как (не) скрывать свои отношения от мира

ЭКСКЛЮЗИВ: Аргентинский связующий Ойкава Тоору целует японского спортивного тренера на финале чемпионата мира по волейболу среди мужчин. Комментарии: @ninjasyooluvr: ОЙКАВА ТООРУ ГЕЙ????????????? @oiksblue: я знал, что между этими двумя что-то есть!! @ilovevolleyball: мне казалось, они не общаются?????? @toorusnumber1fan: НЕЕЕТ ЭТО ПОТЕРЯ ДЛЯ ДЕВУШЕК :( @gaygayhomosexualgay: ИВАОИ РУЛЯТ!!!!!!! @UshijimaWakatoshi: Поверьте, мы все были удивлены. @kageyamatobio9: говори за себя, я знаю ещё со средней школы @TheHinataShoyo: ЛЖЕЦ!!!!!!!!!!!       — Ива-чан, все только о нас и говорят, — заявил Ойкава, залипая в комментариях под постом в Твиттере.       — И кто в этом виноват? — рявкнул в ответ Иваизуми.       — Да ладно тебе! Расслабься! Зацени лучше какой я красавчик получился на этих фотках!       Иваизуми закатил глаза:       — Конечно, это сейчас тебя больше всего волнует…       — А я не прав, что ли? — спросил он, тыча ему телефоном в лицо. — Скажи мне, что я не прав!       Хотя Иваизуми терпеть не мог потакать этим выходкам своего парня, но соврать, что тот не прав, было бы глупо. Он внимательнее пригляделся к первой фотографии, где Ойкава широко улыбался, сияя в своей синей аргентинской форме на фоне золота кубка чемпионата мира по волейболу. На второй фотографии он уже подбежал к японской стороне площадки, обхватил лицо Иваизуми руками и, ухмыляясь, целовал его в губы.       Иваизуми снова поразился способности Ойкавы быть фотогеничным, каким бы потным и грязным тот ни был после игры. Поэтому лишь пробормотал:       — Прав. Ты выглядишь потрясающе.       — Ой, Хаджиме... Перестань мне льстить… — сказал Ойкава, легонько стукнув Иваизуми по руке.       — Я больше никогда не буду делать тебе комплименты.       На мгновение воцарилась тишина, пока Ойкава листал ленту Твиттера в телефоне. Тысячи людей отмечали его в публикациях, требуя официального объявления об отношениях. Иваизуми внимательно смотрел на него, не сводя глаз, потому что в глубине души беспокоился о том давлении, которому тот подвергался. Хоть он и знал, что Ойкава отлично умеет обращаться со СМИ и что тот полностью уверен в своей сексуальной ориентации, понимание того, как страшно быть квир-спортсменом, не давало ему успокоиться.       — Тоору, — позвал он, — ты точно уверен, что хочешь этого?       — Да, а не должен?       — Я не хочу, чтобы ты чувствовал себя обязанным что-либо делать из-за меня.       Ойкава улыбнулся.       — Я не делаю ничего, чего не хочу, любимый, — он сделал паузу и взял Иваизуми за руку. — Тебя самого всё происходящее устраивает?       — Со мной всё в порядке, пока мы вместе.       Прежде чем Ойкава успел ответить, его телефон завибрировал. Снова миллионы уведомлений о том, как Иваизуми Хаджиме, спортивный тренер, и Ойкава Тоору, аргентинский связующий, поцеловались на финале чемпионата мира по волейболу, который прошёл накануне. Хаджиме задался вопросом, как долго его упоминания в соцсетях будут заполнены обсуждениями их личной жизни.       — Как мы до этого дошли? — вздохнул Иваизуми. — О чём ты вообще только думал?       Ойкава широко улыбнулся.       — Я тебе всё расскажу, Хаджиме.

***

От Тоору <3: хаджимеееее я не могу поверить, что мы наконец-то можем видеть друг друга!!!!!! От Хаджиме: я тоже :) встретимся в кафетерии? От Тоору <3: конечно!       Ойкава и Иваизуми в последнее время были очень заняты, особенно после того, как оба начали подготовку к чемпионату мира. Иваизуми снова был назначен спортивным тренером национальной сборной Японии по волейболу, а Ойкава — капитаном сборной Аргентины. Весь последний месяц они находились в разных полушариях мира, поэтому у них было очень мало времени на общение. Конечно, они изо всех сил старались как можно чаще звонить друг другу по телефону, но, в основном, когда это было невозможно, просто общались в групповом чате Сейджо, где Ойкава спрашивал у Иваизуми про тренировки.       Они вдвоём были подавлены из-за расстояния, но в то же время понимали, что сейчас такой период в их жизни, когда карьера стоит на первом месте. Это означало не то, что они стали любить друг друга меньше, а то, что оба уважали друг друга настолько сильно, что смогли отпустить и позволить последовать за своей мечтой. Они по-прежнему были вместе и знали, что так будет всегда. Даже, когда их разделяло расстояние.       Но теперь, после месяца, проведённого порознь, они наконец-то смогли быть вместе. Казалось бы, Иваизуми и Ойкава уже привыкли к дистанции между друг другом, но каждая секунда разлуки по-прежнему казалась вечностью. А теперь их разделяло всего несколько шагов. Это представлялось нереальным, но, к счастью для них, таковым оно не было.       Иваизуми с улыбкой смотрел на экран своего телефона, с большой гордостью набирая ответ на только что пришедшее ему электронное письмо. Он знал, что, выбрав карьеру спортивного тренера, он не будет находиться в центре внимания. И никогда, конечно, об этом не беспокоился. В отличие от Ойкавы, Иваизуми не стремился привлекать к себе внимание, куда бы он ни пошёл; на самом деле, он предпочёл бы остаться в тени, где лишь немногие могли понять, кто он. Но Иваизуми не жаловался, когда его узнавали. Время от времени это было даже приятно.       — Чему это мой Ива-чан так улыбается? — послышался знакомый голос.       Иваизуми поднял взгляд и, увидев Ойкаву, его улыбка стала ещё шире.       — Угадай.       — Чему?       — Я же сказал тебе угадать, тупица.       Ойкава закатил глаза.       «Как грубо!», — подумал он на секунду, но после сразу же сдался:       — Да ладно! Просто скажи мне!       — Ты неинтересный, — ответил Иваизуми. — Меня пригласили на интервью в Sportiva. Они хотят узнать, как я тренирую своих спортсменов, особенно перед Олимпиадой.       — Хаджиме! Это же потрясающе! — взвизгнул Ойкава и кинулся обнимать парня за плечи. — У тебя всё получится!       И Иваизуми обязательно рассмеялся бы ему в ответ, если бы в этот момент вся сборная Японии не пялилась на них, пытаясь понять, почему стартовый связующий аргентинской команды осыпает лицо их спортивного тренера поцелуями. Для всех они вдвоём должны были быть «лучшими друзьями», но Тоору, похоже, об этом совсем забыл.       — Ойкава, не мог бы ты убрать руки от нашего тренера? — как ни странно, из всех людей вокруг, спросил Мия Атсуму.       «Господи Иисусе», — подумал Иваизуми.       Ойкава сразу же быстро от него отстранился.       — Конечно! — взвизгнул и, словно робот, ударил Иваизуми по руке. Тот удивился, что его парень не поддался на чужие поддразнивания. Вероятно, из-за собственного смущения. — Поздравляю, чувак.       «Мой член был в твоей заднице, а ты называешь меня чуваком?» — хотел было сказать Иваизуми, но промолчал. Это бы только усугубило ситуацию.       Но то, что произошло дальше, было ещё более ошеломляющим.       — Мия! — воскликнул Ойкава, широко улыбаясь, а затем обхватил лицо Атсуму руками, — Ива-чан идёт на интервью! — и поцеловал его в щёки и лоб.       Затем он так же подошёл к Хинате:       — Шоё-кун! У Ива-чана будут интервью!       — Ойкава… — позвал его Иваизуми. Он не ревновал и не злился, просто был невероятно растерян и сбит с толку. Тоору вполне мог бы просто остановиться, поздравив его. Но нет, Ойкава был полным идиотом и, конечно же, решил, что, целуя других спортсменов в щёки, он убедит их в том, что в происходящем нет ничего подозрительного.       — Ушивака, — на этот раз он звучал растерянно, но всё же поцеловал соперника в лицо, — Ива-чан идёт на интервью!       Когда Ойкава уже собирался подойти к Сакусе, тот поднял руку, преграждая ему путь.       — Не смей, чёрт возьми!       Связующий нервно рассмеялся и отступил назад.       — Ойкава-сан, что это было? — спросил Кагеяма, с подозрением глядя на старшего.       «Что же мне ответить?» — подумал он, продолжая нервно хихикать.       — Ужас, Кагеяма! Ты такой глупый! — громко вмешался Хината. — В Латинской Америке целовать друг друга в лицо — это нормально. В Бразилии так постоянно делают! Верно, Ойкава-сэмпай?       — Да!! Именно! — воскликнул он. — Не ожидал, что такой простак, как ты, поймёт, — на этот раз Тоору громко усмехнулся.       — Так ты пришёл сюда только для того, чтобы поцеловать Иваизуми? — спросил Ушиджима. Выражение его лица было серьёзным, но в нём не было никаких дурных намерений, кроме попытки по-настоящему понять действия Ойкавы.       Этот комментарий заставил парочку зардеться. Иваизуми хотел сказать, что Ойкава пришёл в кафетерий, потому что они оба скучали друг по другу, ведь не виделись уже почти несколько недель. Хотел сказать, что он устал скрывать их отношения, что он так сильно влюблён в Ойкаву Тоору, что хочет выйти за него замуж-       Стоп, что?       Что ж, на самом деле это всегда было понятно. С самого детства Иваизуми знал, что хочет провести остаток жизни с Ойкавой. И сейчас они так много лет жили вместе, так что, по сути, уже были замужем. Просто официального предложения руки и сердца ещё не было.       Его размышления прервал громкий смешок Ойкавы:       — Конечно, нет, Ушивака. Пришёл сюда напомнить, что через несколько дней я разнесу вас всех в пух и прах. А поскольку Ива-чан — мой лучший друг, он, конечно же, воспользовался случаем, чтобы сообщить, что у него берут интервью! Ками-сама, кто вообще назначил такого тупицу капитаном национальной сборной?       — Эй! — крикнул Иваизуми. — Не будь придурком!       — Я не обиделся, Иваизуми, — невозмутимо произнёс Ушиджима, что вывело Ойкаву из себя ещё сильнее. — Он просто ведёт себя как обычно.       — Ну и что это, по-твоему, значит? — спросил Ойкава. — Знаешь что? Не важно. Мне всё равно. Я пошёл. Прощайте, простолюдины! Пока, Шоё-кун. Пока, Ива-чан, — с этими словами он ушёл, оставив всех в немом ступоре, за исключением Хинаты, который с прежней улыбкой продолжил смотреть телевизор.

***

      Настал день интервью Иваизуми, но он едва ли успел про него вспомнить, потому что был слишком занят подготовкой сборной, которая в последнее время целыми днями тренировалась. У Хаджиме была цель — победить и наконец-то одолеть Ойкаву. Они сыграют друг с другом только в отборочных матчах, если обе команды успешно проявят себя на групповом этапе. Но, учитывая, как досконально Иваизуми изучил своих и чужих игроков, было ясно, что матч Японии против Аргентины будет таким же захватывающим, как это было на Олимпийских играх и волейбольной Лиге наций.       Он пробежался по всему, что прислала его PR-команда, словно не был уже знаком со всеми правилами и политикой конфиденциальности, которой должен был следовать. Несмотря на свою замкнутость, Иваизуми отлично справлялся со СМИ. Ну, не так идеально, как Ойкава, но за годы просмотров интервью своего парня, он кое-чему всё же у него научился.       Начали, как он и ожидал, с вопросов о его карьере. Но затем стали расспрашивать об Ойкаве, ведь с тех пор, как пресса узнала, что он и его парень были лучшими друзьями с детства, они постоянно спрашивали его о новостях касательно связующего. Иваизуми же продолжал говорить о нём с неподдельной гордостью в голосе, потому что именно её он и чувствовал. Он говорил это, когда им было по восемнадцать, и был готов твердить всю жизнь, пока Ойкава будет согласен его слушать. Но даже если тот в конце концов перестанет, Иваизуми едва ли сможет остановиться, ведь его гордость, по ощущениям, была бесконечной.       Именно тогда интервьюер спросил, общаются ли они друг с другом до сих пор. Иваизуми вспомнил, что они договорились отвечать в такие моменты: правду, но без подробностей личной жизни и без упоминаний о том, что они вместе.       Иваизуми и Ойкава вместе решили сохранять свои отношения в тайне, когда ещё только начали встречаться, и Тоору стал привлекать всё внимание общественности на себя. Причина была в том, что Иваизуми был скрытным человеком и не хотел, чтобы кто-то, кроме самых близких людей, знал о том, что происходит в их жизни. Он также не желал, чтобы толпы незнакомцев строили догадки о нём, его отношениях или чём бы то ни было ещё.       Однако они договорились об этом в то время, когда им обоим было по двадцать два, и теперь, спустя девять лет, Иваизуми изменил свои взгляды, в том числе и на публичные отношения. Он увидел насколько поддерживающими оказались фанаты Ойкавы, когда узнали, что они вдвоём лучшие друзья детства. Некоторые из них даже стали их шипперить. СМИ же, в свою очередь, обожали, когда они появлялись вместе, и желали им только самого лучшего. Таким образом, за девять лет многое изменилось — изменился и сам Иваизуми.       В глубине души ему хотелось признаться, что они с Ойкавой вместе со второго курса университета, и что он любит его, кажется, всю свою жизнь. Но нельзя было просто выставить это на всеобщее обозрение, не поговорив сначала со своим парнем, поэтому он просто сказал, что в последнее время они общаются реже. Сказал это с улыбкой на лице, ведь знал, что как только интервью выйдет, Ойкава первым ему позвонит.       Именно так и произошло: через несколько дней, когда Иваизуми заканчивал заниматься с Атсуму, раздался звонок. Он заметил, как спортсмен краем глаза заглядывает в его телефон, но не придал этому особого значения.       — Хаджиме, я не могу в это поверить! — сразу же взвизгнул Ойкава в трубку. — Все теперь решат, что мы ненавидим друг друга!       Иваизуми усмехнулся:       — Что, боишься разочаровать своих фанатов?       — Ты невозможен! — не унимался Ойкава. — Ты специально сделал это, чтобы меня позлить?       — Может быть.       Ойкава громко застонал, заставив Иваизуми точно так же громко рассмеяться.       — Молодец, ты проделал отличную работу! Фу, не могу поверить, что мне придётся притворяться, будто мы с Ива-чаном не живём вместе!       — А ты разве не делал этого раньше? — парировал Иваизуми, взглянув на Атсуму, который, казалось, ещё больше заинтересовался разговором, как только он упомянул Ойкаву.       — Но люди нас шипперят! А теперь, когда ты сказал, что мы почти не общаемся, они подумают, что ты свободен! — возразил Тоору. — Ты и так самый горячий мужчина на Земле, я не могу позволить, чтобы к тебе приставали и подкатывали!       «Этот человек однажды меня погубит», — подумал Иваизуми.       — И ещё эта часть интервью про мышцы Ушикавы! Не знал, что ты проводишь так много времени разглядывая их!       — Я обязан это делать, — начал Иваизуми, но, услышав раздражённый возглас Ойкавы, тут же проворчал: — Только в рабочих целях! Слушай, сколько бы я ни разглядывал его мышцы, они никогда не сравняться с твоими. Тем более, ты всё ещё самое совершенное существо на планете, и никто не сможет превзойти тебя в этом. Ну что, полегчало?       — Как скажешь, Ива-чан… — промямлил Ойкава, а Иваизуми прямо-таки чувствовал, как у того горят уши.       — Спокойнее. Поговорим об этом позже, хорошо?       — Ладно. Поговорим позже, — пробормотал Ойкава. — Я люблю тебя.       — Я люблю тебя больше.       На лице Иваизуми заиграла улыбка, но она почти сразу же исчезла, когда до него дошло, что он только что натворил.       Атсуму всё ещё был рядом и, по любому, слышал, как он сказал Ойкаве «я люблю тебя» и назвал его самым идеальным человеком на свете.       — И так… почему контакт Ойкавы у тебя сохранён как его имя с сердечком? — спросил Атсуму. Иваизуми знал своего подопечного как облупленного и понимал, что тот просто пытается его спровоцировать. Да, он и раньше флиртовал с Иваизуми при Ойкаве чисто ради того, чтобы его позлить.       И если до этого слова на это находились, то сейчас он откровенно не знал, что сказать.       — Э-э... Мои друзья из старшей школы когда-то изменили его контакт в моём телефоне. Вот почему! — нервно рассмеялся Иваизуми.       — И ты не поменял его за все эти годы?       «Чёрт тебя побери, Мия!» — подумал Иваизуми.       Парень был чертовски сообразительный, чего уж там.       — Нет?       — Оке-ей… — протянул Атсуму, а затем снова стал настаивать на своём. — Но ты же сказал, что любишь его…       — Он мой друг детства, чего ты ожидал?!» — вспылил Иваизуми.       — А разве ты не гей?       Вот же чёрт.       — Геям, по-моему, тоже разрешено проявлять нежность к своим друзьям, — парировал Хаджиме.       — Тогда почему ты сказал, что он идеален? — продолжил настаивать на своём Мия. — Да ладно, Ива-сан, тебе нужно пересмотреть свои стандарты.       Обычно Иваизуми было плевать, когда Атсуму действовал ему на нервы, особенно когда тот дразнил его насчёт Ойкавы. Но намёк на то, что тот может быть чем-то иным, кроме совершенства, всерьёз испортил ему настроение.       Между ними повисла неловкая тишина. Иваизуми постукивал ногой по полу, пытаясь придумать хоть что-нибудь, что могло бы оправдать наличие такого контакта с Ойкавой. Ничего не приходило на ум. Обычно он мог здраво мыслить, несмотря на нервозность, но когда дело касалось его парня, вся рациональность в мозгу улетучивалась, как туман на утреннем солнце.       — Ты хочешь мне что-то сказать? — ехидно спросил Атсуму.       Иваизуми взорвался:       — Да. Хочу сказать, что тебе лучше стоит заботиться о своей лодыжке, а не подглядывать в мой чёртов телефон и строить догадки о моей личной жизни.       Ухмылка с лица Атсуму исчезла.       — Извини, Ива-сан.       — Всё в порядке. А теперь возвращайся на площадку и делай растяжку. С твоей лодыжкой всё в порядке. Всё будет хорошо.       Атсуму с несчастным видом побрёл обратно на корт. В любой другой ситуации Иваизуми бы почувствовал себя виноватым, но сейчас подопечный действовал ему на нервы, поэтому он позволил себе не переживать на этот счёт.

***

      Чемпионат мира стартовал с того, что Япония выиграла все свои матчи со счётом 3:0. Само собой разумеется, что сборная была воодушевлена как никогда и готова к предстоящим испытаниям. У Аргентины же дела обстояли чуть сложнее: они одержали победу над Францией со счётом 3:2, а остальные матчи выиграли 3:0. Ойкава сиял и отовсюду получал восторженную похвалу; комментаторы наперебой твердили, что аргентинская команда теперь находится в надёжных руках, раз уж капитаном стал Ойкава.       Хоть и Аргентина, и Япония обеспечили себе выход в плей-офф и тренировались изо всех сил, Ойкава и Иваизуми вновь оказались втянуты в бесконечный цикл, где им почти не удавалось видеться. В связи с этим у Иваизуми так и не представилось случая поговорить с Ойкавой о том, чтобы наконец-то сделать их отношения публичными, что в целом делало любое общение ещё сложнее. Хаджиме не мог не чувствовать лёгкую грусть, но всякий раз, когда это происходило, он погружался в работу, что приносило ему некоторое облегчение.       Чемпионат продолжался. В тяжёлом и напряжённом матче Япония одолела Словению со счётом 3:2, что вывело их в полуфинал против Бразилии. Аргентина же, в свою очередь, победила на ещё одной сложной игре против Польши и теперь должна была сразиться с Кубой.       Ойкаве и Иваизуми несколько раз удавалось поговорить по телефону. Первый часто делился своими переживаниями: он был так близок беспрецедентному для Аргентины титулу, но боялся разочаровать страну. Иваизуми уверял его, что беспокоиться не о чем, ведь он уже сделал так много для сборной, что точно никого не разочарует, а болельщики по-прежнему будут поддерживать его несмотря ни на что.       — Кроме того, я всегда буду болеть за тебя, что бы ни случилось, — сказал Иваизуми.       — О, Ива-чан. Ты такой милый!       Матч против Бразилии оказался куда сложнее, чем ожидалось. Сборная играла на пике возможностей и разгромила Японию в первой партии. Однако благодаря помощи главного тренера, Хибариды Фуки, Японии удалось переломить ход событий и одержать победу. Ушиджима практически в одиночку заработал очки в трёх последующих партиях. И в конечном итоге, победив со счётом 3:1, Япония обеспечивала себе место в финале. На следующий день они узнали своего соперника.       Аргентина великолепно сыграла против Кубы, также победив со счётом 3:1. Ойкава демонстрировал невероятно проницательную игру в сетах, делая точнейшие пасы, которые позволили команде выиграть первую, третью и четвёртую партии с отрывом примерно в восемь очков.       Повторилась ситуация с Олимпийских игр: Японии и Аргентине предстояло сразиться за золото.       На тот момент, Иваизуми и Ойкаве, к их большому сожалению, всё ещё не удалось увидеться. Но позже, в тот же день, Хаджиме получил сообщение, которое заставило его ухмыльнуться. От Тоору <3: я разнесу твою команду в пух и прах, ива-чан!!!! >:) От Хаджиме: я бы посмотрел, как ты пытаешься       Он знал, что Ойкава хотел сказать ему это в лицо, но на тот момент даже этого сообщения было достаточно.

***

      Иваизуми и Ойкаве наконец удалось встретиться лишь благодаря тому, что тренеры аргентинской и японской сборных решили дать спортсменам отдохнуть утром перед финалом. Ойкава попросил Иваизуми подойти к бассейну в отеле, в котором они остановились, ведь, судя по всему, там не было никого из их знакомых. Так что они могли позволить себе чуть больше нежностей, чем обычно.       Иваизуми пришёл и увидел Ойкаву, лежащего на шезлонге, с зачёсанными назад волосами и солнцезащитными очками на макушке. На нём был его обычный набор для похода в бассейн — расстёгнутая гавайская рубашка и синие плавки. Иваизуми не мог не отметить, что этот цвет действительно был ему к лицу.       Когда Ойкава заметил Иваизуми, его глаза засияли.       — Хаджиме!       Иваизуми мягко улыбнулся в ответ.       — Привет, детка.       Он присел, заставив Ойкаву подвинуться, и без лишних раздумий приник губами к губам своего возлюбленного, вызвав у того довольный вздох. О, как же он скучал по этому.       — Иваизуми-сан, какого чёрта вы делаете?!       «О нет… Только не он», — мелькнуло в голове у Иваизуми.       Бокуто. Чёртов Бокуто Котаро.       Иваизуми ничего против него не имел, на самом деле, он ему даже искренне нравился. Но сейчас ему совсем не хотелось его видеть. Особенно когда всё, чего он желал, — это провести время с Ойкавой наедине. Тем более он понятия не имел, что в своё оправдание можно сказать Бокуто. Как вообще можно объяснить происходящее?       — Бокуто! Привет! Как дела? — процедил Иваизуми сквозь стиснутые зубы.       Краем глаза он заметил, как Ойкава рядом хихикает, но у него не было сил отругать своего парня прямо сейчас.       — Я вообще-то собирался поплавать, — заявил Бокуто. — Но мне стало интересно, что происходит между вами. Вы обычно не бываете так нежны друг с-       — Я… я подумал, что Ойкаве стало плохо! — вскрикнул Иваизуми, перебивая его. — Да! Я был уверен, что он потерял сознание, потому что в прошлый раз, когда мы пересекались, у него была лёгкая анемия!       — У тебя анемия, Ойкава? — спросил Бокуто.       — Была! — нервно ответил тот. — Но сейчас я прилёг, потому что давление немного упало, а Ива-чан просто помогал мне!       Бокуто на несколько секунд задумался над сказанным.       — Тогда всё понятно! Может, и мне стоит попробовать так сделать с Акааши, когда у него анемия. Знаете, из-за работы у него совсем не остаётся времени на тренировки, так что он немного не в форме. И каждый раз, когда я зову его позаниматься, он отмазывается, говоря, что не готов. Может, этот метод ему поможет!       «О, Бокуто. Мне так тебя жаль», — мысленно взмолился Иваизуми.       Они с Ойкавой переглянулись, ожидая, что знакомый скажет ещё что-нибудь. Но тот, сияя широкой улыбкой, лишь похлопал Тоору по спине, заставляя его громко фыркнуть от того, насколько тяжела была чужая рука.       — Если тебе потребуется искусственное дыхание, я тоже могу помочь! — предложил Бокуто.       «Какая же добрая душа», — в очередной раз подумал Иваизуми.       — Э-э, нет, спасибо, Бок-кун! — пробормотал Ойкава. — Если мне снова станет плохо, я попрошу Ива-чана, величественного тренера, помочь мне!       — Ладно! Тогда я пойду плавать! — объявил Бокуто. — А вы вдвоём хорошо проводите время!       Он удалился, и Иваизуми наконец-то выдохнул, даже не осознавая, что всё это время задерживал дыхание.       Произошедшее заставило его понять, что пришло время для раскрытия их отношений. Ему уже надоело постоянно скрываться от всех. Лгать людям, с которыми он работал, становилось не только тяжело, но и как-то унизительно, ведь он не хотел прятать одну из самых важных вещей в своей жизни от тех, кто его любит. Тем более, стыдиться тут было нечему, и он знал, что Ойкава обязательно согласится с его решением.       — Тоору, могу я кое-что сказать? — прошептал Иваизуми.       — О нет, ты бросаешь меня! — прошептал в ответ Ойкава, несмотря на своё нервное состояние.       «Ну всё, начинается», — мысленно вздохнул Иваизуми. «Этот человек когда-нибудь окончательно сведёт меня в могилу».       — Что? Конечно нет!       — Тогда что?       Иваизуми прохрипел:       — Ну… Я думаю, пришло время рассказать всем о наших отношениях.       Ойкава на секунду замер, а затем резко выпрямился.       — Что заставило тебя передумать?       — Мне надоело скрывать от мира то, чем я горжусь. Знаю, я говорил, что хочу оставить это в тайне, и я всё ещё продолжаю это делать, но, кажется, я готов объявить всему миру, как сильно тебя люблю. В наших отношениях ведь нет ничего плохого, поэтому я не понимаю, почему мы продолжаем их скрывать.       — Ты уверен в этом? Я не хочу, чтобы ты делал это только из-за меня.       — На все сто процентов. Я не чувствую от тебя никакого давления.       Робкая улыбка тронула губы Ойкавы.       — Я рад это слышать, Ива-чан. Не волнуйся! Я приготовлю грандиозное объявление о нас с тобой!       Иваизуми рассмеялся.       — Как скажешь, Тоору.       Ойкава поспешно вскочил и объявил:       — Так! Мне нужно поговорить с моим PR-отделом! Увидимся завтра, Ива-чан!       Он быстро огляделся по сторонам и, убедившись, что на них никто не смотрит, чмокнул Иваизуми в губы и убежал, оставив того стоять с пылающими лицом.

***

      Матч между Японией и Аргентиной был, мягко говоря, заряжен невероятной энергией.       Всё началось с поединка подач между Ойкавой, Кагеямой и Ушиджимой. Обеим командам было невероятно сложно перехватить инициативу у этой троицы. Первые две партии выиграла японская сборная, что придало им ещё больше уверенности, чем в начале игры.       Аргентина делала ставку на силу атак, в то время как Япония грациозно отбивала большинство из них. Время от времени Кагеяма проводил молниеносную атаку в паре с Хинатой, что дестабилизировало защиту противников. А Ойкава, в свою очередь, отвечал грубой силой, и это позволило им вырвать ещё две партии в свою пользу.       Это была битва на выносливость — кому хватит сил продержаться на площадке дольше.       Зрители сидели, вцепившись в края сидений, подбадривая игроков и с энтузиазмом реагируя на каждый захватывающий момент. Это, конечно же, лишь подогревало всеобщий азарт.       Финальный сет шёл очко в очко. Счёт сравнялся. Стоило одной команде заполучить преимущество, как другая тут же забирала его себе.       При счёте 15:15 Кагеяма отдал пас Ушиджиме, и мяч, рикошетом отскочив от блока аргентинцев, улетел в сторону трибун.       16:15 в пользу Японии.       Иваизуми заметил, как Ойкава усмехнулся и что-то прошептал своему товарищу по команде, Гектору. Тот ответил хитрой ухмылкой, заставив японскую сборную понять, что победа ещё не была у них в кармане.       Следующий круг подача была у Кагеямы, и это вселяло в Иваизуми уверенность, ведь если уж его кохай и умел делать что-то безупречно, так это подавать. Тобио мощно ударил по мячу, отправив его прямо к линии на стороне противника.       Команда Аргентины настаивала на ауте, японцы же утверждали, что мяч был в поле. Из-за возникшего спора тренер аргентинцев, Пабло Ривера, запросил повтор.       Спустя несколько секунд изображение появилось на главном экране стадиона.       Мяч улетел в аут.       Команда и болельщики Аргентины громко ликовали, пока Кагеяма на секунду погрузился в отчаяние, но тут же взял себя в руки и извинился перед сокомандниками.       В этот раз подача была у Аргентины. Яку принял мяч и точно отправил его в руки Кагеяме, который отпасовал Сакусе.       Тот нанёс точный удар, но блок противников остановил его, и мяч упал прямо у ног под сеткой.       17:16. Матч-поинт в пользу Аргентины.       Следующий розыгрыш не давал стадиону расслабиться. Мяч летал от половины поля аргентинцев к половине японцев, никак не желая касаться пола.       Хякудзава ударил по мячу, и либеро Аргентины принял его. Все ожидали, что следующим, кто коснётся мяча, будет Ойкава, но вместо этого их диагональный, Кортес, отправил его прямо над головой связующего.       Ойкава прыгнул и вложил в удар всё, что у него было. Хината попытался принять мяч, но его отбросило прямо туда, где стоял тренер сборной Японии, Хибарида Фуки.       18:16 в пользу аргентинской сборной.       Аргентина стала чемпионом мира.       Победившая команда взорвалась криками и бросилась обнимать друг друга, празднуя беспрецедентный титул. Японская команда молча приняла поражение, тоже обнявшись, но без особого энтузиазма.       Иваизуми только что проиграл чемпионат мира, но не чувствовал себя несчастным. Не тогда, когда он видел, как Ойкава сияет от радости, празднует с друзьями и становится на шаг ближе к своей мечте. Он всегда был потрясающим капитаном, и теперь об этом узнал весь мир.       Ойкава оторвался от товарищей по команде и с гордостью и решительностью во взгляде направился к Иваизуми. Не говоря ни слова, он взял его лицо в свои ладони.       — Тоору, что ты-       Казалось, весь стадион замер, когда их губы соприкоснулись.       Иваизуми застыл на месте, всё ещё пытаясь осознать происходящее. Они говорили о том, чтобы рассказать всем об их отношениях, ещё накануне, но, конечно, Ойкава захотел удивить не только его, но и весь мир. Не было ничего, что Ойкава Тоору делал бы, не привлекая к себе максимум внимания.       С другой стороны, Иваизуми любил его именно за это. Потому что тот никогда не стыдился любить и отвечать на его чувства так же полно, как Хаджиме делал это всю их жизнь.       — Я выиграл, Ива-чан, — прошептал Ойкава с озорной ноткой в голосе. — И сегодня будет лучшая ночь в твоей жизни.       Иваизуми ухмыльнулся.       — Лучшая ночь в моей жизни была в тот день, когда ты поцеловал меня в первый раз.       — Это что, вызов?       — Думай, как хочешь, — уверенно ответил Иваизуми.       — О-о! Ну тогда он принят, Хаджиме!       Только сейчас Иваизуми заметил множество вспышек фотоаппаратов, окруживших их. И тогда, чтобы не отставать от инициативы Ойкавы, он обхватил его за талию и поцеловал в щёку, вызвав бурю оваций по всему стадиону. Ойкава ужасно раскраснелся, но всё же улыбался для фотокамер.       Во время церемонии награждения паре пришлось разойтись, но они ни на секунду не отводили друг от друга глаз. Когда Ойкава с гордостью поднял над головой трофей, Иваизуми, как всегда, кричал громче всех.       На этот раз он знал, каким будет его следующий шаг. И это — золотое кольцо на пальце Ойкавы Тоору.       Ведь что бы он ни говорил миру, лишь они вдвоём понимали истинную природу своей связи. Их любовь была сродни идеальной гармонии, понимания друг друга без слов, и что бы ни случилось, Иваизуми Хаджиме всегда будет тем, кто знает Ойкаву Тоору лучше всех.       Так будет всегда. До конца их дней.

***

Ойкава Тоору из аргентинской волейбольной сборной объявляет о помолвке с японским спортивным тренером Иваизуми Хаджиме

ОБНОВЛЕНО 1 ИЮЛЯ 2026 ГОДА

Раскрыв свои отношения на прошлогоднем чемпионате мира по волейболу, пара отпраздновала помолвку во вторник, 30 июня. Аргентинский связующий Ойкава Тоору объявил в своем официальном аккаунте в Instagram о своей помолвке с лучшим другом детства и возлюбленным, спортивным тренером японской волейбольной сборной Иваизуми Хаджиме. Подпись гласила: «Никакого количества времени рядом не будет достаточно, но я рад провести с тобой остаток своей жизни, amor de mi vida». На что его возлюбленный ему ответил: «Я намерен сделать тебя самым счастливым человеком на свете. Просто подожди, mi amor!» Пара, которую часто описывают как «физически и ментально связанную», обручилась в Сендае, префектуре Мияги, своём родном городе, в окружении друзей и семьи. Источники сообщают, что предложение сделал Иваизуми. Мужчины были вместе с 22 лет, начав с отношений на расстоянии, когда они жили в Сан-Хуане и Ирвайне, но знали друг друга всю жизнь. Ойкава и Иваизуми вместе играли в волейбол в начальной, средней и старшей школе. Желаем паре всего наилучшего! Пусть их отношения будут долгими и крепкими до конца жизни!