coming back

Сидни почти не помнила, что происходило после приезда Норы и Майка. В голове сохранились лишь рваные кусочки целой картины, бессвязные моменты, где её то допрашивал полицейский, то пытался успокоить Майк, извиняясь через каждое слово и неловко придерживая за плечо... Вспоминался снег под ногами, грязный и смазанный, как вся та ночь, перекрывающие друг друга голоса, голубые и красные огни, от которых рябило в глазах. ... Сидни не помнила, как они очутились далеко за пределами Вудбери. Она очнулась от гудка какой-то проносящейся мимо фуры, прямо посреди тревожного монолога Норы у неё над ухом. Нора. Нора. Она сидела справа от Сидни, совсем близко,  обнимая её обеими руками. Голова Сидни прижималась к её мягкому розовому свитеру, от которого пахло чем-то вишнёвым. Боже, хотя бы с нею всё хорошо. Резкой волной накатили новые воспоминания: голосовые Норы, её голос на грани истерики, этот проклятый шторм за окном и исчезающий в нём Майк... Майк. Сидни огляделась нашла его на водительском сидении. Он почти тут же обернулся на них с Норой, свосем на короткий момент, но Сидни успела разглядеть его лицо. Унылая смесь страха, вины и стыда. В тот момент она не могла чувствовать к нему ничего, кроме отторжения. Эта ночь наедине с ним её просто измучила. Всё о Майке сейчас её раздражало, сильнее была разве что злость на саму себя, за решние остаться в том проклятом доме одной. Они просто хотели отдохнуть, почему, чёрт возьми, всё должно было так закончиться. Почему она на это вообще согласилась изначально, почему Майк такой идиот, почему она такая идиотка, почему... В следующий раз Сидни очнулась, когда они остановились возле её дома. Нора спросила, остаться ли ей у неё на ночь, и Сидни начала было отнекиваться, но потом быстро передумала и почти вцепилась в Нору, словно ту сейчас заберут у неё навсегда. Майк проводил их до подъезда. Прежде чем войти, они ненадолго остановились. Сидни хотелось по крайней мере нормально с ним попрощаться. – Прости, что я оставил тебя одну, – выпалил Майк, прежде чем девушка успела открыть рот. – Я придурок, Харп, я не знаю, почему я решил, что тебе там будет безопаснее, правда. Я могу- – Я просто рада, что вы вернулись вовремя, – перебила Сидни, но голос её и билзко не отражал этой "радости". – Я хочу отдохнуть. Возвращайся домой, и, прошу, перестань мне звонить. Я напишу тебе, когда буду готова поговорить... Спокойной ночи. – ... Хорошо, да... И тебе спокойной ночи... Она сомневалась, что Майк понял весь смысл её слов. Ей хотелось сказать, чтобы он прекратил вторгаться в её жизнь и воображать, будто одна неловкая совместная ночь разрешает ему вести себя с ней как вздумается. Но сейчас не время для этого. Ей слишком плохо. Ему, наверное, тоже. Все их межличностные неприятности могут подождать до следующего раза. Сейчас Сидни хотелось расслабиться хотя бы на мгновение и ни о чём не думать.

***

В её квартире всё оставалось как прежде, однако, вопреки надеждам Сидни, эта нетронутая домашняя "идилия" сейчас не внушала никакого спокойствия. Привычное скромное жильё, такое непринуждённое и обыденное ощущалось абсурдно и нелепо. Всё тело Сидни снова начало дрожать. Девушка поспешила сбросить верхнюю одежду, широкими шагами добралась до своей комнаты и свалилась на кровать. Стало немного легче. Нора тут же влетела за ней и осторожно расспросила подругу о её состоянии. Убедившись, что Сидни просто устала, Нора осмелилась оставить её ненадолго без присмотра и пошла в прихожую немного навести порядок: она аккуратно повесила на крючок куртку Сидни, которую та бросила на пол, расположила её сумку на одиноком низком стуле и поставила ровным рядком их обувь. – Не хочешь приянть душ? – заботливо поинтересовалась Нора, возвращаясь в комнату. – Возможно, тебе станет легче. Сидни зажмурилась, заставляя себя собраться с мыслями, и кое-как промямлила, что не против. После горячего душа её сознание ещё больше прояснилось, дрожь в теле почти унялась. Полного облегчения, конечно же, не пришло, но хотя бы думать и действовать стало проще. Первым делом она предложила Норе также принять душ и подыскала для неё пижаму – фиолетвый комплект из просторных штанов и футболки, который ей в прошлом году подарила мать. Сама Сидни оделась в свою старую синюю сорочку, напомнивашую ночное небо, а на ноги неторопливо натянула тёплые носки. – Я могу поспать на кухне, если хочешь, – предложила Нора. – О, нет, не стоит, там диван жутко неудобный, – на том диване даже сидеть было некомфортно, не говоря уже о том, чтобы провести на нём целую ночь. – Мы можем поместиться на моей кровати... Если ты не против, конечно. Они с Норой уже ночевали так пару раз, но с тех пор прошло много времени. Тогда они были ещё в старшей школе, и всё между ними воспринималось как невинная дружеская близость, обыденная для многих девочек. Сейчас они так редко видятся вживую, так много в их жизни поменялось и они сами стали взрослее... Сидни боялась, не звучит ли теперь это предложение слишком странно и неуместно. К её облегчению, Нора тут же согласилась как ни в чём не бывало. За следующие несколько минут они расстелили кровать и подготовились ко сну. До утра оставалось не так много часов, но обе девушки безумно устали за ночь, да и завтра был выходной, так что ничего не случится, если они пролежат в постели подольше. Остатки вишнёвого аромата всё ещё сохранились на теле Норы, смешавшись теперь с насыщенным запахом геля для душа. Сидни вдохнула полгубже, все мысли её начали расплываться и терять чёткость. Тревога всё ещё не отпускала, но стала уже куда менее заметна, и Сидни почувствовала, как стремительно сон обволакивает каждый сантиметр её тела. Рука Норы нашла под одеялом слегка дрожащую руку Сидни и крепко сжала её. Их лбы едва касались друг друга, и Сидни в полусне чувствовала мерное дыхание Норы на своих губах.

***

На следующее утро Сидни неподвижно сидела за столом и, сонно щурясь, смотрела в окно. Снаружи медленно валил снег крупными хлопьями, поблескивая от восходящего солнца. Воспоминания о случившемся снова проносились перед её глазами, но она, как ни странно, ничего от них больше не чувствовала. Наверное, уже слишком устала от чувства страха, чтобы переживать ещё больше. – Ты хорошо поспала? Тело Сидни приятно вздрогнуло, когда шёпот Норы мягко прошелестел у неё над ухом. Подруга бесшумно подплыла к ней со спины и плавно опутсила на стол тарелку с хлопьями и молоком. Её каштановые волосы на короткий миг щекотнули щёку Сидни. – Ну, неплохо, – ответила та. – Кажется, мне снился тот мужик из Вудбери... но помимо этого всё нормально. Нора сочувственно погладила её по плечу, потом скользнула к другой стороне стола и села напротив. Сидни задумчиво поводила ложкой по тарелке, прежде чем начать есть. Всё вокруг казалось немного странным: движения её рук были будто бы слишком медленными, квартира – слишком тихой, зимнее солнце за окном – слишком ярким. После бесконечной кошмарной ночи возвращение в нормальный мир ощущалось почти неестественным. По крайней мере, Сидни больше не было страшно. Не было больно. Она подозревала, что тревога ещё вернётся, что её наверняка замучает паранойя и недоверие к любым незнакомым мужчинам, а по ночам она долго будет мучиться от воспоминаний, возвращающихся к ней ночными кошмарами. Но в тот момент разум Сидни был чист. Для неё существовала только её заурядная квартирка, сладковатые хлопья, застилающий улицы снег и Нора. Нора. Хотя бы с нею всё хорошо.