Вчера был конец света

Представьте, что вы и ваш лучший друг внезапно оказались в эпицентре конца света и выжили. Вы наверняка подумали, что дальше должно быть предложение «А Азирафаэлю и представлять не надо», но нет. Ему-то как раз и надо представлять, потому что армагеддон всё-таки немного подкосил владельца книжной лавки. Ну, знаете, например отсутствием этой самой лавки. Хорошо, мои замыслы, быть может, действительно неисповедимы настолько, что я сама путаюсь в своём же повествовании. — Но-но! — говорю Я, веером раскладывая перед собой пластиковые карты. Они блестят на зелёной покерной скатерти и кажутся полупрозрачной иллюзией. Всё дело в том, что нужно выбрать правильный угол обзора. — Правильный для кого? — спросите вы. — Для того, кто хочет выиграть, — легко отвечу Я. — Иначе почему есть комбинация флеш-рояля, которую никто никогда не собирал? Ирония в том, что реальность никто не искажает. Шулеры существуют в играх: они подкладывают карты, мухлюют с фишками и гипнотизируют оппонента, чтобы забрать выигрыш покрупнее. Вы и глазом не успеете моргнуть, как ваша жизнь уже зависит от человека, что сидит напротив и шепчет: «Ва-банк». Но когда дело касается ваших жизней, то единственный дилер за столом — вы сами. Никто не выкинет вас из вашей же игры. Если вы сами устанавливали её правила, конечно же. — Бентли! Ангел, смотри! Кроули оглянулся на Азирафаэля, который не мог перестать улыбаться от открывшегося ему зрелища: растрёпанный Эдемский Змей в шёлковой пижаме с ярчайшими звёздами вместо глаз выглядел как никогда счастливым, заряжая своим оптимизмом и Азирафаэля тоже. Внезапно ему захотелось сгрести в охапку демона, обнять и смеяться-смеяться-смеяться. — Дорогой? — Азирафаэль тоже приблизился к окну, и Кроули отступил в сторону, чтобы ему было видно улицу. — Бентли! — Кроули ткнул рукой в начищенную до блеска машину, которая как ни в чём не бывало была припаркована под окном. Азирафаэль удивлённо распахнул глаза и, опустив голову, упёрся ладонями в подоконник. — Ты тоже это видишь? — весело спросил Кроули. — Неожиданно, — улыбнулся Азирафаэль. — Что ж, поздравляю. — Значит ли это, что книжный тоже… Они переглянулись и расхохотались. Вчера был конец света. Книжный оказался целым, как и Бентли — не грудой раскалённого металла. Пожалуй, появилась лишь серия сказок в первом и пластинка Бетховена (реально Бетховена) во втором. Данное обстоятельство повлекло за собой ещё одну попойку, но совсем не долгую. Вымотанный таким количеством положительных эмоций, Кроули уснул уже после пятой бутылки. Азирафаэль, заботливо укрыв его пледом, вернулся в основной зал. Ему было над чем подумать. Они не убежали от начальства, но возразили ему настолько резко, что у этих возражений определённо должны были быть последствия. Но это всё потом. Сейчас же один книжный магазин на Уикбер-стрит должен был открыться, а книги — не-продаться, ведь методы уговоров очаровательного букиниста в бежевом кардигане были вполне себе действенны. Всё возвращалось на круги своя. Или, по крайней мере, собиралось на них вернуться. Всё-таки вчера был конец света. — Ты что-нибудь помнишь по поводу вчерашнего дня? Анафема проницательно взглянула на Азирафаэля. Тот мягко усмехнулся, прекрасно понимая, что девушка пыталась прочитать правильный ответ по языку его тела. И её старания наверняка бы возымели успех, если бы он не был ангелом. Азирафаэль, беспечно пожав плечами, сделал глоток горячего какао. — Нет, дорогая. Хотя я обещал тебе показать некоторые книги великих ясновидящих. — Да-а-а? — произнесла Анафема таким голосом, будто она действительно помнила разговор, которого не было. — Я была бы рада на них взглянуть, мистер Фэлл, но прежде… Она нахмурила тонкие брови и уставилась в свой стакан так, словно нерастворившееся на его дне какао должно было предсказать ей будущее не хуже чаинок. Азирафаэль терпеливо ждал, когда её очищенный юным Адамом от ненужных воспоминаний мозг выдаст связную мысль. За окном ярким вихрем взметнулись пожелтевшие листья, и старые, нераспустившиеся почки постучались в окно. Девушка и ангел одновременно повернули головы. Второй приветливо махнул предосеннему беспорядку за стеклом и тот, словно ждал именно этого жеста-сигнала, поднялся выше, наверняка намереваясь поздороваться и со вторым этажом магазинчика. Анафема не услышала звука аккуратного ангельского чуда (Азирафаэль очень не хотел, чтобы стук в окно разбудил Кроули), потому что в тот момент думала серьёзную мысль: «Это какой-то дурдом, а не город. Великобритания удивляет. Стоп, это же страна…» Азирафаэль, представляя, какой беспорядок творится в голове юной леди, вздохнул и осторожно предложил: — Может, зайдёшь позже? Ты, кажется, не выспалась. — Ага-а-а, — снова подозрительно. — А вы? — Что? — Выспались? — Я не спал. — Почему? — Не люблю спать. — Вы совсем не спите? — Совсем. — Совсем-совсем? — уточнила Анафема. — А тот милый мальчик… — Ньютон. — Да, точно. Спасибо. Ньютон с тобой? Анафема похлопала глазами. Сняла очки. Протёрла их. Снова нацепила на нос и опасливо огляделась. — Нет?.. — неуверенно предположила она. — Милая, он не заходил с тобой. Я имею в виду… — Он ушёл по магазинам, — быстро ответила Анафема. Азирафаэль удовлетворённо кивнул. Кажется, ведьма недоспала ещё пару часов, вот в голове и не устаканилось вчерашнее-которого-не-было. Анафема потянулась к печенью. И, сунув одно в рот, а другое в карман (это уже какие-то Адамовские привычки, вот проказник!), поднялась с диванчика. — Я покажу книги завтра, — пообещал Азирафаэль. — Хоро…о-о-ого! — Анафема накренилась вправо, выглядывая за Азирафаэлем спустившегося вниз Кроули. Она достала из кармана припасённое пятнадцатью секундами назад печенье и захрустела им. Азирафаэль обернулся. Кроули, сонно потирая глаза, стоял в белой рубашке. — Я ничего не пропустил? — спросил он. — Так вот почему вы не спали, — сделала вывод Анафема. — Да нет же!.. — ахнул Азирафаэль. — Просто он перепутал рубашки и… — Ой, — заметил свою оплошность и Кроули. Но это не так сильно его побеспокоило, поэтому он только плотнее закутался в своё импровизированное хлопковое одеяло. В книжном повисла тишина. Азирафаэль сделал глоток уже остывшего какао, Анафема спрятала по карманам остатки печенья, а Кроули зевнул. — Вспомнила! — вдруг прояснился взгляд Анафемы. — Вспомнила, зачем зашла! Последнее пророчество Агнессы: «Выбирай обличье с умом». Вот так! И, чрезвычайно довольная, она развернулась на каблуках и промаршировала к двери. У нее она остановилась и озадаченно почесала кудрявый затылок. — А зачем я вообще вам это сказала… Звякнул колокольчик: дверь захлопнулась за гостьей. Азирафаэль внимательно оглядел Кроули в его рубашке. Кроули внимательно оглядел Азирафаэля, а потом тоже посмотрел вниз — на рубашку. — «Выбирай обличья с умом»! — в один голос выпалили они, задыхаясь от восторга осознания. Вчера был конец света и почти что конец их жизней. Навсегда первое. И никогда второе.