Не уходи

— Джекс? Ты тут? Помни неуверенно постучала в деревянную дверь, получив в ответ лишь тишину. После недолгой паузы она продолжила. — Я… эм… хотела бы поговорить насчёт того, что случилось неделю назад, после того приключения с ружьями. — Опять? Тебе разве не хватило в прошлый раз? — Донёсся из-за двери знакомый голос. — Я просто… — она замялась, — не думаю, что это правильно — оставить всё как есть. Твои слова действительно ранили меня в тот день. — Я ведь тебе уже сказал — я тебе не друг. Я никому не друг, поэтому перестань пытаться наладить со мной отношения, мне всё равно на это. Глаз Помни дёрнулся. — Ты это сам решил? Такие решения обычно принимаются совместно. С другой стороны послышался лёгкий стук и тихий звук скольжения, словно человек за дверью облокотился на неё или сел, прижавшись спиной. Шут аккуратно присела следом. — Даже если ты снова оттолкнёшь меня, я не смогу делать вид, что мне всё равно. — А что если я сделаю тебе ещё хуже? Настолько сильно, что ты возненавидишь меня? Девушка невесело усмехнулась, нервно теребя жёлтый помпон на своей груди. — Тогда я всё равно запомню твою сторону, которую ты так тщательно пытаешься скрыть от других и подавить в себе. Помни прикрыла глаза, поставив обе руки по бокам от себя и тяжело вздохнув. — И знаешь, это того стоит. Джекс встал. Сложил руки на двери и положил голову на них, рвано выдохнув. — Помни. С её стороны послышался хмык. — Ты тогда спросила меня о том, что бы я делал, если бы ты рассеялась. — Да, я помню. Эти простые и тихие слова отдались в фиолетовой голове эхом, бьющим по ушам с нещадной силой, заставляя вновь прокручивать в памяти тот момент. Парень отшатнулся назад, обессиленно сев на пол. — Теперь моя очередь спрашивать. Шут встала, всё ещё не поворачиваясь лицом к двери, словно боясь чего-то. — Что бы ты сделала, если бы я рассеялся… Парень сглотнул несуществующий ком в горле. — Прямо сейчас?.. В этот момент Помни решилась повернуться к двери. Она неуверенно дотронулась до округлой дверной ручки, тут же отдёргивая руку, словно спорила сама с собой, стоит ли заходить. — Я бы долго плакала… Наконец, она медленно открывает дверь, изумлённо застывая на пороге. — И никогда бы не забыла о тебе. На полу, прямо по середине комнаты, сидел Джекс. Сжавшись в небольшой комок, он выглядел словно маленький ребёнок, которого ругают родители. Помни впервые видела его таким: потерянный, разбитый, напуганный, даже в каком-то смысле жалкий. Обычно задорно торчащие вверх кроличьи уши теперь боязливо прижимались к голове, а руки в жёлтых перчатках крупно дрожали, обнимая согнутые в коленях ноги. Но девушка ещё больше была поражена совсем другим. Половина его головы была чужой. Такой, как она выглядит у рассеившихся. Глючащая и клокочущая в разные стороны непроглядно-чёрная масса словно так и норовила задеть что-либо, находящееся рядом. Множство ярких глаз смотрели в разные стороны, постоянно меняя своё положение, некоторые из которых в упор смотрели на Помни. По выражению лица самого шута было трудно объяснить, что именно она чувствует сейчас. Неприязнь, жалость, разочарование, злость? Девушка подходит ближе, и в этот момент Джекс наконец даёт волю своим эмоциям и рывком обнимает её, вскакивая на колени. Его жёлтый глаз, который ещё не успела поглотить зловещая субстанция, жмурится, выпуская несколько слезинок, которые тут же капают на костюм шута, оставляя мокрые следы. Но кому сейчас не плевать на этот чёртов костюм? Помни пару мгновений просто стоит, не в силах обработать происходящее, после чего аккуратно обнимает дрожащее тело в ответ, ласково кладя одну из рук на голову кролика. — Прости меня, Пом-Пом… — Приглушённо доносится голос Джекса вперемешку со всхлипом. — За то что тогда накричал на тебя. Я просто… — Чшшш, поговорим об этом позже, — спокойный и приятный голос Помни доносится словно откуда-то издалека. И пусть ей сейчас очень больно физически ощущать, как тело начинает передёргивать от глюков, она знает — Джексу сейчас ещё больнее, и не только физически.