Song of the wind and sand

14 век, эпоха Корё, преддверие династии Чосон. Окраина столицы, где пыль веков смешивается с запахом страха и отчаяния. Рынок, известный в народе как "Рынок Теней", место, где человеческая жизнь измеряется в монетах. Воздух на Рынке Теней был густым и тяжелым, пропитанным смесью запахов. Затхлый запах пота и немытых тел смешивался с едким ароматом дешевого вина, которым пытались заглушить горечь происходящего. Где-то вдалеке доносился приглушенный плач, заглушаемый грубыми выкриками торговцев и смехом покупателей. Солнце, пробиваясь сквозь редкие облака, бросало на землю неровные, дрожащие тени, словно скрывая от мира эту неприглядную торговлю. Сам рынок представлял собой хаотичное нагромождение временных лавок и клеток. Грубые деревянные конструкции, сколоченные наспех, служили приютом для тех, чья судьба была предрешена. На земле, усыпанной соломой и мусором, сидели или стояли люди, чьи глаза были пустыми или полными невыносимой тоски. Их одежда была рваной и грязной, а на телах виднелись следы побоев и голода. Среди этой толпы выделялись покупатели. Корейская знать, облаченная в шелка и парчу, с гордо поднятыми головами и презрительными взглядами, осматривала "товар". Их лица были безразличны, словно они выбирали скот на бойне, а не живых людей. Золотые украшения на их шеях и запястьях тускло поблескивали в полумраке, контрастируя с нищетой окружающих. На одной из импровизированных "площадок" стояла женщина, чьи некогда красивые черты исказились от старости и отчаяния. Рядом с ней, прижавшись к ее ноге, сидела девушка лет 16, а также, прячась за отсыревшей деревянной конструкцией, сидел парень-омега. В их мире омеги не имели высокой цены, т.к. были способны только на рождение дитя. А если омега - это парень, то и вовсе бесполезное существо. Потому Сун Ирым и Ким Тэюн прятали своего младшего сына, а на этой неделе, после того, как глава семейства, Тэюн, пересчитал расходы и доходы, было принято решение избавиться от лишних ртов: девушка, Сарым, уже давно должна была выйти замуж, да по какой-то причине не берут, а младший, Тэхён, и вовсе был обречён когда-то, но оказаться здесь. К ним подошел мужчина, одетый в темно-синий ханбок, украшенный вышивкой в виде журавлей. Его лицо было гладко выбритым, а взгляд холодным и расчетливым. Он был представителем знатного рода, чье имя звучало с уважением в стенах дворца. Он остановился перед женщиной, внимательно осматривая ее с ног до головы, словно оценивая качество ткани. - Сколько за эту? – спросил он низким, ровным голосом, не обращая внимания на дрожащие губы женщины. Взгляд мужчины упал на Сарым. - Эта, господин, крепкая. Работящая. За пятьдесят серебряных моне… Женщина не успела закончить, как мужчина перебил ее, его взгляд уже скользнул дальше, к укрывшемуся за деревянной перегородкой парню. В его глазах мелькнул едва уловимый интерес, который он тут же постарался скрыть за маской безразличия. — А этот? – его голос стал чуть тише, но не менее властным. Он указал на Тэхёна. Женщина, суетливо подскочившая к нему, замялась. Она догадывалась, что этот покупатель – человек влиятельный, и ошибаться нельзя. — Этот, господин… он… он омега, – промямлила старая мать, стараясь не смотреть в глаза знатному господину. – Парень. Не имеет большой ценности. Только для… ну, вы понимаете. Мужчина усмехнулся, и эта усмешка была холодной, как лезвие. Он сделал шаг вперед, и Тэхён инстинктивно вжался глубже в свое укрытие, сердце колотилось в груди, как пойманная птица. Он чувствовал на себе взгляд этого человека, проникающий сквозь грубую ткань его одежды, словно видящий его насквозь. - Где мужчина вашей семьи? Я только с ним буду говорить. Ирым опешила, но не растерялась, сразу же позвав своего мужа, который не так далече общался с таким же крестьянином. — Не имеет ценности, говоришь? – проговорил мужчина, обходя клетку. Он остановился прямо перед Тэхёном, и тот вынужден был поднять голову. Взгляд покупателя был прикован к его лицу, к его испуганным, но все еще полным юношеской красоты чертам. – А мне кажется, что у него есть потенциал. Он протянул руку и коснулся щеки Тэхёна. Парень вздрогнул, но не отстранился. Рука была холодной, но не грубой. В ней чувствовалась сила и уверенность. - Господин, неужто вы и впрямь собираетесь его купить? - подоспевший торговец был взволнован. — Сколько ты хочешь? – спросил мужчина, обращаясь не к торговцу, а к самому Тэхёну, словно тот был не товаром, а равным собеседником. Торговец, ошарашенный таким поворотом, не мог вымолвить ни слова. Он видел, как его "бесполезный" товар вдруг стал объектом пристального внимания самого господина Чхве, одного из самых влиятельных людей в столице. — Господин… он… он не для продажи, – пролепетал торговец, пытаясь вернуть контроль над ситуацией. – Это… это семья. — Семья? – мужчина огляделся, его взгляд остановился на Сун Ирым и Сарым. Он окинул их быстрым, оценивающим взглядом, а затем снова вернулся к Тэхёну. – Я вижу, что семья у него не самая лучшая. А я ищу кое-что особенное. Кое-что, что не найти на этом рынке. Он снова посмотрел на Тэхёна, и в его глазах мелькнул тот самый интерес, который он так старательно скрывал. — Я куплю его, – произнес он твердо. – И я заплачу тебе столько, сколько он стоит для меня. А для меня он стоит больше, чем эта женщина и ее дочь вместе взятые. - кивнул он в сторону Ирым и Сарым. Ким Тэюн, понимая, что спорить с таким человеком бесполезно, кивнул. Он знал, что господин Чхве не торгуется. — Сколько, господин? – спросил он, уже смирившись с неизбежным. Мужчина достал из-за пазухи небольшой мешочек с монетами. Он не стал их пересчитывать, просто протянул торговцу. — Этого будет достаточно. И еще… – он повернулся к Тэхёну, и его взгляд стал еще более пристальным. – Ты поедешь со мной. И ты будешь мне полезен. Очень полезен. Тэхён почувствовал, как его сердце замерло. Слова "полезен" и "очень полезен" звучали в его ушах, как приговор, но в то же время в них была какая-то странная, пугающая надежда. Он никогда не знал, что такое быть "полезным" кому-то, кроме как быть обузой. Мужчина, представившийся как господин Чхве, не стал ждать ответа. Он кивнул торговцу, который уже спешил отсчитать свою долю, и повернулся к Тэхёну. — Вставай, – приказал он, и в его голосе не было ни тени сомнения. – Твоя новая жизнь начинается сейчас. Тэхён, все еще дрожа, медленно поднялся. Его ноги казались ватными, а мир вокруг – размытым. Он бросил прощальный взгляд на мать и сестру, которые стояли, оцепенев от ужаса и непонимания. В глазах матери читалась боль, а в глазах сестры – страх. Но они не могли ничего сделать. Господин Чхве был слишком непреклонен. Господин Чхве взял Тэхёна за руку, и его прикосновение было неожиданно крепким. Он повел его прочь от клетки, прочь от Рынка Теней, в сторону, где пыль и отчаяние сменялись более чистым воздухом и запахом дорогих благовоний. По мере того, как они удалялись, Тэхён слышал, как за их спинами собственный отец с жадностью пересчитывает монеты, а его мать тихо всхлипывает. Но он не мог обернуться. Он чувствовал, как его тянет вперед, в неизвестность, в мир, где его, парня-омегу, возможно, ценили не за его бесполезность, а за что-то другое. Что-то, что господин Чхве увидел в его глазах. Атмосфера вокруг них менялась. Грубые крики торговцев и плач рабов сменились приглушенными разговорами знати и звоном колокольчиков на повозках. Солнце, которое раньше казалось враждебным, теперь светило мягче, освещая дорогу, ведущую в более благополучные кварталы столицы. Но для Тэхёна это был не просто переход из одной части города в другую. Это был переход из мира, где он был никем, в мир, где его судьба, возможно, только начиналась. И эта неизвестность, смешанная с тревогой и едва уловимым предвкушением, окутывала его, как новый, незнакомый шелк. Он шел рядом с господином Чхве, не зная, куда его ведут, но чувствуя, что этот шаг изменит все. И где-то в глубине души, среди страха и отчаяния, зародилась крошечная искорка любопытства. Что же такое "особенное" искал этот человек, и как он, Тэхён, мог быть ему "очень полезен"? Ответы на эти вопросы таились впереди, в тени роскошных дворцов и тайных договоренностей, которые скрывались за фасадом эпохи Корё. *** Мать всегда говорила, что мечты и надежда - пустая трата времени. Если свинье по рождению суждено валяться в грязи, то она и не мечтает о белых, мягких перинах. Тэхён смысл этих слов понял только сейчас. На корабле, который медленно покачивался на волнах, Тэхён сидел в углу, окружённый другими пленниками. Он смотрел на их лица, полные страха и отчаяния, и понимал, что они все были в одной лодке. Господин Чхве, который организовал эту переправу, стоял на палубе, его лицо было спокойным, но в глазах читалась жадность. Он переговаривался с мужчиной в тёмном халате, который выглядел как обычный торговец, коих Ким достаточно видел на том злополучном рынке. - Мы должны быть осторожны, - произнес Чхве, его голос был тихим, но полным уверенности. - Сегодня, говорят, буря может настигнуть. Мужчина в тёмном халате кивнул, его лицо оставалось скрытым под капюшоном. – Я понимаю, господин Чхве, – произнес он, его голос звучал как шёпот ветра. – Но о чем вы действительно должны беспокоиться, так это люди. Вы должны помнить, что в Хиджазе есть свои правила. Если вы хотите получить хорошую цену, вам нужно будет убедить их, что они не просто товар, а ценные рабы. Тэхён, сидя в углу, не мог не слышать их разговор. Он чувствовал, как страх сжимает его сердце, и его мысли метались между надеждой и отчаянием. Он не знал, что будет с ним дальше, но понимал, что его жизнь уже никогда не будет прежней. На палубе корабля царила тишина, нарушаемая лишь шумом волн и скрипом дерева. Пленники, среди которых были как мужчины, так и женщины, сидели в ожидании, не зная, что их ждет впереди. Некоторые из них шептались, пытаясь найти утешение в обществе друг друга, но большинство просто молчали, погруженные в свои мрачные мысли. Вдруг корабль начал покачиваться сильнее, и Тэхён почувствовал, как его желудок сжался от страха. Он посмотрел на других пленников, и увидел, как некоторые из них начали паниковать. – Что происходит? – спросил один из мужчин, его голос дрожал от страха. – Мы находимся в открытом океане, – ответил другой, его лицо было бледным. – Может быть, нас хотят утопить? - Для вас это была бы слишком простая смерть. Выходим, мы приплыли. - сказал один из прислужников Чхве. Тэхён стоял на палубе корабля, его сердце колотилось в груди, как будто пыталось вырваться на свободу. Вокруг него толпились другие рабы, их лица были полны страха и недоумения. Они только что пересекли океан, оставив позади свою родину, и теперь их ждали неизвестные земли. Когда корабль наконец пришвартовался, Тэхён почувствовал, как его ноги коснулись твердой земли. Он сделал шаг вперед, и его глаза расширились от удивления. Перед ним раскинулась чуждая земля, усыпанная золотистым песком, который искрился на солнце. В воздухе витал сладковатый запах специй, смешивавшийся с ароматом свежих фруктов и цветов. Это было совершенно иное место, чем его родные края. Вокруг него были открытые дома с яркими тканями, развевающимися на ветру. Женщины в длинных платьях и с покрытыми головами, даже девочки лет 10, с любопытством смотрели на новых людей. Их глаза светились интересом, но в них также читалось что-то еще — осуждение, страх, возможно, жалость. Тэхён почувствовал, как его охватывает неловкость. Он был не просто чужаком; он был рабом, купленным для работы и подчинения. Солнце палило, и Тэхён ощутил, как пот стекает по его спине. Он взглянул на своих соплеменников, которые, как и он, были полны смятения. Их лица были бледными, а глаза полны страха. Они не знали, что их ждет в этом новом мире, и это было самым страшным. Вдруг к ним подошел человек в яркой одежде, с серебряными украшениями, сверкающими на солнце. Он говорил на незнакомом языке, но его жесты были понятны — он указывал на рабов, словно выбирая, кто из них будет работать в его доме. Тэхён почувствовал, как его сердце сжалось. Он не хотел быть чьей-то собственностью, не хотел быть игрушкой в руках этого человека. Но выбора не было. Он шагнул вперед, стараясь не показывать своего страха. Вокруг него раздавались голоса, смех и шепот. Женщины продолжали смотреть на них, и Тэхён заметил, как одна из девочек, что не была покрыта, с длинными черными волосами, тихо улыбнулась ему. В ее глазах было что-то светлое, что-то, что напоминало о надежде. Тэхён вздохнул, стараясь собраться с мыслями. Он понимал, что должен быть сильным, не только для себя, но и для своих соплеменников. В этом новом, чужом мире, где каждый шаг мог стать началом новой жизни или концом надежды, он не мог позволить себе сломаться. Человек в яркой одежде продолжал указывать на рабов, и Тэхён почувствовал, как его охватывает паника. Он не знал, что делать, как реагировать. Вокруг него раздавались голоса, смешивавшиеся в хаотичную симфонию, и он не мог разобрать, что именно говорят. Но он чувствовал, как на него смотрят, как его оценивают. Солнце продолжало палить, и Тэхён ощутил, как его тело начинает уставать. Он вспомнил о своих родных. Теперь все это казалось таким далеким, как будто он был в другом мире, в другом времени. Он закрыл глаза на мгновение, пытаясь собрать свои мысли, но в голове царил хаос. Вдруг он услышал громкий голос, который прервал его размышления. Это был человек в яркой одежде, который, казалось, наконец, принял решение. Он указал на Тэхёна и произнес что-то, что звучало как приказ. Ким почувствовал, как его сердце забилось быстрее. Он не мог поверить, что его выбрали. Он шагнул ещё вперёд, и его ноги, словно сами по себе, понесли его к этому человеку. Когда он подошел ближе, тот протянул руку, и Тэхён почувствовал, как его охватывает холодный страх. Парень не знал, что его ждет, но понимал, что теперь принадлежит этому человеку. Вокруг него продолжали звучать голоса, и он заметил, как жители этого города смотрят на него с любопытством и сочувствием. В их глазах он увидел отражение своей судьбы — судьбы раба, который должен подчиняться. Человек в яркой одежде начал говорить, и хотя Тэхён не понимал языка, он уловил интонацию — это был тон власти и контроля. Он почувствовал, как его тело напряглось, и, стараясь не выдать своего страха, он посмотрел в глаза своего нового хозяина. В них не было ничего человеческого, только холод и расчет. Тэхён шагал за своим новым хозяином, чувствуя, как его сердце бьется в унисон с ритмом его шагов. Каждый шаг был тяжелым, как будто он тащил за собой не только свое тело, но и судьбы всех тех, кто прибыл с ним на одном корабле. Он не мог позволить себе сломаться, не мог позволить этому человеку забрать у него надежду. Они прошли мимо открытых домов, где женщины продолжали смотреть на них с любопытством и сочувствием. Тэхён заметил, как одна из них, с глубокими морщинами на лице, шептала что-то девочке с длинными черными волосами. В ее глазах читалось понимание, как будто она знала, что значит быть рабом, и это придавало Тэхёну сил. Незнакомый мужчина остановился у большого дома, украшенного яркими тканями и резьбой по дереву. Он обернулся к Тэхёну и произнес что-то, что звучало как команда. Ким почувствовал, как его охватывает тревога. Он не знал, что его ждет внутри, но понимал, что за непослушание может схлопотать. Войдя в дом, он оказался в просторном помещении, наполненном мягким светом и ароматом специй. На стенах висели картины, изображающие сцены из жизни, которые были ему совершенно незнакомы. В центре комнаты стоял низкий стол, уставленный фруктами и угощениями, которые выглядели аппетитно, но Тэхён не мог думать о еде. Мужчина указал на место у стены, и Тэхён, не зная, что делать, медленно подошел и присел на пол. Он чувствовал себя как пленник, запертой в клетке, и это ощущение было невыносимым. Вокруг него раздавались голоса, и он понимал, что его новый хозяин обсуждает что-то с другими людьми, которые пришли в дом. Внезапно один из мужчин, стоящих рядом с его новым хозяином, обратил внимание на Тэхёна. Он подошел ближе, его взгляд был проницательным и оценивающим. Тэхён почувствовал, как его сердце забилось быстрее. Этот человек, с ухоженным лицом и холодными глазами, казался тем, кто мог бы сделать его жизнь еще более невыносимой. Альфа. - Встань. Киму сначала показалось, что он сошёл с ума, либо начал понимать чужой язык, но нет. Этот мужчина говорил на корейском. - Даже гости не смеют усаживаться, куда хотят, пока хозяин дома не пригласит. Было слышно, что этот язык мужчина практикует редко, но понять смысл его слов у Тэхёна получилось. Он сразу же подскочил, голову опустив вниз. - Фарид говорил, что ты очень красив. Так от чего голову прячешь? Видимо, мужчина почувствовал страх парня, поэтому отошёл чуть дальше. - Как тебя зовут? - волнение не давало даже двинуть языком. - Говори, когда твой хозяин тебя спрашивает! Тэхён в удивлении поднял голову. Его хозяин? Он? Перед взором предстал молодой мужчина, лицо которого было выбрито, а кожа источала загар. Длинное платье показало лишь щиколотки и небольшой вырез на груди, а серебрянные браслеты говорили о том, что этот господин в достатке. Темные, глубокие глаза завораживали. Но даже не они так удивили Тэхёна, как то, что этот мужчина отличался от людей, которых успел увидеть парень здесь. Он больше был похож на тех, кто живёт в родных краях Кима. Это заставило его сомкнуть губы в непонятной тоске. - Я... Я Ким Тэхён, господин. - голос был еле слышен, но мужчине, впереди стоящему, этого было достаточно. - Тэхён... Хорошо. Фарид покажет тебе место, где живут все слуги, и расскажет об обязанностях. Не успел парень задуматься о том, кто такой Фарид, как в проходе появился тот самый мужчина в яркой одежде. - Сопроводи его. - Конечно, Чонгук. - проговорил Фарид.