Наследние Тьмы

— Да сколько уже можно?! Именно с этих слов начался очередной полет на стареньком YT-1000 — если, конечно, это можно было назвать полетом. Вместо привычного гула гиперпространственного прыжка раздался хлюпающий, прерывистый звук, будто двигатель подавился собственной выхлопной плазмой. — Я же чинила тебя буквально вчера! — Мерида сжала кулаки, но тут же устало опустила их, откинувшись в кресло пилота. Пальцы вцепились в виски, будто пытаясь выдавить из головы накопившуюся за месяцы усталость. Прошло два месяца с тех пор, как они покинули пепелище Дантуина. Два месяца бесцельных блужданий по Внешнему Кольцу, два месяц бессонных ночей, проведенных под мерцанием далеких звезд, которые, казалось, смеялись над их беспомощностью. Скрипнув зубами, она в ярости ударила по пульту управления — будто этот кусок металла был лично виноват во всех ее бедах. Потом замерла, прислушиваясь к тишине. Лишь слабый гул дремлющего реактора да ровное дыхание тех, кто теперь зависел от нее. Медленно развернув кресло, Мерида шагнула в жилой отсек. Ее взгляд сразу нашел Крея — он дремал, свернувшись на узком диване, лицо спокойное, но с тенью усталости в уголках губ. Сердце сжалось. Из-за меня. Все из-за меня. Он потерял дом. Возможно, последнее, что у него оставалось. А теперь был вынужден скитаться с ней, словно призрак, преследуемый эхом имперских сирен. Единственное, что хоть как-то утешало — Империя, кажется, не заметила его среди нападавших. Никаких наград за его голову, никаких упоминаний в сводках. В отличие от нее. Милион кредитов. Цифра звучала почти нелепо. Она даже попыталась пошутить об этом — мол, может, сдаться да разделить деньги между всеми? Но шутка вышла плоской, как выстрел в вакууме. Эно расплакалась. Калеб бросил на нее ледяной взгляд. И вот она — древняя ситх, пережившая тысячелетия, — почувствовала себя глупо. Я старше его на тысячу лет, а все равно краснею, как падаван. Хотя, может, дело было не в Калебе. А в ней самой. В той, кем она была. И в той, кем стала. Шесть лет. Шесть лет с тех пор, как случай — или сама Сила — разбудила её на той древней станции, затерянной среди руин давно павшей Империи ситхов. Шесть лет бессмысленных сражений, падений, мучительного принятия прошлого и того баланса, который она едва успела обрести. Сердце сжалось, будто в тисках, когда перед внутренним взором всплыли их лица. Джейн. Алисия. Особенно Алисия. Она до сих пор приходила к ней в кошмарах — бледная, с пустым взглядом, с дымящимся бластером в дрожащих пальцах. Как же просто она застрелилась, когда погибла Джейн. Одно движение. Один выстрел. И больше ничего. Мерида резко провела рукой по глазам, смахивая предательскую влагу. — Слезы не вернут их, — прошипела она себе под нос, но голос дрогнул. Тихо, как тень, она прошмыгнула мимо спящего Крея, не осмелившись задержаться слишком долго — словно боялась, что он почувствует её слабость сквозь сон. Гипердвигатель ждал её внизу, в тесном отсеке, пропахшем гарью и маслом. И, возможно, это было к лучшему. Пока её руки были заняты починкой — её мысли не могли предать её снова. — Покарай тебя все Тёмные Духи Коррибана, Тёмная и Светлая сторона! Её шёпот больше походил на стон, прорвавшийся сквозь стиснутые зубы. Гипердвигатель, казалось, издевался — то деталь со скрипом отваливалась прямо в руки, то масло плюхалось ей в лицо с противным чмоком, оставляя тёмные пятна на щеках. Она возилась в полумраке отсека, двигаясь бесшумно, как тень, лишь изредка позволяя себе тяжёлый вздох. Каждый скрип металла, каждый треск плазмы в проводах заставлял её напряжённо замирать, прислушиваясь — не разбудила ли кого? Но корабль молчал. Разве что где-то вверху тихо поскрипывал корпус, будто насмехаясь над её усилиями. После бесконечных часов борьбы с капризным гипердвигателем, Мерида наконец водрузила последнюю панель на место, двигаясь с преувеличенной осторожностью, будто имела дело не с механизмом, а с пугливым зверьком. Ее пальцы, перепачканные маслом и сажей, дрожали от напряжения, когда она, затаив дыхание, потянула рычаг управления. На мгновение воцарилась напряженная тишина, которую внезапно нарушил звук, напоминающий предсмертный хрип банту - гипердвигатель издал унизительный плюх и замолчал с видом оскорбленного достоинства. Лицо Мериды исказила гримаса ярости. — Чтоб тебя..., - прошипела она, но это было лишь прелюдией к настоящей буре. Когда обеспокоенный Крей ворвался в рубку, его взору предстала сюрреалистическая картина: древняя владычица ситхов методично билась лбом о приборную панель, изливая на древнем наречии такой поток изощренных проклятий, что даже стены корабля, казалось, покраснели. Она кляла конструкторов и их предков до двадцатого колена, планету-производитель и даже случайные астероиды, при этом каждое слово сопровождалось новым ударом головы по панели. Крей замер на пороге, его мозг отказывался обрабатывать этот лингвистический шедевр. После пяти секунд молчаливого наблюдения, он плавно отступил назад. — Я... пожалуй, вернусь позже, - пробормотал он, решив, что некоторые вещи лучше оставить без комментариев, особенно когда имеешь дело с разъяренной ситхом и ее неудачным опытом механика. Когда Крей вернулся в общую каюту, он столкнулся с Калебом, который, устало потирая глаза, направлялся в сторону кокпита. — Тебе лучше не ходить туда, по крайней мере ближайшие минут двадцать, — произнёс Крей, всё ещё пытаясь осмыслить увиденное. Его голос звучал так, будто он только что стал свидетелем какого-то древнего, забытого ритуала — и не был уверен, стоило ли его прерывать. Калеб, подавляя зевок, опустился на диван, ещё хранящий тепло от недавнего сна Крея. — А что такое? — спросил он, лениво потягиваясь. Крей задумался на секунду, подбирая слова. — Мери... пытается пробить головой панель управления, — начал он медленно, — и, кажется, параллельно пыталась заколдовать корабль. Тот язык, на котором она тараторила... я такой точно никогда не слышал. Он помолчал, вспоминая тот поток слов, который обрушила на несчастный корабль древняя ситх. — Если честно, я даже не уверен, что это был язык. Может, она действительно колдовала. Калеб поднял бровь, но, судя по его виду, после всех этих месяцев скитаний с Меридой его уже ничто не могло удивить. — Значит, гиперпривод всё ещё сломан? — спросил он, с философским спокойствием принимая ситуацию. Крей только вздохнул. — Если после такого ритуала он не заработает — боюсь, нам придётся искать новый корабль. Или нового механика. Или, возможно, экзорциста. Где-то вдали раздался очередной глухой удар, сопровождаемый приглушённым, но страстным потоком речи, от которого даже стены, казалось, слегка дрожали. Калеб и Крей переглянулись. — Ладно, — Калеб потянулся к термосу с кафом. — Думаю, у нас есть эти двадцать минут. Когда наконец стихли странные удары, по коридору раздались резкие, торопливые шаги. Мерида выскочила из кокпита с лицом, озаренным внезапным вдохновением - тем самым редким озарением, которое посещает раз в жизни. Она пронеслась мимо Крея, даже не заметив его приветственно поднятую руку, и проигнорировала любопытный взгляд юного падавана. В этот момент из технических помещений раздался оглушительный грохот, за которым последовала серия странных хлопков - один за другим, словно кто-то играл в корабельных коммуникациях на ударной установке. Свет на мгновение погас, окутав все в темноту, но почти сразу же снова зажегся, теперь слегка мерцая, будто корабль икал. Но Мериду это не остановило. С горящими глазами и выражением фанатичной решимости на лице она промчалась обратно в кокпит. В ее движениях читалась непоколебимая уверенность - наконец-то она нашла решение, и теперь ничто не могло помешать ей довести начатое до конца. Крей лишь развёл руками в ответ на немой вопрос Калеба, его плечи напряглись под тяжестью неловкости. — Я не разбираюсь в технической составляющей шаттлов, так что это... Мери и её древние методы. Он запнулся на последнем слове, будто язык вдруг отказался повиноваться. Древние. Даже спустя время это осознание всё ещё обжигало — предмет воздыханий оказался старше, чем некоторые руины на Корусанте. После отлёта с Дантуина, когда Мерида раскрыла им правду о своём прошлом, Крей сначала просто... онемел. Потом пытался шутить. Потом замолчал надолго. Калеб же реагировал иначе. В его глазах боролись два начала: джедайские догмы, шипящие ситх, опасность, тьма, и холодное признание фактов — она спасла их, сражалась за них, стала чем-то вроде... семьи. В конце концов, он вроде смирился. Но иногда, как сейчас, когда Мерида носилась по кораблю с безумным блеском в глазах, Калеб невольно сжимал кулаки. Где-то в глубине, за слоями благодарности, всё ещё жил страх. Корабль судорожно вздрогнул, будто его тряхнула за шиворот невидимая рука. Каждая заклепка в обшивке яростно бурчала, из вентиляции с шипением вырывались клубы пара, а где-то в глубине корпуса раздался оглушительный хлопок, словно старый двигатель выразил свое последнее нет перед неизбежным. — Ты уверен...? — начал Калеб, бледнея, когда панель управления перед ними замигала аварийными огнями. — Да, — отрезал Крей, вцепившись в подлокотники кресла до побеления костяшек. — Но ведь мы... — Нет. — Ладно. Свет погас, затем вспыхнул снова, моргая с такой тревожной частотой, словно корабль отчаянно сигнализировал азбукой Морзе: П-О-М-О-Г-И-Т-Е. И вдруг — чудо. Знакомый ровный гул разлился по корпусу, шаттл вздрогнул, как споткнувшийся бегун, и... рванул вперед, растворяясь в голубоватых спиралях гиперпространства. — Слава Силе, — донесся из кокпита истошный, но счастливый вопль Мериды, больше напоминающий звук человека, только что избежавшего смертельной опасности. Калеб медленно разжал пальцы, оставив на подлокотниках десять аккуратных вмятин. — Нам... нужно найти механика, — произнес он мертвым голосом. — После прыжка, — автоматически откликнулся Крей, все еще не отпуская подлокотники. Тишину нарушил лишь сдержанный глоток. Юный падаван, невозмутимо отхлебывая каф, добавил будничным тоном: — Если, конечно, мы выживем. Мерида вывалилась из кокпита, как выжатый лимон, и плюхнулась между Креем и Калебом, оставив на обивке дивана масляное пятно сомнительной формы. Ее лицо напоминало боевую карту после крупного сражения - бордовый оттенок кожи эффектно подчеркивал фиолетовые мешки под глазами, а свежий синяк на лбу гармонировал с сажей на щеке. Крей молча протянул термос с кафом, и Мерида ухватилась за него обеими руками, будто это был якорь спасения. Глотнув обжигающей жидкости, она откинулась на спинку дивана с таким стоном облегчения, что Калеб невольно покраснел. — Ты когда в последний раз спала? - спросил Крей, осторожно убирая прядь волос с ее испачканного лба. Его голос дрогнул - он явно представлял себе совсем другие обстоятельства их близости. Мерида закатила глаза, что в ее состоянии выглядело особенно драматично. — — — Позавчера? Или три цикла назад? Этот драндулет требует больше внимания, чем новорожденный хатт. Первый раз за тысячу лет решила купить корабль - и сразу провал. — Ага, легче же было просто угнать, - сорвалось у Калеба, но он тут же скривился, явно пожалев о своих словах. В его глазах читалась внутренняя борьба - джедайские догмы против новой реальности, где их спасительница когда-то была тем, против кого его учили сражаться. Мерида лишь глубже уткнулась в термос, хотя по ее сжатым плечам было видно, как больно задели эти слова. — Цыц, - резко оборвал Крей, бросив Калебу взгляд, от которого даже устоявший джедай слегка съежился. Затем, смягчившись, он похлопал Мериду по плечу: — Ты справишься. Я уверен. Где-то в глубине корабля что-то зловеще звякнуло, словно в насмешку. Мерида просто застонала, закрыв глаза. Тишина растянулась на долгие пять минут, наполненных лишь равномерным гудением гипердвигателя и тихим потрескиванием термоса в руках Мериды. Она сидела, прикрыв глаза, но по напряженным бровям было видно - каждый вибрационный шум корабля она анализировала с профессиональной дотошностью механика-самоучки. Калеб, уткнувшись в датапад, листал сводки новостей - его пальцы иногда подрагивали, когда мелькали сообщения об Имперских репрессиях. Крей же, устроившись у ее ног, с забавным усердием оттирал засохшее масляное пятно на ее комбинезоне, напевая какую-то народную балладу с Дантуина. Его голос звучал нарочито бодро, словно пытаясь компенсировать общую усталость. — А куда мы, кстати, летим? - Калеб задал вопрос в пространство, старательно сохраняя нейтральный тон, хотя по тому, как его пальцы сжали край датапада, было ясно - он все еще корил себя за предыдущую колкость. — Татутин, - буркнула Мерида, и по ее хриплому, сонному голосу казалось, что ответ дался ей с трудом. Ее голова уже клонилась на бок. Крей фыркнул, не сдержав смешка. — Я надеюсь, эта планета хотя бы в этой галактике? - вставил падаван, не упустив возможности подколоть. Его хихиканье прозвучало неожиданно молодо в этой изможденной компании. Мерида лишь бессильно шлепнула его рукой, даже не открывая глаз. — Ты следующий на очереди в воздуховод, умник, - пробормотала она, но в углу ее губ дрогнула тень улыбки. Крей, отложив тряпку, вдруг серьезно добавил: — На Татуине, между прочим, есть отличные механики. И... - он бросил быстрый взгляд на Мериду, - койки в дешевых мотелях. В ответ раздался лишь ровный храп - Мерида наконец сдалась на милость сна, так и не допив свой каф. Крей осторожно подхватил термос, пока он не выпал из ее ослабевших пальцев. Тишину нарушил только тихий храп Мериды, перемежающийся бессвязным бормотанием на древнем ситхском — даже во сне она продолжала «воспитывать» корабль. Но вдруг Калеб отложил датапад и устремил на Крея неожиданно взрослый взгляд. — А почему ты всё ещё с нами? — спросил он, и в его голосе не было обычной подростковой дерзости. — Дантуин отстраивают. Жителей не трогают. О тебе никто не знает. Зачем тебе эта жизнь? — Он сделал паузу, затем добавил тише: — И что ты вообще в ней нашёл? Его палец указал на Мериду, которая в этот момент бесцеремонно плюхнулась головой ему на плечо, продолжая мирно посапывать. Калеб покраснел, но тут же отмахнулся: — Хотя… ладно. На последний вопрос можешь не отвечать. — Эй! — Крей скрестил руки, нарочито выпрямляясь во весь рост, чтобы казаться внушительнее. — Ты для неё слишком молод. — Как и ты, — парировал Калеб. Оба не выдержали и рассмеялись — тихо, чтобы не разбудить спящую. Крей осторожно подхватил Мериду на руки и унёс в каюту, но вернулся почти сразу, будто боялся пропустить что-то важное. — Я не знаю, — сказал он просто, плюхаясь обратно на диван. — Не могу объяснить. Мне хочется быть здесь. С вами. Даже со всеми этими… лишениями. — Он замолчал, глядя куда-то мимо Калеба, в пустоту гиперпространства за иллюминатором. — А Мерида… Глупая улыбка тронула его губы — словно он видел перед собой не ржавый корпус корабля и вечные поломки, а что-то светлое, чего другие просто не замечали. — Я просто хочу быть рядом. И всё. Калеб кивнул, не стал допытываться. Где-то в глубине души он, наверное, понимал. Потому что, несмотря на страх, на сомнения, на голос джедайских учений в голове… Он тоже остался. Крей, вдруг, склонил голову набок, его глаза загорелись любопытством, как у ребенка, увидевшего новый вид дроида. — Мери уже начала обучать вас вашим джедайским штучкам? Он произнес это с таким восторгом, будто речь шла о каком-то запретном волшебстве. Втайне от Мериды он уже пытался выспросить у Калеба, может ли он когда-нибудь стать «Обладателем Силы» — и был искренне раздавлен, узнав, что нет. Настолько, что целую неделю дулся, избегая Мериду, пока та, в свою очередь, не начала переживать, не сделала ли она что-то не так. Этот порочный круг взаимных расстройств прервался только тогда, когда оба одновременно выдохнули и решили, что «это уже слишком глупо даже для нас». Калеб вздохнул, потирая переносицу. — О, да. — Его тон звучал так, будто он вспоминал не уроки, а пытку. — Я еще никогда не чувствовал себя таким дураком. Ее методы… ммм… как бы это помягче… Он задумался, перебирая в памяти первые тренировки. Мерида учила его чувствовать Силу иначе — не как инструмент, не как строгий кодекс, а как что-то живое. Она показывала ему техники, о которых не говорили даже архивы Ордена — приемы, забытые за тысячелетия, принципы, которые казались ересью для современных джедаев. И все это было потрясающе. Но. — Мне кажется, она еще и отыгрывается на мне, — пробормотал Калеб, скрестив руки. — За то, что я иногда… резковат. С младшими — Эно, Сателом, Касандрой и Митрой — Мерида была терпелива. Объясняла по сто раз, подбадривала, разжевывала каждую мелочь. С ним же… — От меня она требует понять все и сразу. Если я ошибаюсь — получаю саркастичное замечание. Если не чувствую что-то с первого раза — «ну ты и бестолковый, джедай». — Калеб передразнил ее голос, затем неожиданно хмыкнул. — Хотя… возможно, я заслужил. Крей засмеялся. — Значит, ты теперь наш… что, подмастерье древней ситхской магии? — Бывшей ситхской, — поправил Калеб, но ухмыльнулся. — И да. Видимо, так. — И всё-таки мне кажется, что это страшно… Крей откинулся на спинку кресла, его обычно озорные глаза вдруг стали серьезными. — Проснуться и понять, что все, кого ты знал, давно мертвы. Не от войн, не от мечей — просто... от времени. Что твоя эпоха — это уже история, о которой, может, даже не все помнят. Калеб на секунду задумался, затем с невозмутимым видом добавил: — И что тостер может оказаться умнее тебя. Они оба фыркнули, но смех быстро стих. Калеб потёр подбородок, размышляя вслух: — Однако... не случись этого Вечного Сна, кто знает, как бы сложилась история? — Тирания, бесславная смерть... как там назывались ваши древние войны? Твои лекции, конечно, любопытны… — Крей зевнул, развалившись в кресле, и Калеб возмущённо фыркнул: — Ты уснул. Его тон был таким обиженным, будто он только что прочитал двухчасовую лекцию перед пустой аудиторией. — Великая Гиперпространственная Война, — добавил он, свысока глядя на Крея, как школьный учитель на нерадивого ученика. Оба невольно бросили взгляд в сторону каюты, где всё ещё посапывала Мерида. Калеб потянулся к своему световому мечу и, к ужасу Крея, начал протирать его... той самой тряпкой, которой Мерида вытирала лицо после возни с двигателем. — Дай подержать! — он уже протянул руку, словно ребёнок, умоляющий дать поиграть с запретной игрушкой. — Нет. — Калеб даже не поднял глаз, продолжая чистить рукоять. — Ну пожалуйста! Я буду аккуратным! Честное слово! — Крей сложил ладони в мольбе, изображая на лице максимальную невинность. Калеб наконец посмотрел на него и сухо заметил: — В прошлый раз ты его уронил. А Мерида потом очень долго меня отчитывала. Крей надул щёки: — Ну никто ведь не пострадал! Калеб возмущённо поднял бровь: — Ага, кроме моего достоинства и пола в каюте Мериды, который прожег мой меч. Да и меч — это не игрушка! — Он перехватил любопытный взгляд Крея и покачал головой. — Ты не сможешь просто взять и пойти им в атаку, как какой-нибудь мечник. Это элегантное орудие, обучение которому занимает годы. Без чувства Силы можно запросто поранить себя... или что-нибудь ценное. — Он бросил взгляд на свежий шрам на стене. — Если ты случайно отрубишь себе руку, Мерида точно выкинет меня за борт. Крей хлопнул себя по лбу: — Кстати о руках! Мери нужно напомнить про новый протез. Тот, что она собрала на коленке, годится разве что для потехи хаттов. Я вообще удивлён, что он до сих пор работает. Калеб непроизвольно сглотнул, вспоминая операцию: — Когда она его устанавливала... — Его лицо на мгновение исказила гримаса. — Надеюсь, мы хоть на Татуине задержимся подольше. Починим корабль, восполним запасы... — Он тревожно посмотрел на почти пустой термос. — Боюсь представить, что нас ждёт, когда закончится каф... Крей трагически сложил руки, будто провожая в последний путь: — Быстрая и бесславная смерть... Причём не удивлюсь, если от этого же термоса. В этот момент из каюты Мериды донёсся шум — что-то грохнуло, посыпались невнятные проклятия на смеси ситхского и хаттского, и наконец дверь распахнулась. На пороге стояла сама виновница их споров — взъерошенная, с тёмными кругами под глазами и взглядом, от которого даже Калеб невольно отодвинулся к стенке. Её волосы торчали в разные стороны, будто она только что пережила нападение стаи диких мурлетов. Мерида молча прошаркала мимо них, не удостоив никого взглядом, и исчезла за дверью санузла. Через секунду послышался шум воды, а затем — приглушённый стон, больше похожий на звук умирающего ранкора. Крей и Калеб понимающе переглянулись. Мерида стояла перед зеркалом, опершись руками о раковину, и медленно приходила в себя. Её некогда аккуратные дреды, теперь распущенные, превратились в длинную, волнистую копну тёмных волос, которые она с трудом собирала в высокий пучок. Вода стекала по её лицу, смывая следы масла, сажи и усталости, но не в силах унести тяжёлые мысли. — Сила… дай мне… сил… — прошептала она, наклоняясь под струю тёплой воды, глубоко вздохнув, чувствуя, как тепло растекается по напряжённым плечам. Она выпрямилась, глядя на своё отражение. Лицо всё ещё было бледным, глаза — уставшими, но в них читалась решимость. — Ладно, — сказала она себе, вытирая лицо. — Хватит ныть. У нас есть дела. За дверью внезапно раздался громкий стук — похоже, Крей не выдержал и решил проверить, жива ли она. — Мери? Ты там не… э-э… утонула? Мерида фыркнула, натягивая свежий комбинезон. — Если бы. — Она распахнула дверь и, увидев его довольное лицо, неожиданно улыбнулась. — Но кто тогда будет чинить наш корабль? — Не уверен, что ситхские проклятия считаются за ремонт, — философски заметил Калеб, пряча световой меч за спину. Мерида, уже с термосом кафа в руке, лишь хищно ухмыльнулась: — По крайней мере, он летит — это уже хорошо. И зря убираешь меч, мой юный падаван. Её глаза сверкнули тем самым опасным блеском, который Калеб уже научился распознавать за версту. — До Татуина ещё пара часов… а это значит… Калеб закрыл лицо руками, его голос звучал как мольба усталого человека: — Может, не надо? Ты не выспалась, еле на ногах стоишь... Но Мерида лишь энергично встряхнула головой, распушив влажные пряди волос: — Для обучения у меня всегда есть силы! Крей, довольный предстоящим зрелищем, устроился поудобнее на диване — но в следующее мгновение ойкнул, когда по взмаху её руки вся мебель плавно разлетелась по углам каюты, освобождая пространство. Белый световой меч выпорхнул из-за пояса Мериды, вспыхнув как полярная звезда в тесной каюте. Она небрежно уселась на стол, делая глубокий глоток кафа, в то время как оружие продолжало парить в воздухе, оставляя за собой светящийся шлейф. — Сила - не деление на добро и зло, не раб и не союзник, - её голос звучал непривычно мягко, почти задушевно. — Это всего лишь инструмент. Как твои руки. Как твой разум. Дополнительный орган, что шепчет об опасности и позволяет переписать правила реальности. Внезапно меч рванулся вперёд, описывая молниеносную дугу, и замер в сантиметре от лица Калеба. Тот едва успел поднять собственное оружие, блокируя удар в последний момент. — Так нечестно! - выдохнул он, чувствуя, как пот стекает по спине. Мерида лишь приподняла бровь, делая ещё один глоток. — Ты всегда должен быть готов. Всегда начеку. Слушать Силу, чувствовать её пульс - ведь в наше время любое промедление карается смертью. Постоянная бдительность, падаван. Крей, заворожённо наблюдавший за парящим мечом, нервно сглотнул, когда лезвие едва не пронзило Калеба. Обычно он лишь пассивно наблюдал за уроками, но сейчас вдруг осознал, почему джедай так не любил эти тренировки. — Ну что, Калеб, - Мерида вдруг ухмыльнулась, - похоже, твоя связь с Силой сегодня слабее, чем связь этого корабля с законами физики. Калеб пробормотал что-то невнятное, но его слова потонули в звоне световых мечей. Он ловко парировал первый удар, затем второй, но третий прошел впритирку - белое лезвие замерло, едва не касаясь его бока. — Фух-Тан, третья ката? - Мерида скривила губы, наблюдая за его стойкой. — Джедаи всегда так увлекаются красивыми формами... В реальном бою тебя бы уже разрезали пополам. — Я стараюсь! - Калеб выдохнул, отбивая новую серию атак. Его движения были точными, но слишком... правильными. — Используй Силу, Калеб. Сражайся не так, как привыкли джедаи, — голос Мериды звучал резко, словно удар хлыста. — Твои стандартные приёмы давно изучены врагом. Будь умнее. Будь коварнее. Помни — Экзар Кун не ограничивался мечом, он ломал противников мощью Силы. Её белый световой меч свистел в воздухе, выписывая смертоносные узоры. Калеб отбивался, и на этот раз продержался чуть дольше — но стоило Мериде ускорить темп, сменить ритм атаки, как её клинок вновь и вновь находил бреши в его защите, останавливаясь в миллиметрах от жизненно важных точек. — Опять! Опять та же ошибка! — Мерида резко отступила, раздражённо щёлкнув языком. — Мы же прорабатывали это на прошлом уроке! Ты слишком полагаешься на зрение. Когда я делаю финт влево, ты реагируешь на движение, а не на намерение. Сила шепчет тебе об опасности — но ты глух к ней, потому что зациклен на форме, а не на сути. Настоящий бой — не танец. Это грязно, жестоко и несправедливо. — Её глаза горели. — Сидиус убивал с улыбкой. Вейдер давил мощью. Дуку искривлял реальность изяществом. А ты... — она резко взмахнула рукой, и меч закружился в смертоносном ритме, вернувшись в её ладонь, — ...продолжаешь танцевать. Крей, наблюдавший за этим, был мокрее, чем Калеб. — Может, не стоит его так... пугать? — пробормотал он, но под взглядом Мериды сразу смолк, съёжившись. — Страх — лучший учитель, — холодно ответила она. — Особенно когда на кону жизнь. Калеб, тяжело дыша, вытер пот со лба. — Я... понял. — Еще раз. Мерида произнесла это монотонно, но в её глазах горел холодный огонь. Белый световой меч снова взмыл в воздух, превратившись в ослепительный смерч атак. Лезвие наносило удары с разных сторон — сверху, снизу, с флангов — но на этот раз Калеб держался достойно. Его движения стали точнее, реакция — острее. — Уже лучше, — кивнула Мерида, не снижая темпа. — Не забывай про ощущения. Чувствуй бой, а не просто следи за ним. Сила — твой союзник. Используй все козыри. Меч завертел смертоносную спираль, нацеливаясь прямо в грудь Калеба, но в последний момент падаван резко отпрыгнул в сторону, рывком Силы притянул оружие к себе и — выключил его прямо в полёте. — Достойно, — признала Мерида. И в тот же миг рванулась вперёд. Лёгкая подножка — и Калеб уже летел вниз, но прежде чем он успел удариться, Мерида ловко подхватила его за шкирку. Его световой меч оказался в её руке, а её посох мягко вернулся на пояс. — Не забудь, что врага стоит добить, — холодно сказала она, но, увидев в его взгляде недоумение и нарастающую бурю эмоций, смягчила тон. — Или хотя бы обезвредить так, чтобы он не смог последовать за тобой или навредить тем, кто тебе дорог. Она отпустила его, вернув меч. — Ты прогрессируешь. Но прогресса мало. Враг не будет ждать, пока ты станешь сильнее. Крей, наблюдавший за этим, медленно выдохнул. — Ладно... — он поднялся, отряхиваясь. — Значит, в следующий раз я просто... упаду раньше? Мерида рассмеялась, и вдруг напряжение в каюте растаяло. — В следующий раз, — она потянулась к термосу с кафом, — ты попробуешь сделать так, чтобы я упала. Калеб ухмыльнулся. — Мечтать не вредно. Крей тихо застонал, сдержанно похлопывая в ладоши - юнлинги всё ещё спали в соседнем отсеке. Мерида ленивым жестом вернула мебель на места, бросив взгляд на хронометр. — Скоро прибудем, - объявила она, потягиваясь. Крей скривился: — Ненавижу пустынные планеты, - он хотел было помочь с уборкой, но снова вскрикнул, когда предметы сами понеслись по воздуху, послушные воле Мериды. Та лишь усмехнулась: — А мне они напоминают дом. -её глаза на мгновение затуманились воспоминаниями. — Правда, если это ещё и захолустье - тогда я точно буду чувствовать себя по-домашнему. Разве что... - она озорно подмигнула, - ...местные дети вряд ли станут пытаться меня убить. Калеб, всё ещё отряхивающийся после тренировки, фыркнул: — Не давай им идей. Крей только покачал головой, наливая себе ещё кафа. — Значит, программа на сегодня: найти механика, который не сбежит при виде нашего корабля, купить запчасти, которые нам не продадут, и... - он бросил взгляд на Мериду, - ...избежать межпланетного инцидента? Мерида невинно сложила руки за спиной: — Я всегда за скромное, культурное поведение. Оба мужчины синхронно закатили глаза. Где-то в гиперпространстве корабль вздрогнул - похоже, даже он не поверил этим словам. Калеб плавно опустился в позу лотоса на холодном полу каюты, его голос звучал расчётливо: — Не мешало бы узнать новостей от местных. Настоящих, а не этих проплаченных имперских фальшивок. Он бросил взгляд на мерцающий голопроектор, где вертелся очередной репортаж о великих победах Империи. — За пару кредитов в нужных карманах мы сможем отслеживать передвижения гарнизонов. Зная планы врага... — Его глаза встретились с взглядом Мериды, — ...мы будем на шаг впереди. Мерида, откинувшись в кресле, гордо выпрямила спину, и её губы растянулись в самодовольной ухмылке: — Приятно знать, что мои уроки не проходят даром. — Она игриво покрутила пальцем, и чашка с кафом сама подплыла к её руке. — Но помни, мальчик мой, информация — это лишь половина дела. Крей, наблюдавший эту сцену, покачал головой: — Значит, план такой: я нахожу механика, который согласится работать с этим куском металлолома, — он пнул ближайшую панель, — Калеб идёт на разведку в самые подозрительные татуинские трущобы, а ты... — он посмотрел на Мериду, — ...ты остаёшься тут и не пугаешь местных? Мерида притворно-возмущённо прижала руку к груди: — Я? Пугать? Да я сама олицетворение дипломатии! Но затем её выражение лица сменилось на серьёзное, и она скрестила руки: — Хотя... кто-то действительно должен остаться на корабле. Я не хочу оставлять юнлингов без присмотра. Особенно на планетах под властью хаттов. А уж этот мир... — её нос сморщился, — ...особенно неприятен. В этот момент корабль содрогнулся, выходя из гиперпространства, и на экранах замигал оранжевый шар Татуина. Где-то в глубине корпуса что-то треснуло. Крей фыркнул: — Значит, план остаётся прежним. Я и Калеб идём в город, а ты... — он сделал паузу, — ...остаёшься дипломатично охранять корабль и детей. Мерида величественно кивнула, но её глаза уже сверкали опасным блеском: — Только попробуйте вернуться без запчастей. Я вам устрою такую дипломатическую встречу... Калеб поспешно поднял руки: — Мы поняли! Запчасти, информация, никаких инцидентов. Корабль снова содрогнулся, на этот раз входя в атмосферу. Где-то в глубине корпуса что-то заскрипело с явным неодобрением. Калеб, поднимаясь с пола, пробормотал: — Сила, сохрани этот корабль в целости... Я пойду подготовлюсь. Мерида, уже направляясь к рубке, бросила через плечо: — И не свети световым мечом! — Её голос звучал как предупреждающий скрежет стали. — Опомниться не успеешь, как местные продадут тебя Империи. Спасти-то я тебя спасу... — Она обернулась, и её ухмылка стала опасно сладкой, — ...но ты точно не хочешь потом слушать мои нотации, верно? Калеб, уже у двери, парировал: — Боюсь, как бы я сам не предпочёл остаться в плену. Вдруг имперская тюрьма окажется курортом по сравнению с твоими лекциями? Термос пронесся в сантиметре от его уха, но он ловко поймал его одной рукой, не прерывая шага. Крей, наблюдавший эту сцену, нервно рассмеялся, последовав за Меридой в рубку. Криман уверенно вела корабль к Мос-Эйсли, её пальцы ловко перебирали рычаги управления. Через несколько минут дверь открылась, и появился Калеб — теперь в потрёпанных лохмотьях, с таким же обшарпанным плащом в руках, который он протянул Крею. — Берегите себя, — Мерида сняла с пояса свой старый DL-18 и вручила его Крею. — И если что-то пойдёт не так — сразу зовите. Здесь каждый второй готов продать вас за пару кредитов. Она поправила складки на одежде Калеба, затем запустила пальцы в волосы Крея, слегка их взъерошив, чтобы придать ему более «дикий» вид. — Мечом размахивай только в крайнем случае, — её взгляд скользнул к Калебу. — Как и стрелять во всех, — перевела глаза на Крея. Калеб усмехнулся: — Да-да, мамочка. Шаттл дрогнул, касаясь песка, и тут же, словно облегчённо выдохнув, заглох. Мерида простонала, потирая виски. — Ладно... я займусь им. А вы — не теряйте время. Крей кивнул, проверяя бластер, а Калеб уже направлялся к выходу, поправляя капюшон. Мерида осталась в тишине, прислушиваясь к редким поскрипываниям корпуса. Юнлинги всё ещё спали, и теперь она была один на один со своими мыслями и вечно капризничающим кораблём. — Чтоб тебя... — шикнула она, сердито пнув кресло пилота, которое ответило ей скрипом протеста. Сумка с инструментами с шумом прилетела в её руку по мановению Силы. Мерида двинулась к гипердвигателю, её тень угрожающе колыхалась на стенах узкого коридора. — Если это опять конвертор плазменного потока, я пущу тебя на металлолом! — она с силой дёрнула панель, обнажая клубящиеся провода, — ...и я НЕ шучу. Её пальцы, вновь покрывались масляными пятнами, ловко копались в механизмах, временами подсвечиваемые искрами. Казалось, даже корабль затаил дыхание, пока древняя ситх ворчала что-то о неблагодарных кусках металла и почему я вообще тебя купила. Внезапно раздался тихий шорох — маленькая Эно, разбуженная шумом, робко выглядывала из каюты. — Мери? — прошептала девочка, потирая глаза. — Ты опять ругаешь корабль? Мерида замерла на мгновение, затем мягко вздохнула и ободряюще махнула рукой: — Не волнуйся, солнышко, от этого он быстрее чинится. Иди поспи ещё, а Калеб и Крей скоро вернутся и принесут чего-нибудь вкусненького. Но Эно, уже усевшись на пол рядом, упрямо потирала сонные глаза. Девочка молча протянула Мериде засаленную тряпицу, затем с детским любопытством уставилась на клубок проводов, где взрослая женщина ловко перебирала соединения, то выдёргивая, то вкручивая детали под тусклым светом аварийной лампы. — А где мы? — спросила Эно, когда Мерида с хрустом выдрала муфту из пазов, засунув руку в механизм почти по плечо. — Мы, моя дорогая, — ситх хрипло засмеялась, — в самой пустынной дыре, что мне известна. Татуин. — Оу, — Эно шумно выдохнула, поджав ноги. — Мастер Джарус говорил, что это нехорошая планета. Но что здесь легче спрятаться... — Не удивительно, — проворчала Мерида, вращая в пальцах изношенную деталь. Её взгляд скользнул к сумке, задержавшись на плазменном резаке. Эно, не дожидаясь просьбы, тут же протянула инструмент. — Спасибо, — женщина тепло ухмыльнулась, принимая резак. Искры осветили её лицо, когда она продолжала: — Эта планета — грязное убежище контрабандистов, воров и прочей нечисти. — Гадство, — с детской непосредственностью констатировала Эно, наблюдая, как Мерида ковыряется в механизме. Закончив с резаком, женщина отложила инструмент в сторону. Девочка тут же ловко подхватила его и аккуратно уложила на место в сумке, явно гордясь своей полезностью. Мерида шумно выдохнула, сдувая со лба выбившуюся прядь волос. Она откинулась к стене, изучая трещины на извлечённой муфте при свете фонаря. — Боюсь, Эно, настоящее гадство — вот эта муфта, — она покрутила в пальцах повреждённую деталь. — Она уже никуда не годится. С лёгким звоном деталь полетела к стене, при ударе о пол расколовшись на две части. — Что и следовало доказать, — буркнула Мерида, пристраивая фонарик к техническому отверстию, откуда только что извлекла поломанную запчасть. — И самое гадство в том, что таких сломанных деталей здесь может быть бесконечное множество. — Гадство, — торжественно вынесла вердикт Эно, скрестив ручки на груди. Мерида невесело хихикнула в ответ и снова погрузила руку в тёмное отверстие, нащупывая следующую деталь. Её лицо исказила гримаса, когда пальцы наткнулись на что-то липкое. Мерида с хлюпающим звуком вытащила очередную деталь, покрытую слоем масла и непонятной чёрной жижей. Она шумно выдохнула, яростно вытирая запчасть и заодно свои испачканные пальцы. — Боги... — проворчала она, — иногда Сила показывает будущее. Так почему же она не подсказала мне, что этот корабль полное... Её взгляд упал на Эно, которая замерла в ожидании продолжения, широко раскрыв глаза. — ...эээ... крайне сомнительное приобретение, — сдавленно закончила Мерида. Эно важно кивнула, изрекая мудрость: — Мастер Джарус говорил, что Сила — не игрушка. Она даёт только то, что действительно нужно. Не больше. Мерида закатила глаза, но вдруг её лицо озарилось — очищенная деталь оказалась в хорошем состоянии. — Джарус, конечно, прав... но и не прав, — протянула она, нанося очиститель на металл. — Сила действительно не игрушка. Но она и не скупая старуха. Просто... — она ловко поймала паяльник, который Эно уже протягивала, — ...иногда её подарки нужно разгадывать. Как этот вонючий двигатель. Мерида отвернулась к стене, принимаясь заваривать микротрещины. Яркие вспышки плазмы озаряли тесный моторный отсек, отбрасывая причудливые тени. — Я бы не хотела в подарок вонючий двигатель, — задумчиво протянула Эно, вставая на цыпочки и пытаясь заглянуть через плечо Мериды. — А кто бы хотел? Разве что какой-нибудь джав, — усмехнулась та, поворачивая деталь в лучах света. Удовлетворённо кивнув, она аккуратно уложила её рядом. Последующий час превратился в монотонную работу: проверка, починка, очередная проверка. Гора безнадёжно сломанных деталей росла быстрее, чем стопка отремонтированных. Мерида периодически вздыхала, вытирая пот со лба тыльной стороной руки. Постепенно к ним присоединились остальные юнлинги. Они уселись полукругом, наблюдая за работой, изредка подавая инструменты или помогая чистить менее сложные детали. В воздухе витал запах масла, озона и детского любопытства. Мерида между делом вела неторопливую лекцию: — Сила... она не делится на свет и тьму так просто, как учат джедаи. Паяльник в её руке выписывал изящные дуги. — Это как... этот двигатель. Можно использовать его, чтобы лететь к звёздам — или превратить в бомбу. Всё зависит от руки, которая держит инструменты. Сател нахмурился: — Но тёмная сторона ведёт к безумию! Так говорил мастер… — Тьма ведёт к безумию, если пустить её в сердце, — перебила Мерида, выдёргивая прогоревший конденсатор. — Так же, как гипердвигатель взорвётся, если не следить за давлением. Баланс — не в избегании тьмы, а в понимании её природы. Она внезапно замерла, доставая из глубин механизма чёрный кристалл. — Вот... неплохой пример, — её голос стал тише. — Это фокусирующий кристалл. В световых мечах используют подобные. Один и тот же кристалл может давать и голубое, и красное лезвие — всё зависит от того, кто направляет его энергию. Мерида устало провела рукой по лбу, оставив масляный след, и бросила взгляд на разгорячённо спорящих юнлингов. — Это линза! — Касандра упрямо тыкала пальчиком в кристалл, который теперь лежал среди исправных деталей. — Ты не права! Он же круглый — значит, цилиндр! — Митра упирала кулачки в бока, принимая боевую стойку. — Вы все не правы! — Эно топнула ножкой. — Мерида же сказала — это кристалл! Мерида резко подняла руку, прерывая разгорячённый спор: — Погодите-ка. Кажется, мы отвлеклись от главного — речь ведь о балансе, а не о форме кристалла. Она одарила каждого из детей нарочито строгим взглядом, отчего те мгновенно притихли, как птенцы перед грозовой тучей. — Так вот, — Мерида снова засунула руку в двигатель, который теперь больше напоминал потрошённую тушину, чем механизм, — вопрос на засыпку: сколько нужно адептов Силы, чтобы поднять, скажем... этот самый корабль? Она вытащила очередное реле, покрытое странными подтёками, и принялась его осматривать, одним ухом прислушиваясь к хору детских голосов: — Десять! — выпалила Эно. — Двадцать! — перебила Митра. — Сто! — фантазировала Касандра Мерида лишь покачала головой, смахивая с детали чёрную жижу. И только когда Сател, самый смышлёный из юнлингов, задумчиво произнёс: — Один...? — её губы дрогнули в ухмылке. — Точно! — она щёлкнула пальцами, и реле вдруг повисло в воздухе. — Всё зависит не от количества, а от умения. Один мастер может поднять гору, а сотня неучей — не сдвинет камешек. Размер не важен, важны умения. Мерида встала во весь рост, её суставы громко хрустнули после нескольких часов, проведённых в неудобной позе. Перед ней лежали две неравные кучи: скромная стопка блестящих, как новые, деталей и внушительная гора металлолома, который уже ни на что не годился. — Не густо, — констатировала она, скептически оглядывая результаты их трудов. Эно, сияя, указала на отполированные до зеркального блеска детали: — Зато теперь они блестят! Сател разочарованно вздохнул: — Но этим же не починишь двигатель... Мерида лишь подтвердила его опасения мрачным кивком: — И боюсь, ни Калеб, ни Крей даже не догадываются, о масштабе трагедии. Она потянулась, чувствуя, как ноют мышцы, и принялась аккуратно складывать уцелевшие детали в сумку. — Похоже, на Татуине мы задержимся подольше, — пробормотала она, больше себе, чем детям. — Если, конечно, найдутся подходящие аналоги... Внезапно её взгляд упал на Эно, которая старательно вытирала масляные пятна с пола тряпкой. — Хотя знаете что? — Мерида неожиданно улыбнулась. — Сегодня мы хотя бы выяснили что сломалось. А это уже половина ремонта. Она бросила последний взгляд на разобранный двигатель, который теперь напоминал скелет какого-то древнего механического зверя. В последний раз перебрала груду металлолома, выуживая несколько деталей, которые ещё можно было спасти. Пока дети быстро собирали инструменты и вытирали масляные пятна, Мерида исчезла в гальюне. Холодная вода смыла с её лица пот и копоть, но не смогла снять усталость, въвшуюся в кости. Она на мгновение закрыла глаза, чувствуя, как капли стекают по шее — несколько часов копания в двигателе стоили ей всех сил. В основной каюте царила уютная атмосфера. Сател, устроившись на диване, углубился в чтение датапада — его брови были нахмурены, словно он разгадывал какую-то сложную задачу. На полу расположились Митра, Касандра и Эно, увлечённые своей игрой. Они что-то шептали, хихикали и обменивались какими-то мелкими предметами — вероятно, сокровищами, найденными в карманах или среди обломков. Мерида вытерла лицо краем рукава, бросая тревожный взгляд на хронометр. Цифры холодно констатировали — команда закупщиков опаздывала уже на час. — Что-то наши бравые исследователи задерживаются... — её пальцы сжали коммуникатор так, что корпус затрещал. Тишина в ответ. — Крей, приём. Молчание. — Калеб, ответьте! Только статичный шум. — Проклятье! — она швырнула устройство на диван, где оно подпрыгнуло и упало к ногам перепуганных юнлингов. — Я придушу их собственными руками, если это окажется идиотской шуткой! Сател осторожно поднял коммуникатор: — Может, просто помехи? В доке всегда плохая связь... Однако юнлинги резко замерли, будто почувствовав незримую опасность. Даже шаловливые шёпоты Митры и Касандры оборвались на полуслове. — У меня нехорошее предчувствие... — прошептала Эно, её глаза неестественно расширились, уставившись в сторону трапа. Мерида уже ощутила — Сила вокруг них сгустилась, как раскалённый воздух перед песчаной бурей. Без единого слова она резким жестом указала в сторону скрытой ниши за панелью обшивки — старому укрытию контрабандистов, которое они обнаружили при первом осмотре корабля. Дети молниеносно проскользнули внутрь, словно испуганные пещерные мыши. Металлическая панель бесшумно закрылась за ними. Белый световой меч материализовался в руке Мериды. Она медленно двинулась к трапу, каждый шаг рассчитан до миллиметра. Снаружи раздавался странный скрежет — будто что-то острое царапало обшивку. — Крей? — тихо позвала Мерида, но ответом стал лишь вой татуинского ветра. Трап с шипением опустился, обнажая ночную пустыню. Холодный воздух рванул внутрь, принося запах песка — Выходи! Иначе твоему дружку не поздоровится. Только без выкрутасов! Сердце Мериды сжалось, но её лицо осталось каменным. Она медленно вышла из тени, убрав световой меч за пояс и прикрыв его полой рубахи. Руки подняты вверх — жест капитуляции, но её пальцы были готовы в любой момент сжаться в кулаки. Перед ней стоял грузный забрак в потёртой броне, его бластер упёрся прямо в висок Крея. Юноша стоял на коленях, лицо разбитое, губа рассечена, но в глазах ещё теплился огонь сопротивления. — Смотрите-ка, парни, — охотник оскалил жёлтые клыки, — как просто выглядит миллион кредитов. Его напарники — двое в одинаковых ржавых шлемах — захихикали, переминаясь с ноги на ногу. Гнев, холодный и безжалостный, вспыхнул в глазах Мериды. Она сделала глубокий вдох, втягивая в себя сухой, пропитанный пылью татуинский воздух. Её кулаки медленно сжались — и в тот же миг все трое охотников взлетели вверх, их шлемы с красными линзами отчаянно закачались в воздухе. Они судорожно хватались за шеи, где невидимая длань Силы сжималась всё туже. Бластеры с глухим стуком рухнули на песок. Мерида стремительно подбежала к Крею, даже не удостоив охотников взглядом. Её обычно холодные глаза сейчас пылали тревогой. — Сильно ранен? Где Калеб? — её голос звучал резко, почти срываясь на хрип. Пальцы быстро ощупали его лицо — сломанный нос, рассечённая бровь, синяки, но ничего смертельного. — Я не знаю... — прохрипел Крей, пытаясь подняться. Твёрдая рука Мериды остановила его. Теперь её взгляд устремился к задыхающимся охотникам. Забрак уже захлёбывался, по щекам текли слёзы. — А эти знают? — голос Мериды стал таким ледяным, что у Крея по спине побежали мурашки. Он лишь кивнул. Раздался глухой удар — все трое охотников рухнули на землю, вдавившись в песок. Без сознания. — Идём. Я займусь ими позже. Она легко подхватила Крея, взяв его вес на себя, и направилась к кораблю. — План семь! — её голос, резкий и чёткий разрезал тревожную тишину корабля. В мгновение ока дети высыпали из тайника, отработанными движениями исполняя свои роли: Эно и Касандра молниеносно расчистили диван, куда Мерида бережно опустила Крея. Митра уже мчалась с тазом воды и стерильными бинтами, её маленькие ручки крепко сжимали жестяную миску. Сател появился словно из ниоткуда с походной аптечкой, его пальцы уже раскладывали инструменты с хирургической точностью. — Он в ваших руках, — Мерида произнесла сквозь стиснутые зубы, её спина была напряжена как тетива лука. — А мне... надо поговорить Она не оглянулась, когда: Эно примостилась рядом с Креем, её тонкие пальчики осторожно гладили его плечо, а шёпот звучал как молитва: Всё будет хорошо, мы с тобой.... Сател профессионально ощупывал сломанный нос, его брови сдвинулись в сосредоточенной гримасе. Митра смочила бинт в воде, её движения были удивительно нежными для такой маленькой девочки. Дверь шлюза захлопнулась за Меридой отрезая её от этого островка спокойствия. Её взгляд, холодный и неумолимый, впился в три бесчувственных тела. Песок хрустел под сапогами, когда она приближалась. — Подъём. Голос, пропитанный гневом и Силой, проник в их сознание, как раскалённый нож. Охотники застонали, корчась на песке. Забрак открыл глаза — и сразу увидел её. Лицо Мериды, освещённое багровым светом татуинских сумерек, было спокойным. Слишком спокойным. Песок хрустел под сапогами, когда Мерида навалилась всем весом на спину забрака. Его крик разорвал ночную тишину, эхом отразившись от корпуса корабля. Двое других охотников очнулись. Один - рефлекторно выхватил бластер, но его рука вдруг неестественно дернулась, повинуясь воле Силы. Дуло дрожало у его собственного виска. — Нет! НЕТ! ПРЕКРА… Выстрел. Тело рухнуло на песок. Второй охотник застыл, подняв дрожащие руки, не смея даже пошевелиться. Мерида даже не моргнула. Ее нога все так же давила на спину забрака, когда она медленно повернула голову к оставшемуся в живых. — Где. Джедай? Голос Мериды гремел, как предвестник бури, наполняя холодный татуинский воздух стальной тяжестью. Второй охотник, все еще сидящий на песке, заерзал под ее взглядом. Его голос дрожал, пробиваясь сквозь вокодер шлема: — Я не знаю! Он меня нанял, я просто… Хруст. Его шея свернулась быстрее, чем он успел договорить. Тело рухнуло на песок, шлем с глухим стуком ударился о камень. Забрак застонал, его массивное тело дернулось в тщетной попытке вырваться из-под ее сапога. — Что ты за чудовище? — прохрипел он, голос полный ужаса. Мерида лишь сильнее надавила, заставляя его вжаться в песок. — Где джедай? — повторила она, и на этот раз в ее голосе не было вопроса. Лишь приказ. — Мы продали его Джаббе! — наконец выдохнул охотник, и давление на его спину чуть ослабло. Мерида замерла. Джабба. Это меняло всё. — Как вы поняли, кто мы? — её голос был тише, но от этого только страшнее. Охотник, дрожа, выдавил: — Тот паренёк... хвастался световым мечом в кантине... А потом я слышал, как они говорили о награде за твою голову... Он захлёбывался словами, — Это всё, клянусь! Я больше ничего не знаю! Отпусти меня! Я никому… — Мерзость. Мерида убрала ногу. Охотник успел сделать один вздох облегчения — прежде чем её рука взмахнула. Сила швырнула его в стену корабля с такой силой, что обшивка прогнулась. Его тело ударилось с оглушительным хрустом костей и лязгом брони, прежде чем безжизненно рухнуть на песок. Мерида замерла. Джабба. Даже за своё недолгое время в этом веке она успела наслышаться об этом толстом, коварном слизне. Она быстро вернулась в корабль. Крей, сидящий на диване, уже выглядел лучше — раны промыты, нос выправлен, хотя его лицо всё ещё было бледным. Дети обступили его, словно маленькая стража. Эно по-прежнему гладила его по плечу, но теперь её глаза были полны тревоги. — Где Калеб? — голос Крея звучал глухо, нос заложен из-за перелома. В любой другой ситуации Мерида бы рассмеялась над его гнусавым тоном. — Джабба. Одно слово — и воздух в каюте стал ледяным. Крей побледнел, его глаза расширились от ужаса. — Я вытащу его. Крей попытался подняться, но маленькая Эно решительно прижала его плечи к дивану. В её глазах читалась недетская серьёзность - она понимала ситуацию лучше самого Крея. Пока Мерида переодевалась в тёмные боевые одежды - практичные штаны, плотную рубашку и широкий пояс - в каюте царила напряжённая тишина. Лишь шуршание ткани нарушало молчание. — Бластер у тебя? Крей молча кивнул, его пальцы судорожно сжали оружие. В этот момент раздался характерный щелчок - Мерида разъединила свой посох. Сател поймал брошенный ему меч, но в его глазах читалось сомнение. Мерида шагнула к нему, её палец резко ткнул в его грудь: — Ты - последняя линия обороны. Будь осторожен и береги остальных. Сател испуганно кивнул. Её взгляд скользнул по детям. Эно сжала кулачки, Митра прикусила губу, Касандра непроизвольно прижала к груди старый плюшевый мупет - единственную игрушку, спасённую с Дантуина. За несколько минут они словно повзрослели на годы. — Если что-то пойдёт не так — уходите через вентиляционные шахты. Этот ржавый корпус не стоит ваших жизней. Мерида поправила перекрещенные ремни с бластерами на груди. — Я найду вас. Держитесь вместе. Все пятеро замерли, кивая в унисон. Их широкие глаза отражали тусклый свет каютных ламп, следя за каждым движением наставницы. Мерида развернулась, и чёрный плащ взметнулся за ней, когда она шагнула в зыбучие татуинские сумерки. Песчаный ветер сразу принялся трепать её одежду, словно пытаясь отговорить от этого безумия. Трап начал медленно закрываться с металлическим скрипом, отсекая последний луч света из каюты