Беспородный

Сегодняшний день был посвящён тренировке выносливости. Вот только, окончив завтракать, я не пошёл выполнять бытовые работы по школе с другими учениками, а отправился в спальню. Мне надлежало переодеться и к десяти часам явиться в учительскую, где должен будет собраться совет. Вчера днём вернулись мастера Найдорф и Скарабеус, которых учитель Тальхоффер ввёл в курс дела. Вместе с другими преподавателями они должны были обсудить мою дальнейшую судьбу. Сидя в пустой общей спальне, я вспоминал о последних трёх неделях тренировок.  Каждый вечер я оттачивал своё мастерство метания ножей в большом зале, где для этих целей специально установили несколько мишеней по просьбе Алисии. В данных тренировках ко мне решили присоединиться около двадцати учеников, которых тоже увлекло это занятие. Мастер Северова позволила мне использовать её ножи, а для других учеников, буквально за пару дней, в ближайших деревнях отковали сотню клинков попроще. По выходным я тренировался под руководством Алисии. Оценив мои результаты за прошедшую неделю, она каждый раз увеличивала дистанцию броска. Вторую неделю я тренировался метать нож с половиной оборота на дистанции в четыре метра. А на третьей неделе мой нож уже делал полный оборот с дистанции в шесть метров. Погрузившись в воспоминания, я не заметил, как ко мне подошёл Ханс. — Турин, пойдём, тебя уже ждут, — сказал он. По дороге до учительской на меня накатили переживания, отчего ноги у меня стали словно ватные. Идя по галерее, я споткнулся и едва не упал, хорошо, что мастер Тальхоффер вовремя меня успел подхватить. — Да не переживай ты, парень, ничего страшного с тобой не произойдёт, — сказал он, сжимая рукой моё плечо. — Ты ни в чём не виноват. Этот совет нужен только для того, чтобы разобраться в происходящем. Рядом с учительской отирались несколько учеников, создавая иллюзию бурной деятельности: они подметали пол и протирали картины на стенах. Конечно же, это были мои друзья: Игорь, Тау, Майкл и Николай. — Отлынивать от работы для учеников является непозволительной роскошью, — сурово заметил Ханс, глядя на эту бутафорию. — Но поддержать друга, несмотря на возможность наказания, похвально. Так уж и быть, можете дождаться его тут, но завтра вам всем придётся за это отработать. Мальчики усердно закивали головами. В учительской собрались все старшие учителя. Во главе стола сидел Томас Найдорф. По правую руку от него находился Вэй Усянь, а по левую — Климент Скарабеус. Я, как и в прошлый раз, встал в центре образованного подковообразным столом пространства. Несколько десятков глаз с интересом взирали на меня. Причину собрания полного совета учителей знали немногие. — Господа, позвольте мне объяснить причину, по которой я запросил сегодняшнее собрание, — начал мастер Тальхоффер, который не присоединился к коллегам за столом, а остался стоять рядом со мной. — Месяц назад мной была выявлена странная способность у Турина Лавенрога. Этот юноша способен видеть силу сущности других людей в момент её применения. — Для начала, предлагаю всем присутствующим убедиться в истинности данного заявления, — раздался скрипучий голос старого Филина. — Мальчик, пожалуйста, посмотри на меня и скажи, что ты видишь. Мастер Найдорф поднял правую руку, которая в тот же момент начала светиться рыже-охристым цветом. Постепенно это свечение начало приобретать очертание призрачного крыла и в его цвете стали проявляться отчётливые чёрные пестринки. Я уже хотел дать ответ, но в последний момент призрачное оперение резко вспыхнуло и сменило цвет на белоснежный. Краем глаза я успел заметить, что в это же время светились глаза у всех присутствующих мастеров. После моего подробного пересказа всех увиденных деталей в зале воцарилась гробовая тишина. Первым решился заговорить учитель Вэй. — Мне кажется, что это было довольно убедительно. Все мы способны использовать «магический взор» с той или иной степенью мастерства. Я не буду скромничать и смело могу утверждать, что являюсь лучшим в этом среди присутствующих. Вот только мне удалось заметить лишь смутные очертания перьев терракотового цвета. — Может быть, это «истинное зрение»? — раздался неуверенный голос со стороны. — Истинным зрением в данный момент владеют всего два грандмастера, насколько мне известно, — жёстко парировал Климент. — Да и, как я читал, на поддержание этой способности нужно просто запредельное количество энергии. — Признаюсь, я не ожидал такого, — вступил в разговор мастер Найдорф, выглядевший довольно удивлённым. — Мальчик с точностью до мелочей описал всё, что я сделал. Вот только при этом, он сам, до сих пор, не обладает сущностью зверя. Мастера активно начали обсуждать увиденное, от чего зал заседаний стал напоминать улей с рассерженными пчёлами. Меня же выставили за дверь, где в ожидании томились мои друзья. Скрывать свою способность уже не было нужды, поэтому, я всё им рассказал. Что привело только к новому валу вопросов, и мне уже пришлось пересказывать все случаи, когда я наблюдал применение силы зверя. Спустя полчаса к нам вышла Алисия. — Мастер, что вы решили? — напряжённо спросил я. — Пока ничего, я решила выйти подышать свежим воздухом, а то уж больно сильный там поднялся накал обсуждений, — развела руками мастер Северова. — Пока всё свелось к трём предложениям. Вэй считает, что тебя нужно отправить в исследовательскую лабораторию Ордена, где мастера, занимающиеся изучением природы сущности, смогут исследовать твою способность. Томас считает, что тебя нужно зачислить в отряд, который специализируется на «долгой охоте», где твоя способность может быть незаменимой при выявлении зверей разума. Ну и мы с Хансом считаем, что тебе нужно дать шанс раскрыть свой потенциал на ближайшей охоте. — Учитель, — начал говорить я, ощущая ком подкатывающий к горлу, — я не хочу никуда уезжать, я хочу стать охотником, а не подопытной зверюшкой. — Так! Ты мне это не смей тут раскисать! — сурово прикрикнула на меня Алисия. — Ещё ничего не решено, и я уверена, что у нас с Хансом получится убедить большинство встать на нашу сторону. Заседание продолжалось ещё около часа, после чего меня пригласили в учительскую для вынесения вердикта. — Ученик, Турин Лавенрог, — начал Томас Филин Найдорф, — после жарких споров, во время которых некоторые учителя выказали тебе свою поддержку и расположение, может быть, даже чрезмерные, — произнося это, он бросил суровый взгляд на Алисию, которая сделала вид, что этого не заметила. Я затаил дыхание, сердце бешено колотилось в груди. — Я вынужден согласиться с большинством голосов, которые посчитали, что Орден должен дать тебе шанс самому раскрыть свой потенциал на предстоящей охоте. Если ты, конечно, сможешь успешно сдать предстоящие экзамены.