Последний разговор

— Знаю, прозвучит глупо, но вы пробовали, - она замялась, - поговорить об этой теме? - задалась вопросом новый шут, прибывшая в это место совсем недавно. И действительно - это был хороший вопрос - не пытались ли они найти общий язык с собой, после того неприятного события, о котором, молчат оба? Куколка будто с этих слов застыла и начала искать ответ у себя. Голова потихоньку начинала гудеть - дурной знак. Всё, что она знала и помнила об этом, было неприятным периодом, который уже прошел, но всё также приносил неприятные чувства вины и пустоты. Красноволосая помнила, как она познакомилась с фиолетовым кроликом и это было смешанное чувство. С одной стороны, это было прекрасно - завести новое знакомство, а с другой, ему как будто казалось это место каким-то проклятием, отчего он большинство времени пытался понять одно: как выбраться отсюда? Постепенно понимая и принимая свою судьбу, кролик начал осваивать место и заводить знакомство. Среди всех он завёл несколько друзей и изначально это была куколка. Улыбчивая и оптимистичная девушка, что приносила что-то доброе в кроличий разум. Она была значима ему, и он это понимал. Вместе с ней кролик обрёл нового друга: лягушку с красным бантиком на шее. Это была приятная компания, но ничто не вечно. После рассеивания их общего друга куколка и фиолетовый кролик стали как-то странно общаться с друг другом, и это заметили многие. Красноволосая пыталась каждый раз поддерживать друга, ведь она понимала, насколько тяжела их потеря, а он же в свою очередь постепенно начал отодвигаться от её тепла и заботы. Раньше всё было иначе, но тут чистое равнодушие и холод. Постепенно их отношения друг к другу становились лишь хуже и хуже, пока точка кипения не была достигнута. В тот злополучный день они высказали всё, что думали друг о друге: кролик высказал то, что ему всегда была противна и безразлична забота куклы. Он просто делал вид, что ему приятно, чтобы легче манипулировать ею. - Я каждый раз пыталась тебе честно помочь, особенно после рассеивания нашего друга, - немного помолчав, её глаз заметно задëргался из-за перенапряжения. - Знаешь, я устала. Старалась сохранить приятное мнение о тебе, особенно после твоих выходок, но ты становишься только хуже и хуже, я уже не знаю, что тебе нужно. Прости, что поверила в тебя. После этих слов, кукла отвернулась и ушла к себе в комнату, а кролик с огромными чёрными зрачками смотрел, как она уходит. Это было тяжело наблюдать. Хотелось было как-то крикнуть, продолжить диалог, но придя в себя, он лишь хмыкнул и ушёл. С тех пор они и не общались с друг другом - лишь пересекались взглядами. Но могут ли долго молчать и не общаться между собой два родных человека, которых объединяет общая потеря? Никак нет. Понимая это, они всё-таки решили выйти на диалог, может, после него им будет легче и они продолжат общение. Может, всё станет даже лучше и крепче? Как бы не так. Ночью, от посторонних глаз, они сидели вдвоем, смотрели молча друг о друга, не зная как заговорить. Куколка вздохнула и вместе с кроликом одновременно сказала: - Думаю, нам всё же есть о чем поговорить, особенно об этом... - после их совместной фразы, оба неловко улыбнулись и начали их первый за долгое время диалог по душам, и к тому же, последний. По началу всё шло гладко. Они должны были обязательно помириться, но лишь от одного неправильного слова куколки, вновь всё подставилось под сомнения. Как-то странно было: один начал ссору, а другая заканчивает их общение. Кто бы мог подумать, что так всё случится? Постепенно их тихий, искренний разговор веял непониманием друг к другу, отвращением и даже ненавистью. Последняя минута их разговора поставила жирную точку в их общении: - Знаешь, я тебя ненавижу, - сказала она, сжимая ладонью своё плечо и смотря куда-то вдаль, лишь бы не на него. Кролик же наоборот усмехнулся и с улыбкой на глазах, сказал даже с каким-то равнодушием: - Не стоит даже извиняться за это, куколка, ведь это взаимно. После этих слов, оба ушли в разные стороны коридора, не желая видеть друг друга, особенно лица, которые они когда-то любили. И вроде бы они всё также связаны друг с другом, но теперь уже не заботой и симпатией, а ненавистью: чистой и холодной. Так будет до тех пор, пока их не разлучит смерть.