«Беглец небес»

Глава 10. Тени Ночь в моём доме всегда была спокойной. Раньше. Но сегодня казалось, что стены впитали чужое дыхание, а тьма за окнами стала плотнее, чем обычно. Исаэль сидел у окна, напряжённый, словно каменная статуя. Я же металась по комнате, пытаясь не думать о символе, который вспыхнул на телефоне. — Что это было? — наконец спросила я. — Тот знак… он не может быть просто багом старого телефона. — Это был зов, — тихо сказал он. — Метка, что поиск начался. — Поиск? — я сглотнула. — Они вышли на след. Я опустилась на диван, обхватила колени руками. — Кто «они»? Ты говоришь загадками. Если я уже впуталась в это — имею право знать. Он повернулся ко мне. В его взгляде было столько серьёзности, что я перестала дышать. — Стражи. Те, кто следят за порядком. Их задача — вернуть меня любой ценой. — Вернуть куда? — Туда, где свободы нет. Где ты служишь вечно. Я тихо усмехнулась, хотя руки дрожали. — Звучит как очень строгая версия корпорации, где я работаю. Он чуть заметно улыбнулся, но тут же лицо его вновь стало серьёзным. — Лина, если они придут, ты можешь пострадать. Ты уже в опасности, просто находясь рядом. Я встала, резко, словно отмахиваясь. — Слушай, я вчера ещё думала, что мой максимум риска — это сгоревший тостер. А сегодня у меня дома сидит ангел в бегах. Я уже точно в опасности. Он смотрел на меня молча, и от этого молчания становилось ещё страшнее. Около полуночи я заметила движение за окном. Тень. Быстрая, словно скользнула по стеклу. Я вздрогнула. — Ты это видел? — прошептала я. Он медленно кивнул. — Они здесь. Я подошла ближе к окну, но он резко схватил меня за руку и потянул назад. — Не смотри. Они чувствуют взгляд. — Чувствуют… что? — я задыхалась от страха. — Это не люди, Лина. Это охотники. Полукрылые. Они движутся в тени и живут ради того, чтобы отлавливать тех, кто осмелился нарушить порядок. Я опустилась на диван. Сердце грохотало в ушах. — Великолепно. Моя квартира теперь — ловушка. Он посмотрел на меня с неожиданной мягкостью. — Нет. Моя защита держит их на расстоянии. Пока. — Пока? — я вскочила. — Ты понимаешь, как это звучит? Он не ответил, только снова подошёл к окну. Мы просидели так, наверное, час. Я пыталась хоть чем-то занять руки — сделала чай, но он даже не притронулся. Я включила свет, потом выключила, потому что показалось, что он привлекает внимание. И в тишине я вдруг поймала его взгляд. Мы сидели рядом на диване, и наши плечи почти касались друг друга. Его глаза были тем самым небом, которое я всё время искала. — Скажи… — я тихо произнесла, — ты всегда решаешь, кто может тебя увидеть? — Да. Для большинства я — пустое место. Я могу закрыться, и они пройдут мимо, даже если будут смотреть прямо на меня. — Тогда… почему я вижу тебя? Почему не прошла мимо, как остальные? Он медленно протянул руку и едва коснулся кончиками пальцев моей щеки. — Потому что ты — не «остальные». Твоё сердце смотрит туда, куда другие боятся. Я замерла, не в силах отвести взгляд. Его близость сводила с ума. В груди рвалось что-то новое, опасное. Но именно в этот момент раздался громкий стук в дверь. Я вскочила, он встал следом, мгновенно напряжённый. — Это они? — выдохнула я. Он замер, прислушиваясь, затем качнул головой. — Нет. Человек. Стук повторился. — Лина? Это я, Алекс. Ты дома? Я чуть не выругалась вслух. — Чёрт… Исаэль посмотрел на меня. — Ты не должна открывать. Это опасно. — Он мой друг! — зашептала я. — Он поймёт, что что-то не так, если я не открою. Стук стал громче. — Лина, я видел свет! Что происходит? Я метнулась к двери, на ходу обернувшись к ангелу: — Спрячься! Но он не двинулся с места. — Я не умею прятаться. Я зажмурилась, вдохнула и открыла дверь. Алекс влетел в квартиру, обеспокоенный, с телефоном в руках. — Ты не отвечала на сообщения! Я подумал… И замер. Его глаза расширились, когда он увидел фигуру у окна. Высокий силуэт, бледное лицо, намёк на светящиеся крылья. — Кто это?.. — прохрипел Алекс. Я почувствовала, как земля уходит из-под ног. Ангел поднял взгляд на него — и впервые за всё время я увидела в глазах Исаэля не тоску и не мягкость, а настоящую угрозу. И я поняла: этой ночью мы втроём уже не останемся прежними.