Шагая по теням

На окраине Руконгая, посреди небольшого леса, был расположен маленький домишка. С виду и не скажешь, но он был весьма ухожен: его белые стены оплетали лианы, а крышу скрывали густые кроны деревьев, будто стараясь оставить жилище незамеченным. К дому вела едва заметная, но явно кем-то протоптанная тропинка, упиравшаяся в порог и переходившая на веранду. Её ограждения были аккуратно оплетены лианами, среди которых рассыпались крошечные белые цветы. В нескольких метрах от домика росла могучая Ива. Её широко раскинутые ветви дарили прохладную тень, защищая от палящего солнца. На поляне под Ивой цвели необычайно красивые Немофилы, окрашивая пространство нежно-голубыми и белыми оттенками. У самых корней дерева сидела девушка. Она была облачена в чёрное мешковатое хаори и, облокотившись спиной о ствол, читала книгу. Если судить по сосредоточеному лицу девушки, на своём чтиве, книга была весьма интересной.

Амая Куроянаги

Сегодняшний день начался довольно спокойно. По обычаю я сидела под ивой у своего дома и читала книгу. Её недавно прислала мне Куукаку — увлекательный рассказ о ведьмах, эльфах и чудесах, каких свет ещё не видывал. Чтиво оказалось настолько затягивающим, что я уже думала попросить у Шибы ещё несколько подобных книг. Мою идиллию нарушила маленькая чёрная бабочка. Она назойливо кружила перед моим лицом, мешая сосредоточиться. Отложив книгу на колени, я протянула руку, приглашая её присесть. В тот же миг бабочка метнулась ко мне и, коснувшись ладони, обратилась в небольшой конверт, аккуратно упавший в мою руку. Я неторопливо осмотрела его: чисто-белый конверт с серебристой печатью Первого отряда. Я обречённо вздохнула. Что же могло произойти в Готэе, если сам Главнокомандующий присылает мне письмо? Аккуратно поддев печать ногтем, я раскрыла конверт, достала сложенный вдвое лист бумаги и принялась читать. Это было приглашение на казнь Рукии Кучики. — Ха! Сколько же нужно наглости, чтобы приглашать меня на казнь моей собственной ученицы?! Вздор и только. Несмотря на бушующие эмоции, моё лицо оставалось спокойным. В письме не было указано причин, по которым Кучики приговорили. Что ж, придётся всё-таки наведаться в Готэй и заглянуть к Главнокомандующему на огонёк. Я неспешно поднялась на ноги, стряхнула с хаори цветочную пыльцу и направилась к дому, стараясь не повредить цветы. Войдя внутрь, я взяла катану, стоявшую у двери, и закрепила её на поясе. С соседней полки сняла элегантную соломенную шляпу и надела её, в надежде скрыться от солнца и лишних глаз. Выйдя из дома, Куроянаги направилась в сторону Готэя 13. До казни Рукии Кучики оставалось 7 дней.

***

100 лет назад

Амая прогуливалась улочками Руконгая: она решила закупить продукты и уже возвращалась домой. Её дом находился неподалёку от 59-го района, посреди небольшого леса. Дальше начинались лишь трущобы, и девушка старалась туда не соваться: едкий запах крови пропитывал всю округу, и находиться там было не просто мерзко — а невыносимо. После 59-го района практически не действовали никакие законы, а местные жители за кусок еды были готовы убить. Скверное место. Именно поэтому для проживания она выбрала окраину 59-го района — достаточно далеко от Готэя, чтобы можно было затаиться и наслаждаться заветным покоем и тишиной. Куроянаги свернула на лесную тропу, ведущую к её дому. Путь был не близкий — до её скромного жилища оставалось пройти ещё как минимум половину леса, но девушку это ничуть не тяготило. Пройдя часть пути, она вдруг резко остановилась. Слева, на небольшой поляне, доносились звуки взмахов меча, тяжёлые вздохи и приглушённые вскрики. Амая не смогла сдержать любопытства. Перехватив покрепче пакеты в руках, она запрыгнула на ветку ближайшего дерева и прислушалась. Теперь звуки доносились ещё отчётливее. Девушка осторожно перепрыгивала с ветки на ветку, пока не добралась до просторной поляны. В самом её центре стояла маленькая темноволосая девочка. В руках у неё был, судя по всему, самодельный деревянный меч. Она активно отрабатывала взмахи, но быстро уставала, часто спотыкалась и падала на землю. Картина забавляла Амаю. Сколько бы раз эта малышка ни спотыкалась и ни падала, она всё равно вставала и продолжала отчаянно махать мечом, явно не собираясь отступать от известной лишь ей цели. В этой девочке было что-то особенное: то, как она, несмотря на ошибки и слабость, вновь и вновь поднималась и начинала заново с тем же упорством. Это заставляло Амаю захотеть ей помочь. Понаблюдав за стараниями девочки, Амая всё же решила выдать своё присутствие и помочь. — У тебя стойка неправильная, — произнесла Куроянаги, спрыгивая с дерева. — И меч ты держишь неправильно. Девчонка подскочила — она явно не ожидала, что за ней может кто-то наблюдаьь, да ещё и давать указания. Она повернула голову к Амае, которая аккуратно ставила пакеты с едой около дерева, где сидела ранние. Девочка молчала, пристально глядя на незнакомку. На голове той была надета широкая соломенная шляпа, и потому лица рассмотреть ей не удалось. Рукия снова вздрогнула, когда Амая медленно начала приближаться. — Ногу отставь чуть назад, корпус держи ровно — иначе замах выйдет неправильный, — спокойно наставляла девушка, поправляя стойку ребёнка. — Одну руку поставь ближе к гарде, другую — чуть ниже. Руки не должны быть слишком близко друг к другу. Куроянаги встала у девочки за спиной, помогая правильно поставить руки. — Замах делай чётко из-за головы, — продолжала она, поднимая её руки вверх. — Когда выводишь меч, наклоняй его немного влево. Руби цель наискось — так удастся нанести больше урона, чем прямым ударом, противник может легко уклонится. Амая аккуратно повела руки девочки, показывая, каким должен быть замах. Через мгновение Амая отступила. Девочка повернула голову в её сторону, наблюдая, как та направляется к оставленным у дерева пакетам, и вдруг задала интересующий её вопрос: — Вы… шинигами? Вопрос прозвучал резко и неожиданно. Куроянаги даже замерла на месте. Обернувшись, Амая посмотрела на девочку и ответила встречным вопросом: — А ты как думаешь? На её лице мелькнуло нечто похожее на улыбку, но так же быстро исчезло. — Думаю, вы очень сильный мечник! — выпалила девочка. — Вы… вы можете меня тренировать? Она смотрела на Амаю с такой надеждой и восхищением, что та даже растерялась. Но быстро взяла себя в руки и спокойно спросила: — Как тебя зовут, дитя? — Рукия… меня зовут Рукия, — её голос звучал неуверенно. — Хорошо. Приходи завтра, в это же место и в то же время, Рукия. Но учти: я строгий учитель, — произнесла Амая, подняла пакеты с земли и скрылась за деревьями.

***

Амая дремала на той самой поляне, где впервые встретила Рукию. Она облокотилась спиной об ствол дерева, а соломенная шляпа закрывала лицо от солнечных лучей. Из полудрёмы её вывел звонкий голос: — Сенсей, — позвал её чей-то довольно звонкий голос Куроянаги потянулась к шляпе, сняла её с лица и переложила на грудь. Стоило приоткрыть глаза, как резкие солнечные лучи ослепили её, и она отвернула голову в сторону, пытаясь уйти от света. В этот момент на неё легла тень. Повернувшись, Амая увидела склонившуюся над ней девочку — это была Рукия. — Сенсей, я пришла, — произнесла она, внимательно разглядывая лицо Амаи. — Вижу, — спокойно отозвалась та. Куроянаги лениво поднялась на ноги и вернула шляпу на голову, вновь прячась от солнца. — Сенсей, чему вы научите меня сегодня? — едва Амая встала, как к ней тут же подскочила до боли активная Рукия. — Сегодня — ничему. Ты будешь оттачивать удар, который я показала тебе вчера, — ответила Амая, потянувшись. — Сенсей, — Рукия замялась, — вы вчера так быстро ушли, что я не успела спросить, как вас зовут. Амая зависла. В самом деле, вчера она поспешила уйти, пока девочка не начала задавать лишних вопросов. Что ж, это было весьма не осмотрительно с её стороны. — Амая, — наконец произнесла она. — Меня зовут Куроянаги Амая. Можешь звать меня по имени. — Хорошо, Амая-сенсей! У вас очень красивое имя! — восторженно выпалила Рукия. — Не подлизывайся, — холодно усмехнулась Амая и легко потрепала девочку по голове. — А теперь марш разминаться. Десять кругов вокруг поляны. Быстро.

***

Шла уже неделя их с Рукой совместных тренировок. Теперь Амая стояла посреди той самой поляны, а перед ней, склонив головы, сидели двое детей. Первой решилась заговорить Рукия: — Амая-сенсей, это мой друг. Он, так же как и я, хочет поступить в Академию Шинигами. Пожалуйста, возьмите и его в ученики. — Девочка подняла на Амаю полные мольбы глаза. Куроянаги тяжело вздохнула. — Ладно. Как хоть зовут-то? Дети тут же оживились. Красноволосый мальчишка вскочил и восторженно выкрикнул: — Я Рэнджи! Абарай Рэнджи! Я буду очень стараться, Амая-сенсей! — Он поднял голову и посмотрел на девушку с искренним восхищением и благодарностью. — Чудно, — холодно бросила Амая. — А теперь марш на разминку. Живо.

***

Прошла ещё одна неделя их совместных тренировок. Те кривые палки, которые дети так гордо называли мечами, с каждым днём выглядели всё хуже и хуже. Конечно же, это не укрылось от глаз Амаи. На следующий день она появилась на поляне с парой новых тренировочных мечей, заранее подготовленных собственными руками. — Сегодня будете отрабатывать удары, — холодно произнесла девушка, бросив детям по деревянной катане. — Выкиньте уже эти палки. С ними вы едва ли научитесь сражаться. — Есть! — в один голос отозвались дети, восторженно глядя в спину своему сенсею.

***

— Сенсей, давайте сделаем перерыв, — обессиленно простонал Рэнджи, плюхаясь на землю. — Пожалуйста, сенсей, — скопировала его движения Рукия. Амая, что сидела неподалёку и листала книгу, подняла на них холодный взгляд: — Сами просились, чтобы я вас тренировала, а теперь сидите и ноете? — бросила она и снова вернулась к чтению. — Ну Амая-сенсей... — в унисон протянули дети. Вдруг по поляне разнёсся оглушительный звук голодного живота — такой, что, казалось, его слышали даже в соседних районах. Дети переглянулись, их лица залило краской. Амая тяжело вздохнула, закрыла книгу и поднялась на ноги. — Пойдёмте, — сказала она, поправив шляпу и направляясь в лес. Рэнджи и Рукия вновь обменялись взглядами, но послушно пошли за ней. Куроянаги вывела их на знакомую тропу , и вскоре они вышли на поляну, покрытую нежно-голубыми цветами. Чуть дальше, у подножия могучей ивы, стоял домик, окутанный со всех сторон лианами. Он выглядел тихим и уютным. Дети одновременно ахнули. В трущобах такое зрелище встречалось редко. Цветы особенно заворожили их, и Амая это заметила. — Не вздумайте потоптать мне мои цветы. Иначе будете до самой ночи круги по поляне наматывать, — холодно предупредила она и строго зыркнула из-под шляпы. Через несколько минут дети уже стояли в небольшом, но уютном доме. Амая сняла шляпу, повесила её на полку, поставила катану в выделенный для неё угол и направилась вглубь жилища. Дети поспешили за ней, оставив свои деревянные мечи там же. Куроянаги махнула рукой в сторону ванной: — Идите мойтесь. От вас потом несёт за километр. Я пока подберу во что вас переодеть и приготовлю еду. Лица детей озарились, и они радостно убежали. Спустя полчаса уже чистые и переодетые Рэнджи и Рукия сидели за столом, уплетая еду так, что их и за уши не оттащишь. Амая наблюдала за ними молча, и в тот день, возможно, они все втроём стали чуточку счастливее.

***

С тех пор прошло уже несколько лет. Рукия и Рэнджи готовились к поступлению в Академию Шинигами, а сейчас стояли на пороге дома Амаи. За это время она успела многому их научить, и они пришли вымолвить ей свою благодарность. Они склонились так низко, что Куроянаги грешным делом подумала: ещё чуть-чуть — и лбами землю пробьют. Пока ученики с серьёзностью излагали свои речи, внутри себя она вдоволь посмеялась, а потом махнула рукой и пригласила их в дом. Всё-таки надо было накормить этих горемык — а то гляди, с голоду умрут прямо у порога. То был последний раз когда Рэнджи Абарай навещал свою наставницу. Рукия же иногда заглядывала, а бывало — присылала письма. Но и то редко. С тех пор минуло уже больше ста лет. И вот теперь, в руках Амаи лежало приглашение от самого Главнокомандующего. Похоже, скоро она снова увидит своих непоседливых учеников... и, пожалуй, сможет отвесить им по смачному подзатыльнику.

***

Наше время

Амая прогуливалась улочками 1-го района Руконгая, держа путь к вратам Сэйрэймон. Перед этим она зашла к Куукаку, чтобы попросить прислать ей на досуге ещё парочку книг, и та заодно попросила её заглянуть к Северным вратам и проведать их стража — Джидамбо. В Сэйрэйтей Амая могла попасть и без врат, но за хорошее чтиво можно и прогуляться. У врат её внимание привлекла довольно странная компания. Рыжеволосый паренёк спорил с Джидамбо, уговаривая его пропустить их. За его спиной стояла рыжеволосая девушка, высокий темноволосый парень и другой, в очках и в одежде совсем не похожей на форму шинигами — похоже, Квинси. Скользнув взглядом по их необычной компании, Амая заметила чёрного кота рядом с рыжеволосой девушкой. Его она узнала. Что ж, похоже, у Куукаку скоро появятся новые гости. Тем временем рыжеволосый парень вступил в бой со Стражем-гигантом и сумел одержать победу. Джидамбо согласился открыть им путь в Сэйрэйтей, но, похоже, сегодня явно был не их день — дорогу им преградил капитан 3-го отряда, Ичимару Гин. Ну что ж, теперь визита гостей Куукаку уж точно не избежать. Амая решила, что проведать Джидамбо придётся чуть позже, и растворилась в Шунпо.

***

Куроянаги стояла на крыше казарм 11-го отряда. На улицах Сэйрэйтея было шумно: шинигами носились повсюду, будто угорелые. Всё понятно — на их территории проникли так называемые «Рёка», и Главнокомандующий приказал устранить нарушителей. Рядом с ней неожиданно появилась маленькая розоволосая девочка. Амая её знала — Кусаджиши Ячиру, лейтенант 11-го отряда, всегда пыталась вертеться вокруг своего капитана. Ячиру лёгонько похлопала Амаю по ноге своей маленькой ладошкой, привлекая внимание. — Кенчик сказал, чтобы ты перестала стоять столбом на крыше его казарм и, раз пришла, зашла бы и поздоровалась как следует, — сказала Ячиру, после чего исчезла. — Странно, что он сам сюда не явился, — подумала Амая, закатывая глаза, но с крыши всё же спрыгнула и глубоко вздохнув зашла в казармы. Там было шумно — даже сильнее, чем на улице. Похоже, 3-й и 5-й офицеры снова слишком буйно спорили. И снова Амая оказалась права: как только она вошла в комнату, напомнившую лазарет, двое покалеченных в битве офицеров почти по полу катались, сцепившись между собой. По середине комнаты, с перевязанной грудью, сидел Кенпачи Зараки — капитан 11-го отряда. Завидев Амаю, он рявкнул на офицеров, и те тут же выпрямились по стойке смирно, как будто драки и не было вовсе. Около Кенпачи стояла рыжеволосая девушка, которую Амая видела у врат, но теперь уже в стандартной форме шинигами. Ячиру, как всегда, крутилась вокруг, оживлённо что-то рассказывая рыжеволосой. — Могла бы хоть весточку прислать, что в гости собралась. Я бы подготовил тренировочное поле, и мы бы с тобой смахнулись как в старые добрые, — первым заговорил Зараки. Ситуация с нарушителями явно его забавляла, да ещё и старый друг заглянул. — Я бы ещё сотню лет здесь не появлялась, но мне пришло приглашение на казнь. Не то чтобы меня устроил такой расклад, — холодно ответила Амая, глядя капитану прямо в глаза. — Ха! Эта девчонка со своими друзьями тоже пришла остановить казнь! — весело сказал Кенпачи, кивнул в сторону рыжеволосой и расхохотался. — А! З… Здравствуйте, М… Меня зовут Орихимэ Иноуэ, — заикаясь, проговорила девушка, переводя взгляд на незнакомку. — Амая, — кивнула Куроянаги в ответ. — Там ещё есть довольно сильный парень, Ичиго. Я с ним сразился, — кивнул Зараки на перебинтованную грудь. — Многообещающе, — кивнула Амая, оценивая рану капитана. — А то! — воскликнул он, после чего указал на Орихимэ. — Я собираюсь помочь ей найти друзей, а потом ещё раз сразиться с Ичиго. Хочешь с нами? — Нет, сама разберусь, — холодно ответила Амая и, под звонкий хохот Кенпачи, исчезла в Шунпо.

***

Что-то здесь было не так, и Амае это не нравилось. Её инстинкты буквально кричали: во всей этой ситуации есть подвох. Сначала Ичимару Гин, который отпустил нарушителей, хотя на правах капитана обязан был их схватить. Потом — смерть капитана 5-го отряда Соуске Айзена, почти сразу после собрания Капитанов. Да ещё и внезапные изменения в дате казни Рукии Кучики. И Совет 46-ти подозрительно молчит. Девушка всем своим нутром чувствовала: что-то произойдёт. Она не знала, чей это замысел и кто был кукловодом, дергающим за ниточки, не знала, к чему всё это приведёт. Поэтому она решила ждать, но внутренний голос подсказывал: исход ей не понравится.

***

3 дня спустя, казнь Рукии Кучики

Амая наблюдала издалека. Вот Рукию ведут к месту её казни и приковывают к гильотине, внизу собираются капитаны, и Главнокомандующий повторно выносит приговор. Миг — и Сокёку высвобождает свою силу: огромный феникс мчится на большой скорости в сторону Рукии, готовясь поглотить ещё одну душу. Но ему помешали. Перед самым концом появляется высокий рыжеволосый парень, останавливая огромную огненную птицу своим мечом. Капитаны в замешательстве, Рукия что-то кричит в лицо тому парню — видимо, он и есть Ичиго. Но Амаю это мало интересует, ей выдался подходящий момент, чтобы вмешаться, и она не хочет его упускать. Девушка растворяется в Шунпо и через мгновение уже стоит на одном из столпов, к которому прикована Кучики. — Бакудо #81 — Данкū, — слова произнесены быстро и чётко. За спиной у Ичиго появляется мощный, невидимый барьер. Из-за давления силы Сокёку он отливает красным, но даже так ни одно Бакудо не способно остановить столь могущественное оружие. Поэтому барьер окутывается потоком сильной реяцу, тем самым укрепляясь. Шляпа с её головы слетает от сильного потока тёплого воздуха, являя лицо девушки миру. Её чёрно-белые волосы, заплетённые в косу, развеваются по ветру, а серые глаза отливают красным. Амая ловит на себе удивлённый взгляд Ичиго, но тот ничего не говорит и лишь кивает в знак благодарности. Рукия удивлённо вскрикивает: — Амая-сенсей!? Что вы тут… — ей не дают договорить. — Молчи, девочка. То, что ты об этом думаешь, меня мало интересует, — холодно говорит Куроянаги, даже не взглянув на бывшую ученицу. Внимание девушки полностью переходит на капитанов. Первым заговорил Главнокомандующий: — Амая, что, по-твоему, ты делаешь? — произнёс Генрюсай всё так же спокойным голосом. — А что? — наигранно недоумевала девушка. — Вы сами пригласили меня поучаствовать в казни, но не уточнили, как именно. Лицо девушки ничего не выражало, она абсолютно спокойно смотрела на Главнокомандующего, будто и не нарушила множество законов Готэя одним своим действием. Сокёку тем временем взбесился не на шутку. Он отступил назад и взревел с такой силой, что у обычного шинигами заложило бы уши, если не хуже. После разъярённая птица начала набирать скорость, чтобы уж точно устранить препятствия, вставшие на пути, и поглотить согрешившую душу. Но сбыться этому было не суждено: шею феникса обвил длинный кнут, и его край воткнулся в землю. Это был капитан 13-го отряда Джуширо Укитаке — он сумел успешно запечатать Сокёку.

***

Амая стояла на холме. Волосы её развевал ветер. Сейчас место, где ранее проводилась казнь Рукии Кучики, пустовало. После вмешательства капитана Укитаке всё пошло вверх дном. Главнокомандующего взяли на себя капитаны Джуширо и Кёраку и увели куда-то подальше от места казни. Сойфонг перехватила Йоруичи и куда-то утащила. Ичиго же, разобравшись с лейтенантами, вступил в бой с капитаном Кучики, а Унохана и вовсе куда-то пропала. Сейчас Амае было видно весь Сэйрейтей и то и дело мелькающих по улочкам Шинигами. В стороне Совета 46-ти чувствовалась угасающая реяцу капитана Хицугаи, и, судя по всему, Унохана тоже там. Девушка обернулась, почувствовав за спиной знакомую реяцу. На земле, перед самым местом казни, стояли Рэнджи с Рукией в руках. Это было странно: некоторое время назад, по наставлению Ичиго, Абарай должен был унести Кучики куда подальше, но вот сейчас они снова здесь и явно тоже не понимали, как тут оказались. Амая почувствовала приближение со спины и резко обернулась. Мгновение — именно столько ей понадобилось, чтобы освободить свой меч из ножен и приставить его к горлу соперника. Нападавшим оказался капитан 5-го отряда Соуске Айзен: тёмно-коричневые волосы, карие глаза, скрытые за стёклами очков, и лёгкая улыбка. Куроянаги она казалась настолько натянутой, что ей захотелось вырезать её с его надменного лица. — Ох, у вас отличные инстинкты, госпожа Амая, — произнёс Айзен. — Вот только, согласно моему плану, вас здесь быть не должно. Видя, что мужчина хочет замахнуться на неё своим мечом, девушка отпрыгнула назад, приземляясь на землю перед своими бывшими учениками, тем самым закрывая их собой. Амая обвела взглядом всех присутствующих. Помимо капитана Айзена, на холм Сокёку прибыли ещё двое капитанов — Ичимару Гин и Канаме Тоусен. Все они стояли неподалёку друг от друга и смотрели на неё, как хищник на добычу. Вот только добычей Амая не была: она могла быть просто наблюдателем, могла сойти даже за хищника, но уж точно не за добычу. Девушка выпрямилась и крепче сжала в руке меч. Дети за её спиной что-то говорили о том, что сражаться против трёх капитанов — это безрассудно, но Амая их игнорировала. Первым заговорить решил Гин: — Что же вы, госпожа Амая, послушали бы молодых людей, что сейчас стоят за вашей спиной — в его голосе слышалась явная насмешка. В ответ на его реплику девушка лишь холодно на него посмотрела и поудобнее перехватила меч. Через мгновение рядом с Ичимару оказался Айзен, он положил руку на его плечо и произнёс: — Гин, не стоит вести себя так высокомерно с нашей гостьей. — Он снова мило улыбнулся и решительно сделал шаг вперёд. — Абарай, поставь Рукию на землю и уходи, — его голос был абсолютно спокоен, но в нём слышалась едва уловимая угроза. — Вас это тоже касается, госпожа Амая, — слащаво «пропел» он. Куроянаги стиснула зубы. Всё в этом человеке неимоверно бесило её: несмотря на спокойный вид, внутри всё бушевало от злости. Каждое слово, которое говорил этот человек, каждое его движение, улыбка выводили её из себя, но в то же время завораживали. Ни к кому она ещё не испытывала настолько сильного отвращения и злости, и это тоже невероятно её раздражало. Вдруг в её голове послышался голос лейтенанта 4-го отряда. Она говорила много воды, но из потока информации было ясно одно: трое капитанов, что прямо сейчас стояли перед ней, были предателями. Рэнджи за её спиной недоумённо спросил: — Что? — он явно не понимал, что происходит, но Рукию отпускать не собирался. — Странно. Ты меня не расслышал? — голос Айзена звучал всё так же складно. — Я повторю: поставь Рукию Кучики на землю и уходи, Абарай. Эти слова были произнесены с явным нажимом и уже не скрываемой угрозой. Амая выставила руку в сторону, как бы закрывая проход к нему и Рукии. Рэнджи перевёл взгляд на спину сенсея, что-то в ней придало ему уверенности, и сказал: — Я отказываюсь, капитан Айзен! — произнёс он громко, крепче прижимая Рукию к себе. — Всё ясно. Раз ты отказываешься оставлять Рукию Кучики здесь и уйти, у меня просто нет выбора, — Соуске начал неспеша приближаться к стоящей перед ним троице. Он сделал выпад, явно намереваясь нанести Абараю серьёзный ущерб, но остановила его Амая. Их мечи столкнулись и улыбка на лице Айзена стала ещё шире. — Вам удалось блокировать мой удар, это впечатляет, госпожа Амая, — он явно насмехался над ней. Куроянаги стиснула зубы до скрипа и сделала выпад вперёд, заставляя бывшего капитана отскочить назад, а выпрямившись, произнесла: — Не смотрите на меня свысока, господин Айзен, — девушка говорила с привычной для неё холодностью, но каждое её слово было пропитано неприязнью. На лице мужчины промелькнуло удивление, но через мгновение оно сменилось той же слащавой улыбкой. Айзен двинулся вперёд, желая напасть на девушку снова, но перед самым ударом исчез, переместился через Шунпо за её спину. Его место занял Ичимару Гин, решивший отвлечь внимание Амаи на себя. Соуске же стоял перед Абараем, и было уже занёс меч, чтобы нанести непоправимый ущерб, но ему вновь помешали. Ичиго Куросаки оказался перед ним и отбил его удар, вновь заставив того отскочить. Айзену это явно начало надоедать. Куросаки вновь ринулся на него, но Соуске без труда остановил его атаку, заставив Ичиго повалиться на землю. Бывший капитан снова оказался перед Абараем, нанося ему своим мечом глубокую рану и забрав Рукию из его рук. Подняв девушку за красный ошейник, что сковывал её шею, он обернулся к Ичиго, дабы сообщить, что всё это было частью его плана — с момента отправки Рукии в мир людей и вплоть до этого момента. Вдруг за спиной Айзена появился капитан Комамура. Он буквально прорычал его имя и замахнулся своим мечом, но Соуске без труда остановил его атаку голой рукой. Битва была недолгой: капитан 7-го отряда пал под действием одного из Кидо. Айзену же это всё явно надоело. Мужчина схватил Кучики за шею и оторвал её от земли. Его рука вошла прямо в грудь девушки, доставая оттуда голубоватый шар. Он ослабил хватку на шее Рукии, и она обессиленно осела на землю. — Спасибо, Кучики, но на этом твоя роль в моём плане закончена, — произнёс Айзен, замахнувшись клинком на девушку, но завершить начатое ему не дали. Снова. Амая ловко отбивала все удары Гина, но стоило ей заметить, что Соуске хочет сделать с её ученицей, как внутренняя ярость вспыхнула с новой силой. Сделав очередной выпад, она заставила Ичимару оступиться и, пользуясь его замешательством, переместилась прямо перед Айзеном. Девушка ловко отбила его удар, задевая своим мечом его скулу, и отпрыгнула в сторону, утаскивая Рукию за собой. Соуске провёл пальцами по ране на скуле, собирая выступившую кровь. Взглянув на кровь, что была на его пальцах, его губы вновь расползлись в улыбке. Больше предпринять что-либо ему не дали. На месте бывшей казни появились капитаны и их лейтенанты. Йоруичи и Сойфонг окружили Айзена, закрыв ему все пути к отступлению, рядом с ними было ещё несколько лейтенантов. Со стороны Ичимару послышался смешок. — Ой-ёй, и что же мы будем делать? — да говорить ему не дали. За его спиной появилась лейтенант Мацумото: она схватила его за руки, крепко сжала и подставила свой зампакто к его шее. — Не обессудьте, капитан Айзен, меня арестовали, — буднично произнёс он, словно у его шеи сейчас не находился острый меч, а он вышел на свидание. Айзен повернул голову в его сторону и вновь улыбнулся. — Не двигайся! — произнесла стоявшая рядом Йоруичи. — Это конец, Айзен. Тот лишь весело хмыкнул. — Что смешного? — вновь спросила его женщина. — А, прости. Нам пора, — мужчина произнёс эти слова, глядя на чистое небо. Едва девушки успели отскочить от него, как на мужчину упал золотой столб света, а над ним в небе открылась большая Гарганта, из которой высунулся Менос Гранде. Через пару мгновений такие же столпы окутали двоих оставшихся капитанов, что были с ним вместе. Клубы земли под их ногами начали подниматься, вместе с этим поднимая троих шинигами в воздух. В последний момент Ичимару успел активировать свой зампакто, направив его в сторону Амаи, что держала Рукию в своих руках. Всё произошло слишком быстро. Амая не успела бы увернуться, но их закрыл Капитан Кучики, приняв удар на себя. Рукия воскликнула и опустилась на колени рядом с братом. А Амая встала на ноги, смотря на мужчину, что постепенно поднимался вверх к Гарганте. — Зачем ты пошёл на сговор с Меносами? Ради чего? — воскликнул капитан Укитаке. — Чтобы достичь вершины, — бросил в ответ Айзен. — И пал так низко, Айзен, — не унимался Джуширо. — Ты слишком высокомерен, Укитаке, — было ему ответом. — Изначально никто не живёт на небесах: ни ты, ни я, ни даже Бог. Но скоро пустое место на небесном троне, которое так грустно видеть, будет занято. Отныне я буду жить на небесах. Сказанные им слова повергли присутствующих в шок. Мужчина снял с лица свои очки, и они мгновенно рассыпались в его руках. Второй рукой он зачёс свои тёмные волосы назад, снимая с себя образ доброго и улыбчивого капитана. Он вновь обвёл взглядом всех присутствующих, и его взгляд остановился на девушке. Их глаза встретились. Амая смотрела на него своими серыми глазами, которые при свете дня отливали голубым, и в них был только холод. Губы Айзена расплылись в едва заметной улыбке, и он обратился к остальным шинигами, не отводя глаз от девушки: — Прощайте, шинигами. И ты, юный Рёка, для человека ты весьма занятен. Это были его последние слова, перед тем как Гарганта захлопнулась.