Милый, не ревнуй

В жизни омеги бывает всякое. То родители вмешиваются, то альфы продыху не дают, то с друзьями неполадки, то с коллегами конфликт. А в жизни женатого омеги.... В принципе всё тоже самое. Разве что давления от родителей меньше. Да и альфа свой. Родной. Любимый. У Юнги есть такой. Любимый муж Чимин. — Чимини. Короткие чёрные пряди спадают на лицо когда парень несётся в прихожую и напрыгивает на старшего с объятиями. — Юни. Родной голос. И запах. Горный. И точно такой же родной. Чуть отклонившись, Юнги хочет поцеловать своего альфу. И целует. Хён отвечает. Но почему-то так....странно. По-другому. Да и запах его ощущался по-другому. Привкус гниловатый. Оторвавшись, бывший Мин заглядывает в глаза, с лёгкой тревогой спрашивая. — Всё в порядке? Муж смотрит. И молчит. Его руки поглаживают его, проходясь по костяшкам. Вызывая дрожь. Юнги плывёт, но не уплывает. Ему приятно, но узнать ответ он хочет больше. В глазах появляется тревога. Кому как не ему знать о Чимине всё? Если он молчит, то что-то случилось. Что-то не так. А ещё важный пункт – любимый не смотрит в глаза. Избегает. Вывод? Точно случилось. — Чимин? Напряжённые нотки в голосе и слегка нахмуренные брови. Старший поднимает взгляд. — Как ты относишься к Хоби? Странный вопрос. Особенно если учитывать что Чон Хосок лучший друг Чимина и по совместительству его бизнес партнёр. — Хорошо отношусь, что за вопрос? Омега отвечает честно. Да и зачем ему врать? Но сути не понимает. Ведь альфа Чон Хосок не только лучший друг его мужа, но и, можно сказать, друг их молодой семьи. — Обычный вопрос. Муж пожимает плечами, но выглядит так, словно его смертельно обидели. И сделал это самый дорогой человек. Его любимый. — Чимини, — мягко, — я ничего не понимаю, может, объяснишь? Тот вскидывает голову, кидая с вызовом. — Может, ты мне объяснишь? Юнги хмурится. Таааак. Дело пахнет керосином. Как бы не поджечь фитиль. — Что именно? Осторожно. Без криков. Иначе будет только хуже. Да и в конце-концов ему надо знать в чём его обвиняют. — Почему вы вчера сидели вместе в кафе, м? И не абы где, а прямо напротив нашего офиса! Младший поджимает губы. — Ты уверен, что он уже ушёл? Юнги приземлился напротив друга. — Сто процентов. Лично до машины проводил. Чон не врёт. Да ему и ни к чему. В его же интересах. Не то чтобы он боялся реакции Чимина. Но его пригласили на встречу тет-а-тет. Значит мужу об этом знать необязательно. По крайней мере, пока. Вздохнув, омега перешёл к делу. — Что стряслось? Альфа поджал губы и, воровато оглянувшись, выпалил. — Гуки влюбился! Чонгук, младший брат Хосока, учился в университете на юриста и был хорошим парнем. В зал ходил. Питался правильно. Да и готовил неплохо. Только вот омеги у него не было. Ни одной. Или одного. — Ого. Вот это да. В кого же? На этом моменте старший почему-то замялся. — Надеюсь, не в президента? Чон отмахнулся, а он рассмеялся. — В Тэхёна. А вот тут ему стало не до смеха. Выпучив глаза, омега шокированно уточнил. — В Ким Тэхёна? Моего стажёра? На что Хосок со вздохом кивнул. — В него родимого. Он мотнул головой. — Подожди, но как? Они же виделись всего дважды. Альфа развёл руками. — Понятия не имею, но погряз он в нём конкретно. Говорю тебе как его бедный брат, которому не посчастливилось жить с ним под одной крышей. Младший осторожно уточняет. — Всё настолько серьёзно? Хоби смотрит на него, не мигая. — Боюсь что да. В то, что младшенький потерял голову от любви верилось с трудом. Да и сложно было представить Чон Чонгука где-то помимо вуза и тренажёрки. Нет, он не был заучкой, но и отношения его не то чтобы интересовали. До этого дня. — А от меня ты чего хочешь? Вопрос, ради которого они здесь собрались. — Ты не мог бы узнать что нравится Тэхёну? Чем он увлекается. Он поднял брови. — А Гуки сам не может? — Да ты что. Он к нему даже подойти не решается, не то что поговорить. Бывший Мин усмехнулся. Как же Чонгук напоминает Чимина в самом начале их отношений. — Хорошо. Хосок на радостях схватил его за плечи. Своеобразная попытка выразить благодарность. — Спасибо! Юнги фыркнул. — Пока не за что. Альфа меняется в лице и серьёзно просит. — И ещё, — пауза, — не говори об этом Чимину пожалуйста. Он хмурится, невольно подстраиваясь под его настроение. — Почему? Чон вздохнул. — Он и так Гуки подкалывал из-за того, что у него к 20 годам ни одной пары не было. Не хочу чтобы он сейчас подкалывал, что он её наконец нашёл. — Я понял. Хоби снова улыбнулся. — Спасибо, Юнги-я, — пауза, — перекусим? — С каких пор я не могу посидеть с Хоби? Отвечать вопросом на вопрос не лучшее решение, но другого выхода нет. Если просили не рассказывать, значит он не будет. — Хорошо хоть не отрицаешь. Альфа фыркает. Да так пренебрежительно, что младший морщится. — Пак Чимин, — официально, но по-другому сейчас никак, — мы женаты уже 6 лет. Разве я давал тебе повод? Пак вскидывает бровь. — А этот твой Мисун? Омега спокойно замечает. — Я его отвадил если ты не забыл. И никаких обещаний не давал. Не успевает он договорить как муж прерывает. — Зато мне давал. У алтаря. Бывший Мин кивает. — Давал. — Тогда что ты забыл в кафе с Хоби? Опять 25. И что делать? Вот оно доверие. Жили душа в душу, нет на тебе ревность нарисовалась. Не было печали. — Я твой муж, Чимини, и никакой другой мне не нужен. Юнги прижимается к хёну, пытаясь успокоить. — Мне уже нельзя с другим альфой поговорить? — Нет, нельзя! Утробно рычит Чимин, заставляя его вздрогнуть. — Прости. Тянет любимый, обнимая. — Милый, — Юнги гладит его по щеке, — не ревнуй. Хоби и мой друг тоже. Старший ворчит. — Знаю. Он невольно улыбается. — Тогда в чём дело? Пак вздыхает. — Я просто....не смогу без тебя. Омега приближается и, поцеловав в уголок губ, отвечает. — И я без тебя. Юнги кладёт подбородок на плечо мужа. Нда. Ушёл он да? Ну Чон Хосок. Да вот не поехал никуда, раз их в кафе увидел. Надо быть осторожнее в следующий раз. — Почему мы встречаемся здесь? Спрашивает его Чон, когда садится напротив через неделю после разговора. — Потому что этот бар в другом конце города, раз и Чимин о нём не знает, два. Альфу осеняет. — Он узнал о нашей встрече? Младший кивает и добавляет. — И приревновал. Хосок опускает голову, бормоча. — Прости. Но я точно видел как он садился в машину. Пак отмахивается. — Значит, передумал, ладно, давай к делу. Тэхён очень любит джаз. Даже на саксофоне играет. — Что это? Спросил Юнги, заметив раскрытую тетрадку с нотами. — О, это моё, хён! Подбежал к нему младший. Когда он хотел закрыть тетрадь, Пак поинтересовался. — Играешь? Тэхён прижал к себе тетрадь и смущённо отвернулся. — Немного. Старший вскинул бровь. — На чём? — Сакс. Пробормотал в ответ омега. — Любишь джаз? Наугад предположил он. — Безумно. И не прогадал. Глаза стажёра загорелись. От смущения не осталось и следа. — Сыграешь мне? Ким замялся, но, увидев мягкую улыбку, кивнул. — Хорошо. Юнги улыбнулся шире. — Замётано! — Он очень добрый. Готов помочь любому, кто нуждается в помощи. Омеги вышли из пекарни. Пак задержался, чтобы закрыть дверь и услышал мяуканье. Вернее, они оба услышали. Он питал к котам слабость ещё с детства. Но Тэхён.... Младший, не раздумывая, подошёл к котику и, присев на корточки, погладил его по шёрстке. — Привет! Помурчишь для меня? Ким наклонил голову, пытаясь заглянуть животному в глаза. Юнги с улыбкой встал рядом и добавил. — И для меня. Оглянувшись на него, младший засветился. В прямом смысле. Но следующий "мяу" заставил его с беспокойством посмотреть на кота. — У тебя что-то болит? Покажи. Я не сделаю тебе больно. Клянусь! Тэхён нагнулся и заметил как кот прячет одну из задних лапок. — Лапку поранил? Ну ничего. Дай посмотрю. Потянувшись, омега осторожно осмотрел рану и, вытащив из кармана салфетку, сделал импровизированный гипс. — Надеюсь, тебе станет лучше, малыш. — Разбирается в искусстве. Выделяет работы Ван Гога. Очень хочет попасть в его музей в Амстердаме. Юнги поставил тарелки с булочками на витрину и, повернувшись, едва не налетел на младшего. Ойкнув тот выронил какой-то листок. — Извини, не заметил тебя. Старший нагнулся, чтобы поднять и удивлённо моргнул. — Это... — пауза, — картина? Ким кивнул. — Ван Гог «Пшеничное поле с воронами». Омега вскинул бровь. — Интересуешься искусством? Тэхён улыбнулся. — Вроде того. Мечтаю в музее Ван Гога в Амстердаме побывать. Он хлопнул его по плечу. — Может и побываешь, кто его знает. — Ярый фанат корзиночек с фруктами. — Хён! Хён! Хён! Ким залетел за стойку и остановился напротив. — Что? Заметил старший чрезмерную энергичность стажёра. — А если мы включим в меню корзиночки с фруктами? Омега не нашёл что сказать, а младший воодушевлённо продолжил. — Они такие вкусные! Я их просто обожаю. Нет, серьёзно. Пак почесал затылок, рассеянно замечая. — Никогда не пробовал готовить корзиночки с фруктами. Тэхён подошёл ближе. — Давай попробуем. Вместе. Он усмехнулся. — Будем считать, что уговорил. — На этом пожалуй.... Не успевает омега договорить как его прерывает звонок. Точнее рингтон. Его телефона. "Чимини🌹" — Алло? — Котёнок, а ты где? Бывший Мин смотрит на друга, взглядом говоря "Чимин". — Я? Да мы с Тэ тут про возможность нового меню разговаривали. — То есть, ты сейчас в пекарне? Тааак. А вот тут надо аккуратно. Максимально. — Да нет, гуляю, а что такое? На том конце провода вздыхают. — Ничего, просто.....волнуюсь. Юнги улыбается. — Не волнуйся, скоро буду дома. — Хорошо. Отключившись он встаёт из-за стола. — Извини, но мне пора. Чимин уже переживает. Альфа подрывается следом. Они выходят из кафе. — Да-да, понимаю. Огромное спасибо. Пак пожимает протянутую руку и, не отпуская, предупреждает. — Смотри у меня. Если твой Чонгук обидит Тэхёна.... Хосок договаривает за него. — Ты его под плинтус закатаешь. Уверен, такого не будет. Омега щурится. — Надеюсь. Хоби подвозит его до дома. Попрощавшись, Юнги спешит к себе. — Милый, ты дома? Кричит из прихожей он. — Милый? Бывший Мин проходит в гостиную, замечая фигуру у окна. Муж стоит к нему спиной и это.....напрягает. «Что-то произошло» неприятным звоночком отзывается в мыслях. — Чимини, что... Его обрывают. — Юнги, зачем ты мне врёшь? Парень хмурится. — Я не... — Нет, врёшь! Резко оборачивается к нему альфа. Его запах неприятно оседает в воздухе. Он зол. Очень зол. — А я ведь верю. Вернее, верил. Юнги хмурится сильнее. — О чём ты? Горько усмехнувшись, муж спрашивает. — Ты говоришь, что гуляешь, а потом тебя подвозит Хосок. Приехали. — Подожди, это... Чимин взрывается. — Хватит мне врать! Крик не только напрягает. Он пугает. Юнги вздрагивает, невольно отступая. Таким злым он любимого ещё не видел. Никогда. Потому и страшно. Не знаешь чего ожидать. — Чимин, — осторожно зовёт он, — да, я тебе соврал, — правда и ничего кроме правды, — я действительно виделся с Хоби, но для дела, слышишь? Для дела. Альфа скрещивает руки на груди, скептично интересуясь. — Для какого такого дела? Младший поджимает губы. — Не могу сказать, обещал ничего не говорить. Пак фыркает. — Ясно. И отворачивается. Юнги осторожно подходит ближе и робко касается плеча. — Чимини, — вздох, — между мной и Хоби ничего нет. Веришь? Пару секунд тишина. А после совсем тихое. — Не знаю. Омега целует в ключицу. Любимый не препятствует и руку с плеча не скидывает. Хороший знак. Но с этим надо что-то делать. Да, возможно его ревность и небезосновательна, но....он же любит его. И Чимин об этом прекрасно знает. Просто начал сомневаться. В его преданности. Этой ночью они спят в разных углах. И молча. Это настолько нервирует, что никто из них не может заснуть. Как итог: оба невыспавшиеся выдвигаются с утра на работу. Что Тэхён, что Хосок замечают состояние пары, спрашивают о здоровье, но получают лаконичное "Я в норме" в ответ. Во время обеденного перерыва Юнги берёт кусочек малинового чизкейка и, упаковав, едет в офис к мужу. Так дальше продолжаться не может. Им надо поговорить. И с Хоби в том числе. Уходя он сталкивается с Чонгуком, что неловко улыбается и забегает в пекарню. Оглянувшись он видит как альфа решительно идёт к Тэхёну. Будем надеяться, что всё это было не зря. — Хоби! Замечает знакомую макушку омега. — А где Чимин? — На встречу уехал, а что? Он поднимает брови. — В обеденный перерыв? Чон поджимает губы. — Ясно, — пауза, — тогда отнесу к нему в кабинет. — Юнги-я. Останавливает его друг. — Да? — У вас всё в порядке? Младший вздыхает, выдавая. — Нет. Он ревнует. Конкретно. Хосок виновато на него смотрит. — Прости. — Я помню, что ты просил меня не говорить, но если он начнёт отдаляться от меня, то я скажу. Альфа кивает. — Разумеется. Пак поднимается в кабинет любимого. Ключ от двери ему дают без труда. Чимин ещё в первый год брака распорядился, чтобы ему выдавали ключи тогда, когда они потребуются. Беспрекословно. Он подходит к столу и ставит упаковку. Взгляд цепляется за фотографию. Их фотографию. — Чимини, иди сюда. Активно зазывал младший. — Не. Упирался Пак. — Ну иди. Не отставал Юнги. — Нет. Стоял на своём альфа. — Одно фото. Молит он и муж сдаётся. — Ладно. Но только одно. Омега радостно целует приобнявшего его Чимина и, подняв телефон, улыбается. Искренне и счастливо. Как и хён. Юнги чувствует влагу на щеке и, моргнув, возвращает рамку на место. Они любят друг друга. И живут вместе уже столько лет. Их так просто не сломить. Написав на упаковке "Я люблю тебя, не дуйся", парень уходит, понимая, что время обеденного перерыва не резиновое. Опаздывать и оставлять Тэ одного не хотелось. Хотя почему одного? С ним там Чонгук. Если конечно еще не успел попасть в немилость. Когда он приходит Тэхён весело болтает с Чонгуком. Альфа так откровенно залипает, что становится непонятно, – как Тэ ещё не заметил? Но младший слишком увлечён рассказом об истории джаза. — Спасибо, Юнги-хён. Шепчет ему альфа как только предмет обожания отходит за тетрадкой. — Обидишь, пеняй на себя. Чон мотает головой. — Не обижу. — Ловлю на слове. Чонгук сидит в пекарне до закрытия, проводя с Тэ время. На его неуклюжие попытки флирта омега смеётся и краснеет. Но не отталкивает. Юнги наблюдает за ними и невольно вспоминает как ухаживал за ним Чимин в самом начале отношений. Краснел, запинался, ходил хвостиком и из кожи вон лез, чтобы понравиться. И понравился. Настолько, что они в браке уже 6 лет. Омега принимает решение уйти с работы на час раньше, доверив ключи Тэхёну. Закупившись в магазине, Пак бежит домой. К плите. Романтический ужин должен помочь ему вернуть равновесие в семью. Когда дверь хлопает, Юнги ждёт. Как только любимый появляется на кухне он кричит. — Сюрприз! Чимин замирает. Но не от радости. Выражение лица отталкивает. Как и запах. Неужели снова? — Юнги, объясни мне, что Чонгук делал в твоей пекарне? Таааак. Похоже кто-то следил за ним. И этот кто-то его муж. После встречи заскочил? Но не зашёл. Всё ещё злится? — Как и все, выпечку покупал. Старший кивает. — Да? Только что-то пакетика при нём не было. Вы просто мило беседовали. Боже, да что же это такое? — К чему ты клонишь? Альфа пожимает плечами. — Ну не знаю. Может ты для этого с Хоби встречался, чтобы про его младшего брата узнать. Бывший Мин моргает и, подойдя, бросает. — Хоби попросил меня помочь Гуку с Тэ. От тебя скрывали, чтобы избежать подколов. Я тебе не изменял, но спасибо, — пауза, — что так доверяешь. Чтобы в следующую секунду уйти и закрыться в спальне. Чимин пытался извиниться, стучал, взывал. Но он не откликнулся, зарывшись в одеяло. Было ли ему обидно? Сложно сказать. С одной стороны, да, конечно. Любимый человек обвинил его в измене. А с другой....он бы поступил точно также. Наверно. Ведь если посмотреть на всё глазами альфы, то и правда выглядит так, будто он изменяет. Но это же Хоби. Лучший друг. И хороший человек. Он бы не стал уводить его из семьи. Чего уже говорить про него самого. Ему кроме Чимина никто не нужен. Уже 6 лет как. На утро Юнги выходит из спальни и, проходя мимо гостиной, замечает мужа, что свернулся калачиком на диване. Ему явно неудобно. Он хмурится во сне и ёрзает. Плед спадает с плеч. Омега подкрадывается и поправляет плед. — Я просто....не смогу без тебя. — И я без тебя. Моргнув, Юнги со вздохом отходит. Да, им надо поговорить. Но не сейчас. Романтический ужин стоял на столе нетронутым. Почти нетронутым. Один бокал был опустошён, а второй заполнен. И под ним была записка. «Прости меня» Развернув, читает он. И, помедлив, делает глоток. Они поговорят. Вечером. Обязательно. На работе Юнги принимает заказы, рассчитывает, рекомендует, улыбается. Но не глазами. Потому что тяжело. Он знает, что они поговорят. Но всё равно переживает как бы ни старался успокоиться. Как бы ни старался не думать. В мыслях Чимин. Родной любимый Чимин. И никого кроме него. Ни-ко-го. — Хёни, что с тобой? Взволнованно шепчет, подходя к нему, Ким. Он рассеянно смотрит на него. — Ты сам не свой. Старший отводит взгляд и вздыхает. — Да так, не грузись, я... Нос улавливает какой-то резкий запах. И тошнота подкатывает со страшной силой. Оборвав себя на полуслове, омега несётся в уборную. Опустошив организм, Пак медленно поднимает голову. На место тошноты приходит слабость. Требуется пару минут, чтобы наконец встать. И что с ним такое? — Может, врача? Пугается не на шутку Тэхён, замечая его бледное как полотно лицо. — Не надо, — тяжёлый вздох, — я лучше домой. Приглядишь за пекарней? Младший кивает. — Само собой. Ты уверен, что дойдёшь? Юнги смотрит на него поплывшим взглядом. Нет, не уверен. Честно говоря, он сейчас ни в чём не уверен. — Давай я позвоню Чимину, он заберёт тебя. Хён мотает головой и морщится от накатившей боли. — Не надо, не отвлекай его. Я дойду, Тэ, не переживай. Он выходит на улицу, провожаемый обеспокоенным взглядом Тэ. 15 минут и он дома. Едва он заходит в прихожую как тошнота подступает снова. Весь день Юнги проводит у унитаза. Вид пищи отталкивает. Кажется, в организме не осталось ничего. После очередного позыва парень напрягается. Неужели инфекция? Успев накрутить себя по полной он замечает тест на беременность на полке, который купил месяц тому назад, когда они с Чимином решили, что пора. Неужели....оно? Сглотнув, омега делает тест и, посмотрев, не верит своим глазам. Две полоски. Отойдя от шока, Пак едет в больницу к своему врачу. Без записи, но да пофиг. И он подтверждает! Он возвращается домой и падает на диван не в силах поверить своему счастью. Полторы недели. Их ребёнку уже полторы недели. Они так этого хотели. Целый месяц пытались. И вот....получилось. Всхлипнув, парень улыбается. — Котёнок, ты дома? Голос мужа и хлопок входной двери отрезвляют. От нежного обращения он чуть не плачет снова, но сдерживается. И выходит встречать. — Дома. — Юни, я... — начинает альфа, но замечает его состояние и с беспокойством спрашивает, — ты что, плакал? Омега мотает головой, смаргивая слёзы, что так и норовят скатиться снова. Старший подлетает к нему. — Я придурок! Полный придурок! Довёл тебя своей ревностью. Хоби рассказал мне про Чонгука с Тэхёном. Тоже что и ты. Мне так стыдно перед тобой. Прости меня! Юнги ловит его виноватый взгляд. — Уже простил. Он хватает альфу за руки и добавляет. — Но плакал я не поэтому. Пак поднимает брови, сжимая его ладони в своих. — Что-то случилось. Младший смотрит на него и на выдохе сообщает. — Чимини, — пауза, — у нас будет ребёнок! Любимый открывает рот, но выдавливает из себя лишь поражённое. — Да ладно. Омега кивает и охает, когда Чимин на радостях сжимает его в объятиях. — Задушишь, — смеётся меж поцелуев он. Старший обхватывает его лицо и шепчет. — Я люблю тебя. На что Юнги с улыбкой отвечает. — И я тебя. Альфа тянется за поцелуем и он не отказывает, чтобы оторвавшись пошутить. — Надеюсь, к малышу ты ревновать не будешь. Чимин закатывает глаза. — Юни. Младший отмахивается. — Да я шучу. Пак кладёт руку ему на талию и неожиданно серьёзно тянет. — А знаешь, может и буду. Омега поднимает бровь, на что хён, загадочно улыбнувшись, поясняет. — Если ты не сходишь со мной в ресторан сегодня. Юнги смеётся и качает головой. — Какой ты ребёнок. Пак притягивает его к себе. — Нет, ребёнка носишь ты. Он фыркает. — Остряк. Альфа улыбается и добавляет. — Твой остряк. Младший гладит его по щеке и с нежностью повторяет. — Мой.