***
«Город Края был тихим, как заброшенная могила, лишь Войд шептал что-то на ухо сиреневым строением. Женя стояла на построенным ребятами для передвижения каменном мосту, её взгляд был пуст, как бездна, что блекла под её ногами. Пупи подошёл к ней, алмазный меч дрожал в руке, будто он пытался удержать не только оружие, но и свои мысли. «Прости, Жека!» — его голос был сдавленным, как будто он пытался выдавить из себя последние капли человечности. Она обернулась, её глаза встретились с его. В них не было страха, только ярость и решительность. «Пупи, лучше я умру от пустоты, чем от твоей руки!» — её слова прозвучали как приговор, холодный и безжалостный, она хотела улететь прочь но не успела. Секунда и удар. Меч пронзил её сердце, словно прорезая не только плоть, но и последнюю нить, связывающую ее с реальностью. «Прости, Жека, прости!» — он повторял это, как молитву, но в его голосе была только боль. Она отступила, шатаясь, её руки дрожали, когда она оттолкнула его. Меч остался в ней, а она продолжала отходить, шаг за шагом, к краю. Пупи достал арбалет, его пальцы сжали спусковой крючок, будто он держал в руках не оружие, а свою судьбу. Стрела вонзилась в её ногу, и она пошатнулась, начиная падать смолвила. «Кхм. Это был хороший спектакль, кхм, кхм, но он подошёл к концу,» — её голос был тихим, как шепот на краю вечности, лишь изредкий кашель алой кровью нарушал столь прелестную атмосферу. «Прощай~» И она упала навсегда. В пустоту, в безмолвие, в конец. Пупи бросился к краю моста, его руки протянулись к ней, но было уже поздно, остался лишь чёрный чуть потрёпанный в ее собственной алой жидкости бандана, который он стал прижимать к сердцу. Ветер унёс её последний взгляд, а в его глазах осталась только тьма.»
***
«И даже через годы только одинокий шарфик в эндр честе будет напоминать о том злополучном дне.»