Сигареты с шоколадом.

      Раннее утро не предвещало ничего хорошего. Антон проснулся на холодном полу, наполовину закутанный в старое одеяло. Холод пробирал до костей, заставляя худое тело дрожать, как осиновый лист. В комнате царил мрак, нарушаемый лишь тусклым светом, пробивающимся сквозь плотные шторы.       Антон чувствовал, что спал в таком положении довольно долго. Его кости и суставы ныли, как будто кто-то безжалостно топтал их ногами.       С трудом поднявшись на ноги, он поплелся в ванную комнату. Однако удача, похоже, сегодня была не на его стороне: он несколько раз споткнулся, едва не упав.       Дойдя до ванной, Антон с удивлением обнаружил на своей футболке, лице и руках обильное количество крови. Он посмотрел на себя в зеркало и увидел бледное, изможденное лицо с темным синяком на скуле. Отмыв кровь, он вытерся сухим полотенцем, чувствуя, как его мысли возвращаются к прошлому вечеру.       Воспоминания нахлынули на него волной. Вчерашний вечер был полон хаоса и страха. Антон оглядел квартиру, но следов крови уже не было. Лишь пара красных пятен на постельном белье напоминала о произошедшем.       Собравшись с духом, Антон закрыл окно. Солнце только начинало подниматься, заливая комнату тусклым желтым светом. Лучи проникали сквозь щель между шторами, заставляя его жмуриться от боли.       Тело все еще дрожало от холода, но Антон не мог позволить себе долго оставаться в постели. Он распахнул шкаф, и из него вывалилась гора мятой одежды. В его комнате всегда была хламовня, и Антон никогда не стремился к порядку. Найдя первое попавшееся теплое худи, он натянул его на себя.       Выйдя из комнаты, он заметил, что в доме стоит непривычная тишина. Либо родители еще спят, либо его дом уже пуст. Антон был одет в широкие штаны в клетку и синее зимнее худи.       На кухне он увидел одинокую записку на столе и приготовленную яичницу на плите. Взяв записку в руки, он прочитал ее вслух:       «Доброе утро, Тоша. Завтрак на плите, покушай и собирайся в школу. Желаю тебе хорошего первого дня! Я сегодня на собеседовании. Папа ушел еще ночью, поэтому не волнуйся. Люблю. Целую. Мама.»       Антон усмехнулся, смял записку и бросил ее в урну. Завтракать ему совсем не хотелось. Он вышел на лестничную площадку и закурил две сигареты, пытаясь прогнать холод и мрачные мысли.       «Вот и позавтракал», — подумал он, выбрасывая окурок.       Антон жил на втором этаже. Прошлая квартира была на третьем. Только сейчас он заметил, что ни разу не поднимался на самый верхний этаж. Поднявшись по лестнице, он увидел иную лестничную площадку, напоминающую балкон с выходом в две квартиры. Сверху был люк, который, судя по всему, вёл на крышу пятиэтажки, но на нём висел массивный замок. Железная лестница стояла на ярус ниже, и Антон решил, что сейчас не в силах ее тащить. Он обязательно вернется сюда позже.       Вернувшись в квартиру, Антон рухнул на мягкую кровать. Телефон рядом завибрировал. Это был будильник с надписью «извини, надеюсь, ты не проспишь.»       «Блять, мама, не проспал», — подумал он, отключая будильник.       На экране телефона появились несколько сообщений от друга. Антон только сейчас осознал, что значит записка мамы, слова друга и глупая дата на телефоне.       Сегодня, блять, первое сентября!       Он напечатал другу, что постарается не опоздать, и откинул телефон в сторону. Холод по-прежнему не отпускал его, но он знал, что идти в школу все равно придется. Получить лишний раз от отца он не хотел.       Когда время приближалось к девяти, Антон в спешке натянул синюю футболку, а поверх серую рубашку в клетку и синие джинсы. На ноги он надел кроссовки и, с трудом найдя ключи, схватил портфель. Выйдя в подъезд, он закрыл дверь и посмотрел на свое отражение в телефоне. Темный синяк на скуле был заметен, и ему придется придумать отмазку.       Выйдя из подъезда, Антон протянул руку другу. Дима замер, рассматривая его лицо. Антон не ожидал, что друг так быстро заметит след.       — С лестницы упал, — попытался он оправдаться.       — Я знал, что у тебя проблемы с головой, но не настолько же. Ты по лестнице ходить не умеешь? — слишком грубо спросил Дима, постепенно собирая пазл в голове.       — Не нуди, заживет же, — отмахнулся Антон.       Дима закатил глаза, но пожал руку другу. По сравнению с Антоном, он был одет как настоящий ученик: белая рубашка и черные брюки. Парни вместе пошли к школе.       Никто не осмеливался заговорить, поэтому до школы они дошли молча. На территории уже было огромное количество сонных учеников, а на уличной сцене стояли, как сказал Дима, директор и два завуча.       Дима довольно быстро нашел свой класс и радостно поприветствовался с ребятами, Шастун в это время просто стоял позади, рассматривая одноклассников, с которыми ему предстоит учиться целый год.       Когда Поз уже со всеми поздоровался, он вернулся к Шастуну и, негромко призвав ребят, представил друга:       — Это Антон, можно просто Шаст. В этом году он будет учиться с нами.       Антон не ожидал, что почти весь класс сразу обратит на него такое внимание, поэтому он засмущался и стал переживать. Вместе к этому его тресло от холода.       — Здарова, Шаст, — обратился к нему какой-то парень, протягивая руку. Он был примерно одного роста с Шастуном, грубые мужские черты лица, но очень добрые карие глаза, — Саша Кобзев, — представился парень.       — Приятно, — улыбнувшись, ответил Шаст, пожимая руку новому знакомому.       Поговорить им не удалось. Из колонок, что стояли прям рядом, послышался резкий писк, заставивший стоящих рядом прикрыть уши. Через секунду послышались более тихие извинения, и директор начал свою речь.       — Дорогие учителя, родители и, конечно же, наши любимые ученики! Сегодня мы отмечаем одно из самых важных событий в жизни каждого школьника — День знаний. Этот день символизирует начало нового учебного года, полного открытий, свершений и новых достижений, — все ученики затихли, внимательно слушая директора. Шаст по-прежнему рассматривал свой класс и рядом стоящих учителей.       На другой стороне линейки он увидел, как ему показалось, знакомого мужчину.

***

      «Когда Антон уже рассматривал снимки, рядом раздался грубый мужской голос:       — Нравится?       Антон вздрогнул от неожиданности и выронил сигарету из рук. Она упала на асфальт, оставив на нём маленькое чёрное пятно.       — Блять… Да, нравится, — пробормотал он, торопливо затоптав окурок носком кроссовка.       Повернув голову, он увидел мужчину, который стоял в тени у входа в магазин. Незнакомец был примерно двадцати пяти лет, с тёмными, почти чёрными волосами, которые аккуратно спадали на лоб. Его голубые глаза выделялись на тёмном фоне. Одет он был в строгий деловой костюм, который сидел на нём идеально. Белая рубашка, идеально заправленная, подчёркивала его подтянутый вид. Тёмный пиджак и чёрный галстук добавляли нотку элегантности.       Незнакомец усмехнулся и направился в салон. Антон не сводил глаз с машины, когда она отъезжала. Он заметил, как водитель подмигнул ему фарами, отчего на лице Шастуна появилась непроизвольная улыбка.       «Мне бы такую.»       Опомнившись, он зашел в магазин».

***

      «Блять, это же он».       Антон вспомнил этого человека и, взглянув на телефон, увидел ту самую машину, что фоткал на той парковке, сейчас эта фотка стояла у него на обоях.       — Для меня большая честь стоять перед вами в этот торжественный момент. За время, которое мы провели вместе, мы достигли многого. Наши ученики проявили себя как талантливые, целеустремленные и любознательные личности. Они с каждым днем становятся умнее, сильнее и увереннее в себе. Я хочу поблагодарить всех учителей за их труд, терпение и преданность своему делу. Вы не только передаете знания, но и воспитываете в наших детях лучшие человеческие качества. Родители, спасибо вам за поддержку и понимание. Без вашей помощи мы бы не смогли достичь таких успехов.       — Поз, а мы только на линейке отстоим и домой? — с надеждой поинтересовался Антон, толкая друга локтем.       — Еще классный час будет. Там нас еще раз поздравят с первым сентября и расскажут о предстоящем годе, — ответил Дима, не отводя взгляда от директора.       Антон уныло вздохнул. Глаза слепило солнцем. Кто вообще придумал делать линейку на улице, это же неудобно.       Шаст не хотел и дальше так стоять на солнце, поэтому, приметив недалеко дерево, которое создавало тенек, пошел туда. Уже подходя, он увидел еще одного человека, который шел к дереву.       «Это мое дерево», — подумал про себя Антон и ускорил шаг. Под деревом он оказался все равно вторым, врезаясь в того самого человека, что хотел было развернуться, но ему не дали это сделать, прижав к стволу.       — Извините, — пробурчал Антон, отряхиваясь от коры дерева. Не хватало ему еще рубашку испачкать в первый день.       Мужчина смотрел на подростка с некой усмешкой. Антон, чувствуя на себе проницательный взгляд, поднял голову, собираясь начать свой матный диалог. Но когда он увидел того незнакомца с машины, его уши покраснели.       — Ты же сказал, что тебе восемнадцать есть, — поинтересовался учитель, на его лице появилась ухмылка. Он и так знал, что юноша явно несовершеннолетний, но о том, что узнает об этом именно так, не догадывался.       — Скоро будет, — пробурчал Шаст. Его это вообще ебать не должно, — а вы что тут забыли? Здесь сок не продается, — усмехнулся Шаст, вспоминая их прошлую встречу.       — Я учитель, — слишком серьезно ответил он, явно не оценив шутку младшего.       Антону стало неловко, и он, став по стойке смирно, попытался как можно лучше показать, насколько интересная речь директора, который до сих пор не заткнулся.       Изначально Шастун подумал, что мужчина отец одного из присутствующих здесь детей, всё-таки, он же покупал сок какому-то ребёнку?       –Дорогие ученики, перед вами открываются широкие горизонты. Учеба — это не только получение знаний, но и развитие навыков, которые помогут вам в будущем. Будьте настойчивы, трудолюбивы и не бойтесь ставить перед собой высокие цели. Пусть этот учебный год будет успешным и радостным для всех нас. Пусть каждый день приносит новые открытия, достижения и радостные моменты. С праздником, дорогие друзья! С Днем знаний!       Когда грациозная речь была окончена, Станислав пригласил на сцену завуча, и теперь та стала что-то рассказывать детям.       Холод не прекращался, и Антон стал плохо себя чувствовать. Сначала он попытался ухватиться за дерево, но промахнулся и чуть не упал. На своей талии он почувствовал грубые мужские руки, которые с легкостью держали его тощее тело на весу.       — С тобой все хорошо? — взволнованно спросил старший. Не получив ответа, он увидел, как глаза Антона стали закрываться, а тело полностью ослабло.       На долю секунды преподаватель растерялся, но сразу, придя в себя, схватил ученика на руки и понес через черный вход школы в медпункт. Предупредить учитель, понятное дело, никого не успел, поэтому пришлось справляться самому. Благо медсестра была на месте и довольно быстро привела Антона в чувства.       Антон, открыв глаза, не понимал, где он находится, место было ему не знакомым. Рядом находилась какая-то женщина, что с кем-то разговаривала.       — У него голодный обморок, он весь дрожит от холода, Арсений, можете померять ему температуру и сводить в столовую? Пусть он что-нибудь поест. Мне на линейку надо, мало ли кому ещё плохо станет, — попросила женщина, снимая перчатки с своих рук, а после покидая кабинет, предварительно посмотрев на Антона и как-то с жалостью покачав головой.       — Живой там? — поинтересовался знакомый голос. Преподователь подошёл к младшему, протягивая ему руку, чтобы тот поднялся.       — Угу, — только и смог выдавить из себя Антон. Он чувствовал себя ужасно, но показывать этого не хотелось.       «Я, блять, упал в обморок! Это пиздец!»       Арсений подошёл к подростку протягивая ему градусник.       — Держи, меряй, — указал он.       Шастун взял пребор в свою руку и нажав на кнопку засунул под подмышку.       — Ты зачем на линейку больной припёрся? — начал диалог старший.       — Ну, первый день в новой школе, такое ведь нельзя пропускать, — оправдывался Шастун. Не мог же он сказать, что если бы сейчас не припёрся в школу, то вечером бы получал по лицу.       Кстати о лице, сейчас Арсений пристально его рассматривал, от чего у Антона позникло неприятно чувство и желание испортится.       Наконец запищал градусник.       — 37,0 — озвучил температуру Арсений забирая прибор у младшего, — с такой температурой тебя домой не отпустят.       «Вот и славно.» — выдохнув подумал Антон.       — Пошли, кормить тебя буду, — пропарировал учитель, помогая встать с кушетки Антону. Тот отрицательно покачал головой, пытаясь вырваться из крепкой хватки учителя, — так, пожалуйста, возмущаться будешь маме, а сейчас быстро встал и пошел за мной в столовую,— старший явно уже выходил из себя.       Антон, услышав такой строгий приказ, не смог ослушаться, поэтому поднялся, чуть пошатываясь, и пошёл следом за учителем.       Когда они вошли в столовую, то Антон осмотрелся, она была довольно большой, много столов, некоторые из них соединены в огромные, некоторые стояли по одиночку.       Когда они подошли к меню, Антона заставили выбрать любое блюдо, тот ткнул пальцем в первое попавшееся, старший заказал его и, забрав готовую пищу, вручил Шастуну, толкая того к столам.       — Тебя-то как зовут? — поинтересовался старший, рассматривая ученика, что уже сидел за столом напротив и неохотно принимал пищу.       — Антон. Я верну деньги за еду, — пообещал Шастун, тыкая вилкой в котлету, что была не очень вкусной.       — Арсений Сергеевич, — ответил учитель, протягивая руку, на что Шаст лишь скептически посмотрел на неё, проигнорировав, — вежливость — твоё второе имя.       — Знаю, — с набитым ртом пробурчал Антон.       Когда еда была доедена, а стол убран, они вместе вышли из столовой, Антон хотел выйти на улицу, но его вовремя остановил Арсений.       — Дурак совсем что-то? Там линейка идет, а ты решил через главный вход выйти?       — Не подумал, — оправдался младший.       — Пошли тебя в твой кабинет заведу, скоро линейка закончится, и все пойдут туда.       Антон, ничего не ответив, пошел следом за Поповым, тот, в свою очередь, разглядывал подростка, словно пытаясь удостовериться, что тот живой.       Пока Антон был в отключке, Арсений успел узнать и имя, и фамилию, и класс подростка, поэтому знал, куда им идти.       Заведя того в кабинет, он пригрозил ему сидеть смирно, а если что-то срочное — позвать кого-нибудь из взрослых в учительской на втором этаже. Антон лишь кивнул, опуская голову на четвертую парту третьего ряда в ожидании своего класса.

***

      Ждать пришлось недолго, уже через десять минут в класс ввалились шумные подростки, рассаживайтесь по своим партам, Дима, заметив Антона, подсел рядом и, взглянув на того, понял, что сейчас с Шастуном лучше не разговаривать, тот выглядел темнее тучи.       Вслед за учениками в класс вошла учительница, выглядела она молодо, от силы лет 28 можно дать. Темные волосы, обычные черты лица, одета она в белую рубашку и длинная черная юбка. Она попросила класс создать тишину, а когда она наступила, учительница начала свою речь:       — В этом году к нам поступил новый ученик, Антон Шастун, встань, пожалуйста, — Шаст от неожиданности чуть со стула не упал. Поднявшись на ноги, он не понимал, чего от его хотят, поэтому просто молчал, — пожалуй, представлюсь для тебя, зовут меня Ляйсан Альбертовна, я классная руководительница 11Б класса, и если у тебя возникнут какие-то вопросы или проблемы, можешь обращаться ко мне, — Антон одобрительно кивнул.       «Ляй… Блять, что? Как это запомнить? Язык сломать можно!»       Учительница сказала Антону сесть, и тот, выполнив ее просьбу, выдохнул. За этот день он получил слишком много внимания, к такому он точно не привык и врядли в ближайшее время привыкнет. Сначала Дима всем представил, потом Арсений Сергеевич, теперь Ляйс… Ляй… Блять, похуй, Альбертовна, короче.       Учительница довольно интересно рассказывала о предстоящем годе, что даже Антон, который не собирается посещать уроки, вникал в каждое ее слово.       — Сейчас Игорь раздаст вам бланки, просьба отдать вашим родителям и вместе с ними заполнить их. Вам нужно выбрать хотя бы один факультатив, который вы будете посещать на протяжении всего года. Это обязательно! — добавила она, видя недовольные лица ребят. Ляйсан отдала бланки Игорю, и тот стал их раскладывать по две на парту.       Когда очередь дошла до парты парней, Шастун стал читать все варианты факультативов, вырвав листик из рук Позова. Математика, физика, биология, астрономия, баскетбол… Баскетбол! Отлично, именно это Антон и выберет.       — Дим, ты что выбираешь? — поинтересовался Шастун, надеясь, что тот тоже выберет баскетбол и туда они будут ходить вместе.       — Физику, наверное, ненавижу, но родители заставят, мне в этом году сдавать ее, — обломал кайф Антона Позов.       — А родители-то что? Я своих вовсе спрашивать не буду, заместо их заполню и всё, — ответил Шастун, отобрав у Димы ручку и заполняя анкеты в пустых местах, — вот и всё, завтра сдам.       — Баскетбол? — переспросил Позов, заглядывая на листок друга.       — Ну да, с детства его люблю, ну и тут ничего другого интересного нет, не на математику же мне ходить.       — Саша вроде тоже на баскетбол записываться будет, поэтому ты не один, — подбодрил друга Позов.       Шастун обрадовался такой новости, хоть с Сашей они знакомы мало, но Антону он уже нравился.       Классный час закончился тогда, когда каждый из учеников расписался на листке, где указано, что «я ознакомлен с правилами проведения» и что-то там ещё, Шастун особо не вникал, а просто расписался, где ему сказали.       Когда парни вышли из кабинета, Саша предложил сходить в столовую, а потом глянуть расписание на завтра и пойти гулять. Шастун домой идти не хотел, поэтому согласился, а Дима просто отказать не мог.       — Можно мне, пожалуйста, макароны с куриной котлетой, — попросил Саша у продавщицы, на что та одобрительно кивнула и назвала нужную сумму.       — Шаст, ты где был, кстати? И как в классе оказался? — поинтересовался Позов, когда трое уже сидели за столом.       — Мне скучно стало, я отошёл прогуляться, заблудился, мне учитель какой-то подсказал нужный кабинет, ну я и пошёл туда, — соврал Антон.       Говорить, что он потерял сознание, что его отнесли в медпункт, а после накормили, он не хотел.       Столовая была почти полностью пустой, лишь пару столов занимали школьники младших классов, которые создавали слишком много шума.       «Поесть тихо не могут?»       Когда Алекс поел и отнес пустой поднос на конвейер, вся компания пошла к стенду, где обычно висело расписание, Шастун сфоткал нужное и уже из телефона стал зачитывать его:       — Астрономия, физика, математика, английский, биология, литература, физкультура… Блять, почему так много? — начал возмущаться Антон.       Двое других парней лишь пожали плечами, пожалуй, они уже давно смирились, что в этой школе их никто не щадит.       Выйдя из школы, парни единогласно решили прогуляться по парку и заодно ещё раз показать Антону город. Тройка вышла к небольшому скверу и стала обсуждать насущные школьные темы, сопровождающиеся заливистым смехом ребят.       — Шаст, а почему ты выбрал баскетбол? — поинтересовался Кобзев.       — Ну, во-первых, выбор был не особо велик, во-вторых, мне с детства нравился баскетбол, но возможности записаться не было, — ответил Шаст, по его эмоциям можно было понять, что он не особо хочет это вспоминать.       — Понятно. Я уже третий год занимаюсь, я думаю, ты быстро к нам поднимешься, — сказал Саша. За то время, пока они общались, довольно неплохо сблизились, у них было много схожих тем. Парни уже договорились, что вместе сыграют в школьной сборной, а если выиграют, устроят крутую тусовку. Поз на эту новость лишь закатил глаза. Дима никогда не любил алкоголь, а ходил на различного рода тусовки только из-за Саши, теперь, видимо, ещё и за Шастуна придётся.       — Вот вы на баскетболе будете развлекаться, а я на физике мучиться, — с тоской и шуточной обидой констатировал Поз.       — Такова жизнь, — с насмешкой пожал плечами Шастун.       — Поддерживаю! Будешь к педику Попову домой ходить, — отозвался Саша подмигивая.       — Заразы! — надулся Дима.       — Бывает, — ответил Антон.       — Бывает, — повторил Алекс, сохраняя серьёзное лицо.       Дима осуждающе посмотрел на друзей, слишком невозмутимые лица вывели его на грумкий смех, который мгновенно подхватили и парни.       — Ладно, ладно, поняли, — сквозь смех хором ответили парни.       — А пойдёмте на водохранилище? — предложил Кобзев, когда парни успокоились от смеха.       — Это же далеко, — ответил Поз, скептически посмотрев на друга. Ему эта идея не особо нравилась в столь позднее для этого развлечения время.       — Ну и что? — не понял Алекс.       — Пока мы доедем до водохранилища, пока погуляем там, а ещё обратно возвращаться! Мы придём только к ночи, а завтра в школу, — изложил Позов.       — Согласен с Димой, — отозвался Антон, учёба его никак не волновала, а вот синяк на скуле по-прежнему болел.       — Хорошо, пошли тогда на заброшку? — предложил Кобзев. Друг явно хотел как можно больше провести времени с парнями.       — Это та, которую ты мне показывал? — спросил Шастун, обращаясь к Позу.       — Какую ты ему показывал? — поинтересовался Саша.       — Да, это та, которую я тебе показывал. А показывал я ему Призрачную капеллу, — ответил Позов, глядя куда-то вдаль.       — О, пойдёмте к ней?! — восторженно предложил Кобзев.       — Почему она называется «Призрачная капелла»? — поинтересовался Шаст, он часто был на заброшках, но ни у одной не было никакого названия, тем более такого странного.       — Однажды туда пошла маленькая девочка по имени Капелла со своими родителями, девочка забралась на самый верх, пока внизу ее фоткала мама. Девочка представляла себя Рапунцель в запертом замке. Но тут случилась трагедия, под ее ногами стал ломаться кирпич, и она упала самый вниз, разбившись насмерть. Именно в этот момент мама фоткала девочку, и этот момент навсегда остался на старом полоройдном картридже. С тех пор, если прийти туда с полоройдом и снизу фоткать замок, то можно увидеть дух девочки.       У Шастуна от услышанного по всему телу пробежались мурашки, он любил всякие мрачные истории, они всегда напоминали ему о различных детских лагерях. Но когда он увидел лица друзей, то вся атмосфера обломилась.       Двое парней, ели сдерживая смех, смотрели на увлеченное лицо Шастуна. Он, поняв, что Позов пошутил, ударил его портфелем и прокоментировал это словом: «Козёл!»       — Ладно, успокойся, не знаю я, почему название такое, просто кто-то придумал, и пошло поехало.       Шаст обиженно нечего не ответил и пошёл в сторону замка, благо дорогу он уже запомнил. Позов же с Сашей поплелись следом, всё ещё смеясь из-за лица Антона, который словно готов поверить во всё.       Сейчас Шастун заметил, что у него почти закончились сигареты. Последняя, третья пачка была пуста больше чем на половину.       «Буквально два дня назад покупал ведь. Надо бросать, наверное. А есть ли смысл?»       Кобзев словно прочитал мысли и предложил парням зайти в магазин. Парни согласились, и они зашли в продуктовый.       Саша отправился к прилавку с лапшой быстрого приготовления, Дима пошёл к газировке, а Антон остался стоять у прилавка с батончиками и жвачками.       Собрав всё необходимое в корзину, парни отправились на кассу. Антона с его двумя жвачками парни пропустили вперёд.       — Пакет нужен? — механически спросила девушка за кассой.       — Нет, спасибо. Две пачки сигарет LD с шоколадом, — вежливо попросил Шаст, надеясь, что долго уговаривать не придётся.       — Обычные, сотка? — спросила кассир, разглядывая глаза покупателя. Спорить с ним под конец дня не хотелось, поэтому она даже паспорт решила у него не спрашивать.       — Обычные, — ответил Антон, мысленно поблагодарив девушку.       Оплатив покупки, ребята вышли на улицу.       — Шаст, ты куришь что ли? — поинтересовался Саша. Вроде общались они о многом, а о вредных привычках речь ни разу не заходила.       — Ну да, — просто ответил Антон.       — Фига себе. Мог у меня попросить, — ответил Алекс, доставая пачку красного Кента из кармана.       — Не курю Кент, — лишь ответил Шастун. Он достал из старой упоковки сигарету и зажёг её, зажимая между губ. Дима, что шёл правее, стал возмущаться, почему ему в жизни так везло, что все его друзья курят. На это Шаст пожал плечами, мол, «так получилось».       Оставшуюся дорогу ребята шутили и смеялись. У Димы и Алекса было превосходное чувство юмора, а Антон легко мог подбросить тему для шутки. Вот и подружилось юмористическое комбо. Антон расспрашивал Сашу о разных спортивных приёмах, подачах, стойках и в общем о баскетболе. А Саша с энтузиазмом подробно рассказывал и объяснял Шастуну разные причуды этого спорта. Дима же, в свою очередь, наблюдал за друзьями со стороны и наслаждался приятной компанией.       Когда ребята дошли до замка, Антон заметил за ней небольшую лужайку и понёсся к ней со всей скорости.

***

      — Мама! Мама! Смотри какой я венок сплёл! Это тебе! — восторженно кричал подбежавший к маме мальчик.       — Какой красивый. Спасибо тебе большое, Тошенька, мне очень нравится, — ласково ответила ему Майя, беря в руки венок из различных полевых цветочков.       — Здесь так красиво! Мы ведь придём сюда ещё когда-нибудь? — с надеждой спросил мальчик.       — Если тебе так здесь понравилось, то да. — с улыбкой ответила ему старшая, поглаживая малыша по мягким кудрявым волосам.       — Пап! Иди скорее сюда! — крикнул мальчик стоящему чуть поодаль мужчине.       — Сейчас приду, подожди немного, — ответил отец.       Это был тот редкий счастливый момент из детства, который остался в памяти уже взрослого Антона. Тогда он был маленьким мальчишкой, который не понимал, что взрослые люди часто не те, за кого себя выдают обществу. Тогда у маленького Тоши ещё была надежда на счастливое детство и семью.       Но всё это в прошлом.

***

      — Шаааст, ты чего убежал и разлёгся тут? Заболеть решил в школьное время? — спросил Дима, рассматривая лицо парня, что лежал на холодной земле, его тело закрывала длинная трава.       — Всё хорошо, просто здесь так красиво, — с грустной улыбкой ответил Антон.       — Ладно. Пойдёмте заберёмся на балкон, — предложил Саша, разбавляя довольно напряжённую атмосферу.