Смертельный путь к власти

Англия. Виндзор, 1810 год. — Ты не можешь поступить так с собственной дочерью! — мать с силой ударила ладонью по столу. Чашки задрожали. Отец неспешно обернулся к супруге, оценивая ее взглядом. — Наш род обанкротился. Это лучшее, что мы могли сделать. Тем более, Ева до сих пор незамужняя, — сухо ответил отец.  Мама открыла рот от изумления. — Как ты...— не успела женщина договорить как её перебили. — Я тоже считаю, что это хороший шанс для нашей семьи, — прервала Ева. Диана — мать Евы — бросила на дочь недовольный взгляд. Она была женщиной справедливой: когда-то сама вышла за отца Евы по расчёту, но со временем полюбила его. Однако дочери подобной судьбы не желала. Увидев реакцию дочери, Диана уселась обратно за стол. И немного успокоившись, сказала:  — Ладно, — коротко ответила мама, снова обернувшись к мужу. — кто этот человек? С легким хмыканыем отец отложил газету в сторону, понимая,что разговор обещает быть длинным. Ева поставила чашку з чаем на блюдце и принялась слушать. — Это герцог из восточной части Англии. — Как герцог с востока оказался у нас? — заинтересовавшись, спросила Ева. Отец пожал плечами. А дочь все с большим интересом смотрела на отца. — Он сам пришел ко мне, — хрипло ответил он, переводя взгляд на Еву, — Расспрашивал о тебе. Сказал, что заплатит за все наши долги и даст еще сумму на поддержания жизни, если ты женишься на нем. Мама прикрыла рот рукой, пытаясь сдержать вздох удивления. Сумма, которую они задолжали, была огромна! Кто же этот человек, который предложил это? Он должен быть поистине богат. Ева удивленно моргнула, пытаясь уловить хоть малейший намек на разгадку. Это подарок судьбы, и отец с Евой понимали это. Но Диана не могла. Не могла отдать дочь. — Как его зовут? — спросила Диана. Отец потускнел. — Это осталось загадкой. Мы встретились на тех выходных, в доме семьи Лодж, точнее, в их саду. Я вышел покурить и там встретил его. Мы разговорились, и он предложил брак. Сначала я отнесся к этому скептически, но сегодня утром мне пришло письмо. Он кинул на стол конверт. Он был уже вскрыт, и невозможно было разобрать, какой на нём стоял герб. Мама резко взяла его в руки и начала бегать глазами по листку.  В детстве родители Евы  часто ехали к родным, в Хэмптон-Корт. У них была библиотека, где мать учила девочку читать. Многие говорили чтобы та не маялась "дурью" и выводила дочь в свет, но Диана отворачивалась от этих разговоров.  Недовольно хмыкнув, она откинула письмо в бок. — Он хочет видеть тебя у себя во дворце через две недели. Тебе нужно поторопиться: собрать вещи и отправится завтра утром, — холодно приказал отец смотря на дочь. Ева посмотрела на Отца. В его взгляде читалась глубокое сожаление, но оно боролось с решимостью. Он уже все решил и не собирался отступать. Ева тяжело вздохнула, но в конце концов кивнула, поднимаясь с места. Лицо молодой девушки не выражало ничего. Ей было любопытно, кто же этот человек, и одновременно страшно. Но она пыталась скрыть свой страх и тревогу, чтобы мать могла спокойно спать. Увидев, как соседская девушка, на пару лет старше неё, выдали замуж за жирного барона, а через несколько месяцев, та уже хотела с раздутым животом. Такая участь... ждала многих девушек. И от этого было очень страшно. Ева вышла из гостиной и направилась в свою комнату. Собирать ей было практически нечего. В её гардеробе скромные повседневные платья да несколько пар обуви. Слугу родители распустили еще год назад, и с тех пор Ева научилась справляться со своими нуждами самостоятельно.  У девушки не осталось друзей: все они исчезли, как будто растворились в воздухе, едва узнав о финансовых проблемах семьи. Горечь и страх нахлынули на неё. Неужели все решено? Так внезапно её отдадут какому-то жирному мужчине без стыда и совести?! Но что могут сделать родители? Если Ева не выйдет замуж, родители обречены на смерть или ужасно бедную жизнь в которой за кусок хлеба прийдется бороться. В комнату постучали. Ева обернулась: на пороге стояла мать. Взгляд её был пустой, как в прочем, и у Евы. — Не могу поверить, что он согласился на это, — жалобно прошептала мама. Она вошла в комнату и села на край кровати, сложив руки на груди, — Не могу поверить, что ты согласилась на это! Ева с грустью усмехнулась. — У нас нет выбора. Диана отрицательно качнула головой. — Выбор есть всегда. Запомни это, Ева, — гордо подняв голову, сказала Диана. — Я же смогу к тебе иногда приезжать? — перевела тему Ева . Диана сидела, потускневшая, и смотрела на вещи, которые Ева укладывала в свой чемодан. Она не знала, никто не знал.  Ева осталась одна из четырех детей. Старший брат, наследник рода, Говен умер три года назад от неизлечимой болезни. Примерно через полгода пришло известие, что второй сын, Дерек, любимый брат Евы, погиб на войне. А младшая сестра, Джейми, умерла, упав с лошади, когда ей было всего семь. Диана пыталась справиться, но душевные раны так и не смогли излечиться.  Единственным утешением для неё осталась Ева. Понимая, как тяжело матери будет перенести исчезновения еще одного ребенка, Ева сжалась от боли и сомнений. — Хочу в это верить, — едва слышно прошептала Диана, но дочь уловила её слова. Ева всегда мечтала о том, чтобы быть подобной своей матери - холодной и гордой перед миром, но преданной и любящей свою семью. У неё были роскошные золотые волосы и зеленые глаза, напоминающие озеро в лучах утреннего солнца. Она в совершенстве владела этикетом, словно принцесса из сказки. Ева часто задавалась вопросом: как она, столь изящная и изысканная, могла выйти замуж за грубого и отстраненного отца? Судьба свела её с ним, будто странный каприз судьбы. — На севере очень холодно, — начала Диана, вставая с кровати, — Пойдем, я дам тебе свою накидку. Она не новая, но, во всяком разе лучше за это. — Она кивком показала на чемодан. У Евы действительно не было платьев для зимы. Сейчас в Англии наступила осень, но в Виндзоре дни оставались довольно теплыми. Но на севере, где её ждал новый дом, осень уже сравнивалась с зимой. Последние часы она провела в зале, разговаривая с матерью. Разговаривали, шутили, смеялись, и каждый наслаждался этим. К вечеру присоединился и отец. Он сел немного отстраненно, попивая чай. Отца Евы звали Ричард. Пусть он и старался сохранить серьезность, иногда улыбка все же брала вверх.

Две недели спустя, приехав к большому особняку...

Ева вышла из кареты и не смогла сдержать восторга. Замок возвышался над окружающей местностью, словно неприступная крепость, охраняемая стенами и башнями. В его стенах звучали отголоски прошлого, а каждый уголок хранил свою историю, будоражащую воображение и влекущую за собой в мир приключений и загадок. Кто же то самый незнакомец?! Еву будоражила мысль, что скоро она с ним встретиться.  Ева так и разглядывала замок, если бы внезапно рядом с ней появился мужчина. — Ева Валуа. Мы с нетерпением вас ждали. Ева испуганно отшатнулась, когда мужчина, будто появившийся из ниоткуда, внезапно предстал перед ней. Тяжело сглотнув, она кивнула. Мужчина, лет сорока, был одет в черный костюм, который придавал ему загадочное и строгое внешнее обличье. Черные волосы его были собраны назад, придавая ему вид определённости. — Здравствуйте, — тихо прошептала Ева.  — Я Лестат, дворецкий этого замка. Пойдемте, я все вам покажу, — сказал он и двинулся вперед, к замку.  Еве стало приятно что её сразу же встретили, но несмотря на его теплые слова, тон его был совершенно холоден, даже пронизывающий. Внутри замка оказалось так же холодно, как снаружи.  Лестат не проявлял к ней ни малейшей заботы — не пропускал вперёд, не представлял слугам, словно забыв о приличиях. Он шёл с лёгкой надменностью, будто его присутствие уже было великой милостью. Для него показ замка юной госпоже выглядел скорее тяжкой обязанностью, чем честью. Стараясь не испортить первые впечатления о себе, Ева послушно шла сзади разглядывая все. — Когда я смогу познакомиться со своим... мужем? — неуверенно спросила Ева, чувствуя нетерпение к его ответу. Лестат бросил на неё быстрый взгляд и на мгновение задержал его, будто изучал. — Господин позовет вас, когда ему станет угодно, — лениво ответил он. Ева вздрогнула и подняла одну бровь. Она приехала сюда в качестве жены, но к ней даже не относились должным образом! — Я ехала сюда две недели, Лестат, вы сказали, что ждали меня, — с укором напомнила она.  В её голосе чувствовалось раздражение. Она не хотела ждать. Ей хотелось увидеть его сейчас же — того, ради кого она преодолела этот путь. Ради которого пришлось покинуть семью!  — И вправду... — раздался голос сзади.  Он был холодным и строгим. Ева и Лестат обернулись. Из темноты вышел мужчина. На нем был черный костюм с фиолетовыми вставками который придавал ему изысканность и загадочность. Черные волосы, словно смоль, неряшливо свисали ему на лоб, придавая облику дикий и неукротимый вид. Вместо глаз у него были черные точки, которые устремились прямо на Еву, словно заглядывая в её душу.  Он приблизился к ней, его медленная и раскованная походка выражала уверенность и власть. На удивления Евы, Лестат опустился на одно колено, упустив голову вниз. — Ваше высочевство, я... — жалобно шептал Лестат. — Я приказал тебе показать моей жене дом, — строго процедил мужчина, скрипя зубами. Лестат выглядел растерянным. Но Ева в этот момент уже не смотрела на дворецкого — её поразила красота незнакомца. Никогда прежде она не видела столь величественного человека. Неужели это и есть её муж? О боже, он оказался куда лучше, чем она могла вообразить. Мужчина медленно обернулся к ней.  — Здравствуйте, — сказала Ева, отводя взгляд от него. Мужчина оценил ее взглядом, ищя недостатки, но казалось, он был доволен. — Как дорога? — грубый мужской голос, немного смягчился. — Хорошо, — Кратко ответила Ева. —Могу я узнать ваше имя? Ева решительно шагнула ближе, преодолевая расстояние между ними. Она совсем не знала, как вести себя в этой ситуации. Увидев, как её муж унизил Лестата, она поняла, что с этим человеком не стоит шутить. — Давид. Ева усмехнулась. — Я Ева, — сказала она. Давид только кивнул в ответ. — Знаю. Ты выглядишь еще краше, чем на портрете, — с этими словами он взял Еву за подбородок, вынуждая посмотреть на него. Девушка засмущалась, быстро отвела взгляд. Давид слегка усмехнулся показывая свои острые зубы. — Думаю, скоро мы узнаем друг о друге больше. Он отпустил её подбородок и повернулся к Лестату. Ева облегчённо выдохнула — его взгляд был почти невыносим. Всё это время она крепко держала дорожную сумку, и теперь пальцы её судорожно сжали ручку ещё сильнее. — Отведи ее в подготовленные покои, — холодно приказал Давид переводя взгляд на девушку. — Ты будешь жить в своей комнате, пока сама не пожелаешь разделить со мной ложе.  Лестат поспешно кивнул, вставая с колен. —Стойте! — окликнула его Ева, прежде чем он успел двинуться. Давид повернулся к Еве с неким непониманием и раздражением. — Теперь я ваша жена и госпожа этого замка. Я постараюсь помогать вам, — смело заявила Ева.  Давид непонимающе поднял одну бровь. — Мне не нужна помощь. Скоро тебе подадут слуг и прийдет ткачиха.Захочешь — закажешь платья, украшения... Всё, что пожелаешь, — ответил он и скрылся сред множество коридоров. Ева прикусила губу. Какой нелепый разговор! Ну кто тянул её останавливать его? Она же выставила себя в самом жалком свете. — Госпожа, позвольте понести вашу сумку, — прошептал Лестат. Ева хмыкнула, ощущая удивление от такой быстрой смены его отношения к ней. Теперь она почувствовала себя настоящей госпожой! Возможно, брак с Давидом не так уж и плох. Давид показался ей своенравным, но в целом хорошим человеком. Ева протянула сумку Лестату, желая хотя бы как-то возместить унижение, которое она испытала. — Я проведу в комнату, — сказал Лестат, забирая сумку. Ева шла за ним, оглядывая каждую стену. На ней висели разные картины, одни были довольно такими красивыми, а другие жуткими. — Как здесь не потеряться? — спросила Ева, разглядывая стены. — Сперва будет сложно, но потоп вы привыкнете и хорошо будете ориентироваться, — раздраженно ответил Лестат. Ева хмыкнула, испытывая смешанные чувства к этому дому. Её пугало его загадочное обаяние, но в то же время оно завораживал её. Возможно, этот дом казался ей большим только из-за того, что он отличался от её родного дома?  Девушка вспомнила свои прежние страхи — выйти замуж за старика. Но теперь, увидев Давида, она задумалась: этот мужчина вовсе не стар, напротив — он красив и благороден. А вдруг он и правда ею заинтересовался? Или же просто убедился, что получил именно ту невесту, которую ему обещали? — Мы пришли, — Лестат резко остановился около двери. Ева, разглядывая все вокруг чуть не влепилась в его спину. — Скоро вам пришлют личных горничных. Ева взяла у Лестата свою сумку. — Хорошо. Она уже собиралась открыть двери свою новую комнату, но вдруг, Лестат закрыл рукой проход. Ева недоуменно покосилась на него. — Забыл рассказать главное правило этого замка. После наступления темноты вам нельзя выходить из этой комнаты в одиночку, — после этих слов, Лестат забирает руку и дает Еве пройти в комнату. — Что это значит? — переспрашивает Ева. — Почему нельзя? Разве я не госпожа? Лестат скривил губы в ужасной улыбке. — Это правило господина. Днём вы можете ходить где угодно и сколько угодно,  — холодно ответил Лестат. Ева сузила брови. Ей это не нравилось. Совершенно! Но препятствовать она не стала. Лишь со звоном закрыла дверь, перед лицом Лестата, как отместку за слова. В просторной комнате царила атмосфера уюта и изыска. Посреди стояла большая кровать с высоким балдахином, украшенная облегченными красными шелковыми драпировками, создающими эффект роскоши и утонченности. Стены покрыты тёмно-коричневыми обоями, что придает интерьеру приглушенный и элегантный вид. Ева поставила свой чемодан и начала изучать комнату. Глаза девушки блестели от изумления. — И я буду здесь жить?.. — прошептала Ева про себя. Эта комната будто из ее мечты. Она не могла не умилиться этой красоте и уюту. Плюхнувшись на мягкую кровать, девушка закрыла глаза. На улице была далекая ночь и Ева не заметила как уснула.

А тем временем...

— Она хороша собой, — заметил Давид, покуривая трубку. Давид сидел у камина, запрокинув ногу на ногу и раскинув руки по-хозяйски на подлокотниках кресла. Языки пламени отражались в его глазах, придавая облику властность и холодное спокойствие. — Ева слишком дерзкая, вам не кажется? — шептун Лестат, стоя позади хозяина, с подносом в руках. —Действительно ли она подходит на роль... — Ты слишком строг к ней! — раздраженно рыкнул . Он не переносил, когда пытались его переубедить. взял глубокий затяжной глоток, наполнив лёгкие дымом, а затем медленно выдохнул его, словно избавляясь от всех сомнений и неприятностей. — Ей лишь недавно исполнилось восемнадцать, — хрипло добавил он. — Еще слишком рано.