Невеста Бездны

      Кналл держал Амару за руку, и вместе они стояли в пустоте. Ни звёзд, ни планет вокруг — только вечная ночь, бескрайняя и холодная. — Здесь, — сказал он негромко. Его голос звучал так, будто это решение назревало тысячелетиями. Амара посмотрела на него, сжимая его ладонь. — Ты хочешь создать мир? Он чуть усмехнулся, но без привычной жестокости. — Я разрушал так долго, что забыл, как это делается. Но с тобой… — он наклонился ближе, его лоб коснулся её. — С тобой я могу попробовать. Они закрыли глаза, и сила двинулась. Тьма Кналла изливалась наружу, сплетаясь с её светом. Пространство содрогнулось, и в пустоте возникла сфера. Сначала крошечная, как зерно, но с каждым мгновением она росла, обрастала материей. Черные облака превращались в мягкую почву. Потоки света рождали реки и озёра, отражающие алые небеса. Симбиоты стекались к поверхности, укладывались в изящные формы — из них вырастали древовидные структуры, похожие на чёрные деревья с серебристыми листьями. — Красиво… — прошептала Амара, её глаза блестели от слёз. — Это твоя заслуга, — ответил Кналл. Его голос дрогнул — впервые в нём звучала гордость, а не холод. Когда они ступили на новую землю, симбиоты окружили их. Но это были не рой безумных хищников, а тихие, спокойные создания, будто домашние существа. Они ложились у ног Амары, шевелясь, словно мурлыкали. Она засмеялась и наклонилась, поглаживая одного из них. — Никогда не думала, что скажу это… но они милые. Кналл смотрел на неё, и впервые за века его сердце ощущало тепло. — Они отражают то, что чувствую я. Рядом с тобой даже мои дети находят покой. В центре новой планеты выросла крепость — не из холодного камня, а из живой материи. Симбиоты сами создали её, вплетая формы, напоминающие и замок, и храм. Высокие своды, светящиеся прожилки по стенам, мягкий пол, похожий на чёрный мрамор. — Наш дом, — произнёс он. Амара подошла к окну, откуда открывался вид на их мир: тёмные леса, мерцающие озёра, небо, в котором горели спокойные звёзды. Она улыбнулась, чувствуя себя впервые не гостьей в чужой вселенной, а частью чего-то великого. Она повернулась к Кналлу. — Ты создал это для нас. Он подошёл ближе, заключая её в объятия. — Нет. Мы создали. И там, среди тьмы и света, среди нового мира, Кналл впервые позволил себе поверить: возможно, вечность не будет одиночеством.