Любовь бывает всякая, любовь бывает пыльная

Однажды моя подруга Бри Ван Де Камп сказала: "Противоположность любви- не ненависть, а безразличие. Если ты меня ненавидишь, значит, я тебе не безразлична". Эта фраза всегда была непонятной для Сюзан, как это ненавидеть без чувств? Естественно чувства есть. Гнев, обида, ярость, тягучее чувство ненависти в животе, трепетание груди от злости, ощущение румянца на лице от неистового негодования. Всё это признаки жгучей ненависти и не любви - конкретно так размышляла Сьюзан Майер и со спокойной совестью ложилась спать. Единственное чего Сьюзан не учла, так это загробного наблюдателя на Вистерии Лейн, который точно знал, что за чувства вызывает Марта Хьюберт у той. Для каждого чувства есть толчок, в данной ситуации толчком послужил шантаж. Что может быть хуже чем сжечь дом, а затем прибегнуть к воровству с проникновением на частную территорию? Шантаж миссис Хьюберт, вне всякого сомнения, одерживает победу. В тот момент, на крыльце, во время беседы о спизженной* кружке, смотря Марте в глаза и возвышаясь над ней. Сьюзан впервые почувствовала истинную ненависть, которую не испытывала даже к худшему мужчине на свете - Карлу. Слова лезшие из глубин злости и обиды к соседке были пропитаны ядом, которым хотелось отравить, заставить умереть и страдать. Именно тогда миссис Хьюберт стала для Сьюзен намного больше чем соседка - она стала врагом. Не существует границ человеческому безрассудству, для каждого они свои. Но существуют общепризнанные устои, которые могут снести реки ненависти. В накопившейся злости всегда прослеживается безрассудство, стирающее любые установки. Спя, преисполнившись ненавистью, Сьюзан никогда бы не стала думать о свершении акта мести миссис Хьюберт столь извращённым способом. Она всегда хотела поступить с ней намного хуже. Но не успела. Труп Марты был найден в лесу, а позже кремирован. Теперь в руках у Сьюзан коробка с прахом бывшей соседки смешанный со слезами. Миссис Хьюберт ушла в печь, забрав с собой ненависть. Но забыв прихватить акт мести. Опуская взгляд на золотую урну с остатками Марты, невольно приходили мысли смешанные с горечью: "Неужто эта сука осталась безнаказанной за всё свои злодеяния? " Глаза загорались злостью, щеки алели, пульс участился, грудь разрывало словно пулей. Чувства давили как пресс, голова раскалывалась от мыслей, что соседка избежала кары на земле и теперь пьёт мохито варясь в котле в аду. Невольно руки затряслись, а голову озарило идеей, месть будет совершена. Ведомая ненавистью Сьюзан, решилась сделать то, что, хоть как-то, облегчит порыв ярости. Безрассудно руша моральные принципы и устои, она начала медленно снимать штаны."Человечности не было в совершённом, как и в Марте Хьюберт." Новый постулат перед сном, для Сьюзан Майер. Снимая джинсы, Сьюзан положила вазу на стол боком, придерживая крышку, чтобы Марта не убежала. Медленно проведя свободной рукой по керамическому изделию Сьюзан вздохнула от понимания, но тут же отмахнулась. "Месть будет совершена, страдай, сука". Охваченная приливом, Сьюзан резко прижалась промежностью к грани вазы. - ах. - всё что послышалось в комнате, вмиг растворившись. Миссис Майер всего-лишь секунду заколебалась, но тут же продолжила тереться лобком о вазу. Запрокинув одну ногу на стол для удобства она стала сильнее насаживаться и вжиматься в остатки Марты. Свободная рука забралась под кофту, массируя грудь. Стоны сначала приглушённые, а затем красноречивые и громкие отражались от стен разнося их по всему дому. Хорош что дома никого не было. Рука занятая щипанием и оттягиванием соска и прыгание на марте не давало полного удовлетворения. Пришлось оставить крышку и направить руку к шее, давая марте рассыпаться по столу. Стимуляция всех трёх эрогенных зон стало пиком эйфории для Сьюзан. Крики, стоны были слышны в каждом уголке дома, давай понять что скоро конец. Темп ускорялся, с каждым толчком бёдер Сьюзан всё больше и больше двигала вазу, от чего марта вытряхивалась на стол. Руки бешено работали то трогая соски, то снова душа. Вскоре настал оргазм, отчего девушка сжалась и замерла на какой-то момент. Салюты в глазах и ощущение нескольких вольт по всему телу угасали и отпустившее возбуждение сменилось чувством невыполненого долга, будто этого было мало. Слегка поразмыслив и загоревшись новой идеей мести, Сьюзан сняла трусы и кофту оставшись полностью нагой. А вот и главный акт мести. Осквернив вазу, Сьюзан поняла, что не унизила саму Марту. Стол был усеян прахом, что было только на руку, взяв немного его, Сьюзан сначала водила им по груди и соскам, очерчивая каждый изгиб и зажимая останками эрогенные места. Затем она легла на стол, высыпая на себя остатки вазы. Сюзан начала медленно брать песок и сыпать на себя и интимные места, постанывая и закусывая губы. Обильно осыпав себя, она начала водить пальцами по праху вводя его себе в вагину. Ощущение песка на клиторе вызвало боль, но не сравнимую с удовольствием от чувства совершения акта мести. Сьюзан быстро привыкла к ощущениям и стала ускорять темп. Пальцы вдавливали Марту, в клитор, половые губы и вагину. Другой рукой растирая Марту по себе, улыбаясь и издавая стоны. Сьюзан ощущала Марту везде, она чувствовала её стыд за то что с ней делают, но это лишь больше возбуждало. - Ах, Марта, впервые ты приносишь мне такое удовольствие. Жаль что только после своей смерти. - и стон. Глубокий и громкий. Сьюзен кончила, ура.