Билборд

Сначала Ландо даже понравился Оскару своими открытостью и непосредственностью, иногда он думал, что сможет подружиться со своим напарником, однако, когда понял, что к веселому нраву прилагаются истеричность и слишком длинный язык, понял, что его устраивают приятельские отношения. Все было хорошо вплоть до начала борьбы за чемпионство, Оскар наблюдал за тем же Максом и знал, что только хладнокровие и минимум ошибок на трассе могут привести к заветному титулу. Да, порой приходилось достаточно жестко бороться с соперниками, но Оскар никогда не позволял эмоциям взять верх. Чего нельзя было сказать о Ландо, чьи маневры на грани вызывали смесь раздражения и испанского стыда. На летний перерыв Оскар уходил лидером чемпионата и счастливым человеком, потому как он целый месяц не увидит своего напарника. Было решено отправиться в Австралию, Оскар уже предвкушал встречи со старыми друзьями, родными, море, солнце и даже насекомые и рептилии, которыми пугали туристов, не напрягали. Оскар, как законопослушный водитель снизил скорость при въезде в коттеджный поселок, в котором был его дом, и сначала не обратил внимания на огромный билборд, на котором было очередное полуголое тело в зелени, рекламщики вновь не придумали ничего лучше, чем продавать через секс что угодно. Но, когда Оскар разглядел изображение на билборде, то чуть не вдавил до упора педаль газа. На рекламе был Ландо Норрис собственной персоной: он стоял посреди тропических лиан, с влажными волосами и телом, будто бы после дождя, томным взглядом, приоткрытыми губами и в одних боксерах, спасибо, хоть черных, в которых было не разглядеть контуров их содержимого. Именно эти боксеры Ландо и рекламировал. Оскар только вздохнул, качая головой, он знал, насколько напарник безбашенный и догадывался, что он согласился на столь провокационную рекламу не столько ради денег, сколько чтобы лишний раз привлечь к себе внимание. Оскар быстро забыл о нелепой фотографии полуголого напарника, погружаясь в домашние дела, и снова вспомнил о ней только когда встал в пробку. У кого-то заглохла машина, перегородив проезд и нужно было ждать эвакуатор. Оскар спокойно отнесся к ситуации, включил музыку и достал бутылку с водой, чтобы попить, но только поднес ее к губам, когда увидел в каком месте он встал. Конечно же, прямо перед этим треклятым билбордом. Первые несколько минут Оскар упрямо отворачивал голову и рассматривал деревья и цветы вокруг, но потом решил, что не случится ничего страшного, если он рассмотрит то, во что ввязался его напарник по команде подробнее. Было глупо отрицать, что Ландо хорошо сложен и в идеальной форме, Оскар не раз видел его без верхней части одежды, да и ноги тоже имел возможность разглядеть. Но на изображении все было по-другому, здесь Ландо соблазнял, пусть лишь играя на камеру. Зеленые глаза выглядели особенно ярко и смотрели одновременно и завлекающе и как-то с вызовом, Ландо одновременно казался и хищником, и добычей, и то, как это показал фотограф впечатляло. Губы Ландо были приоткрыты и по нижней стекала капля воды, вернее застыла в кадре, но Оскар невольно подумал о том, как она спускается ниже по подбородку к шее, задерживается в ямке между ключиц, затем, из-за движения тела меняет свою траекторию, огибает сосок и пробегает по мышцам живота, будто бы вытесанным из камня, к резинке белья, превращаясь в мокрое пятно на ткани. Оскар вздрогнул, прогоняя морок, и сжимая руль крепче. Машины тронулись и проезжая мимо билборда, Оскар старался не смотреть на него, потому как не понимал, а что, собственно, сейчас было и почему низ живота сладко тянуло. Оскар даже под дулом пистолета бы не признался никому в том, что фантазировал о Ландо. И, это, вероятно, была просто случайность из-за перенапряжения в сезоне. Само собой, Оскар строго настрого запретил себе искать в сети всю рекламную кампанию, подозревая, что там могут быть фотографии погорячее. Нет, не то слово, похуже. Прошло еще несколько дней, Оскар нашел еще один выезд из поселка и предпочитал пользоваться им несмотря на то, что приходилось делать крюк. Зато не приходилось видеть изображение Ландо, которое, как назло, въелось в память, но Оскар не позволял себе размышлять о нем, переключаясь на другие вещи. Уведомление в общем чате гонщиков удивило, Оскар бы предпочел не видеть и не слышать никого из пелетона, но все же открыл нужную иконку, вдруг что-то срочное. О, нет, конечно же нет… Джордж: А вы видели задницу Ландо? Кими: Где? Льюис to Кими: Нигде, тебе еще рано такое смотреть Юки to Кими: Лови и найди трусы😊 Оскар уставился на фото, на котором ожидаемо был Ландо, и оно было из той же фотосессии, что и кадр на билборде. Вот только трусов на Ландо уже не было. Он стоял, прижавшись к камню, и смотрел в камеру, которая снимала вид сбоку, демонстрируя изгиб спины, округлые ягодицы и неожиданно беззащитно и трогательно выступающую тазобедренную косточку. Здесь уже не было вызова, а скорее кроткость и желание защиты и заботы. Айзек: Фу, гадость. Я ел вообще-то, спасибо. Такие вещи надо под спойлер пихать Франко to Ландо: Детка, пошли на неделе в клуб? Я угощаю Шарль: Ужас, как это по гейски Джордж to Шарль: А ты разве с Максом не встречаешься с времен Формулы-2? Шарль to Джордж: С картинга. Это другое. Оскар закрыл окно чата и выключил уведомления, не желая читать очередные разборки на тысячу плюс сообщений. Он не понимал, почему Шарль строит из себя не то невинную деву, не то приличного человека, после всего того, что творил в паддоке. Да и Оскар не был уверен, что Макс и Шарль живут в двух квартирах, одна под другой, а, как и многие в паддоке склонялся к мысли, что это одна двухэтажная. Но Оскар никогда особенно не интересовался чужой личной жизнью, когда она его не касалась. Оскар понимал, что, вероятно, совершает ошибку, вбивая в поисковой строке бренд белья из рекламы и имя своего напарника. А еще большую ошибку, он совершил, когда открыл рекламный буклет со всей фотосессией. Оскар жадно рассматривал кадры, на которых Ландо стоял в воде по бедра и можно было только гадать, надето ли на нем что-нибудь. И, несмотря на тело, которое мало что скрывало, провокационные позы и кадры на грани между провокацией в виде мягкой эротики и анкетой на сайте эскорта, больше всего Оскара привлекали взгляд и выражение лица. Ландо мастерски играл с эмоциями, соблазняя и завлекая того, кто оказался по ту сторону объектива, и, если он мог так играть, то оставалось лишь догадываться, каким Ландо может быть на самом деле. Когда Оскар увидел внизу страницы специальное предложение, что при покупке от определенной суммы в подарок идет буклет с фотосессией в формате А4, то не раздумывая накидал в корзину первого же попавшегося белья, оставив попытки убедить себя в том, что вещь все равно нужная, а буклет ему совсем не интересен. Получив посылку от курьера, Оскар не сразу решился ее открыть, но когда, наконец, коснулся качественных глянцевых страниц и взглянул на фото не на экране телефона, то почувствовал, как участилось его дыхание. Он нашел ту самую фотографию с билборда и представил путь по телу Ландо не капли воды, а собственного языка. Он выскользнул бы изо рта Ландо, мазанув по губе, а затем медленно проделал путь от шеи до ключиц, последовательно вылизывая их и ныряя в ямку между ними. Затем Оскар бы опустился ниже, покрывая поцелуями грудь и играя языком с соском, пока тот не затвердеет. Оскар задержал дыхание живо представляя себе эту картину и уже не думая о том, что собирается сделать и насколько это неправильно и стыдно. Рука проскользнула под резинку домашних штанов, и Оскар почувствовал и твердость, и влагу на белье. — К черту, — прошептал он, приспуская ненужную ткань с бедер и сжимая себя, продолжая думать о том, что могло быть дальше. Ландо бы застонал, нетерпеливо и глухо, а затем не сдержался бы и властно взяв Оскара за волосы дернул бы вниз к своим бедрам, прижимая щекой к твердому члену, скрытому тонкой тканью. Оскар думал о том, как дразнил бы Ландо, касаясь его через преграду в виде ткани, притупляющую ощущения, а он бы нетерпеливо толкался, и, наконец, не выдержал бы и стянув ненужное белье, коснулся блестящей влажной головкой губ Оскара. Собственная рука на члене двигалась все быстрее и быстрее, и вскоре Оскар всхлипнул кончая, при этом ощущения были намного ярче, чем обычно. Но вместе с удовольствием от оргазма пришло и ощущение стыда от осознания, что он только что сделал. Оскар поспешил в ванную, где закинул грязную одежду в стиральную машинку, а сам встал под душ. Оскару хотелось бы, чтобы это было разовой акцией, но его организм решил иначе, мозг в самые неподходящие моменты подсовывал фантазии о том, как Оскар вбивается в тело Ландо, прижимая того к камню и покрывая поцелуями шею и плечи, Ландо, стоящего на коленях на песке не перед экзотическим цветком, а перед Оскаром, и самое страшное, просто поцелуи под водопадом. Все хорошее рано или поздно заканчивается, в том числе и летний перерыв. Оскар понимал, что брать буклет с собой на гоночный уик-энд — это дурная затея, но потом все же сунул его в чемодан, думая, что расслабиться перед гонкой не повредит. А затем недолго думая кинул туда и непрозрачную косметичку со смазкой и фаллоимитатором, потому что не так давно он опробовал еще одну фантазию после фотографии Ландо, который сменил тропики на ВИП-кабинку клуба. Там на Ландо была надета более открытая модель белья, и он сидел на огромном кожаном диване и смотрел сверху вниз. Оскар представлял как он подползает на коленях, отсасывает и затем, забирается верхом. Ландо держал бы его за бедра не давая соскользнуть с члена до конца, беспорядочно бы целовал и не давал прикоснуться к себе, заставляя довольствоваться лишь тем, как головка упиралась бы в живот Ландо при каждой фрикции. Было чертовски стыдно за даже фантазии о таком, но вместе с тем до неприличного хорошо во время и после.

***

Находиться рядом с Ландо было неловко, причем настолько, что даже он заметил. — Что-то случилось в летний перерыв? — спросил Ландо после пресс-конференции. «Дрочил на твой светлый образ все время» пронеслось в голове у Оскара, но он, очевидно, только пожал плечами, — нет, просто думаю о гонке. — Ландо, вот ты где, — Франко подошел к Ландо и обнял его со спины, устраивая голову на плече, почти касаясь губами уха и скрестив руки на чужой талии. Оскар вспомнил сообщение в общем чате, и почувствовал, что испытывает что-то очень неприятное, хотелось взять Франко за шкирку и отбросить в сторону, а Ландо…нет, на этот вопрос Оскар не был готов ответить. Он же всего лишь фантазировал из-за фотографий, и не мог увлечься Ландо. Не мог ведь, верно? — Мне пора, — пробормотал Оскар, надеясь поскорее очутиться в собственном номере и привести мысли в порядок, потому что они сейчас путались клубком. Кажется, Ландо что-то сказал, но Оскар не расслышал, будучи погруженным в себя, он ведь знал, что ничем хорошим его развлечения не закончатся. Оказавшись в номере, Оскар лег на кровать и прикрыл глаза, стараясь не думать о масштабах катастрофы, в которой он очутился. Оскар понял, что Ландо его больше не раздражал, а скорее наоборот, умилял своей непосредственностью, а его обычно дурацкие шутки вызывали улыбку. Звук открывшейся двери заставил Оскара привстать, он ругал себя за то, что забыл ее запереть. — Ландо? — с непониманием спросил Оскар, хотя кто еще мог заявиться без предупреждения и стука. — Мне показалось, что ты какой-то грустный, а мы ведь напарники, — сказал Ландо, проходя вглубь номера и садясь на кровати. — О, а это что? — Ландо взял интересующий его предмет в руки и у Оскара внутри все похолодело. — Это пришло в подарок, когда я заказывал белье, — пожал плечами Оскар, нервно сглатывая, увидев буклет в руках Ландо. — А это тоже в подарок пришло? — Ландо хмыкнул, кивая на смазку и игрушку, валяющиеся на постели. — Это… — Оскар замер, понимая, что ему нечего сказать и готовился к худшему. — У меня больше, если что, — Ландо подмигнул, протянул руку и взъерошил волосы Оскара, а затем поднялся с кровати для того, чтобы закрыть дверь номера. — Хочешь посмотреть? — с довольной улыбкой спросил Ландо и вернулся к кровати. Оскар только покачал головой, протягивая руку и касаясь бедра Ландо.