А что если Изуку… не станет?

*** Поздний вечер. В комнате повисла гнетущая тишина, нарушаемая лишь редкими шумами города за окном. Сквозь стекло в спальню пробивался холодный, назойливый свет полной луны прямо в лицо Кацуки. Он ворочался на матрасе, пытаясь найти позу, в которой эта чертова желтоглазая тварь не слепила бы ему глаза. Засыпать рано - не привычка, а железная дисциплина, часть распорядка, ведущего к цели. Но сегодня дисциплина дала сбой. Под веками, будто насильно влитые, стояли его же собственные слова. Они звучали в такт пульсации в висках: "Иди спрыгни с крыши, может, в следующей жизни тебе повезёт?" Почему именно сегодня этот диалог с этим тупым, никчемным Деку не дает ему уснуть? Как же бесит! Руки сами собой сжались в кулаки, ладони затрещали микроскопическими искрами. Так и подмывало взорвать всё в этой комнате, чтобы грохотом заглушить эхо в собственной голове. Но мысль о том, что Мицуки явно не понравится порывы злости среди ночи удерживала. Он с силой выдохнул, затушив вспышку. Кацуки резко повернулся на другой бок, к стене, спиной к окну. Бесполезно. Даже в полной темноте он видел эти слова, выжженные на внутренней стороне черепа. С проклятием он снова перевернулся, вглядываясь в ночное небо, жмурясь от яркого лунного света. И тогда он их увидел. Проклятые звезды, мерцающие рядом с луной. Восемь. Восемь маленьких, наглых точек, рассыпавшихся по темноте. Как веснушки. Как его веснушки. "Да чтоб тебя!" - рык сорвался с его губ, грубый и резкий в тишине комнаты. Почему он не может просто забыть этого никчемного Деку?! "Иди спрыгни с крыши" И тут его мозг выдал вопрос, от которого похолодело все внутри. "А что, если его действительно не станет?" Воображение вдруг предательски нарисовало другую картину. Заплаканное до красноты лицо тети Инко, и его собственная мать, обнимающая ее, с серьезным и печальным выражением… Чужой холодный камень с именем, которого там быть не должно… И… пятно. Красное, растекающееся по серому асфальту у подножия высотки. СТОП! О чем он, блять, думает?! В груди что-то резко и неприятно сжалось, стало трудно дышать. С чего бы это? Деку - всего лишь слабак, тень на его пути. Мир без него стал бы только лучше. Наверняка же… Наверняка? Но мозг уже зашел дальше, цепляясь за жуткую логику. Если Изуку и правда это сделает… это будет его рук дело. Прямо или косвенно — не важно. Факт: это он подал ему идею. Это считалось бы… поступком злодея? «Нет! - чуть не крикнул он в подушку. - Я стану лучшим героем! Я всем докажу!» Но тому, единственному, не нужны были его доказательства. Тот, единственный, всегда смотрел на него с обожанием и верой. Даже когда у него не было причуды. Даже когда блондин отталкивал его и унижал. Эта вера была такой же постоянной, как и эти дурацкие звезды за окном. На душе стало мерзко, противно и как-то пусто. Почему его колотит от одной мысли о том, что этот сопляк может исчезнуть? Кого он пытается обмануть? «Дерьмовый Деку… во всем он виноват», - просипел Бакуго, сжимая простыню так, что вот-вот порвется ткань. Но мысль, черная и навязчивая, не отпускала. Картина с окровавленным асфальтом вставала перед глазами снова и снова. В ту ночь Кацуки не сомкнул глаз.