А может?...

      Хлопнула входная дверь. Он пришёл. Пришёл тот, кого она возносила, кого считала лучшим из людей, кого не могла стереть из мыслей, кого она... любила? А сейчас она не знала. Все прошло, прошли чувства. Сердце не замирало, как раньше. Он вымыл руки, шёл по коридору, сейчас пройдёт мимо её комнаты. Он знает, что она там. "Ну зайди же, зайди!" - пронеслось в мыслях. Не зашёл.       Она хотела, да, хотела, опять, снова почувствовать его руки на талии, когда можно забыть об остальном, окунуться, раствориться полностью в ощущениях защиты и спокойствия. А он не хочет? Она не знала. Только думала. Но почему же? Почему он прошёл мимо? За что с каждым днём они отдалялись друг от друга, а ночью, прокручивая воспоминания, засыпали в одиночестве, лёжа в одной кровати? Он тоже не знал.       "А мы с тобой теперь никто. А помнишь, раньше был ток?" - в квартире растворились строчки песни, звучавшей в проехавшей машине.       Прийти к ней? Зачем? Она оттолкнет, посмотрит застывшим взглядом. А может, этот погасший взгляд лучше молчания и пустоты, неотпускающей темноты. Поговорить? Все закончить? Нет, пока нет. Лучше чувствовать новые раны от её холодных глаз, чувствовать, понимать, что все закончилось, но цепляться за ускользающую ниточку, связывающую раньше.       Сколько это уже длилось? Когда началось? Они не знали. Неделю назад, месяц назад? А, может, с самого начала все могло быть ясным, но счастье ослепляло их, открывая путь в бесконечность, когда они не задумывались о чем-то неважном, до конца доверяя друг другу и чувствам, летя к мечтам на крыльях, сотканных из разговоров до утра, из объятий, из теплоты, из прогулок под дождём, превращавшим слезы облаков в мелодию любви. Когда все поменялось, все прошло? А прошло ли? Они не... Они знали, но не признавались. Ничего не прошло. Чувства оставались, рвали в клочья, выворачивали наизнанку, но остались, скрываемые под маской равнодушия.       Он подошёл к закрытой двери. Она остановилась у входа. Ручка дрогнула под положенными с двух сторон ладонями. Дверь бесшумно открылась, оставив людей друг перед другом без физических преград. — Ты?... — одновременно и одинаково они оба произнесли одно слово и не закончили вопрос. —Входи, — пропустила девушка мужчину в комнату. — Нам нужно поговорить, — в ответ последовал только кивок. — Что ты чувствуешь? Нам нужно закончить всё? Я готов бороться за нас. Я скучаю по нам, по тебе. Приходя домой, я ждал чего-то, что все исправится, но, — он помедлил, — но потом понял, что невозможно, невозможно изменить что-то просто так. И я хочу исправить, вернуть те чувства, моменты, воспоминания, но не знаю как. Я... люблю до сих пор. Когда ты отворачиваешься, видя мой взгляд, когда молчишь, не понимая, проходясь по сердцу ножом, когда делаешь вид, что спишь, скрывая слёзы, люблю. Когда говоришь о каких-то мелочах, не признаваясь, что... — он сглотнул. — А что я могу сказать? — ответил ему её мелодичный голос. — Что любила, скучала. Ждала каждый день, что ты придёшь, поговоришь, а ты молчал, сбегал в тишину комнаты. Сначала ты не понимал, а потом привык, забыл. Нам стоит закончить? Возможно. Я... не знаю. Люблю ли я сейчас? Час назад я бы ответила... — она замолчала. — Нет, ничего не ответила бы. Нет, я люблю! И это так больно! — голос сорвался на крик, горло сжалось. — Почему ты не мог просто прийти, обнять? Зачем говоришь все это, если не понимаешь. Отчего игнорировал все мои попытки поговорить?! — Уже нескрываемые слезы катились по лицу. — Для чего отстранился, закрывался, молчал, смотрел, а не говорил? — продолжать не было сил, поток слов прервал глубокий вздох, вырвавшийся из сдавленного рыданиями горла. Она отвернула голову. — Прости, прости меня. — Он подошёл, обнял, окружив её кольцом рук. Так, как она хотела, он обнял её. Уткнувшись лицом в родное тело, она плакала. Освободив свои руки, она ущипнула его за плечи. Он не сопротивлялся. Он не чувствовал боли, но чувствовал, как больно ей. А ей становилось легче. Все мысли, недопонимания утекали со слезами, исчезали в теплом прикосновении людей друг к другу. Он хотел что-то сказать, но она остановила: — Чшш... — Он понял и не стал рушить магию момента, создавшуюся так неожиданно, но так правильно.       Они стояли долго. Они молчали, но разговаривали неслышно для окружающих, понимая друг друга через стук сердец, дыхание, вздрагивания. — Я люблю тебя, — ему показалось, что она так сказала, он с надеждой посмотрел на неё. — Люблю, — громче произнесла она.       За окном шёл дождь. А внутри в сумерках сидели два счастливых человека, согревая друг друга в холодный день счастьем. Два человека, любящих друг друга и понявших друг друга заново.