Uncanny: Confrontation

‎Тяжёлый массивный стол из тёмного дерева доминировал в зале, освещённом лишь тусклым светом нескольких канделябров. За ним сидели девять фигур – Главы Организации по Устранению Аномалий.  На столе лежал доклад о недавнем инциденте: призыве демонического лорда – существа с длинными чёрными волосами, обладающего невероятной мощью.  ‎  Глава Один, женщина с решительным взглядом и стальными нервами, начала заседание: «Ситуация серьёзная. Призыв демона – грубейшее нарушение протокола. Отто и Лунный Серп должны ответить за свои действия».  ‎    ‎  Глава Два, мужчина с шрамами на лице, прорычал:  «Эти двое… самоуверенные дураки! Думали, смогут контролировать такое существо?»  ‎    ‎  Взгляд всех присутствующих обратился к двери когда она бесшумно распахнулась. Вошёл Джотаро – Глава Организации. Его фигура выделялась среди остальных своей спокойной уверенностью; традиционная японская одежда под длинным чёрным плащом скрывала его телосложение пока он не снял плащ;   на поясе виднелись два Desert Eagle - внушительное оружие в руках человека излучающего спокойствие и силу одновременно . Чёрная шляпа скрывала лицо до тех пор пока он ее не снял чтобы показать свой взгляд - красные глаза горели холодным огнём .  ‎    ‎  Глава Три , молодая женщина с острым умом , спросила : "Джотаро , что вы можете нам рассказать?"  ‎    ‎  Джотаро сел во главе стола: «Демон… силён beyond belief — но неустойчив.» Он достал из-за пазухи небольшой фрагмент тёмного камня — осколок артефакта использовавшегося в ритуале призыва :  "Это единственное что осталось от ритуала... Оно указывает на серьезные ошибки в проведении ритуала." Его голос был спокоен но в нём чувствовалась сталь:"Отто и Лунный Серп будут наказаны."  ‎    ‎  Глава Четыре , интеллигентный мужчина в очках задал вопрос :"Какое наказание вы предлагаете?"  ‎    ‎  Джотаро ответил без колебаний: «Полное уничтожение.  Они не только нарушили протокол, но и поставили под угрозу существование всего мира.»  Его взгляд обвёл всех присутствующих, остановившись на каждом из них. Каждый из девяти знал что Джотаро всегда действовал решительно и эффективно, даже если это означало принимать сложные решения.  ‎    ‎  Главы Пять-Девять выразили поддержку Джотаро; каждый уверен в своей способности справиться с последствиями действий Отто и Лунного Серпа ; ни у кого не возникало сомнений в необходимости жесткого наказания .   Все они были опытными охотниками за аномалиями — элита Организации, готовая к любым трудностям.  ‎    ‎  Глава Один подытожила: «Решение принято.  Джотаро, вы возглавите операцию по ликвидации Отто и Лунного Серпа, а также по уничтожению всех следов их деятельности.»  ‎    ‎  Джотаро кивнул, его красные глаза сверкнули. Наказание будет беспощадным; но это необходимо для безопасности всего мира.  ‎    *** ‎‎Тишина, тяжелая и непроницаемая, окутала зал после ухода девяти глав. Джотаро сидел неподвижно, спина прямая, взгляд устремлен в пустоту.  Только едва слышный скрип старого кресла нарушал монотонность.  Время тянулось медленно, словно густая смола, обволакивая его одиночество и концентрируя мысли. Усталость, не физическая, а душевная – тяжелый груз многолетней борьбы с тенью – давила на него.  ‎  Наконец, в зале появилась фигура. Беззвучно приблизившись к Джотаро, она остановилась перед ним.  ‎    ‎  "Они ушли," – прозвучал голос, низкий и ровный, как раскаты далекого грома. В нем не было ни тени сомнения или волнения – только абсолютное спокойствие, граничащее с безразличием.  ‎    ‎  "Да," – коротко ответил Джотаро, не поворачивая головы.  Его голос был спокоен, лишён эмоций;  он культивировал хладнокровие десятилетиями борьбы за выживание. "Доложи."  ‎    ‎  "Мои наблюдения за Генеором указывают на необычную активность," – начал Аластор спокойно и размеренно; каждое слово было четким словно удар молотка по наковальне   - “Он проводит значительное количество времени в компании… Отто.”  ‎    ‎  Джотаро медленно повернулся.  Его лицо было непроницаемо, но в глазах читалась не тревога, а холодный расчет. Он знал Отто – своего брата; человека полного противоречий и загадок, чьи способности он ценил и чьим поступкам всегда пытался найти логическое объяснение.  ‎    ‎  "Отто?  Подробности." – Джотаро прервал молчание сдержанным голосом; никаких эмоций - только требование к информации.  ‎    ‎  “Они проводят много времени вместе,” - продолжил Аластор ровно без эмоций - “Встречаются тайно; часто меняют места встреч; их диалоги зашифрованы и не поддаются расшифровке.  Я провел анализ их коммуникаций; идентифицировал несколько ключевых фраз и символов, но полного смысла пока не понял.”  ‎    ‎  "Зашифрованные диалоги... Интересно," – Джотаро слегка склонил голову, обдумывая информацию. – "Какие именно символы?  Есть ли какие-либо повторяющиеся паттерны?"  ‎    ‎  “Есть несколько повторяющихся гексаграмм и числовых последовательностей,” - ответил Аластор - “Они указывают на использование сложной криптографической системы, возможно основанной на древних магических принципах.”  ‎    ‎  “Древние магические принципы… Отто этим интересовался ещё в юности,” – пробормотал Джотаро, сопоставляя факты.   – “Продолжай.  Какие ещё данные ты собрал?"  ‎    ‎  “Их встречи происходят в местах, связанных с древними ритуалами и артефактами,” - продолжил Аластор - “Это исключает случайность.  Они что-то замышляют.”  ‎  “Замышляют…  И какова вероятность того, что это связано с Генеором?” – спросил Джотаро, его голос оставался спокойным и рассудительным.  ‎   ‎  “Высока,” – ответил Аластор - “Генеор не действует импульсивно;  каждое его действие тщательно продумано.  Вряд ли он бы тратил столько времени на Отто без веской причины.”  ‎    ‎  "Причина…  Что, если Отто и не подозревает о истинной природе Генеора?" – предположил Джотаро, рассматривая различные варианты.  ‎    ‎  “Это возможно,” – согласился Аластор - “Отто обладает исключительным интеллектом и интуицией;  он может быть использован Генеором вслепую, как инструмент для достижения своих целей.”  ‎    ‎  "Инструмент…  Или союзник?" – Джотаро прищурился; он старался сохранить хладнокровие, но тревога всё же начинала просачиваться. – "Необходимо выяснить истинную природу их взаимоотношений."  ‎    ‎  “Для этого потребуется более глубокая разведка,” – ответил Аластор - “Я предлагаю внедрить в их окружение информатора, способного получить доступ к их тайным переговорам.”  ‎    ‎  “Рискованно,” – Джотаро взвешивал все за и против; он не любил импровизации.  – “Каков процент вероятности успеха?”  ‎   ‎  "Шансы на успех составляют примерно 70 процентов," - ответил Аластор - "Но это будет зависеть от выбранного информатора и условий операции.”  ‎    ‎  “Учитывая все факторы, я одобряю твоё предложение,” – Джотаро принял решение.  – “Выбери самого надежного информатора.  И разработай план на случай неудачи."  ‎    ‎  "Как прикажете," – ответил Аластор.  ‎    ‎  Джотаро подошел к окну, глядя на ночной город, распростертый внизу. Он видел не огни города, а тень надвигающейся угрозы; угрозу скрытую за фасадным спокойствием и дружескими встречами Отто и Генеора .  ‎   ‎  "Аластор," – сказал он тихо не оборачиваясь - "Сообщи мне сразу же как только узнаешь что-нибудь новое".  ‎    ‎  "Непременно," – ответил голос спокойно уверенно словно твердая скала посреди бушующего океана .  ‎    ‎    *** ‎  В зале повисла тяжелая тишина прерываемая только тиканьем старых часов;  и Джотаро, в своем расчете и хладнокровии, понимал что война приближается; и он должен быть готов к ней.  ‎    ‎    ‎  После ухода демона, тишина в зале казалась густой и липкой, словно окутывала его невидимыми щупальцами. Джотаро устало потёр переносицу, чувствуя напряжение, которое накапливалось в нём с тех пор, как он заключил контракт с Аластором.  Это было…необычное партнерство.  ‎  Он помнил каждую деталь их первой встречи: ледяной ветер на вершине разрушенной башни, пронзительный взгляд Аластора и собственное чувство бессилия перед демонической силой. Тогда Джотаро был молод и неопытен; он отчаянно нуждался в помощи и не задумывался о последствиях.  Теперь же, спустя годы совместных сражений и побед, обещание, данное в тот холодный вечер, давило на него тяжестью камня на сердце.  ‎    ‎  «После конца…», — прошептал он ‎  Аластор был…сложным. С одной стороны — верный и преданный слуга, готовый отдать жизнь за своего господина.  С другой — темная сила, заключенная в оковах контракта; существо с собственной волей и желаниями, которые Джотаро лишь частично мог понять. Иногда Аластор проявлял странную нежность – в мелочах:  в том, как аккуратно он чистил его меч, в заботе о его ранениях, в редких, словно вырванных из ада, улыбках.  Эти мгновения были настолько редкими и непредсказуемыми, что Джотаро всякий раз чувствовал себя на грани ошеломления.  ‎    ‎  Он вспомнил слова Аластора, произнесенные с ледяным спокойствием:  «Я буду служить вам вечно, мой господин… даже после смерти». Эти слова звучали как проклятие, а не клятва верности. Они заставляли его чувствовать себя ответственным не только за жизнь и судьбу Аластора, но и за его вечное существование.  ‎    ‎  Джотаро никогда не был склонен к сантиментам. Он предпочитал полагаться на логику и силу, а не на эмоции. Но Аластор… он нарушил все его правила.  Демон был одновременно пугающим и привлекательным; сильным и хрупким; преданным до самозабвения, но в то же время — вечно одиноким существом, заточенным в оковах своего долга.  ‎    ‎  Он закрыл глаза; образы прошлого всплывали один за другим: их совместные сражения с ужасающими чудовищами из потустороннего мира, долгие часы проведённые в одиночестве на страже; моменты молчаливого согласия и редкие вспышки теплоты со стороны Аластора.  Он осознал, что за эти годы к демону привязался сильнее чем думал изначально. Это было...нечто большее, чем просто отношение господина к слуге.  ‎    ‎  Что же будет "после конца"?  Сможет ли он исполнить своё обещание? И что станет с ним самим после этого? Вопросы висели в воздухе словно дамокловым мечом над его головой – тяжёлые, неизбежные и пугающие своей неопределённостью.  ‎    ‎  Он глубоко вздохнул, пытаясь привести мысли в порядок.  "Конец", каким бы он ни был, ещё не настал.  А пока… пока он должен продолжать свою миссию, защищать тех кого любит и заботиться о своем... необычном слуге. Он открыл глаза; решимость отразилась в его взгляде: что бы ни случилось "после конца", сейчас он должен выполнить свой долг.  Долг перед Аластором и перед всеми теми, кого он оберегает.  ‎  ‎    ‎