башня старка

башня старка сверкала огнями, отражаясь в сотнях окон мегаполиса. небоскрёб, обычно наполненный деловым гулом и редкими перебранками мстителей, сегодня гудел от музыки, смеха и звона бокалов. миссия была завершена - снова, остатки гидры разбиты окончательно, и теперь можно спокойно выдохнуть, утолив усталость в веселье. и хотя мир, как всегда, висел на волоске, сегодня он был спасён. а значит, есть повод для вечеринки.  тони щёлкнул пальцами, и барная стойка сама налила ему стакан виски. он оглядел зал: брюс осторожно спорил с тором о науке и магии, наташа с клинтом что-то шептались в углу, толпа незнакомцев радостно распивала шампанское, создавая атмосферу веселья, а сэм и роуди уже вовсю разогревали танцпол под что-то из девяностых. тони, недолго думая, залпом опрокидывает стакан с виски. «крепкий» - мысль сразу же возникает в голове, но также быстро исчезает из-за шума в комнате. мотнув головой и немного придя в себя, старк покидает радушный бар с бутылочкой, наполненной «крепкой» жидкостью, и растворяется в толпе, присоединяясь к пьяному пиршеству. и только один человек из всей комнаты  стоял особняком. стив роджерс, капитан америка, прислонился к панорамному окну, наблюдая за городом. его голубые глаза отражали миллионы огней нью-йорка, а рука в это время крепко сжимала стакан. он был напряжён, даже слишком, однако никто не замечал, как его бровь дёргалась или губы были стянуты. ведь во всём виноват был чёртов старк, который вновь напился и вновь флиртовал с какой-то незнакомкой. о да, тони любил это делать, постоянно, каждый раз, стоило им поругаться, как старк уходил в свободное плавание, позволяя себе разного рода вольности. тони провоцировал, специально, как всегда искусно и изящно. стив старался не смотреть в его сторону, но весь спектакль был прекрасно виден в отражении окна. незнакомка что-то шепчет старку на ухо, он кокетливо смеётся и отвечает ей тем же. стив готов поставить своё звание капитана на то, что тони говорит девушке какую-то глупую, но пошлую ерунду, в своём стиле, кокетливо. от этих мыслей челюсть сжимается сильнее, а стакан едва не лопается. как же роджерс сейчас ненавидел этот мир за то, что невосприимчив к алкоголю и не может напиться, чтобы не видеть эту аморальную картину в отражении. старк напротив продолжает свою игру, дразнит, ведь прекрасно знает, что стив ревнует. ведь он всегда так делал. роджерс это не показывает, но его тело всегда говорило о хозяине больше, чем его рот. кто бы мог подумать, что добродушный и спокойный капитан америка до ужаса собственник? он словно пожар, который будет сжигать всё на своём пути, пока не огородит «своё». однако кто сказал, что тони не любит играть с огнём? старк любил эту тёмную сторону своего партнёра - учащённое дыхание, злобный взгляд, вены на руках, которые напрягались так, что готовы были лопнуть. стива почти невозможно вывести из себя, пока дело не касается тони. тут он как спичка - зажигается мгновенно и готов сжечь всё и вся. тони на секунду прерывает свои мысли из-за собеседницы, которая начала гладить его по колену. он улавливает приятный запах омеги, напоминающий миндаль, и делает все усилия, чтобы не сморщить нос, но вместо этого лукаво улыбается. присутствующие даже не замечают это, ведь слишком пьяны для чего-то большего, кроме одного человека. именно на него сейчас смотрит тони, не отводя взгляд, ведь знает, что стив наблюдает через отражение в окне. ещё один стакан виски оказывается во рту старка, и его сопровождает кокетливая ухмылка с знаком вызова. разум тони уже полностью в плену алкоголя, и сейчас в нём работает только кнопка «газ», никаких тормозов и никакого пути назад. старк вздрагивает, когда девушка выгибается в спине ему навстречу, шепча что-то об уединении, и кладёт свою ладонь между его ног, слегка надавливая. однако старк не успевает ей что-то ответить, ведь в следующее мгновение видит до боли знакомую руку, хватающую его за предплечье. конечно же, стив всё видел, хорошо, что не слышал, иначе бы эта омега была растерзана прямо на диване. роджерс достаточно сдерживался, чтобы казаться приличным. но его стакан наконец разбивается, когда в отражении он видит, как изящная женская рука ложится на пах его старка. это было последней каплей. стив отталкивает парня, который пытался с ним флиртовать, и в мгновение ока пересекает огромную комнату, грубо хватая старка и таща его подальше от этой вакханалии. -эй, капитан «тактичность», вообще-то не очень красиво прерывать человека, когда он ведёт с кем-то беседу. - старк чувствует запах алкоголя от руки, которая его схватила, также замечает небольшие подтёки крови на ладони. роджерс ничего не отвечает, лишь ускоряет шаг и усиливает хватку, сдерживая всё естество, чтобы не наброситься на свою жертву прямо сейчас. старк хочет вновь подначить своего нового собеседника, но лишь довольно ухмыляется, когда чувствует знакомый запах феромонов, ведь это значит лишь то, что цель достигнута. музыка и голоса толпы постепенно утихают, так же как трезвость тони, когда он чувствует, как его грубо толкают в какое-то помещение. однако его ухмылка становится шире, а биение сердца интенсивнее, когда спина чувствует знакомый холод подсобки. их любимой.   -ох, капитан, вижу, что у вас особая любовь к… - слова тони обрываются ладонью, которая резко закрывает его рот, прижимая остальное тело сильнее к холодному бетону. -ещё одно слово, и клянусь всеми богами, что перестану сдерживаться. - угроза вместе с напряжением быстро заполняют комнату, когда роджерс практически агрессивно выплевывает каждое слово. старк, как обычно, хочет лишь сильнее подначить оппонента, но его глаза закрываются, когда до носа доходит запах феромонов роджерса. он всегда пахнет чёртовски сексуально - мускусом, смешанным с запахом ели, ещё ни одна альфа не создавала настолько богоподобный запах, выбивающий все мысли из головы. -старк, смотри мне в глаза, когда я с тобой говорю. - колено стива вбивается между ног тони, нарочито не касаясь паха, останавливаясь в опасной близости. тони резко раскрывает глаза и почти стонет, но сдерживается. рано, роджерс на стадии «называть меня по фамилии». старк готов ныть лишь только от этого стального голоса, полного адреналина и власти. -думал, что можешь вот так себя вести на людях, и я буду просто стоять в стороне? - нос стива касается шеи старка и останавливается на пластыре, который практически невозможно разглядеть, если только не знать о его существовании. -ты чёртова шлюха, старк, вот так дразнить меня, зная о последствиях. а если бы я продолжил стоять, ты пошёл бы и трахнул ту омегу? - роджерс зубами срывает пластырь, оставляя грубый след зубов, параллельно вдыхая полной грудью новый запах, заполняющий комнату. -лживая шлюха. - снова проводит носом по шее, потираясь. - нацепил этот чёртов пластырь и думаешь, что сумел скрыть свою настоящую сущность? тебе нравится дурить весь мир, а что, если я пойду и расскажу всем, что великий железный человек не доминантная альфа, а нуждающаяся в моём члене омега? стив не успевает договорить остаток своей мысли, как старк стонет сквозь его руку от этих слов. тони понимает, что теперь можно, роджерс перешёл на брань, и это значит лишь то, что он на пределе. старк немного опускается, наконец касаясь промежностью колена стива. это действие приносит небольшое облегчение, сопровождающееся новым стоном. стив моментально остужает свой пыл и довольно ухмыляется, отодвигая колено от старка. роджерс понял, что победил, ведь его соперник этим действием лишь подписал себе капитуляцию. -о, так моя шлюшка только этого и ждала? - довольный цокот разносится около уха тони. - нельзя было нормально попросить, надо было устраивать этот цирк? - стив отодвигает наконец руку, которая всё ещё пахнет алкоголем, и ждёт ответа. -ну что ты, капитан, если не ты, то та омега, не она, так нашёл бы себе альфу-однодневку, впрочем, как обычно. - ухмылка расцветает на лице тони, однако он быстро стонет, уже больше от боли, когда роджерс грубо прижимает его к стене, хватая за горло. -ещё раз скажешь такую хуйню, и я сделаю так, что ты вообще больше не сможешь ходить. - стив не дожидается ответа и сильнее сжимает горло, кусая губы тони. поцелуй лишён трепетных чувств, только похоть и боль. стив слишком собственник, старк сам виноват, что довёл его. никто не смеет трогать омегу роджерса, не смеет её касаться или даже чувствовать запах мандарина вперемешку с табаком. тони стонет, этот звук быстро теряется в языке стива, когда он буквально захватывает рот другого мужчины. феромоны уже давно заполнили комнату, вытеснив запах алкоголя, оставив лишь место грязному возбуждению. старк тает, у него стоит давно, очень давно, но член буквально разрывается, стоит только увидеть тёмную сторону роджерса, которую он не показывает никому. жестокую, ревнивую, грубую. тони немного приходит в себя, когда стив слегка отстраняется и опускает руку с горла, на котором остаётся видный отпечаток пальцев. бесстыдная нить слюны скрепляет их губы, пока мужчины переводят дыхание. но стив не даёт ему опомниться - он снова набрасывается на тони, грубо прижимая его к стене, впиваясь в его рот так, будто хочет вырвать душу. руки капитана, обычно столь бережные, теперь рвут дорогую рубашку старка, как бумагу. ткань расходится по швам с неприличным звуком, обнажая тело, уже покрытое мурашками от предвкушения. в это время трусы тони мокрые насквозь от смазки, которая выделяется при возбуждении. он буквально течёт, наполняя комнату своим омежьим запахом. роджерса ведёт от запаха своей омеги, его разум давно затуманен феромонами, оставив только животный голод. бёдра стива вдавливаются в него с такой силой, что тони чувствует каждый мускул, каждый жёсткий изгиб его тела. и особенно - тот самый твёрдый, неумолимый бугорок, который предательски давит ему в живот. трусы тони становятся моментально мокрыми лишь от мысли, что этот член скоро окажется внутри него, выбивая глубокие стоны и трахая до состояния полного экстаза. расправившись с рубашкой, стив кидает её куда-то в сторону и кладёт руку на растрёпанные волосы старка, грубо надавливая, чтобы тот опустился на колени. тони не успевает прийти в себя, но его тело, конечно же, инстинктивно подчиняется альфе. бетон неприятно впивается в колени, но эта боль - ничто, когда перед глазами вставший член, от которого исходит такой запах феромонов, который мог бы убить целый город. стив больно натягивает голову тони, когда тот тянется руками к ширинке. -сегодня ты наказан, делай это зубами. - отвечает роджерс на вопросительное выражение лица. тони не спорит, понимает, что альфа и так на пределе, и лучше не играть. зубы ловко расправляются с молнией, будто делают это каждый день. и тогда в нос ударяет густой, дурманящий запах - мускус, пот, возбуждение. стив гортанно стонет, пальцы вновь впиваются в волосы тони, но на секунду смягчаются, ласково проводя по щеке. старк же, как дурак, решает проверить границы. он прикрывает глаза, на секунду прижимаясь к ладони, а затем резко впивается зубами в палец. тишина резко наполнила комнату. а потом грубый рывок. стив грубо вдавливает его лицо себе в пах, так сильно, что тони задыхается. -непослушный мальчишка. - шипит капитан, и в его голосе столько тёмной сладости, что у старка по спине бегут мурашки. -хорошие омежки не должны так себя вести. но тони не сопротивляется. наоборот - стонет, сжимая зубами ткань боксёров, срывая их вниз, наконец освобождая огромный, возбуждённый член, который так хотел выйти наружу. свободный от одежды, член подрагивает перед лицом тони, обдавая его горячим дыханием. кожа натянута до боли, вены пульсируют - капитан явно не терпит промедления.   -рот. - приказ звучит коротко и жёстко, без права обсуждения. тони облизывает пересохшие губы, но не успевает подготовиться - стив резко вгоняет ему в горло сразу всю длину.    -м-мгх!.. - горло сжимается спазмом, слёзы выступают на глазах, но стив не даёт опомниться. он начинает двигаться, грубо, без ритма, просто используя этот горячий, покорный рот.   -ты же любишь это, да? - его голос звучит неестественно низко, с хрипотцой. -любишь, когда тебя ставят на место? показывают, где такая шлюшья омега, как ты, должна быть. - роджерс сильнее давит на волосы, не останавливая ритм. его тело покрылось потом, а во рту давно пересохло. тони не может ответить, только хрипит вокруг его члена, слюна капает на подбородок и шею. руки инстинктивно цепляются за бёдра капитана, но тот тут же шлёпает его по щеке.   -руки за спину. тони повинуется, и это  усиливает унижение - он полностью открыт, беспомощен, просто игрушка в руках альфы. стив ускоряется, его дыхание срывается. одна рука всё ещё в волосах старка, другая сжимает его челюсть, контролируя каждый сантиметр движения.   -вот так, да, ах-х... прими меня. - он доходит до предела с низким стоном, но тони не успевает почувствовать, как его горло заполняется горячей горечью, ведь стив достаёт член и грязно кончает на лицо омеге, с гортанным, почти животным звуком. старк глотает часть спермы, попавшей ему на губы рефлекторно, он хочет отодвинуться от струи, но роджерс не даёт, грубо удерживая на месте, чтобы ни одна капля не пропала. наконец, он ослабляет хватку. тони откашливается, тяжело дыша, губы красные, опухшие, подбородок мокрый.   стив смотрит на него сверху вниз, и в его взгляде - опасность, как будто он не до конца удовлетворён своей работой. -теперь, старк… - он наклоняется, губы почти касаются уха тони. губы стива скользят по шее тони, оставляя влажный след, прежде чем зубы впиваются в чувствительную кожу у основания уха. старк вздрагивает, жалобный стон вырывается из его пересохшего горла.   сильные руки капитана инстинктивно обхватывают его талию, заставляя встать. тони подкашивается - от слабости, от возбуждения, от этого сучьего альфа-запаха, который сводит его с ума. он почти падает вперёд, но стив ловко ловит его, прижимая к себе так близко, что тони ощущает каждый мускул его тела, каждую нотку запаха, каждое биение сердца.   стив мимолётно опускает взгляд и тогда замечает - промокшие от предварительной смазки штаны тони, ту самую вульгарную выпуклость, которая выдаёт, насколько он возбуждён.   -оу… - стив усмехается, низкий, хриплый смешок, от которого по спине тони бегут мурашки.  -моя омежка уже вся течёт? - плутовская ухмылка автоматически расцветает на лице стива. тони не отвечает. щёки пылают, дыхание сбито, и он не может принять то, как его тело предательски реагирует на каждое слово и касание капитана.  этого было слишком много, единственное, что он мог делать - подчиняться своей альфе, вдыхая его запах и почти падая в обморок от феромонов. стив не даёт ему опомниться. он наклоняется, захватывая его губы в грязный, влажный поцелуй, наполненный собственничеством. их зубы стукаются, языки переплетаются, и тони стонет прямо ему в рот, когда пальцы капитана впиваются в его бёдра, прижимая ещё ближе.   разрывая поцелуй, стив оставляет между ними тонкую нить слюны.   -ты сегодня был плохой омежкой, но потом реализовался… - его голос звучит как мёд, густой и сладкий, но с ядом внутри. - поэтому моя шлюшка может получить награду. он берёт руку тони и тянет к своему члену вниз, который вновь наполнен кровью и жаждет внимания. другая  ладонь скользит вниз, сначала сжимая упругую плоть ягодиц, заставляя старка ахнуть, а затем - дальше, по внутренней стороне бедра, медленно собирая влагу, которая уже просочилась сквозь ткань.   тони дрожит, его тело горит, но стив не торопится.   он томно тянет пальцы ко рту и по-блядски слизывает смазку, издавая довольные почмокивания. вкус своей омеги - любимое блюдо роджерса, он мог бы только питаться соками старка. -проси. -доминантно приказывает капитан, нехотя убирая пальцы от своего лица и грубо всовывая их в рот старка. -но перед этим попробуй себя на вкус. тони задыхается. его губы дрожат, но слова не приходят - только предательский стон вырывается наружу, когда другая рука  стива проникает под резинку его трусов.   -я жду. - высокомерие и доминантность сочится в его голосе. ладонь сжимает влажную плоть через ткань, заставляя тони выгнуться дугой и сделать бельё ещё более мокрым.   -п-прошу... - наконец выдавливает он, ногти впиваясь в плечи стива, оставляя следы ногтей и краснея ещё сильнее. -кто, кто просит? - рука в трусах сжимает сильнее, почти болезненно. тони чувствует, как по внутренней стороне бёдер стекает стыдливая влага.   -я... твоя шлюшка просит... - стив почти рычит одобрительно, резко стаскивая последнюю преграду. его пальцы тут же находят распухший, мокрый от возбуждения член тони, моментально надрачивая его и собирая предэякулят. -грязная омежка. - он смазывает пальцы его соком.  -сам приготовил себя для меня, ты специально провоцировал меня весь вечер, ты ждал такого исхода? - тони не успевает ответить, снова стон заполняет его грудь, при этом тони собирает все силы, чтобы не согнуться от удовольствия. стив резко разворачивает его и толкает к столу, грубо нагиная и осматривая всю картину - с бёдер тони стекает смазка, вход покраснел, так и жаждет внимания. стив довольно улыбается своей работой, ведь видеть тони таким уязвимым, расхристанным… холодная металлическая поверхность касается обнажённой кожи, но тут же сменяется жаром мощного тела, прижимающего его плотнее к стали.   -не двигаться. - грубые пальцы раздвигают ягодицы, вход которых мокрый, как океан, и просто жаждет внимания. тони скулит, когда язык капитана проводит по его входу, обжигающе горячий и влажный.   -с-стив! - лицо тони пылает, а капитан довольно причмокивает, буквально поедая его. -тише. - шлепок по бедру заставляет его вздрогнуть. -или ты хочешь, чтобы все слышали, как тебя трахают? - он не ждёт ответа. рот сменяется пальцами - один палец, потом второй проникают внутрь, растягивая, готовя, хотя это и не нужно, ведь старк был настолько мокрый, что принял бы в себя всё, что угодно. тони закусывает губу, но тело само поддаётся, раскрываясь навстречу. когда стив наконец входит, это одновременно боль и блаженство. он не даёт передышки - сразу начинает жёсткий ритм, каждый толчок загоняя тони всё дальше в пучину наслаждения.   -ты моя шлюха. - рычит стив в его ухо, рука обхватывает горло, продолжая грубо долбиться внутрь. -только мой.  старк сжимает его так сильно, что капитан стонет, как последняя шлюха от удовольствия. старк, как всегда, был слишком узким и идеально принимал весь член в себя. через несколько минут, когда роджерс чувствует, что на пределе, он выходит из него с мокрым звуком, оставляя тони дрожащим и опустошённым. старк скулит от потери и пустоты внутри. пальцы капитана впиваются в бёдра омеги, оставляя синяки в форме отпечатков - явные свидетельства обладания.   -перевернись. - не просьба, приказ, который не поддаётся обсуждению. тони повинуется мгновенно, мышцы живота вздрагивают, когда он видит себя - живот в полосах от трения, член всё ещё твёрдый и мокрый от неразряженного напряжения.   стив замирает над ним, капли пота стекают по грудным мышцам. его глаза полны бури, язык по-охотничьи увлажняет нижнюю губу.   -ты кончишь, когда я скажу. - ладонь сжимает член тони, движения грубые, без прелюдий. боль и удовольствие сплетаются в один клубок, когда стив наклоняется к его шее.   -на этот раз… - горячее дыхание обжигает кожу. -…я оставлю метку. - зубы впиваются в шею, именно в то место, где проходит пахучая железа. тони кричит, тело выгибается дугой, но стив держит его мёртвой хваткой. вкус крови на языке, дрожь подчинённого тела, дикий стук сердца в унисон - он чувствует всё.  роджерс вновь ощущает запах тони, ещё сильнее впиваясь в нежную плоть. от мысли, что на старке будет его метка, что эта омега официально его, капитан хочет скулить от экстаза, ни один секс не приносил ему столько удовольствия. когда тони начинает кончать без разрешения, стив грубо шлёпает его по члену.   -я же сказал - ещё один шлепок эхом отдаётся по комнате  -ждать. - но сам уже теряет контроль. его член снова напрягается, капая на живот тони.   -видишь, что ты со мной делаешь? роджерс взглядом указывает на метку  -своим шлюшьим поведением вывел меня, но теперь ты официально мой, пускай весь блядский мир знает, что эта омега только моя навеки.   тони стонет, когда стив лишает его оргазма и вновь входит, продолжая грубые фрикции. толчки усиливались с каждым мгновением, становясь более беспорядочными. старк выгибался дугой, сжимая член капитана сильнее, а тот в свою очередь только сильнее держал бёдра, оставляя новые метки. когда старк почувствовал, что роджерс на пределе и его узел вот-вот пройдёт в анальное отверстие, то одним движением садится и не даёт альфе опомниться, как кусает его в пахучую железу, оставляя свою метку в ответ. стив гортанно стонет и обильно кончает, связывая их узелом. старк же в ответ сильнее сжимает зубы и кончает, как только чувствует внутри себя узел, пачкая спермой всё вокруг. они обессиленно падают на стол, роджерс почти придавливает старка, но в качестве извинения нежно целует того в шею, почти невесомо. тишина заполнила комнату на мгновение, пока они оба переводят дыхание, громко и хрипло дыша. вокруг беспорядок - вещи разбросаны, волосы растрёпаны, их тела потные и полностью залиты спермой, даже непонятно чьей, узел лишь сильнее набухал с каждой минутой. стив бросает быстрый  взгляд на тело тони и краснеет от понимания того, что сорвался. -прости, в следующий раз я обещаю, что буду осторожнее. - он прячет лицо в шее тони, чтобы не встречаться с ним взглядом и не сгореть со стыда. старк вначале вскидывает брови, а затем громко смеётся, закрывая лицо одной рукой. его голос хриплый от стонов. роджерс опять вернул свою маску порядочного «капитана америки». -не волнуйся, в следующий раз я буду стараться ещё больше, чтобы вывести тебя. - старк целует роджерса в макушку, вдыхая его запах, и откидывается назад. они будут лежать так ещё десяток минут, пока узел не спадёт, а стив перестанет смущаться, как школьник. шум вечеринки давно их не волновал, и они лишь посмеются, когда кто-то будет их искать.