Клуб

— Ну Зубл! — почти обиженно тянет парень, опираясь подбородком о раскрытую ладонь. — Ну, давай! — он машет пустым стаканом прямо перед носом старой знакомой, к которой время от времени заходит в бар выпить. Та отмахивается от его руки, кривясь, словно коснулась мёртвой крысы. — Пошёл вон, — чеканит она резко, в её голосе нет и капли сочувствия к его несчастной персоне. — Э-эй, как ты разговариваешь с посетителями? — картинно возмущается Джекс, смотря в разноцветный затылок отвернувшейся от него девушки. Если бы у него было более игривое настроение, то он бы обязательно устроил по меньшей мере представление перед всеми пьяными и не пьяными тушами в этом клубе, но сегодня, видимо, явно день Зубл, так как он не в настроении. — Если услышит кто, то у тебя будут проблемы. — Кейн больше любит меня, чем тебя, так что облезешь, — фыркая, девушка, вопреки своим словам, вновь наполняет стакан собеседника под его довольный лукавый взгляд, заметив который, она тяжело вздыхает, и правда жалея, что сделала это, а не оставила мучаться от нехватки алкоголя в крови. Джекс и Зубл больше ничего друг другу не говорят, да никто из них особо и не торопится. Джекс бы и рад побесить барменшу побольше, но, даже к его удивлению, сил после очередной провальной работы особо не было, а сама Зубл всегда была рада лишней паре минут без чьей-либо болтовни под рукой, за исключением только, пожалуй, одной плаксивой художницы, особенно его. Так что они оба прибывали во временной тишине друг от друга, слушая только музыку, которая то и дело менялась по желанию диджея, и хохот толпы. Из оставшейся вежливости дождавшись, когда от барной стойки отползёт вдрызг пьяный посетитель, галстук которого перекочевал с шеи на лоб, парень, подняв свой стакан, указывает куда-то в толпу пальцем, полностью заинтересовавшись разглядыванием своего напитка. — И? — выдержав паузу, спрашивает бармен, закатывая глаза. Снова выходки этого парнишки, к тому же ещё и пьяного. — Что ты от меня снова хочешь? Если горишь желанием зажечь на танцполе, то проваливай уже. Я тебе в няньки тоже не нанималась. — Вот вроде умная ты, а порой доходит как до слона, — улыбаясь, говорит Джекс. Видимо, выпитый алкоголь всё же ударил ему в голову. И почему он неожиданно решил, что так хорош в выпивке, раз способен выдуть в одну глотку целую бутылку вина, хотя обычно старался не пить слишком много, даже сильно отчаявшись? — Вон, там… — он вновь тычет пальцем в толпу извивающихся тел, движения которых он даже через пьяную пелену назвал бы просто дёрганьем, а не танцем, — девчонка, мелкая. Зубл вглядывается, слегка заинтересовавшись. Порой к ним в клуб и правда пытались попасть несовершеннолетние подростки, привлечённые популярностью заведения и подпитываемые либо спором с друзьями, либо возможностью проверить собственную ловкость, но охрана справлялась с их наплывом хорошо, а при малейшем подозрении запрашивала документы у гостя. А с учётом того, что у них в основном был поток более постоянных клиентов, то было проще спрашивать документы у тех, кто тут в первые. Сколько бы девушка не старалась рассмотреть незнакомку, о которой говорил приятель, она так никого похожего и не заметила. Возможно, и правда была какая-то невысокая посетительница, которую Джекс на нетрезвую голову принял за ребёнка. В конце концов, рост не всегда будет показателем возраста, а уж для высокого Джекса все они были коротышками, о чём он говорил всем при встрече, смеясь в лицо. Парень разворачивается обратно лицом к барной стойке, ставя нетронутый стакан с его содержимым на место. Он понимает, что надо бы уже собираться уходить, поскольку язык уже начинает заплетаться, а взгляд замыливаться. Про трезвый рассудок он и заикаться не будет — в голове уже давно каша. Единственное, что он видел чётко, без тряски, была Зубл в её рабочей одежде, состоящей из бордового брючного костюма с жилеткой на двух пуговицах и белой рубашкой. Да и то её короткие разноцветные волосы начинали плыть в глазах. И только он принимает решение, чтобы объявить о своём уходе Зубл и просьбе не оплакивать их трогательное расставание, как чувствует прикосновение чьей-то руки к своей. На автомате поворачивая голову, он успевает заметить, что перед ним, на соседнем барном стуле, сидит та малявка с танцпола, которая привлекла его внимание своим танцем и плавными движениями. Но он не успевает ничего сказать, как вторая рука девушки со столешницы перемещается на его щёку, шустро притягивая его лицо к себе. Джекс даже чувствует, как начинает трезветь, когда губы незнакомой девчонки накрывают его, слегка сминая. Он чувствует запах дорогого алкоголя и исходящий жар от её тела, который словно пламя переходит и на него, проходясь по всему телу. Он не назвал бы это прям поцелуем, поскольку девушка просто прижалась к его губам своими, ничего не делая, но и явно от него ничего не ожидая. Он не может объяснить, почему не отталкивает её, а лишь прикрывает глаза. — Вау! — кричит какая-то девушка из толпы, в шоке тряся за плечи подругу рядом. — Она это и правда сделала?! Я не верю своим глазам! Следует ещё несколько восторженных вскриков. Очевидно, это друзья этой отчаянной, что сейчас прижималась к его губам. Боже, он чувствует, как у него горят щёки. Он в жизни не целовался, хотя и пытался делать вид, что это на самом деле не так. И даже справлялся со своим враньём, поскольку ему верили, хотя и не желали признавать, что кто-то и впрямь был с ним в отношениях, терпя его выходки и грязный, вечно незатыкающийся рот. Девушка отстраняется так же неожиданно, как и придвинулась. Она сначала смотрит в пол, тоже явно смущённая этим спонтанным действием, а потом поднимает взгляд на него. Сердце пропускает удар, когда невинные оленьи глазки смотрят прямо в его, а щёки покрывает лёгкий румянец, когда с её покрасневших губ срывается короткое: — Прости меня, — пауза, а потом игривое: — Зайчик. Она упорхает быстрее, чем он успевает среагировать. Хотя бы имя её спросить или оставить свой номер в надежде, что она когда-то ему наберёт от скуки или случайно перепутав с кем-то. От чего-то этот невинный взгляд и весь её вид западает ему в душу. Он покидает клуб в спешке, надеясь найти девушку на улице, поскольку видел, как её друзья уходили вместе с ней туда. Но он не успевает, поскольку видит, как такси уже уезжает на дорогу, увозя шумную компанию подальше. Он думает о ней всю ночь, засыпая с мыслью о ней же. О её глазах цвета тёмного шоколада, о её волосах, кончики которых слегка завивались, ниспадая на плечи. Проснувшись с диким похмельем, он сразу замечает свою рубашку, которую по привычке снял перед тем, как уснуть. Он берёт её в руку, улавливая аромат чужих духов на ней. Какого же удивление Джекса, когда спустя два дня он приходит в одну из лучших риелторских кампаний, где ему в начальники дают одну весьма знакомую девушку с каштановым каре и большими оленьими глазами. На её шее теперь висит пропуск, где написано имя: Помни. Она сама теперь одета не в вечернее платье, а в укороченный пиджак, блузку под ним, у которой застёгнуты все пуговицы и опрятно лежит воротник, и юбку-карандаш. — Ну что, Пом-Пом, — задорно начинает он, наклоняясь ближе к ней с лукавой усмешкой, — не желаешь ли встретить меня так же страстно, как и в ту ночь? Он видит, как брови девушки хмурятся, поскольку он произносит это достаточно громко, чтобы пустить слух среди коллег. О-о, наверняка при виде него теперь будут шептаться вон те барышни средних лет, а вон та тройка молодых девиц уже пустилась в красноречивые переглядывания, после которых наверняка последует бурное обсуждение личной жизни начальницы. Да даже вон тот мужчина средних лет в фиолетовом свитере с шахматным королём слегка удивлённо посмотрел на молодую коллегу. — Приятно познакомиться, Джекс, я теперь буду твоим начальником, — не выдавая своего раздражения в голосе, приветствует девушка нового сотрудника с кудрявыми волосами. — Попрошу обращаться ко мне уважительнее, всё же мы не в настолько близких отношениях. И без этих глупых шуточек, которые вводят остальных в заблуждение. Помни быстро окидывает парня взглядом. Ну конечно же, она помнит его с того вечера и, конечно же, она поняла, к чему была его фраза. И конечно, она понимает, что последует за этой фразой, чувствуя взгляды, прожигающие ей спину. Джекс уже чувствует, что здесь он останется явно на подольше, изо всех сил будет стараться на работе, даже постарается затолкать своё красноречие куда подальше, но просто так его отсюда не уволят. Не тогда, когда он по воле случая смог встретить эту привлекательную девушку из клуба в качестве своего начальника.