Его зелёные

Пейзаж движется за окном, а облака танцуют лишь им известный танец, но она так и не сказала самого важного: «люблю». Люблю глаза, люблю губы, люблю голос, запах и руки. Люблю тебя всего. Их история была слишком короткой, что бы остаться в их памяти и слишком долгой, что бы о чем-то жалеть. - «Ты будешь моей девушкой?» - четыре простых слова вызвали в обоих дрожь. Молчит. Пытается заточить его в объятия, дав молчаливый ответ, но руки медленно рассеиваются, исчезает его лицо. И вот, она стоит одна среди елей, которые так и тянут к ней свои заснеженные когти. Сон. Он стал её палачом 8 лет назад, не желая выпускать в жизнь, не желая выпускать из воспоминаний, оставив любовь. Интересно, о чем он сейчас думает. Они не видели друг друга с самого их переезда. Словно оторвав этот пластырь от сердца, закрыла его в дальний ящик. Но вечерами каждая слеза содержала его ласковое: «солнце». «Любимая, ужин уже готов?» - «Что? - спросила она, потирая глаза, -а, нет, извини, я уснула, я сейчас, я быст...» Взглянув на мужчину, она прервалась на полу-слове. Встряхнула головой и вернулась в реальность. Вместо зелёных глаз, на неё смотрели широко распахнутые голубые, вместо гладких смольных, она увидела русые волосы, взъерошенные после душа. «Мне нужно домой к маме, - задумавшись, она добавила короткое, - ненадолго» Следующим утром автобус уже нёс её по автомагистрали. Ей нравилось думать, что у каждого проезжающего своя жизнь. Противно было думать, что у каждого она счастливее её. В красной машине сидят девушка и парень, наверное, через пару месяцев у них будет свадьба. В белой на заднем, наверное, лежит огромный букет, который бородач за рулём везёт для своей любимой. А вот чёрное авто ведёт милая бабушка, может она едет на дачу к внукам. Навстречу им в автобусе ехала она. Живёт с нелюбимым человеком, умирает в собственной утопии о первой любви. Родные стены лечат, и ей наверняка станет легче. Но легче не стало в этот день. Легче не стало и на следующий. Рассказы мамы она давно не запоминала, она знала, что у Машки новый любовник, что их собака снова начала линять, но не могла поддержать диалог. Эти разговоры из другой жизни. Из настоящей жизни. Её же жизнь завершилась в прошлом. В том прошлом, где она обрела и потеряла любовь. В том прошлом, где оставила кусок своего сердца, половину себя. Пальцы нервно забегали по экрану телефона: «Прив...» Вдруг ей показалось, что «привет» зазвучит глупо и она исправила: «Здравствуй». Что? Ведь они не незнакомцы. Задумавшись, решила оставить лишь голый вопрос: «Ты в городе?» Отправила, но надеялась, что он не ответит. Нет, молила небеса и Бога, что бы он проигнорировал, что бы ненависть застлала его глаза и сердце. Но ответ последовал незамедлительно. Она даже дернулась от уведомления, а кружка чая со звоном свалилась на пол. «Да, что-то хотела?» - она хотела было ответить резкое: «нет», но короткое: «да», было отправлено ему, после чего она удалила переписку. Нет, нет, нет. Зачем. Но у неё проблемы. Эти проблемы в нем. Они отравляют её жизнь, все дальше утягивая назад, утягивая на дно, от которого не оттолкнуться. Подушка, на удивление, оказалась слишком мягкой в родительском доме, такой, что она уснула, лишь коснувшись её. Изо сна её вырвала трель звонка. Часы показывали - 3:18. «Что ещё нужно? - подумала она в гневе, но подняла трубку, - Алло?» «Выйди», - его голос заставил её обомлеть, судорожно сбросив звонок она зарылась в одеяло по самые глаза. Хотелось слиться с постелью, хотелось навсегда утонуть в ней, навсегда спрятаться, но ведь она приехала сюда ради этого... Ради чего? Ради встречи? Разговора? Чего ей хотелось? Но рассуждать она не могла, лишь натянув большую кофту, побежала по ступеням, огибая лестничные пролеты с неимоверной скоростью. Выйдя из подъезда встала, как вкопаная. Не в силах пошевелиться или что-то сказать, ей оставалось лишь заглядывать в его глаза, ища ответов, хотя сама и не знала на что. Ей казалось, что глаза не могут даже моргать, а лёгкие застыли, как и все остальные части тела, не в силе давать ей кислород для жизни. Пусть это будет так. Пусть прямо сейчас её лёгкие не дадут ей вдохнуть его аромат, пусть сердце не даст вспомнить его поцелуи, пусть прямо здесь судьба не даст ей права жить. Но вместо всего этого, она одними губами произнесла: «Привет». А ледяные руки резко накрыли её спину, сжав так крепко, что можно было задохнуться. Она почувствовала, как что-то обжигает её плечо, почувствовала сбитое дыхание на своей шее. Это были слезы. И вдруг услышала тихое: «Прости...» «Любимая, проснись, - кто-то тряс её за руку. Она открыла глаза, - ты плакала во сне. Снова кошмары?» И вдруг её насквозь пробил леденящий холод - никто не обнимал её, никто не держал её, боясь снова потерять. Сон. Опять этот сон. Телефон завибрировал и на экране показалось: «Привет».