Как приручить дракона Слизерина

Чистая ярость бьёт по нему изнутри, и он не может её успокоить. Девушка под ним трясётся от страха и сжимает кулаки. — Эй, чего притихла? — Гарри сильнее сжимает вилку. Слышится тихий женский писк, и она сглатывает. Губы парня искажаются в отвращении. Он вдруг чувствует на себе чужие руки — его тянут назад. Гарри дёргается, пытаясь вырваться, но с другой стороны появляется ещё одна пара рук. Резкий рывок не помогает. Он замирает и просто смотрит на девушку, которая ещё не осознала, что её уже отпустили. — Гарри, чёрт! — откуда-то сбоку кричит Мирослава, подбегая к ней. Она гладит девушку по волосам и помогает спуститься. Та плачет, но Поттер этого уже не видит — его вытаскивают из Большого зала. Ярослав и Борис усадили его на кровать и теперь стояли над ним с одинаково строгими лицами. Они молчали, давая ему время успокоиться и самому осознать, что он натворил. Дверь распахивается, и в проёме появляется светлая макушка Драко — он тяжело дышит. — Эм… — начинает он, но Ярослав вытягивает руку, останавливая его. Малфой всё же заходит и прислоняется спиной к двери. Проходит несколько минут, и Гарри резко вскакивает с кровати. — Она сама, блять, виновата, — он тычет пальцем в Ярослава. — И не надо на меня так смотреть, ясно? — Ты напал на неё, Гарри. Она, в первую очередь, девушка, — спокойно отвечает Яр, сжимая его палец в своей руке. — Да плевать мне! Она решила, что может говорить про мою мать! — он почти срывается на крик, выплёскивая всё на Ярослава. Гарри резко выдёргивает руку и хватает будильник. Тот с глухим стуком летит через комнату и разбивается о стену. — Гарри, ты не можешь… — начинает Драко. — Ты вообще рот закрой, — Поттер резко поворачивается к нему. — Это всё из-за тебя. Понял? Ты во всём виноват! — Из-за меня? — глаза Малфоя расширяются. — Я виноват в вашей потасовке? — Да, чёрт возьми! Это ты натравил их на меня! — Гарри с силой выдыхает сквозь зубы. — Прости, ладно? Всё, забудь. Слова звучат резко и пусто — он и сам не понимает, за что извиняется. Просто надеется, что станет легче. Что удастся забыть. О поцелуе. Через несколько минут он тяжело опускается на кровать, упирается локтями в колени и склоняет голову. Глубоко дышит, пытаясь унять ярость. Получается плохо, но постепенно напряжение отпускает. — Блять… — тихо говорит он по-русски, поднимая взгляд на Ярослава. Тот не осуждает — и Гарри это знает. В его взгляде есть что-то успокаивающее. Поттер выдыхает. Ярослав садится рядом и хлопает его по спине, затем мягко проводит ладонью — и это действительно помогает. Гарри позволяет себе прикрыть глаза. — Гарри! — почти кричит Борис и резко обнимает его, прижимая голову к животу. — Ты прав. Никто не имеет права оскорблять нашу маму. Он шмыгает носом и, кажется, всерьёз начинает плакать. Почему — непонятно, но это и не важно. Это Борис. Гарри поднимает голову и утыкается подбородком ему в живот. — Не рыдай, — бормочет он, обнимая его за талию. Несколько минут они сидят так, а потом так же резко расходятся, будто ничего не было. Гарри вспоминает о Драко, который всё ещё стоит у двери. Он поднимает глаза и они смотрят друг на другу несколько секунд. Ярослав, раздражённо цыкнув, вытаскивает Бориса за рукав. Тот упирается, но всё же исчезает за дверью вместе с ним. Дверь захлопывается. В комнате становится тихо. Слишком тихо. Гарри сидит на кровати, опершись локтями о колени, и смотрит в пол. Драко остаётся у двери, будто не до конца уверен, что вообще должен здесь быть. Несколько секунд никто не говорит. — Ну? — первым нарушает тишину Гарри, не поднимая головы. — Давай. Говори. Драко хмыкает, скрещивая руки на груди. — Не думай, что я пришёл извиняться. — Я и не думал, — коротко бросает Поттер. Вновь пауза. Драко отталкивается от двери и делает пару шагов вперёд. — Ты устроил сцену. Гарри медленно поднимает на него взгляд. — Сцену? — Ты напал на девушку, Поттер. — Она открыла рот на мою мать, — голос у него слишком спокойный. Драко на секунду замолкает, будто это сбивает его с подготовленной речи. — Это не повод… — Для тебя — нет, — перебивает Гарри. — У нас — повод. В комнате снова повисает тишина. Драко щурится. — У вас? — Да, Малфой. У нас, — он чуть наклоняет голову. — Или ты думал, мы тут будем стоять и вежливо слушать, пока кто-то поливает грязью семью? В его голосе нет крика. И от этого он звучит тяжелее. Драко сжимает челюсть. — Ты ведёшь себя как… — он обрывает себя, резко выдыхая, — Как дикарь. Гарри коротко усмехается, без настоящего веселья. — А ты — как обычно. Много слов, ноль смысла. — По крайней мере, я не кидаюсь на людей, — резко отвечает Драко. — Нет, — Гарри встаёт. — Ты просто делаешь так, чтобы это сделали за тебя. Теперь они стоят почти вплотную. Несколько секунд — просто смотрят друг на друга. Напряжение ощутимо почти физически. — Ты правда думаешь, что я это устроил? — тихо спрашивает Драко. — А разве нет? — так же тихо отвечает Гарри. — Ты слишком высокого о себе мнения. — А ты — слишком привык, что всё крутится вокруг тебя. Слова цепляются друг за друга, но голос у обоих уже ниже. Спокойнее. Опаснее. Драко делает ещё полшага ближе. — Я не «натравливал» никого, — произносит он сквозь зубы. — Мне это не нужно. — Тогда зачем ты здесь? — сразу бросает Гарри. И вот тут Драко запинается. На долю секунды и этого достаточно. Гарри это замечает. — Вот именно, — тихо говорит он. Драко злится и это видно — по тому, как напрягаются плечи, как дергается уголок губ. — Ты бегал от меня, — вдруг говорит он. — Думаешь, я не заметил? Гарри на мгновение замирает. — И? — И меня это бесит. Слишком честно говорит Драко. Гарри усмехается, но уже ярче. — Тебя многое бесит. — Не всё, — резко отвечает Драко. — Только то, что выходит из-под контроля. Гарри замечает что они стоят слишком близко. — Я не вещь, чтобы у тебя что-то «выходило из-под контроля», — тихо говорит Гарри. — Вот именно, — так же тихо отвечает Драко. И это звучит странно. Почти… согласие. Гарри отворачивается первым. Проводит рукой по волосам, тяжело выдыхает. — Если ты пришёл сказать, что я неправ — можешь не тратить время. — Ты неправ, — сразу говорит Драко. Гарри резко оборачивается. — Но не в том, о чём ты думаешь. — Ты не должен был её трогать, — добавляет он уже тише. — Но не потому, что она девушка. Гарри смотрит на него внимательнее. — А потому что ты позволил ей тебя задеть. И вот это попадает. Гарри чуть сжимает челюсть. — Не лезь, — коротко говорит он. — Уже влез, — спокойно отвечает Драко. Напряжение снова растёт, но теперь оно другое. С каждой секундой воздух пропитывается этим липким, но сладким ощущением. Это не только злость. — Убирайся, Малфой, — говорит Гарри, но без прежней резкости. Драко не двигается. Смотрит на него ещё пару секунд, будто собирается что-то сказать. Но молчит. Разворачивается и выходит, хлопнув дверью чуть сильнее, чем нужно. Гарри остаётся один. И только тогда тяжело садится обратно на кровать, проводя ладонями по лицу. Злость никуда не делась. Но теперь в ней есть что-то ещё. — Гарри Джеймс Поттер! — раздаётся громкий голос. Дверь распахивается с такой силой, что по стенам проходит вибрация. На пороге стоит Велимир. В ярости. — Ой-ёй… — Гарри переворачивается лицом в подушку. — Надеюсь, ты сейчас молишься всем богам, — рычит он, сдёргивая с него одеяло и хватая за грудки. — Чтобы Дамблдор не снял тебя с турнира. Он трясет Гарри, но видя что тот не реагирует, отпускает и делает несколько кругов по комнатке. — Вы меня в могилу сведёте, — устало говорит он, садясь на кровать. — Выпуститесь — уеду в отпуск лет на десять. — Директор… — слабо тянет Гарри. — Не забывайте про встречи выпускников. Они переглядываются и тихо хихикают.

***

— Гарри! Проснись, блять! Поттер что-то невнятно бормочет, но когда на него наваливается тяжёлое тело — открывает глаза. На нём сидит Борис с абсолютно счастливой физиономией. — Тебе только слюны не хватает, — морщится Гарри. — Прямо псина. — Эй! Я, между прочим, принёс новость, — обижается тот. — Я следил за Седриком в душе. — В шесть утра… — Поттер смотрит на часы. — Ты рассказываешь мне, как следил за голым парнем? — Да подожди! Он был с яйцом! Гарри замирает. — В какой душ? — В ванную старост, — довольно отвечает Борис. — Я молодец? Поттер хлопает его по лбу и вскакивает. Они вместе заходят в ванную старост. В помещении разносится тянущийся, фальшивый вокал. Девушка-призрак кружит над водой и поёт, явно наслаждаясь собой. Гарри морщится — желание запустить в неё чем-нибудь появляется почти мгновенно. Она замечает их и тут же оживляется, подлетая ближе. — Гарри, как я ждала тебя, — она проводит рукой по волосам, — Когда утром сюда пришёл Седрик, я даже расстроилась. Думала, ты окажешься сообразительнее. — Извини?.. — Поттер кривится. Слова «извини» в последнее время звучат слишком часто. — Что он здесь делал? Призрак наклоняется ближе, почти вплотную к его лицу. — О, ты не знаешь? — она улыбается. — Он так медленно раздевался… будто действительно призрака увидел. Она тихо хихикает. — А потом залез в ванну вместе с яйцом. И… — она делает паузу, прищуриваясь. — Ну, ты сам увидишь. Гарри сдерживает раздражение. Мысль швырнуть в неё чем-нибудь возвращается, хотя он прекрасно понимает, что это бессмысленно. В голове будто звучит голос Ярослава: «Она призрак». Поттер мысленно посылает его подальше. Он уже понимает: она никуда не уйдёт. И Борис — тоже. — Держи, — Гарри протягивает яйцо Борису. Тот принимает его с видом человека, которому доверили как минимум охрану президента. Поттер стягивает с себя одежду быстро и без лишних колебаний — не так, как Седрик, если верить рассказу. Вода в ванной тёплая, почти горячая. Он осторожно опускает ступни, затем заходит глубже. — Температура хорошая? — тут же спрашивает призрак. — Я специально набрала для тебя. Но Седрик всё испортил, пришлось начинать заново. Она беззастенчиво разглядывает его, задерживая взгляд чуть дольше, чем нужно. Гарри закатывает глаза и опускается в воду по грудь. Яйцо молчит. Он уже почти готов решить, что это какая-то глупая шутка, но призрак вдруг подаётся ближе. — Ну же, — она указывает на воду. — Ныряй. Гарри смотрит на неё с явным недоверием. — Серьёзно?.. — Боже мой, — вздыхает Борис и, не дожидаясь, резко нажимает ему на голову. Поттер уходит под воду, не успев даже нормально вдохнуть. Несколько пузырьков срываются вверх. Он открывает глаза — сначала жжёт, но быстро привыкает. Яйцо всё ещё молчит. Гарри с раздражением раскрывает его прямо под водой. Внутри — движется вода, тонкие пузырьки медленно поднимаются вверх. В центре разливается золотое сияние. И вдруг — тихий, но чистый голос. Мы тебе шлём зов чудесный, но Мы на земле не поём. Дан тебе лишь один только час — Найди то, что скрыто у нас. Голоса затихают так же внезапно, как появились. Гарри резко выныривает, тяжело втягивая воздух. Капли воды стекают по лицу. Он на секунду замирает, пытаясь осмыслить услышанное. — Борис, — наконец говорит он, всё ещё тяжело дыша, — «не поём на земле»… Кто это может быть? Борис поднимает голову. В руках у него уже каким-то образом оказываются семечки, которые он лениво щёлкает, не особо заботясь о чистоте пола. — Баба Яга? Гарри закрывает глаза. — Господи, кого я спрашиваю… — А что? — Борис ухмыляется. — Голос у неё, между прочим, мощный. И она летает — значит, на земле не поёт. Поттер смотрит на него пару секунд, потом отворачивается. Иногда он правда сомневается в своих социальных связях.