Пагуба

Прошло несколько месяцев с того момента, как Вики в последний раз была в церкви. Отец сам иногда заходил в их дом, чтоб проведать дочь, и совсем не винил её за то, что она так резко перестала ступать на святую землю. Ангелом он её так и не перестал называть и всегда давал напутствия, отмечая её святость и разумность. Правда, жизнь Вики перестала быть такой святой и разумной. Она снова начала общаться со своей старой подругой, что жила на той же улице, что и сама Вики. Кэти была далека от церкви. Она работала в грязном и небольшом баре барменшей и знала о людях куда больше, чем те говорят и показывают. Кэти говорила, что в людях всегда есть гниль, в любых, будь то прихожане в церкви или простые те, что не относят себя ни к тем, ни к тем. Люди злые по своей натуре создания, и не стоит их винить в этом, говорила она. Рассуждать о боге она не особо любила. Как-то раз сказала, что не верит в него, потому что в мире куча котостров, смертней и боли, дети умирают каждый день в мучениях, и если бы существовало божество и было по-доброму настроено к людям, все бы жили в мире и гармонии. Вики тогда поняла, что с Кэти лучше на эту тему не говорить. Как-то раз Кэти попросила Вики её подменить всего денёчик, умоляла она. Вики согласилась, и тогда она нашла себя там, в том пропитанном гнилью баре. Она могла говорить что угодно о боге, говорить абсолютно на любую тему, и ей никто никогда не пытался заткнуть рот тем, что господь услышит и покарает. Её понимали, любые, даже безумные идеи становились логичными и интересными, когда кто-то пытается понять и поддержать её, и пускай это были пьяные и потертые люди, но они понимали и сопереживали ей. Это было необходимо, и так, кстати... когда у неё началась ломка по церкви и вере. Это случилось примерно через полтора месяца после её ухода. Ей до трясучки стало невыносимо собственное лицо, гнев на то, что она сотворила, сжирал её. Для неё это было большим грехом, она предала бога, маму и папу, воззвав к дьяволу, более того, она каким-то чудным образом потеряла невинность, это тоже сводило с ума. Содрав тонкую, но упругую вичку с куста у дома, она словно под гипнозом поднялась к себе, разделась, оставшись по пояс голой, и принялась читать молитвы, стараясь как следует попасть вичкой по спине. Это было больно, боль дарует очищение, и она очень хотела очиститься так сильно, что рассечённая спина загнила после недельной усердной порки. Кэти и тогда её спасла, вломилась и пару дней приводила Вики в чувства, объясняя, что та и так перенесла кучу страданей, но бог так ей и не помог, хотя она была послушной и исполнительной. За гниющей спиной нужен был уход, поэтому Кэти приходила пару раз в день, чтоб вымазать Вики целительной мазью и наложить повязки, поэтому Уокер отошла от этой болезненной тоски. Вскоре начал приходить отец, и он был совсем не против, похоже, в людей и в их жизнь он верил гораздо больше, поэтому не было нравоучений, когда Вики рассказала, где и кем она работает. Теперь раны зажили, отец приходил раз в неделю. Кэти относилась к ней хорошо. Бар и его обетатели ей и правда нравились, но было ещё одно. Она жутко начала фанатеть от демона, хоть Кэти и сказала, что это она сама себе придумала, а того мужика просто кто-то спугнул и не дал закончить своё грязное дело. Говорила, что Вики, похоже, так шарахнулась и в совокупности с её религозной хренью просто придумала себе спасительный тёмный образ, и поэтому она якобы нарисовала этакого тёмного рыцаря. Вики сделала вид, что поверила и признала её правоту, но в душе отчётливо помнила прикосновение тёплых рук, ей даже показалось, что она полюбила его, так часто она думала о нём. Прошло примерно пара месяцев, когда, уснув, к ней пришёл тот, кого она меньше всего хотела видеть. Отношение к нему изменилось от неприязни за то, что совершил, до лютой ненависти за то, что после того, как совершил, исчез. После разговоров с Кэти Вики всё больше начала задумыватся, что она сошла с ума, как можно лишится девственности во сне, да ещё и непонятно с кем, все двери и окна были заперты, как это произошло, она не знала, как это объяснить, она тем более не знала, старалась молчать об этом и не поднимать эту тему даже с подругой. Про волю божью Вики позабыла, полностью полагаясь на собственную голову, она сама в ответе за всё, что натворит, за всё, что выберет и как будет себя вести, о каре небесной она больше не задумывалась и спокойно жила себе, подрабатывая в баре, встречаясь с отцом по выходным, и наконец-то становилась как-то спокойно, что ли. У неё появился поклонник, Люк, вышибала в баре. Вики закрыла глаза на то, что сначала его отшила Кэти, хотя это было задолго до того, как Вики там появилась, видимо, поэтому она и не стала заострять внимание на этом и принимала ухаживания с виду простенького парня. Он был неплохим, наверно, так она думала, но ограничивалась лишь улыбками и разговорами с парнем в перерывах и иногда по телефону дома. Он был милым... Но этого было недостаточно для чего-то большего, он просто не смог бы переплюнуть того, кто барахтался в её голове, того с чёрными крыльями и наверняка неземной внешностью, можно ли влюбиться в образ в голове? Похоже, что да. Вики представляла его разным, красивым, изуродованным шрамами или рогами, она не думала, что хоть что-то из этого её могло оттолкнуть, и в тайне от всех других мечтала о нём, никто бы её не понял, никто бы не поверил, и главное, что она себе верила и помнила, кто спас её в самый страшный и отчаянный момент... Ей оставалось учиться играть по чужим правилам, учиться скрывать свои чувства, учиться холодности и закалять не только характер, но и всю свою жизнь бедной невинной запуганной богом девчушки, бар оказался лучшим местом для таких уроков, она могла пойти в более спокойное место работать, могла идти по профессии, возможно, спасала бы людей и делала, что хорошо знает и умеет, но спасать она больше не хотела, проще подливать всякую разбавленную гадость в стакан и наблюдать за теми, кто присасывается к этому грязному и порочному пойлу, а затем разрушается, всё шло своим спокойным ровным чередом почти полгода, пока после очередной смены какой-то бухой мудак не решил её ограбить. Вики не стала плакатся и трястись, и поэтому случилось то, что случилось, в неё вогнали ржавый, но всё ещё острый старый тесак, пустые улицы не дали шанса на спасение, никто не вызвал скорую, и никто не спас её почерневшую душу... *** - Анхея, куколка, попроси Фенцио, чтоб я тебе помог на земле, - Мальбонте стоял рядом с новой подружкой и, мурча, просился ступить на землю, совсем не догадываясь, что Фенцио сразу поймёт, зачем ангелочек потащит собой того, кто на бессмертного иной раз не взглянет, а не уж тем более будет помогать с заданием, - у меня есть небольшое дельце, нужно туда, правда, правда... - Ты думаешь, что это меня может как-то одурачить? - она поворачивается к нему всем телом и недовольно морщит лицо, - я не Ости, и мы, кажется, это уже выяснили, - она снова поворачивается к доске и начинает старательно выводить какие-то формулы. Выяснили они это примерно через пару недель, как она появилась в школе, Мальбонте всё-таки нашёл в ней предмет интереса и, дабы скоротать время до прибытия Вики, решил поиграться с хорошенькой и, как он подумал, невинной и добренькой малышкой, но она была немного не в настроении, по всей видимости, и когда его драгоценные яички стиснула сильная девичья рука, тогда его это заинтересовало ещё больше, поэтому он начал втираться к ней в доверие и со временем даже немного сдвинулся с мёртвой точки, Анхея начала привыкать к его обществу, но не сильно ослабляла оборону. - Ты не хочешь иметь в должниках такого, как я? - подвинувшись к ней ближе, не унимался Мальбонте. - Сделаю всё, что скажешь... - Оставишь меня в покое? - Анхея повернулась к нему и нарисовала на себе милую улыбку. - Шепфа, да почему ты такая трудная? - он закатывает глаза. - Что такого в том, что мы иногда бы занимались хорошим сексом по дружбе? - Нет уж, я лучше останусь до конца своей жизни девственницей, - быстро ответила она. - Представь, что тебя сшибает огромная волна, то ли горячая, то ли холодная, мурашки танцуют на твоём и моём теле, всё так влажно, горячо, недостаток воздуха кружит нам головы... - Прекрати, я знаю, что такое оргазм, - она пожимает плечами. - Ничего особенного. - Это вызов? - он ухмыльнулся, а затем сглотнул, наблюдая за её взглядом, она посмотрела и на его губы, и на шею. - Оргазм — это одна быстрая вспышка, а вот что происходит до... - Ладно, я попрошу Фенцио, чтоб он отправил тебя со мной, - она нервно закрывает тетрадь. - Только прекрати говорить о сексе. Он поймал себя на мысли, что не против говорить о сексе с ней и даже не против затащить её в башню, она была маленькая хамка, и ему это нравилось, сейчас она спряталась за волосами, только бы скрыть румянец, это хорошо пудрило мысли и давало немного покоя, который он утратил после встречи с Уокер. Фенцио, как только услышал о просьбе Анхеи, так, приподняв брови, уставился на Мальбонте, метис лишь пожал плечами, словно он тут совсем не при чём, Анхея привела какие-то аргументы, и учителю пришлось согласиться. Всё прошло быстро, водоворот привычно втянул их, и когда они оказались на земле, Мальбонте закинул свою руку на плечо к Анхеи и не скрывал улыбки Время было вечернее, было свежо, ветерок приятно холодил кожу, и Мальбонте почувствовал всплеск гормонов окситоцина и был доволен. - Ты же подождёшь меня? - он продолжает улыбаться и держать Анхею в своих дружеских объятьях. - Мне нужно сделать дело... Если ты выполнишь задание, водоворот нас затянет, и я не успею сделать то, чего жаждет моя душа... - Я тебя умоляю, душа? - Анхея кривится и сбрасывает руки Мальбонте с себя. - Она у тебя есть? - он расплывается в широкой улыбке и кивает. - Ладно, иди, если у меня будет плохая оценка или я не успею выполнить задание, всё будешь решать сам, - холодно проговорила она. - Да чего ты всё время такая грозная, где твоё благоговение, ангел мой? - он быстро оглядывается по сторонам, словно уже и правда пора поторопиться, но оставить её в таком состоянии всё равно что плюнуть в лицо. - Я тебе так неприятен? - Анхея скривилась. - Ну а что тогда? - Проваливай, я буду ждать тебя здесь. - Может быть, хоть побродишь, посмотришь здешние красоты? - Мне неинтересно, - она нервно вбирает воздух через нос, раздражаясь. - Вали. - Хорошо, об этом мы ещё поговорим. Необходимость быть в этот момент с ней рядом он понял, но ничего с собой поделать не мог и уже быстро мчался к дому Уокер, нервы начали сдавать, улыбка исчезла, появилось откуда-то взятое раздражение, сердце заколотилось, дыхание сбилось от спешки, с которой он мчался к ней, его передёрнуло от того, как он себя чувствует, неужели так проявляются его чувства к ней? Уже стемнело, он был уверен, что она спит, раньше бы спала, но, подойдя к её дому, застал включенный свет в её спальне, то, что она в порядке, уже было неплохо, и то, что она не ползает у алтаря, его тоже порадовало, но была ещё одна деталь, которой она смогла его удевить, в её доме играла громко музыка, ритмичная музыка, словно Уокер не собиралась спать, а непонятно что делала, настроение убавилось, а любопытство толкнуло его к её окну, спальня была пуста, музыка продолжала играть, а Уокер нигде не было видно, тело Мальбонте напряглось, и когда дверь её ванны распахнулась, а оттуда выпорхнула танцующая Вики, его тело откозало, ноги начало подкашивать, дыхание перехватило, а глаза вцепились в опьяняющий образ, на упругой груди было завязано большое белое полотенце, что струилось по её фигуре, край полотенца слегка прикрывал оголённые ягодицы, а когда она вскидывала руки, продолжая танцевать, полотенце задиралось, это зрелеще могло вызвать самый настоящий сердечный приступ, Мальбонте, наблюдая за ней, позабыл обо всём на свете, глаза передавали картинку в мозг, а оттуда каждая клеточка его тела получала приятный импульс, он понял, что соскучился, когда она остоновилась у большого зеркала в пол и, танцуя, сбросила полотенце, он увидил ещё не зажившие раны на её спине, было всего пара вариантов, либо она сделала это сама, либо это с ней сделал кто-то другой, он уже не обращал внимания на манящие оголёные изгибы, взгляд был сосредоточен на исполосованной спине, времени было мало, по всей видимости, Уокер спать не собирается, её энергичные телодвижения говорят о том, что ближайшие несколько часов она уж точно спать не захочет, оставалось только одно, отравить её тьмой и вломиться к обожанию, узнать историю о ранах, ну а потом... Как бы он хотел сейчас заняться сексом, но Анхея и её задание... Музыка в её доме играла достаточно громко, он смог спокойно, даже не стараясь не шуметь, пробираться в дом, Уокер словно куда-то собиралась, напялила уские джинсы на свою дивную задницу и теперь, красуясь в них у зеркала, словно репетировала мимику, вот она улыбается, затем отводит глаза, поправив лифчик, она обхватила обе груди и словно взвесила их. <<Эта сучка ведь не на свидание собралась..?>> Мальбонте скрипнул зубами и психанув пустил густой чёрный туман в её комнату, Вики не заметила, что в доме стало что-то не так, продолжала наряжаться и крутить заднецей, когда она ничего не заподозрила даже тогда, когда начала кашлять, а её тело становилось ватным и обмякало, и вот, когда она должна была рухнуть, он успел её подхватить и прижать к себе, её веки дрожали, а та улыбка, над которой она так яро трудилась, исчезла, личико расслабилось и выглядело очень красивым, он прижал свои губы к её лбу и прикрыл глаза. <<Я всё ещё её не люблю...>> Шептал сам себе, только бы не чувствовать, как свалился в эту бездну и прямо сейчас готов утащить её собой на небеса, только бы она была рядом, просто рядом, чтоб он мог видеть и слышать её, чтоб она так же танцевала в его башне, а затем, когда он наконец заберётся в цитадель, танцевала и там, не было пошлого настроя, того, который он чувствовал, когда тёрся возле неё в церкви, сейчас только приятное и невинное, но это продлилось недолго, пошарив в кармане, он достал ту самую повязку, которою утащил отсюда, когда последний раз завязывал её глаза, нежно прижал и затянул тёмную ткань, сосредоточился на ней и попал в её сон. - Здравствуй, - Мальбонте встал позади неё напротив зеркала, смотря на её отражение, она слегка вздрогнула, но быстро взяла себя в руки и быстрым взглядом прошлась по нему в отражение, он протянул руки вперёд и обнял её, слегка поглаживая живот, прошептал: - Скучала по мне? - Зачем пришёл? - её непринуждённый вид слегка его задирал, но он это скрыл, продолжал гладить оголённый животик и разглядывать её лицо. - Ну? - Соскучился, разве не очевидно? - его рука медленно и нежно скользнула с живота на её повреждённую спину. - Что это? Вики немного отвела взгляд, словно пыталась что-то скрыть, во всяком случае именно так он понял, она перехватила его руки и, не встретив сопротевления, убрала его руки со своего тела, отошла от зеркала и направилась к своей кровати, взяв футболку со спинки кровати, быстро надела её и уселась на кровать, поджав под себя ногу, её зрачки наблюдали за гостем, затем, собравшись с мыслями, она заговорила, спокойный голос собеседницы его раздражал. <<Разве её не напрягает, что он непонятно кто заявился к ней?>> - Я стала плахой девочкой благодаря тебе, - её безразличный взгляд с пренебрежением осматривает его лицо. - Мне это не понравилось, и я решила наказать себя. - О, так это ты намеренно испортила то, что принадлежит мне? - Мальбонте скривился и немного нахмурил брови. - Останутся шрамы, дорогая... - Что ты сказал? - она сделала вид, что не расслышала, и, хохотнув, ядовито выплюнула: - Принадлежит тебе? Кажется, ты особого мнения о себе, но знаешь, что это мнение я не разделяю, твоя смозливая мордашка меня не впечатляет. - О, и как я позабыл о твоём скверном характере, что ж, я, конечно, надеялся на тёплый и радушный приём, где мы бы оба остались довольными, но ты, кажется, любишь погрубей, да? - Каждый получает то, что заслуживает... - она кривится, прежде чем с её губ слетает то, что должно ласкать слух: - Милый... Мальбонте смотрел на неё и не верил своим глазам, то есть он заслужил эту надменную чокнутую сучку, хотелось бы проучить её, но оставалось так мало времени, а эта дрянь даже не обрадывалась его появлению. - Ты права, - быстро пару раз кивает он. - Тогда прошу, отхади себя как следует, - он ухмыляется. - Накажи себя, думаю, то, на что ты стала похожа, следует вытравить из тебя. - Да? на что же, я стала похожа? - она не даёт ему ответить. - Кто ты вообще такой? Как ты это делаешь, и почему я не помню твоей рожи? <<Шепфа, она в самом деле думает, что после такого приёма я буду рад ответить на её вопросы?>> Мальбонте облизывает губы и делает шаг к ней, затем ещё, стараясь своим наступающим видом вызвать в ней страх, но она держится хорошо, даже отлично, продолжает прожигать его надменным взглядом, когда он подходит вплотную, она задирает голову, чтоб видеть его лицо, он протягивает руку и кончиками пальцев медленно оглаживает её щёку, она раскрывает рот, собираясь что-то сказать, но он слегка мотает головой, а затем наклоняется и чмокает её в губы. - Мне пора... Вики непонимающе моргает, а затем словно начинает приходить в себя, но его уже нет, она жмурится, слегка себя ударяет по голове, словно пытается что-то вспомнить, и, зажмурившись, опускает голову, так она продолжала сидеть, пока Мальбонте не поспешил к своему белокрылому товарищу. Послевкусие после встречи осталось горьким, у него сложилось впечатление, что в этой паре имеет чувства только один, и, к сожалению, он и есть этот один, такое положение дел выводило из себя, она назвала его смозливым, чёртова змеюка насмехалась над его внешностью, удар по самолюбию и не только, обещал их новую встречу сделать весьма приятной для него, конечно, когда первый запал от встречи поутих, стали видны другие детали, например, совершенно точно она злилась на то, что он не явился после того, как переспал с ней, видимо, задетое эго так ему мстило, он закусил нижнюю губу и так сильно захотел туда к ней, стоять перед зеркалом, выплясывать голышом под музыку, Он пришёл на то самое место, где и оставил Анхею, она словно не двигалась, её слегка недовольное лицо заставило его улыбнуться. - Заждалась, малышка? - Мог бы и поторопиться, разве не понятно, что мне не нравится тут? - она встаёт, подойдя к нему, хлопает того по плечу. - Всё будешь делать сам. - Могла бы дать шанс людишкам и прогуляться, - он перехватывает её руку и тянет к губам. - Всё ещё не хочешь, значит... - шепчет он, когда она отдёргивает свою руку. - Не смеши, мы оба знаем, что это не то, что ты хочешь, - она немного закатывает глаза. - Идём уже, я начинаю нервничать, когда нахожусь тут больше, чем должно. - Как интересно, - он отправляется за ней. - И откуда ты знаешь, чего я хочу? - Где ты был? - Сказал же, были дела, - он пытается закинуть свою руку к ней на плечо. - Не дуйся, мы ведь друзья... Задание он, как и обещал, выполнил за неё, прибыв на небеса, Анхея быстро покинула его, даже не прощаясь, он насторожился тем, что его выбор дамочек весьма специфичен, его прёт от того, что они сопротивляются, проще было позволить Ости исполнять его постыдные желания, еженочно раздвигать перед ним ноги и молчать в тряпочку, но нет, подавай ему далёкую Уокер и недовольную скалу Анхею, ладно, если бы он знал, что завтра малышка Уокер окажется на смертном одре, давать надежды Анхеи он бы не стал, не было бы пошлых шуток и всего того, что происходит в его фантазиях, с Анхеей было проще, его не трясло от злости, а наоборот, он чувствовал себя обычным, мог улыбаться с ней, комфорт, в который он погружался рядом с ней, мог заставить его пасть на колено и пообещать долго и счастливо, он был уверен, если сможет пробить её корку, ту, что плотно закрывает её сердечко, она станет нежной и податливой, но Уокер... Она ковырнула что-то в нём, он просто не может её забыть, он хочет её себе всю... *** Анхела ругала себя за то, что решила себе позволить пойти за ним, но он был так озадачен, что даже не заметил её, и почему она решила, что особенна, что это чудовище, которым его все считают, выбрал её? Боль в груди доказывала, что он небезразличен ей, пробрался не только в мысли, пробрался настолько глубоко, что, когда она увидела его с той земной девицей, появившуюся боль она бы ни с чем не сравнила, болело где-то внутри, болело так, что смотреть на это не было сил, но и не было сил оторваться. это не была банальная ревность, это было чем-то хуже, захотелось плакать от своей наивности, ведь она почти согласилась на его предложение, она наблюдала за всем от начала до конца, разрывая сердце, а потом... Потом разбитая ушла вперёд него. Сейчас она разрывалась между двумя вариантами: либо выкинуть его из головы, что кажется невыполнимым, либо... Либо ответить ему и попытаться стать для него единственной. *** Когда Мальбонте остался один на один с собой в своей башне, тогда, прикрыв глаза, удовлетворял себя, вспоминая то, как она танцевала обнажённая. Кульминация настигла его быстро, красивое тело Уокер отпечаталось в его мозгу, а результат сейчас выстрелил из его члена и запачкал комнату. Он рухнул на кровать и раскинул руки. Он ещё никогда так сильно не желал кому-то смерти, как ей сейчас. Стало любопытно, совратилась ли она настолько, чтоб дрочить, представляя... Он нахмурился, раздражение быстро разлилось по его телу, как только он подумал, что она представляет кого-то и ублажает себя, его, как она сказала, смазливой мордашки она не помнила, тогда кто, кто мог залезть в её головку вместо него? Так себя не ведут от хорошего настроения, он почему-то сейчас решил, что Уокер ласкала себя в душе, а когда сладенько кончила, выпорхнула оттуда счастливой. Не радовалась же она тому, что принимала душ? Это было невыносимо, как ему сидеть на жопе и ждать её кончины, если она сейчас не дрочит, а трахается с кем-то, совершенно его позабыв. Встав напротив зеркала, напрягся, его напряжение выдало только нахмурившиеся брови, пара секунд, и крылья пропали, словно их и не было никогда. Дни летели медленно, словно смеялись над ним. Он продолжал скрывать крылья, выпуская их только на крылоборстве. Бессмертные восприняли его выходку недоумевающими рожами, ему было плевать, что они думают, пускай хоть глаза выколют, чтоб не видеть ни его, ни его выходки. Анхела стала ещё холоднее, а когда заметила отсутствие крыльев, вообще почему-то побледнела, тогда он не обратил на это внимание, всё его внимание было сосредоточено на надежде о скорой смерти и появлении Уокер, ведь прошло ровно полгода с первой встречи с ней, и каждый раз, когда сообщали о пополнении непризнанных, он с трепетом в груди ждал увидеть её лицо, но всегда было мимо, и, когда он услышал о появлении непризнанной, его уши забило от гулкого биения сердца, некоторые, более активные и общительные, выскочили, чтоб встретить новенькую, а он остался в школе, стоял за каменной колонной, собираясь с духом, чтоб в очередной раз разочароваться, к счастью, выглянув, он словил жёсткий удар под дых, когда увидел свою Уокер, ту самую Уокер, осталось благодарить Шепфа, что наконец позволил ей умереть и быть с ним...