Найти тебя среди миллионов звёзд

             В одну из ночей Иванек проснулся от тряски, Алиена будила его. Казалось, она никогда не спала и не уставала.       — Что?       — Твоя маленькая сестра…       Он не дослушал, выбежал из спальни в одних трусах и рванул в комнату Луизы. Ещё ничего не знал, но кричал и звал на помощь. Сестра висела на люстре. Иванек придвинул стол, залез, обхватил и приподнял её, чтобы дать возможность дышать. Вбежали перепуганные слуги, родители. Общими усилиями её сняли, Милош уже вёл от портала врача неотложки.       Тот напичкал Луизу уколами и только потом спохватился, что беременным нельзя принимать примерно половину из них. Отец показал ему направление на аборт и сказал, что врачи по какой-то причине не хотят его делать. Вот Луиза и решила умереть, чтобы не рожать.       — А можно посмотреть результаты осмотра и анализов? — врач оказался на редкость адекватным. Он открыл файл и быстро просмотрел записи. — Вам откажут все, — решительно сказал он. — Понимаете, у вашей дочери срок около пяти недель, а уже видно отклонение в развитии плода. Кроме того, у мамочки низкий гемоглобин, слабая матка и плохая свёртываемость крови. Она умрёт на операционном столе. Возможно, от одного только наркоза. Впрочем, — он прокрутил запись назад и снова прочитал результат одного из анализов. — Она умрёт в любом случае. Если не во время аборта, то в период беременности от любой мелкой травмы или синяка. Или на родах. Она истечёт кровью. Про ребёнка не могу сказать, у меня другая специализация. Простите, мне очень жаль.       Мама тихо рыдала на плече у отца. Иванек тупо смотрел в одну точку. Вот чего боялись врачи. Но почему не сказали? Что за подковёрные игры? Возможно, это всё же влияние Уоррингтона. Им плевать на беременную, пусть умирает. Вся ценность в ребёнке. Вот почему он не оплодотворил свою жену, а взял постороннюю девушку, её не жалко. И откуда у сестры чуть ли не гемофилия? Сколько он помнил, в их семье этим никто не страдал, да и у Луизы до недавних пор с кровью всё было нормально.       — Хорошо, что Луиза этого не слышала, — рядом вздохнул Милош. Жена обняла его, чтобы успокоить. — Боюсь, что такую новость она воспримет очень плохо.       — Ты прав, милый, — расстроено согласилась Радомира. — Я уверена, что теперь она возьмёт нож подлиннее и поострее, и вскроет живот, чтобы вырезать из себя этого паразита. И ей будет плевать на то, что при этом она умрёт.       Луиза спала под действием комбо из сильного успокоительного со снотворным и не слышала их переговоров.       — Возьмите, док. — Отец протянул врачу несколько крупных купюр. В Земном содружестве была бесплатная медицина, но он был благодарен человеку за оказание помощи и за то, что раскрыл им глаза. — Не возражайте. Если можно, то не заявляйте о попытке самоубийства, пожалуйста. Луизу отправят в больницу, а там она без нашего присмотра быстрее доведёт начатое до конца.       Врач спокойно убрал деньги в карман, ему дали больше, чем он заработает за несколько месяцев.       — Спасибо. С вашего позволения я напишу в отчёте, что пациентка была пьяна и сымитировала попытку самоубийства. Вы испугались и вызвали скорую.       Такой вариант им подходил. Врач заполнил документы и внёс информацию в медицинский файл.       — Я понимаю, что вы не желаете сохранять такую беременность, поэтому пропишу вашей дочери сильные седативные. Они как раз противопоказаны беременным женщинам, а она хоть не будет нервничать. Кто знает, вдруг это спровоцирует выкидыш?       Отец кивнул слуге, чтобы тот проводил врача к порталу. Тот вручил им визитку и просил вызывать его, если Луизе станет плохо или она снова попытается наложить на себя руки. Он принял на себя негласную ответственность за состояние пациентки.       Иванек вернулся в свою спальню. Алиена сидела на постели и смотрела в темноту. Она так задумалась, что вздрогнула от прикосновения.       — Прости, я отвлеклась. Так жаль Луизу. Не знаю, как ей помочь.       — Я кое о чём подумал. — Иванек улёгся, прижал её к себе и подоткнул одеяло. — Если нельзя сделать аборт на Земле, то можно попробовать в космосе. Даже в невесомости. Потому что моя сестра не остановится, и тогда не видать нам с тобой скорой свадьбы.       Алиена улеглась на нём. Казалось, она уснула, но через какое-то время послышался тихий голос.       — Я бы могла её спасти. Дала бы ей свой росток. Но она не подготовлена и может этого не перенести. Вот если бы она немного пожила у меня, пока я не взорвалась…       Иванек же думал о медицинских центрах на спутниках Марса. Если привезти Луизу туда, то там ей помогут или тоже начнут бойкотировать? Он уснул с этой мыслью и не помнил, что ему снилось.

***

      Церемония награждения героев прошла ярко, торжественно. К головизорам содружества прилипло больше шестидесяти пяти миллиардов человек. Иванек поехал во дворец правительства в Миделград с Алиеной, их сопровождали отец и Милош. Остальные женщины остались дома с Луизой.       Сестра плохо восприняла информацию о своём состоянии. Она отлежалась, подумала, попросила позвать врача из неотложки и внимательно выслушала его объяснения. После того разговора она почти не ела, не выходила из комнаты и слабела на глазах. Она словно угасала, потеряла желание жить, и Иванек был готов приехать в тюрьму и собственноручно придушить за это Уоррингтона.       Экипаж «Унгулы» награждали первыми. Формально торговый звёздный флот не подчинялся военному, но приказ о награждении отважных и пронырливых торговцев подписала вся военная верхушка. За неоценимую помощь при эвакуации людей с гибнущей планеты гражданские пилоты получили высшие военные награды Земного содружества — Бриллиантовые Южные кресты. Кроме этого им выплатили гигантскую денежную сумму. Их ставили в пример остальным, и Иванек отстранённо думал, что большая часть военных теперь его люто ненавидит.       Хорошо, что он в отставке и не собирается пересекаться с кем-либо из них. Но ранг ему повысили со второго до первого. Его ждала достойная пенсия и куча разных привилегий, хотя в деньгах их семья никогда не нуждалась. Вот остальной команде было чему радоваться. Он заметил, что кто-то из звёздных капитанов снова отозвал в сторону Людмила Светова. Опять пытаются переманить. Его это больше не касалось. Он даже не знал, кого назначили капитаном «Унгулы» вместо него.       — Капитан Милкович, с вами желает поговорить контр-адмирал Стрепетов. — Адъютант козырнул и преисполненный чувства собственного достоинства и важности занимаемого поста пошёл обратно. На немой вопрос в глазах отца Иванек развёл руками, оставил на его попечение Алиену и поспешил за офицером. Желает так желает.       Стрепетов ждал его в роскошно обставленном кабинете. Вот как живут те, кто командует миллиардными армиями. Тот самый адъютант принёс им кофе и бесшумно удалился.       — Я позвал тебя, чтобы решить один неудобный вопрос, — начал контр-адмирал. — Поговори с сестрой, пусть она отзовёт заявление на Уоррингтона. Сделаем всё по-тихому, никто не узнает. Я заплачу ей, скажем, сто миллионов за молчание. Не стоит портить офицеру жизнь и карьеру…       Иванек вскипел. Цена жизни и душевного спокойствия с восемью ноликами? А где взять здоровье, если она умрёт на родах?       — Вы это так видите, да? А что на счёт жизни Луизы? Её можно портить, да?       — Капитан, ты не понимаешь…       Он больше не подчинялся этому человеку, даже в кошмарном бреду.       — Больше не капитан, я в отставке! И я понимаю! Понимаю, что вам плевать на девственную восемнадцатилетнюю девушку, которую в целях достижения успеха в расследовании соблазнил высокопоставленный офицер службы безопасности. Соблазнил, навешал лапши на уши, провёл с ней ночь и сделал ребёнка. А что потом, господин Стрепетов? Закончилось бы расследование, ваш офицер свалил бы в закат, а моя сестра осталась с животом? Использованная и уже не нужная! Ей жизнь не сломали, да? Куда она теперь пойдёт с ублюдком на руках? Кто возьмёт её замуж?       Стрепетов молчал и степенно потягивал ароматный кофе из крошечной антикварной чашечки. Иванеку же кусок в горло не лез от негодования.       — Я могу лично подобрать твоей сестре мужа, если вопрос стоит так. Только в ответ мне нужен целый и невредимый Метлок. Пока его в тюрьме не порвали.       Милкович зло рассмеялся.       — Неравный обмен, поверьте. Ваш насильник уйдёт от наказания, а моя сестра умрёт. Не подходит!       — Почему умрёт? — или Стрепетов не знал, не успели доложить, или был отличным актёром. Удивлялся он весьма натурально.       — Потому что беременность её убивает, это раз! Ни один врач из тех, к кому мы обратились, не согласился сделать аборт! Это два! Три: она не хочет жить после такого унижения. Не так давно я уже вытаскивал её из петли. Что, если она попытается повторить? А ваш Уоррингтон будет спокойно жить дальше? Нет, пусть сидит и отвечает за то, что сломал жизнь девушке, которая этого не заслуживала. Луиза же ему ничего плохого не сделала. А он всё провернул ради каких-то грёбаных кристаллов кварценита, которых у меня не было и нет. Чтоб он сдох в этой тюрьме в процессе множественного траха! Пусть для разнообразия почувствует себя использованным!       Стрепетов побледнел. Потом достал из сейфа друзу, от которой был отколот один кристалл. Вот откуда взялся тот обломок у Уоррингтона!       — Это не просто кристаллы, Милкович. Это оружие…       — Начинается! — Иванек понял и раздражённо закатил глаза. — Кому что, а военным лишь бы кого-нибудь убить или завоевать! Вы из всего готовы сделать оружие.       — Эти кристаллы намного лучше, чем кварценит, — вдохновенно вещал Стрепетов. — Ты сам видел их силу, когда Озеров выдавил твой звездолёт из пространства. Нам бы их больше, чтобы были на всех кораблях, это же вечный двигатель, а люди с Болота привезли всего несколько штук. К сожалению, они работают только целыми, от обломка нет никакой пользы!       — А я-то здесь причём? — удивился Иванек. — Я не привёз, не попадались. Но мою сестру ваш офицер не пожалел. Вот и мне его в ответ не жалко. Не понимаю, чего он вам так понадобился?       Он поднялся, давая понять, что разговор окончен. Ростков им не видать, потому что планета снова взорвалась, и всё уничтожилось, просто они об этом пока не знают. Даже Озерову не повезло, ведь кровь Алиены или целый росток испарились и из двигателя его звездолета. Вот это облом их ждёт, когда поймут! Раз до сих пор не вернулись, то точно там застряли. Поделом!       «Иванек, — голос Алиены звучал у него в голове. — Я нашла связь. Услышала здесь разговор между офицерами. Уоррингтон его родственник, так это у вас называется. Дочь Стрепетова за ним замужем.»       Он чуть не ляпнул вслух, что понял. Вовремя прикусил язык.       «Алиена, — подумал он. — Тут на столе почти целая друза живого кварценита.»       «Да, чувствую. Сейчас не будет. Уходи оттуда!»       — Милкович! — остановил его контр-адмирал. — Последний раз прошу, заберите заявление! У меня есть дочь…       — Моя сестра тоже чья-то дочь, вы ведь понимаете, да? Меняете одну на другую? В последний раз отвечаю, что мы не откажемся, а апелляцию ему запретили подавать. Раньше надо было думать!       — Тогда берегись, Милкович, — зло зарычал старый вояка. — Я достану тебя в любой точке космоса.       — Как хорошо, что я там больше не появлюсь, — прервал его Иванек. — Я же не просто так подал в отставку. Видел на орбитальной станции Болота результаты экспериментов с кристаллами. Вы летаете на топливе из трупов, а я не хочу. Не будет меня в космосе.       Он дошёл до порога, оглянулся и увидел, что друза кварценита за спиной Стрепетова начала медленно таять. Точнее, испаряться. Планета Алиена могла быть в любой точке Земли, могла управлять её процессами, передвигать вещи и людей. Значит, она может и на этого как-то повлиять в воспитательных целях. Алиена не отходила от Луизы и всячески её поддерживала. За свою будущую родственницу она заступится.       — Не стоит мне угрожать, я вас не боюсь. Подумайте лучше о том, что я могу взять тот бриллиант, который оценили дороже всей Земли, и предложить его в уплату тому, кто достанет в тюрьме вашего зятя. Как думаете, сколько он после этого проживёт и что от него останется?       Стрепетов молчал. Убил бы, но не мог. Иванек понял, что заткнул его на какое-то время.       — А вы с осторожностью ходите по Земле, господин контр-адмирал. Можно легко умереть от воздуха, которым вы дышите. Подавиться или отравиться, это уж как получится.       Он вышел за дверь. Пора искать своих и возвращаться домой, пока ещё кто-нибудь не решил с ним поговорить.       Возле семьи стоял его бывший экипаж. Милош что-то очень эмоционально говорил, остальные слушали. Оказалось, что он рассказывал о состоянии Луизы. Стоило Иванеку подойти ближе, как они стали наперебой высказывать своё огорчение. Понятно, что в таких обстоятельствах со свадьбой придётся повременить.       — Кэп, — привычно обратился к нему Видович. — Я никогда не делал аборты, но мог бы попробовать. Не так, как делают гинекологи, а чисто с хирургической точки зрения. Лазерный скальпель, вакуумный отсос как при внутреннем кровотечении. Да у неё даже шрама не останется! Проблема в том, что мы сейчас на Земле, а «Унгула» на орбите. И вторая в том, что завтра мы улетаем, вернёмся через две недели.       — А сколько тебе нужно времени на операцию? — рядом с ними возникла Алиена. До этого она стояла рядом с будущим свёкром. — Я могу переместить Луизу на звездолёт, никто об этом даже не узнает. Ты всё сделаешь, я верну её обратно.       — Просто какая-то древняя кинохроника, — пробормотал Марек. — Операция в полевых условиях. Часа хватит, мне ещё ассистент обязательно нужен и почитать историю болезни.       — Значит, сейчас ты едешь с нами, — Иванек зацепил его за локоть и повёл к выходу. К порталам. Он знал, что Алиена идёт следом, Милош с неё глаз не спустит.       Дома Мареку отдали медицинский кристалл Луизы. Потом Иванек рассказал об угрозах Стрепетова. Таким образом его визит на орбиту становился нелегальным и должен был пройти в обстановке повышенной секретности. Они не смогут официально воспользоваться транспортным лучом, но у них есть Алиена. Марек был уверен в том, что операция пройдёт успешно. Он выслушал рассказ о попытке самоубийства и неожиданно оказавшемся неравнодушным враче неотложки.       — А что он за человек?       Милош принёс визитку. Они отсканировали её код и прочитали общую информацию о враче. Марек чуть с дивана не упал, когда увидел фамилию и имя.       — Томаш Свóбода? Да не может быть! Должно быть это его однофамилец!       — Док, объясни, что с этим не так? — попросил Иванек. — Он был первым адекватным врачом, что осмотрел Луизу. Ночью, на странном вызове, с толпой шибанутых и орущих родственничков в довесок. Видел бы ты его выдержку!       — Понимаешь, кэп, Томаш Свóбода — мировая знаменитость. Он — самый лучший хирург на Земле. Пропал несколько лет назад при странных обстоятельствах. Говорили, что получил травму и больше не может оперировать, но это не точно!       — Почему-то я уверен, что травму он получил не случайно, — внёс свою лепту Милош. — И пропал по той же причине.       — Я могу позвонить ему и пригласить, — отец уже набирал номер. — Поговорите сами, выясните всё. Я заплачу любую сумму, лишь бы Луиза осталась жива.       Врач оказался тот самый. Казалось, он понял, что получил возможность утереть нос спецслужбам, и сразу согласился на авантюру с переносом на орбиту. Потом они вдвоём с Мареком зашли к Луизе, осмотрели её, обсудили детали. Она обрадовалась и согласилась выполнить все рекомендации врачей. Впервые за несколько недель на её лице появилась улыбка.       Док ушёл домой и велел ждать сигнала для появления на орбите. Томаш остался у Милковичей и построил весь дом. Ему приносили то, что он просил, а он занимался с Луизой, прочищал кишечник, готовил её к операции. На всё у них было очень мало времени, поэтому они торопились и делали необходимые процедуры заранее. Никто на «Унгуле» не должен был знать, что медицинский отсек используют по назначению почти в момент старта.       Иванек спокойно оставил сестру на попечение почти незнакомого человека. Интуиция молчала, не била тревогу. Сама Луиза нормально реагировала на постороннего, устала от неизвестности и верила, что ей помогут. Доверие, вот что внушал этот человек.