут на весь день.       — Нет, не хочу… — всё же выдохнул он.       — Вот и прекра-асно! — ухмыльнулся Драко и тут же протянул Гарри миниатюрную чашечку на расписном блюдце. — Сахар или молока?       — М-молока, пожалуйста, — краснея до корней волос, выдавил из себя Поттер и суетливо схватился за ручку протянутой ему чашки, упрямо стараясь не смотреть Драко в глаза.       После окончания войны, судов и расследований, многие школьники вернулись на повторный курс. Старших со Слизерина было в два раза меньше, чем ребят с остальных факультетов, и это было понятно… Неизвестно как, но его, Малфоя, после оправдательного приговора, так же как и остальных, пригласила в Хогвартс нынешняя Директор Макгоннагал. А он возьми и согласись!       Было очень страшно и странно возвращаться в школу после всего, что произошло. Но, исключая неприятное внимание других учеников, Золотое Трио будто бы вовсе его не замечало. Или же делало вид… Но, как же, разорви его пикси, иронично, что теперь Поттер, превозмогая себя, сидит прямо перед ним, вжимаясь в кресло из-за невозможности сбежать, и так красноречиво реагирует на любую подначку Драко. Неизвестно, чем всё может закончиться, но это определённо будет чертовски весело! Сердце с бешенным предвкушением забилось в груди блондина, и он нервно облизнул губы… Что ж, спасибо Пэнси и Блейзу за эту возможность. А теперь… время развлечься!       На подносе стоял клубничный торт со взбитыми сливками: очевидно, следующим пунктом было «то самое» задание. И если вначале Драко казалось, что он скорее сожрёт слизня, чем выполнит его, надеясь обойти систему проверки каким-то способом, то теперь… он с предвкушением отрезал кусочек. А дальше, стоило только Поттеру поставить чашку на столик, как Малфой очень ловко воспользовался случаем и сел прямо на колени шокировано разинувшего рот Гарри.       — Чт… Какого дьявола ты творишь?! — взвился он, чуть не подпрыгивая на месте.       — Как что? Ваша верная служанка должна помогать Господину во всём. И прямо сейчас я собираюсь покормить вас, Хозяин Поттер, — сладко протянул Малфой, по-лисьи сощуривая серые искрящиеся ехидством глаза.       Поттер возмущённо захлебнулся воздухом, но спихнуть тощую задницу Драко со своих колен так и не решился, потому как вид белых чулочков на пажках, ленты которых уходили под подол юбки до колен, очень сильно сбивал с толку. Нет, точнее, он просто не хотел прикасаться к чёртовому Малфою!       Гарри незаметно сглотнул… Кажется, в комнате становилось душновато. Какого драккла этот Малфой вообще вытворял?! Что это за игры?!       — Как-то странновато ты себя ведёшь, Поттер. Может, тебя чем-то опоили? — неожиданно отметил слизеринец, наконец осознавая глубину беспомощности парня. Чтобы там ни было, а гриффиндорец был уж чересчур безвольным.       Но в ответ на этот вопрос… Поттер упрямо смолчал.       — Во-от значит как? Ну что ж… — Он отставил тарелочку и поднялся, намереваясь выяснить это своими силами. — Скажи-ка мне, Хозя-яин… Как я тебе нравлюсь? — остро следя за реакцией, томным голосом обронил Драко, вставая перед ним в полный рост. Гарри, невольно проследив глазами за действиями блондина, сильнее сжал челюсть и быстро отвёл взгляд, будто обжёгся. — М-м? Не ожидал, что герою всея Магической Британии такое по вкусу… — провокационно протянул он.       — Нх… — Поттер чуть не выдал что-то странное, но успел зажать себе рот ладонью.       — Взгляни-ка, Господин… — Малфой легко снял туфлю на низком каблуке с правой ноги и демонстративно поставил ступню на кресло, аккурат между ног Поттера, заставив его буквально окаменеть.       Уже это Гарри никак не мог игнорировать. Парень очевидно сглотнул, буравя глазами дерзкую конечность, и медленно поднял на Драко обречённый взгляд исподлобья. И почему у этого слизеринского хорька даже пальцы на ногах идеальны? Тонкие, бледные, с аккуратной формой ногтей и выраженными сухожилиями… Пипец вляпался.       Драко же тем временем наслаждался безропотной податливостью когда-то такого дерзкого мальчика со шрамом.       Вздох через приоткрытые влажные губы, взгляд глаза в глаза — и опустить, осязая как внимание Поттера, полностью подвластное его воле, следует за микро-мимикой. Бледные пальцы небрежно цепляют тонкую нейлоновую резинку: натянуть и с тихим щелчком отпустить; ощутить, как каждый жест оседает в чужих чёрных от зрачков радужках.       — Я выгляжу странно? — строя очаровательную моську, спросил Малфой самым сладким голосом, на который был способен.       — Нет. Т-тебе идёт, — сдавленно выдохнул Гарри, неспособный удержать себя от ответа, и с силой прикусил нижнюю губу.       — Тебе всё же нравятся мужчины в чулках? — предвкушая крах Поттера, обронил Драко.       — Нет.       Ответ… удивил.       — Тебе нравлюсь именно я в чулках? — Вопрос сорвался с губ сам собой, быстрее, чем слизеринец успел его обдумать, но…       — Д-да… — сквозь зубы прошипел тот, заставив уже Малфоя потерять дар речи. — Чёрт… — шикнул Гарри, болезненно зажмурившись.       — Кажется, это не то, что я хотел услышать, но видимо уже поздно, — неловко прокашлялся Драко. — Ладно, хм… А что ты будешь делать, если, скажем, я тебя сейчас поцелую? — неожиданно даже для самого себя поинтересовался он.       — ЧЕГО? — испуганно выпучил глаза Поттер, сильнее вжимаясь в кресло.       — Ну-у, ты бы хотел?.. — решил сузить свой гипотетический вопрос Драко.       — Я-а… к такому не готов! — Гарри Поттер резко отвернул лицо, чтобы не смотреть на белобрысого дьявола перед ним.       — Но я тебе всё же нравлюсь? — решил дожать Драко, наклоняя голову ниже и невинно разглядывая мальчика-со-шрамом.       — Да… — последовал односложный ответ.       Пикантная ситуация с каждой минутой всё больше веселила, и сладкая улыбка, уже плотно обосновавшаяся на губах, становилась только шире.       — Можно даже сказать, ты в меня влюблён? — мурлыкнул он, только сильнее распаляясь от вида совершенно несчастного Поттера.       — Я тебя ненавижу! — вспыхнул он, будто по привычке, но против собственной воли вдруг честно выдохнул. — Черт… д-да…       — Странно… Амортенция? — наклонившись, с любопытством прищурился Малфой, опираясь на ногу локтем, чтобы заглянуть в глаза собеседнику.       — Нет, она на меня не действует, — выдал Поттер и тут же в ужасе округлил глаза, понимая, что этим ответом буквально подписал себе смертный приговор.       — Ва-ау! Всё интереснее и интереснее… — присвистнул Малфой, поражённый новой эксклюзивной информацией. Амортенция не действует, говорит? Тогда что это может…       И тут его осенило… Выражение лица слизеринца моментально сделалось до неприличия довольным, осанка расправилась, и Драко вальяжно плюхнулся обратно на колени Поттера, ощущая полный контроль над экс-врагом.       — А скажи-ка мне, дорогой Гарри… — облизнулся он, выдумывая вопрос для проверки своей догадки. — Подслушивал ли ты меня когда-либо за все года обучения в Хогвартсе?       — Да… — зажмурившись, ответил Гарри.       — Когда? — продолжил он.       — На втором курсе… Мы думали, что ты открыл Тайную комнату и, ну, Гермиона варила оборотку для нас с Роном, — выдохнул Поттер, и Драко шокировано вскинул брови.       — О Салазар! Гойл в очках?! — охнул он, вспоминая тот странный вечер.       — А-а, да, Гойл… — задушенно обронил Гарри.       — Это был ты? — догадался поражённый Драко.       — Да… — Нет, ну что за потрясающие открытия!       — Ну, про поезд ты помнишь… — с некоторой толикой обиды добавил Гарри, морща нос, а потом поправился: — Впрочем, после Сектумсемпры не мне обижаться…       — О-окей. А что же до ваших секретных встреч со Снейпом?       — Он тайно обучал меня окклюменции, чтобы я мог защитить свой разум от Волдеморта, — покорно рассказал Гарри.       Окклюменция… Так вот что это было!       — Ясно, — высокомерно бросил Драко, надеясь не выдать досады, — Дальше… Хм, слышал, тебя часто вызывала Амбридж… — решив перевести тему, брякнул он первое, что следующим пришло на ум.       — О чёрт… Как будто ты не знаешь… — раздражённо взвился под ним Гарри. — Она обозлилась на меня за то, что я открыто говорил о том, что Тёмный Лорд вернулся, и заставляла писать «я не должен лгать» пыточным пером.       — Оу… — неловко хмыкнул в ответ Малфой и, прокашлявшись, поспешил задать более интересный вопрос, — Ты… сам бросил своё имя в Кубок? Как у тебя это, чёрт возьми, получилось? — с любопытством прищурился он.       — Перестань, только не это… — закатил глаза Гарри.       — Скажи, — потребовал блондин, акцентным жестом скрестив ноги, из-за чего край юбки соскользнул чуть ниже, открывая больше бёдер.       — Его… кхм… его бросил Аластор… — не в силах оторвать красноречивого взгляда от чужих ног, пролепетал Гарри, вновь покрываясь пятнами румянца. — Вернее, тогда это был Барти Крауч младший под оборотным.       — О Мерлин… — охнул Драко. — И впрямь, сыворотка правды! Я в экстазе. — Казалось, его щёки сейчас треснут от улыбки. — Твои друзья совершенно не подумали о том, что я могу воспользоваться твоим таким уязвимым положением, а, герой? — медовым голосом повёл Малфой, небрежно уронив указательный палец Поттеру на скулу и щекотно съезжая по острому уголку челюсти к шее.       — Прекрати… — процедил Гарри, шумно выдыхая и судорожно пытаясь увернуться от прикосновения.       — Почему? — наигранно удивлённым тоном протянул тот, сокращая расстояние между ними.       Гарри нервно сглотнул и только хотел сказать что-то отрезвляющее, как вдруг…       — У тебя есть палочка? — горячим шёпотом выдохнул ему на ухо слизеринец, и Поттер содрогнулся от волны мелкой дрожи, непроизвольно зажмуриваясь. — Э-эй, ты меня слышишь вообще? — нетерпеливо уточнил Драко, видя, что Гарри задержал дыхание и медлит с ответом.       — Д-да, в правом кармане, — сипло выдохнул он в ответ, мысленно взывая к Мерлину, чтобы всё это наконец закончилось.       Малфой без стеснения ощупал бедро гриффиндорца, заставив того в бесконечном шоке нервно поперхнуться воздухом и сжать кулаки и, резво выхватив искомый предмет, точным движением бросил заклинание куда-то за спину Поттера. Послышался треск.       — Что… что ты сделал? — охнул тот, оглядываясь на звук.       — Хах, убрал свидетелей, — на его тонких бледных губах расцвела победоносная самодовольная ухмылка. — Ой, да… «мой Господин», — добавил он, бросая снисходительный взгляд на Гарри.       — То есть теперь мы можем быть свободны? — с надеждой выдохнул Поттер, косясь на Драко, который упрямо продолжал сидеть на его коленях, будто бы в этом не было ничего такого.       — Что? С чего бы? — лицо Драко на секунду удивлённо вытянулось. — Нет, конечно. Видишь ли, часы всё ещё идут, комната всё так же заперта заклинанием. Я попросту убрал следящий артефакт, чтобы одна заносчивая особа не грела уши, но на исходную проблему это никак не повлияло, — едко хмыкнул он.       — Чёрт, — бросил Гарри, двинув желваками от досады.       — Так что же, продолжим, Хозяин? — вернув в голос сахарные нотки, Драко очередным провокационным жестом провёл кончиками пальцев по шее Гарри и повернул его лицо за подбородок указательным и большим в свою сторону.       — А может… не надо? — слабым голосом выдохнул парень, очаровательно кротко. — Может, есть другой способ… ну, выбраться? — с надеждой выдохнул он.       — Насколько можно судить из твоих обезоруживающе честных ответов, тебе, дорогой мой Гарри, всё происходящее бесстыдно доставляет огромное удовольствие, — не преминул уличить его в лукавстве Драко. — Так есть ли смысл нам тратить время на поиски «другого способа»? Или… ты просто надеешься задержаться тут подольше?       — Н-нет конечно! — вспыхнул Гарри. — Я не пытаюсь тянуть время, просто… — Драко не стал слушать нелепые оправдания и вновь взял отставленный на маленький журнальный столик кусочек торта.       — Вот и не будем его тянуть, — хмыкнул он. — Что ж, скажите «а-а». — всё тем же совершенно «не-малфоевским» тоном протянул слизеринец, поднося к губам Поттера кусочек коржа с кремом на конце вилки.       Гарри мысленно перекрестился и, зажмурившись, приоткрыл рот…       — Ах, как же так, ты испачкался, Господин… — Тонкие пальцы легли ему на щёку и смахнули остатки крема с губ…       Чёртов хорёк! Он же специально это сделал! В последний момент дёрнул руку и испачкал его в креме…       — И почему мой Хозяин настолько неуклюж, м? — тягучий бархатный голос будто обволакивал и опьянял как самый густой ликёр. Драко медленно поднёс палец к губам и, убеждаясь, что Гарри неотрывно следит за каждым его движением, слизнул кончиком розового языка сладкую начинку, совершенно развратно оттягивая подушечкой пальца нижнюю губу.       Всё это безумие заставляло Поттера терять дар речи и… голову. Глаза всё не прекращали выхватывать совершенно непристойные детали образа Малфоя. С самого начала, ещё как только этот белобрысый засранец зашёл в комнату, он никак не мог отвезти взгляд от стройных длинных ног, на которых грёбанные белые чулки смотрелись сексуальнее, чем на любой девушке; потом он залип на тонких руках слизеринца с острыми запястьями, отмечая бледную тень тёмной метки на левом предплечье… А теперь взгляд безропотно подчинялся воле слизеринца, услужливо отзываясь на любой мелкий жест и упрямо падал на тонкую полупрозрачную кожу на шее, там, где бантом повязывался женский галстук.       Сердце стучало где-то в горле и эхом пульса шумело в ушах; щёки горели так, будто у Гарри температура под сорок. Мурашки иголочками пробегали по линии позвонка к самой макушке, наверное, даже волосы шевелились от переизбытка тактильных ощущений. Драко будто нарочно пару раз елозил задницей на его коленях при допросе, чем заставлял Поттера конвульсивно втягивать живот. И чего только добивается всеми своими шуточками? Нравится ему, что ли, так бесстыдно издеваться над ним? Он ведь специально надел это грёбанное развратное платье с белыми кружевными рюшами на рукавах, да?       — Кажется, Господин очень заинтересован в моём наряде… — тут же по-лисьи оскалился блондин, и Гарри нервно сглотнул, вновь отворачивая голову. — Или дело во мне?       Драко поставил ноги на пол и, съехав с колен Поттера, развернулся лицом к нему, резко вонзая ладони в спинку кресла по обе стороны от головы Гарри, заставляя посмотреть на него. Тот в ответ испуганно вжал голову в плечи. Драко почувствовал как его собственное сердце вдруг споткнулось и ускорило ритм пульса — от вида такого смущённого и совершенно беззащитного Поттера под ним, по пояснице муравьиными лапками пробежало возбуждение. Его настолько подкупил вид разомлевшего Гарри?       Он и сам не ожидал, что так втянется, но, кажется, он уже не просто с холодной головой дразнил Поттера, а давно и активно включился в игру, получая искреннее удовольствие от всего, что сейчас происходило… Это осознание застало его врасплох на секунду, но он не привык отказывать себе, и потому лишь сильнее расплылся в голодной улыбке. Ведь сейчас… он может позволить себе практически всё, что страшно было даже представить. Поттер перед ним, в абсолютной доступности, неспособный отказать из-за собственных извращённых вкусов и скрытых желаний. К тому же, он практически сознался, что влюблён в него, так? Кто бы мог подумать, что это дурацкое «наказание» окажется настолько в руку!       Мерлин, разве законно, чтобы так везло?       Азарт, ощущение власти и полное подчинение рождали совершенно безумные импульсивные желания. О Салазар… Малфою до чёрных пикси перед глазами хотелось свести Поттера с ума. Увидеть, как он потеряет голову. Отыграться за всё. Распалить, завести до предела! Сломать. Влюбить…       Это желание холодом цепочки заструилось по шее, вынуждая поёжиться в экстазе предвкушения, и он, больше не думая ни секунды, оседлал колени Гарри, запуская паучьи пальцы в лохматые угольные волосы. Точёные брови нахмурились, а в дьявольски-зелёных радужках за раздражающими очками искорками заплясали горящие блики. Впервые Драко мог так близко рассмотреть лицо своего вечного соперника в стенах школы. Его кожу, что напоминала коричневый сахар и, казалась, такой же должна быть на вкус; чёрные прямые ресницы, приоткрытые искусанные губы… Обычная внешность, но было в нём что-то неизменно притягивающее и раздражающее, царапающее. Будто смотришь в глаза дикого кота. Всегда.       Нервная дрожь гуляла по его телу, и напряжённые руки то и дело непроизвольно вздрагивали. Драко чувствовал это через соприкосновение. Что ж, молчание, кажется затянулось. Что бы такое придумать дальше?       — Мой Хозяин так напряжён… Не беспокойтесь, Господин, ваша горничная позаботится о вас. — Сказав это, Драко закусил губу и медленно прильнул ближе, опуская руки на напряжённые плечи парня.       — Малфой… Какую игру ты, чёрт возьми, затеял? — прорычал сквозь зубы Поттер, тяжело дыша и багровея лицом. Его судорожные пальцы по-прежнему впивались в подлокотники так, будто от этого зависела его жизнь.       — Всего лишь исполняю свою роль и делаю небольшое… одолжение, чтобы наше совместное наказание оказалось для тебя немного более приятным, — тихо прошептал Драко прямо на ухо Гарри, с удовлетворением отмечая, как тот дёрнулся и рвано выдохнул. — Ох, тебе тяжело дышать, Господин? Кто как не слуга должен помогать с этим?       Слизеринец пробежался игривыми пальцами по изгибу ключиц и ловко распустил форменный галстук, наматывая его конец на кулак, после чего притянул к себе, горячим дыханием опаляя чужую шею и втягивая носом аромат сахарной кожи.       — Прекрати… — Поттер отодвинулся, и внутри Драко взыграло раздражение: как смеет он уворачиваться! — Ты говорил, что должен отыграть роль моей горничной, — скрипнув зубами, зло бросил гриффендурок Поттер.       — Именно так, — не подавая виду, что задет, выдохнул Малфой тем же мягким текучим тоном.       — Но тебе нет необходимости…       — Тш-ш… — перебил он, прикладывая к твёрдым упругим губам указательный палец. — Кажется, Господин научился плохому. А врать не хорошо, Хозяин Поттер. — тут же передёрнул блондин, меняя тему. — Твои реакции ярче слов кричат о том, что я чертовски «хорошая горничная». — Драко провёл кончиком носа по щеке Гарри и отстранился, ощутив, кажется, то, чего совсем не ожидал. — О мой Салазар! — шёпотом бросил он в неверии, опуская взгляд на брюки Героя.       Поттер нервно дёрнулся, как от удара током, но ничего ответить так и не решился. Драко какой-то миг сражался с замешательством и лёгкой паникой, которые пожаром поглотили его; в голове завертелись пугающие мысли… Он сам полез соблазнять Поттера, но что если всё зайдёт слишком далеко? Нет, всё УЖЕ зашло слишком далеко! Драко должен всё это остановить, закончить. Но не сразу, нельзя паниковать, нельзя сбегать, иначе он проиграет… Нет, ни за что, он не покажет своего смятения. Ему нужна чистая победа!       — Удивительные вещи я сегодня узнаю о тебе Поттер, то есть, э-э, Господин. — Тон сочащийся победоносной едкостью и пьянящим чувством превосходства, не выдал его.       — Это… ничего не значит, — лихорадочно встрепенулся мальчик-которого-непомерно-возбуждают-чулки, слишком зацикленный на своей проблеме, чтобы считать отпечаток тонких нервных уголков в мимике Драко.       — Да? А теперь вспомним о твоей доли наказания… — повёл он. — Скажи сейчас, громко и честно, нравится ли тебе то, что я делаю?       — Д…да… — Это слово вырвалось сквозь плотно сомкнутые зубы Гарри, несмотря на все усилия задавить его внутри. Как же прекрасно работает Сыворотка правды… Потрясающее зелье! Благодаря ему уши Драко столько раз за этот вечер услышали задушенное «да» от того, кто вечно во всём его отвергал…       — Тогда Ваша лучшая служанка будет стараться ещё больше… — бросил Малфой, расплываясь в совершенно дьявольской улыбке, словно одним взглядом разъедая кожу и вытаскивая душу из Гарри.       И вновь… волнительно близко, мелко, удушливо и мало одновременно. Лицо горело так, словно у Гарри разыгралась лихорадка, кислород плавился и распадался на составляющие в крови, не доносясь до мозга. Он уже не соображал. Единственное, что он помнил и чувствовал — это яркое, болезненное желание. Ещё; ближе; слишком волнительно, слишком азартно… Сантиметры между ними бесили, щекоткой будоража воображение. Что, если его разорвёт на кусочки, стоит только случиться чему-то большему?       Драко с искренним восторгом ощущал, как Поттер наконец полностью пропадает в ощущениях, теряя крупицы гордости. Видимо, вспышка гнева была последним оплотом, и стоило ему спалить свою боевую «состоятельность», как больше не осталось чего защищать. Сопротивление разбито. Он играл на нём, как на живом инструменте, легко доводя до исступления совершенно безобидными и лёгкими прикосновениями. До плывущих мутных зрачков, до щенячьего взгляда; до рваных вздохов и звенящего на коже напряжения…       Он медленно опускает голову ниже, предварительно взглянув на циферблат. Легко соприкасается лбом с чужим, облизывает губы. Дыхание тяжелеет, смешивается; Поттер шумно сглатывает, явно ожидая… Малфой щекотно скользит кончиком носа по носу Гарри, цепляя очки, томно прикрывает глаза, заставляя своего ментального пленника, словно марионетку, зеркально повторить этот жест. Вот его губы уже практически нежно касаются уголка рта Поттера…       Резкий вздох… и ядовитый шёпот прямо в губы:       — Ох, но ты ведь сказал, что не готов, да? — Говорит это и резко отстраняется, словно ставит всё на паузу.       Концерт окончен.       Поттер шокировано и разочарованно распахивает глаза, с полным непониманием глядя на Драко. А тот лениво наклоняет голову, бросая взгляд куда-то за макушку гриффиндорца, и, ощущая полную победу, с лёгкой усмешкой бросает:       — Хах, смотри, как удачно — время наконец истекло. Что ж, не думаю, что ты готов уйти отсюда прямо сейчас, так что я откланяюсь первым. Не одолжишь мне свою мантию? — дерзко бросает Драко, не дожидаясь разрешения стягивает со спинки кресла чужую школьную мантию, и резво распрямляется.       У Поттера не осталось слов — возможно цензурных, а возможно вообще. Потому как он мог только с жалким выражением на лице следить за бодро удаляющимся слизеринцем.       Уже на пороге тот обернулся и со скупой профессиональной улыбкой обронил:       — Было весело… И да, надеюсь, нет необходимости уточнять, что то, что тут произошло должно остаться между нами, а иначе вся школа узнает, что всеобщий идеальный герой оказывается по-олный извращенец, — самодовольно оскалился платиновый блондин.       — Малфой! — с бессильным гневом вскинулся Поттер.       — Позаботься о себе, Гарри. До встречи, — оставил Драко, и с усмешкой шагнул за дверь, молясь Мерлину и Моргане, чтобы его шаг выглядел твёрдым.       …как хорошо, что юбка на нём была достаточно свободная.